Девочка в больнице

Предатель

Дина стремительно бежала по коридору больницы, хотя врачи поставили на подобный вид передвижения категоричный запрет. Только девочке было всё равно. Она заливалась слезами так, что зрение туманилось, и она не видела, куда несут её ноги. Выскочив из-за очередного поворота, девочка едва не сшибла санитарку в белом халате. Та толкала перед собой тележку, содержимое которой угрожающе зашаталось:

-Простите. – Буркнула Дина, поспешив дальше.

-Осторожнее! Что за дети пошли… По больнице нельзя носиться, как ошалелая! — Крикнула санитарка ей вслед, добавив. — Ты из какой палаты?!

Только девочка её уже не слышала. Она добежала до своей палаты, ворвавшись внутрь. Под взглядами удивлённых девочек разных возрастов, она бросилась на свою кровать. Уткнувшись лицом в подушку, школьница попыталась заглушить рыдания, но они рвались из груди. В голове девочки снова и снова проматывался диалог, который она нечаянно подслушала. Всего минут двадцать-тридцать назад Дина спустилась вниз, в холл больницы. Там царило хоть какое-то подобие жизни. Например, стояли автоматы с игрушками, которые можно было вытягивать, если скормить этому бандиту с клешней пару монеток или купюр. Здешние обитатели даже состязались порой, кто больше натаскает плюшевых зайцев и бегемотов. Дина же спустилась вниз, чтобы купить себе пачку печенья. Сладости, особенно шоколад, были для неё табу, но вот печенья она проносила в палату контрабандой и делилась с новыми подругами. В холле девочка, неожиданно для себя, заметила самого родного человека во всем мире – папу. Он один растил Диану, ближе у неё никого не было. Мама девочки погибла уже давно, Дина её не помнила. Сейчас подросток решила, что отец надумал навестить её, в качестве сюрприза. Диана спряталась, прижав к груди печенья, не желая попадаться отцу на глаза со сладостями. Всё-таки врачи советовали ей придерживаться диеты, и папа очень переживал за здоровье дочки. Расстраивать его она не любила. Дина думала, как прокрасться в палату раньше отца, но с удивлением заметила, что мужчина свернул в другую сторону. Она нахмурилась:

-Неужели нашёл себе пациентов на стороне? – Пошутила девочка и решила проследить за папой, а в самый удачный, по её мнению, момент, выскочить и напугать его.

Только вот в итоге шок, испуг и обиду испытала именно Диана. Дина прокралась за папой по коридору. Там она смогла увидеть, как он стучит в кабинет лечащего врача девочки. Она сама не раз сидела в неудобном, жестком кресле за столом Геннадия Павловича. Дина снова насупилась. Она не понимала, почему папе назначили встречу без неё? Они же договаривались не иметь секретов друг от друга. Папа пообещал девочке, что честно будет говорить, если ее состояние станет ещё хуже.

Диана училась в седьмом классе и считала себя достаточно взрослой для любых новостей. Тем более, пусть папа и оберегал её, баловал, словно принцессу, но позволял ей расти самостоятельной личностью. Диана подкралась к двери и, воровато оглядевшись, боясь быть пойманной вездесущими медсестрами, приложила ухо к двери. Сначала она ничего не слышала, но затем разговор в кабинете стал принимать крутой поворот. Голоса стали громче:

-То есть как это?! – Воскликнул мужчина. – Вы же говорили, что лечение подобрано правильно!

-Так и было. – Заметил врач. – Однако поликистоз почек, что Диане поставили ранее, — это крайне опасный и серьёзный диагноз. И мы не могли совсем вылечить вашу дочь, лишь отодвинули почечную недостаточность дальше, на максимальный срок. И теперь наступил критичный момент… Зимой, как мне известно, она переболела. Это усугубило ситуацию, вы и сами знаете.

Дина побледнела, слушая врача. Зимой она совершила глупость, хотя, если бы её спросили, девочка бы поступила так снова. Она увидела, как мальчик гулял по тонкому льду и провалился. Не думая, девочка бросилась его спасать. Ребёнка она вытянула, сама тоже не утонула, но сильно заболела. Теперь же она лежала в больнице. В её жизни появился диализ, которая Диана всем сердцем ненавидела.

