Деловая красивая женщина в офисе

Тайна смерти мужа

Вероника Захарова, директор частной сыроварни, с трудом подавила зевок. Она еле-еле держала глаза открытыми, веки норовили слипнуться. Женщина уже минут десять тщетно пыталась вникнуть в выступление своей сотрудницы – маркетолога Иришки.

Молодая бледная девушка, со светлыми волосами, запинаясь и делая большие паузы между предложениями, рассказывала про грядущую ярмарку-фестиваль. На это мероприятие приглашали сыроделов со всей России. В этом году и их крафтовая сыроварня «Сырный дом» получила почетное приглашение от организаторов. И у Иры было множество идей, как лучше представить их небольшой бренд и выделиться среди конкурентов на мероприятии.

Только вот у начальницы не было сил их слушать. Осознав, что ещё секунда монотонного рассказа, и она просто клюнет носом в стол, Вероника Игоревна перебила Ирину:

-Ира, давай ты оставишь предложение организатора и свои заметки, я почитаю, а потом мы определимся с планом действий. Например, завтра после обеда.

Девушка с облегчением вздохнула и улыбнулась:

-Хорошо, Вероника Игоревна. – Кивнула она.

-Я же просила называть меня Вероника. – Напомнила женщина с добродушной улыбкой.

Ира ответила широкой улыбкой:

-Да, точно. – Кивнула она, повеселев. — Ах да, Вероника, я думала на счёт дизайна упаковки для сыров. Может, нам стоит немного изменить логотип и…

-Нет. – Категорично, даже резковато, оборвала ее начальница. – Логотип трогать нельзя.

Ира тут же замолкла, изумленном моргнув. Осознав, что её тон был грубым, Вероника прочистила горло и добавила уже мягче:

-Нет, Ирин, логотип останется. Просто… Знаешь… — Она замялась ненадолго, но все же продолжила. — Его мой муж рисовал, собственноручно. Он сделал набросок фото своего отца, там он был запечатлен на их домашней сыроварне. Вася там вырос.

И Вероника, и Ирина, как по команде, посмотрели в одну сторону. Туда, где на стене висело свадебное фото Захаровых.

На снимке Веронике и Васе было всего по двадцать три года. Они счастливо улыбались. Их жизнь только начиналась. Могли бы они подумать, что всё так обернётся? Конечно, нет.

-Ох… Простите, я не знала. – Тут же стушевалась Ира.

Она на миг опустила глаза, сжала тревожно в пальцах край папки. Затем, словно решившись, посмотрела на начальницу.

– Как вы, Вероника Игорев… — Осекшись, девушка себя спешно исправила.т- Вероника?

Захарова вздохнула и нехотя отвела глаза от влюбленной друг у друга пары молодожёнов, что смотрела на женщину из деревянной рамы.

-Да всё также, Ирин. – Честно призналась женщина. – Говорят в народе, что время лечит, но оно почему-то не справляется.

-Может, прошло слишком мало времени? – Предположила маркетолог.

Вероника пожала плечами, не зная, как ответить. Может и мало. Однако сейчас, спустя три месяца после потери супруга, Захарова испытывали лишь тоску и боль. Более того, вдове с каждым днём становилось всё тяжелее. Горе обрушилось на нее месяц назад, с тех пор, как пришло чувство осознания: его больше нет. Он не вернётся.

-Знаете… — Переступила с ноги на ногу Ира. – Если вы захотите поговорить, то я всегда готова вас выслушать. Не в рабочее время, конечно! Мы сможем встретиться и после работы.

Вероника посмотрела на девушку, растягивая губы в улыбке. Она была искренняя, разве что глаз женщины не касалась. В голубых глазах Ники словно застыла тоска. Будто эти глубокие голубые озера, покрылись толстой коркой льда.

-Спасибо, Ириша. Больше спасибо.

Маркетолог кивнула, положила синюю папку на стол и удалилась из кабинета. Женщина проводила её задумчивым взглядом, подперев подбородок кулаком.

Ирину Кузнецову Вероника наняла на должность маркетолога совсем недавно. Девушка лишь два года назад закончила университет, и у неё не было большого опыта в маркетинге, продвижении товаров или услуг. Однако именно её резюме Вероника выбрала из писем десятка матерых профессионалов мира рекламы, что скинули ей на почту соискатели.

Откровенно говоря, ей просто стало жаль милую девушку. В её биографии было указано, что девочка жила в детском доме. На собеседовании Ирина показалась Захаровой невероятно застенчивой и скромной. Однако, не смотря на такой склад характера, девушка обладала креативным мышлением, интересно отвечала на нетривиальные вопросы, а ещё обладала иными полезными навыками. Например, владела широким набором компьютерных программ, была грамотна и писала отличные тексты.