-И что теперь? – Спросил мужчина и принялся накидывать варианты. – Что я могу сделать? Нужны деньги? Какая-то операция? Может, за границей…

-Нет, мы всё сделаем здесь. – Попытался успокоить его доктор. — Однако выход один – трансплантация почки. Поэтому я вас и пригласил. Вы же отец-одиночка, и других родных у Дианы нет, правильно?

-Да… — Растерянно и опустошённо подтвердил Аксаков.

Доктор, вздохнув, продолжил:

-Дело в том, что в нашей стране прижизненное донорство допускается лишь между кровными родственниками. В ином случае мы будем вынуждены ждать донорский орган. На это может уйти много времени, иногда ждут годами, а у нас такой роскоши совсем нет. – Принялся объясняться Геннадий. – Диане же становится хуже. Внешне это незаметно. Вам может показаться, что она идёт на поправку, но, судя по анализам, это совсем не так… Её организм сейчас словно делает последний вдох перед тем, как сдаться.

-Тогда давайте ждать орган, или давайте… — Начал было мужчина, принявшись ходить по кабинету врача.

Дина поняла это, хоть и не видела. Её папа всегда ходил по комнатам, как тигр по клетке, если нервничал.

-Я к этому и веду! – Заметил врач. — Я предлагаю для начала вам пройти тест, возможно, ваш орган подойдёт. Чаще всего так и происходит. Тогда мы сможем…

-Нет. – Оборвал его мужчина резко. – Нет, я не могу.

Казалось, врач опешил. Он помедлил, подыскивая слова:

-Я понимаю, что вы боитесь, но, поверьте, мы всегда проверяем потенциальных доноров, как космонавтом. Делаем обследование всех систем, чтобы не навредить…

-Я сказал: нет. – Снова прервал его Аксаков.

-Вы не понимаете… — Попытался достучаться до отца пациентки врач.

-Это вы меня не понимаете! – Вновь повысил голос обычно спокойный Евгений. – Нет смысла сдавать тест! Я не смогу помочь Диане! Только не я!

Пачка печенья, зашелестев в ослабевших руках девочки, выпала и приземлилась на пол. Губы Дины задрожали. Она, отпрянула от двери, словно та стала горячей. Девочка сделала шаг назад, затем ещё один, а после этого побежала…

Да, именно подслушанный разговор стал причиной её марш-броска по кулуарам больницы. Диана не понимала, почему папа так поступил? Нет, конечно, она не могла требовать у него почку, но ведь он даже не попробовал…

Даже не попытался. Отказал без сомнений!

Девочка судорожно всхлипнула и укусила подушку. В её голову начали проникать воспоминания. Раньше они казались светлыми и утешающими, теперь же Диана принимала их за обман.

«-Ты справишься, Диана. Я всегда буду рядом. Я всегда помогу тебе, моя принцесса. Я за тебя жизнь отдам». – Говорил её папа, когда девочка впервые оказалась в больнице на длительный срок и была очень напугана.

Девочка хорошо помнила, что отец был вынужден заплатить за отдельную палату и с кем-то даже поругаться, чтобы остаться с Дианой. Ей тогда исполнилось шесть лет, и, по закону, она должна была лежать в одиночестве. Папа этого не допустил, он не бросил её. Тогда почему бросает сейчас?

-Диночка… Дина, что с тобой? Тебе больно? – Услышала Дина голос отца.

Она не заметила, что он пришёл в палату.

«-Предатель». – Пронеслось в голове у ребенка.

-Уходи! – Буркнула она в подушку.

-Дина, что у тебя болит? Мне вызывать медсестру? – Голос Евгения стал более обеспокоенным.

Диане пришлось на миг оторваться от подушки и подарить отцу полный обиды взгляд:

-Со мной всё хорошо! Я просто… Просто не хочу тебя видеть, ясно?!

-Но Дина…

-Уходи! Лучше бы вместо тебя была мама! Может, она бы не пожалела для меня орган… — Крикнула Диана с надрывом.

Евгений отпрянул и побледнел. Он сразу понял, что Диана знает о его разговоре с врачом.

-Ты всё не так поняла, Дина… — Прошептал он.

Диана не стала его слушать. Она снова упала лицом в кровать и накрылась одеялом с головой. Тут в палату пришла медсестра и сказала, что посещения на сегодня окончены.

-Ещё минуту… — Попросил Женя, желая поговорить с дочкой, объясниться.

-Нет, все гости – на выход. – С видом тюремного надзирателя заявила медсестра. – Сейчас я девочкам буду уколы делать, мужчина, вы мешаете.

Растерянному отцу пришлось уйти.

****

Евгений Иванович Аксаков вышел из больницы, ощущая, что камень на его сердце стал ещё тяжелее. Мужчина тяжко вздохнул, мрачно подумав, глядя на окна медицинского учреждения:

«Вот бы мне операцию кто провёл… По удалению боли в сердце».

Евгений вытянул из кармана пачку сигарет, вытянул одну никотиновую палочку и сунул в рот. Однако поразмыслив, он всё-таки выбросил всю пачку в близстоящую урну. Дочка ненавидела, когда он курил. Наверняка расстроится, если узнает, что он взялся за старую пагубную привычку. Мужчина вышел из-под козырька больницы, оглянулся на окно палаты дочери. Обычно она выглядывала и махала ему до тех пор, пока он не садился в машину. Однако теперь окно было пустым, без знакомого и близкого сердце силуэта. Мужчина снова вздохнула и, понуро опустив плечи, поплёлся к своей «ауди». Если бы Женю спросили, какое чувство самое тяжёлое, способное убить тебя, он бы вспомнил этот день. Он испытал чувство, которое боятся, наверное, испытать любые родители…

Чувство, когда ты не можешь помочь ребёнку в момент его горя, отчаяния или болезни. Если бы Евгений мог, он бы принял удар на себя. Забрал недуг Дианы, всю её боль, только вот, к кому бы мужчина не обращался с этой просьбой, хоть к Богу, хоть к врачам, все было тщетно.

Приехав домой, Евгений застыл на пороге. Квартира встретила его тишиной, от чего стало ещё хуже. Обычно из своей комнаты выбегала Диана, повисая на его шее и требуя гостинцев. Даже когда она перестала быть ребенком и начала превращаться в подростка, Евгений все равно не изменял их традиции и приносил ей с работы то шоколадку, то ягоды…

При этом Женя всегда произносил заветные слова:

-Это тебе белочка передала…

Или же говорил:

-А это лисички передать велела…

Так он говорил Дине, когда той было всего года четыре. Наивная малышка верила в его слова и с восторгом принимала гостинцы от лесных жителей. Дина выросла, перестала верить в подобные байки, в Деда Мороза и Зубную Фею, но все равно спрашивала папу, с лукавой и доброй улыбкой:

-Что мне сегодня принесла лисичка?

В иные вечера, когда Евгений приходил домой, из комнаты подростка доносилась музыка, или смех, или разговоры с подругами…

Иногда Диана что-то готовила на кухне или пила чай. Теперь же дом был полон убивающей, удручающей тишины. Лишь кран в ванной капал. Давно его пора починить.

Евгений, скинув обувь, прошёл в спальню. Сил не было даже поужинать, желания – тоже. Мужчина в одежду рухнул на кровать. Он снова вспомнил то, как Диана появилась в его жизни…

Момент, когда он стал отцом-одиночкой. Тайну, которую он скрывал от всего мира, даже от Дины…

Диана появилась на свет тринадцать лет назад. Тот день вспоминался Жене, как самый прекрасный. Не смотря на то, что дождь лил, как из ведра, мужчина всё-таки пришёл под окна роддома. Евгений был абсолютно трезв, но чувствовал себя, словно пьяный, когда кричал под окнами имя своей невесты и матери новорожденной малышки:

-Света! Светлана!

Блондинка выглянула в окно и скрылась. Затем вернулась со свёртком, показав Жене личико младенца. Сердце его тогда замерло, дрогнуло, а затем забилось с такой силой, словно хотело выскочить навстречу ребенку. Тогда Женя понял, что жизнь отдаст за это чудо.

****

Телефон мужчины зазвонил, вырывая его из славных воспоминаний. Он с удивлением и испугом понял, что звонит врач. Среди ночи звонки из больницы вряд ли сулили что-то хорошее.

-Диана пропала. – Без предисловий бросил Геннадий. – Найти не можем. На обходе была, а как кефир разносили – найти не смогли. Обычно у них отбой и…

-Я приеду сейчас. – Перебил врача мужчина.

Он бросился в больницу, по пути пытаясь дозвониться до дочки. Врачи его уверили, что Диана не проходила через пост охраны.

-Куда она могла пойти? – Спросил врач.

-Она… Она любит небо больше всего. Звёзды и облака её успокаивают. – Вспомнил Женя привычку своей дочки.

Девочку нашли на крыше. Оказалось, медсестры здесь курили днём и забывали запирать дверь. Дина частенько сбегала сюда. Ночь выдалась холодная, девочка тряслась от холода, но идти в палату отказывалась.

-Тебе станет хуже. – Возмутился Евгений.

-И кому не плевать на это? – Буркнула Дина, хотя у неё зуб на зуб не попадал. – Я решила, что откажусь от операции и лечения. Не хочу больше ничего.

Папа, устав от бесполезных споров, снял куртку и натянул на упирающуюся дочь.

-Я всё тебе объясню. Только пошли отсюда. – Пообещал он.

Евгений привёл девочку в пустую палату. Геннадий Павлович, верно оценив состояние ребёнка, разрешил им поговорить.

-Я вынужден признаться тебе… Хотя не хотел этого. Я боялся, что для тебя эта новость станет ещё большим стрессом.

-Какая новость? – Нахмурилась Дина.

-Я не твой родной отец. То есть… Дина, я твой папа, понимаешь? В любом случае я – твой папа. Я люблю тебя больше всех на свете. Только вот по крови мы не родственники. Поэтому, когда мне предложили пройти тест, я растерялся. Ведь, если отдать орган могут лишь кровные родственники, значит, я тебе не подойду.

Евгений вскочил и принялся, по своему обыкновению, мерить шагами тесную палату. Затем он остановился и присел на корточки перед изумленной Дианой. Он взял её ладошки в свои руки, сжимая:

-Для нас это ничего не значит, Диана. Ты не представляешь, как бы я хотел отдать тебе хоть почку, хоть сердце… Ведь моё сердце и так принадлежит только тебе, моей дочке. Однако я испугалась, что тайна всплывёт. Вот и…

Он покачал головой. На глаза Дины навернулись слёзы:

-Ты обещал, что всегда будешь говорить мне правду. Даже если она страшная и может ранить. – Произнесла девочка. – Расскажи мне всё, как есть. Прошу тебя.

Евгений поморщился на миг, не желая выпускать из шкафа всех скелетов. Но увидев голубые глаза дочери, сдался, обречённо покачав головой. Тогда Евгений начал свой рассказ…

****

Женя и Света не были женаты. Женщина постоянно откладывала этот момент. Евгений, вернувшись из армии, сделал ей предложение, но и тогда получил отказ. А когда, спустя месяц, Светлана узнала, что беременна, то говорила жениху, самым удивлённым тоном:

-Какая свадьба, Женя? У меня скоро живот появится, токсикоз начнётся. Хороша невеста будет! И шампанского даже не выпить. – Недовольно поджимала губки голубоглазая блондинка.

-Я просто хочу, чтобы ребёнок родился в браке. – Резонно замечал Женя.

-Это все глупости… Запишу ребёнка на твою фамилию, дам твоё отчество, об этом можешь не переживать. Да и потом, матерям-одиночкам какие-то льготы положены. – Заявляла Светлана, которая всегда была жадной до денег.

Вскоре у них родилась Диана. Сначала жили с родителями Жени, затем он снял им квартирку. Молодой мужчина устроился на работу, старался баловать своих девочек, ни в чем им не отказывать. Хотя уже тогда Евгений заметил странности в поведении Светы. Если он, после работы, спешил к дочке, чтобы взять ее на руки, поцеловать в макушку, вдохнуть ее запах, до Свете словно было плевать…

Её больше волновал собственный маникюр или макияж. Порой мужчина, приходя домой, замечал, что его дочь давно лежит в грязном подгузнике, хотя его жена была в нарядном платье и пахла духами. На вопросы, кормила ли Света плачущего ребенка, она лишь пожимала плечами и говорила:

-Не помню. Ко мне подружка приходила, я могла и забыть.

Если Евгений тянулся к семье, любил проводить выходные дома, выводить дочку на прогулки, в парки или Зоопарки, то его гражданская жена пыталась отдалиться и от них, и от семейного гнёздышко. Ситуация стала патовой, когда Светлана стала себе позволять оставлять Диану на соседского ребёнка, или одну, чтобы сбежать из дома. Вернуться она могла к ночи, нередко от неё несло сигаретами и алкоголем.

Евгений, не выдержав такого отношения ни к себе, ни к ребенку, не смог сдержаться и начал ссору:

-Что ты за мать такая?! – Орал он на Свету, укачивая на руках Дашку. – Как ты можешь оставить ребёнка одного?!

-Вот видишь! Я гуляла где-то и с кем-то, а тебя волнует только судьба дочки! – Вопила Света в ответ, размазывая по лицу алую помаду и тушь. — Мне, может, скучно! Ты только и делаешь, что работаешь и всё внимание уделяешь Диане… А мне ни заботы, ни ласки не достается!

-Но наша дочь ещё маленькая, ей нужна забота и мамы, и папы… — Попытался вразумить Светлану мужчина.

Ссора за ссорой, а поведение Светы становилось лишь хуже. И, словно ледяному шару, скатывающемуся с горы, ситуация превратилась в лавину, что погребла под собой каждого…

В тот вечер Евгений пришёл домой и снова услышал надрывный плач малышки. Он поспешил в комнату и увидел, что Дина смогла выбраться из кроватки. Только вот девочка упала и теперь плакала от боли и обиды. Женя испугался, схватил ее на руки:

-Милая моя, ушиблась? Где болит? – Обеспокоенно спросил мужчина, не ожидая, конечно, что ребенок ему ответит.

Он понял, что Света снова сбежала из дома. Не знал лишь, что на этот раз – навсегда. Дина быстро успокоилась на руках папы. Он облегченно выдохнул, надеясь, что девочка не ударилась и ее больше ничего не беспокоит:

-Пошли, найдём тебе ужин. – Поцеловал он ее в лобик.

Только вот на холодильнике его ждал неприятный сюрприз. На магнит в виде пальцы была прикреплена записка. На криво вырванном из тетради листе были острые буквы – почерк Светы.

«Женя! Я так не могу! Я всегда знала, что создана для большего… Я не могу быть женой работяги, как моя мать, да считать копейки… Я не хочу быть мамой, меня бесит то, что она постоянно плачет! Я не чувствую к ней любви! Недавно я встретила другого. Он богат и ценит меня. Он подарит мне жизнь, которой я достойна. Ты же этого сделать не смог, но я тебя не виню. Напоследок дарю тебе подарок и освобождаю от бремени: ребенок не от тебя. У меня был другой, пока ты был в армии. Это его дочь. Так что может его хоть выкинуть, хоть отдать в детский дом – мне плевать».

Гораздо позже Евгений узнал, что Света действительно укатила в закат с каким-то богатым любовником. Оказалось, она встречалась с ним уже год. Однако не это прошлось наждачкой по сердцу мужчины…

Он прижал к себе Дину, прочиатв записку. Дыхание перехватило. Мужчина посмотрел в лицо дочки, а та, заметив его внимание – улыбнулась. На глаза Жени навернулись слёзы:

-Я тебя никому не отдам, не переживай. – Пообещал он малютке. – Я тебя всем сердцем люблю… Родная ты мне, или нет… Какая разница?

Началась новая жизнь Жени, в роли отца-одиночки. Конечно, он прошёл семь кругов ада, когда обращался в соцзащиту и суд. В итоге он отсудил ребёнка у матери. Впрочем, Света не возражала, даже не появилась на суде, у нее были иные приоритеты. Сначала ему помогала мама. Вскоре, когда Дина подросла, мужчине предложили новое место работы и повышение, но в другом городе. Женя согласился, они с дочкой переехали, позже купили квартиру, зажили прекрасно.

Однако на ясном небе их счастья появились грозовые тучи – диагноз ребёнка. Конечно, Женя без колебаний готов был отдать почку дочери, ведь он и так посвятил ей свою жизнь. Однако он боялся, что все вокруг узнают, что девочка от другого. Боялся сказать об этом и Дине..

Завершив рассказ, мужчина боялся поднять глаза на дочь. Он, отчего-то, чувствовал себя виноватым. То ли за ложь, длиною в жизнь, то ли за то, что его органы оказались из-за этого бесполезными. Дина, всхлипнув, бросилась к отцу на шею:

-Я люблю тебя… Пап… — Пробормотала она ему в шею. – Прости меня. Я такая дурочка…

Мужчина крепко обнял девочку в ответ. Дверь скрипнула. Папа и дочь посмотрели на Геннадия Павловича, застывшего в проёме с виноватым лицом и покрасневшими глазами.

-Я не хотел подслушивать. Пришёл поговорить, но понял, что не могу вмешать в разговор, так и застыл тут изваянием. – Пробормотал он.

Евгений, с чьих плеч упала хотя бы часть груза, лишь посмеялся:

-В этой больнице вообще можно что-то скрыть? – Спросил он, щёлкнув любопытную дочь по носу.

Когда Дину проводили обратно в палату, Женя решил поговорить с врачом:

-Могу ли я, всё же, пройти тест? Раз вы уже всё знаете. Только если по закону нельзя, то…

-А что по закону? – Пожал плечами врач и усмехнулся. – Вы же ей отец, а иного я не знаю. Пройти тесты можете послезавтра, я всё устрою.

Женя посмотрел на него с благодарностью.

***

Спустя время папа и дочь снова сидели в том самом кабинете. Оба не верили своим ушам:

-Что? – Переспросил Женя. Врач просиял:

-Вы подходите по всем параметрам. Идеальный родственный донор. Родственный, повторюсь… Потому что вы, совершенно точно, отец Дины. – Сообщил врач.

-Но это невозможно… — Растерялся мужчина, глядя то на дочку, то на доктора.

Геннадий Павлович широко улыбнулся:

-Возможно. Вы — кровные родственники. Это я вам как врач официально заявляю. – Сказал он.

-Но моя жена… — Напомнил Женя.

-Думаю, она солгала. – Покачал головой врач. – Уже не как врач, а как мужчина, переживший два брака, заявляю, что порой женщины могут быть крайне… Кхм… Неприятными личностями. Наверное, она хотела вам напакостить напоследок. Эти дамы…

Затем мужчина чертыхнулся и обратился к девочке:

-Но ты, Дина, конечно же не станешь плохой дамой!

-Знаю! – Кивнула счастливая девочка. – Потому что я пошла в папу.

Все трое засмеялись. На этот раз в смехе были и облегчение, и счастье, и надежда. Евгений чувствовал, как тот тяжелый груз на сердце упал и разбился…

Даже дышать стало легче. Ведь теперь он знал, что может помочь дочери. И он это сделает.

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

Предыдущий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Вы должны, войти в систему, чтобы оставить комментарий.

Добрый грустный красивый мужчина в парке
— Он же извращенец! Эта тварь фотографирует в своей комнатке голых девочек! Педофил!

Даша сидела на лавочке и любовалась на игру воспитанников. Какие они всё-таки славные! Бегают за мячиком, смеются. Дима, новый сторож...

Даша сидела на лавочке и любовалась на игру воспитанников. Какие...

Читать

Вы сейчас не в сети