Вероника решила дать ей шанс, потому что подумала, что вряд ли его даст Ире кто-то другой. Она надеялась, что в их небольшой, уютной компании по производству сыра, девушка сможет раскрыться. Сформировать в себе общительность, коммуникабельность, стать более энергичной. А ещё Веронике просто хотелось перемен и новых лиц рядом с собой. Хоть каких-то, лишь бы не застрять в себе. А заняться современным продвижением сыроварни она давно мечтала. Когда здесь заведовал муж Виктории, Василий Захаров, то маркетолога у них не было. А лучшей рекламой он считал «сарафанное радио».

-Наш сыр в рекламе не нуждается, Никуся. – Упорно утверждал бывший директор. – Мы его создаём с любовью, по традиционным, семейным рецептами и из натурального сырья. Разве его качество и вкус – это не реклама сама по себе? К нам возвращаются, потому что желудок просит, а не потому что упаковка красивая!

Жена пробовала возразить, что, мол, даже у каких-нибудь автоконцернов есть реклама. Хотя сложно найти человека, который не знает, что такое Феррари. Только муж у неё был упёртый, всегда и во всем. Даже логотип для сыра он сам разработал, не доверив эту миссию профессиональным дизайнерам. Но, надо сказать, он получился замечательным…

На каждой головке и каждом кусочке сыра, что поступал в продажу, был нарисован профиль мужчины, пожилого фермера, с доброй улыбкой и морщинами на лице. Это был лишь набросок, но он заставлял дрогнуть особые струны в душе смотрящего. Наверное, потому, что Василий изобразил собственного отца, мужчину, у которого унаследовал идею сыроварни, рецепты сыров и любовь к этому ремеслу. Самого Василия Петровича давно не было, а память о нем жила. Да, его наследник, Василий Васильевич, обожал сыроварню всей душой. Конечно, он стал сыроделом не потому, что очень любил вкус этого молочного продукта. Во многом на таком выборе профессии сказалось воспитание и детство Захарова-младшего.

Отец и мать Василия жили в деревне. Жили не богато, но хорошо. Мужчина ценил свою супругу, хоть её деревенские сторонились. У женщины было расстройство психики, поэтому слухи ходили разные. Тёмные люди предпочитали думать, что она не больна, а дружит с лукавым и ходит на шабаши. Однако Василий-старший плевал на тех, кто занимается пустым трепом. Женился на возлюбленной и оберегал от сплетен и пересудов. Только вот от всех невзгод спасти не смог. Спустя всего полтора года с рождения сына, его мама умерла, утонув в реке. Так маленький ребёнок остался на попечении отца-одиночки. Поэтому он стал частенько брать ребёнка с собой, показывая ему, совсем крохотному, как готовят сыр. Позже сам Василий, со смехом говорил, что вырос он не на материнском молоке, а на домашнем сыре. И это было не далеко от истины.

Вся семья Васи, по отцовской линии, поколение за поколением, занималась производством домашнего сыра. Они держали своих коров и коз, постоянно экспериментировали, создавая что-то новое, или возвращались к проверенным, надёжным рецептам. Не мудрено, что Вася, на столе которого всегда был кусочек хлеба с маслом и домашним сыром, решил продолжить семейную традицию.

Однако подошёл он к этому с большим размахом, потому что был амбициозным, дельным юношей. Деревню покинул, увозя с собой ценный опыт и знания. Переехал в город, решил получить образование в сфере бизнеса. Поступил в университет, где и приметил красавицу Нику Соловьеву – будущую жену. Молодой деревенский паренёк с обаятельной улыбкой, тёмными густыми кудрями и зелёными глазами покорил девушку с первого взгляда.

Парень он был добрый. Про таких говорят, мол, и рубашка нараспашку, и душа нараспашку. Вася был душой компании, виртуозно играл на гитаре, чем окончательно расположил к себе Веронику. Отец парня то и дело присылал из деревни гостинцы на всю группу. То мешок сочных, хрустящих яблок, то жёлтых медовых слив, а иногда и домашнего варенья. И, конечно, сыр! И всё заманивал сына к себе в гости, чтобы познакомиться с его девушкой. В итоге они приехали в деревню, под названием Сосновка, летом, после второго курса. Молодые студенты решили провести там остаток каникул.

Тогда Вероника была совершенно очарованна бытом Васи. Его уютным двухэтажным домом, его добрым и гостеприимным отцом, который встретил Нику, как родную дочь. Она была впечатлена полями и лугами, сладко пахнущими травой и цветами, её смешили и умиляли их домашние козочки да коровы. До этого Соловьевой не доводилось побывать в деревне. Поэтому она таяла и млела, когда Вася плел ей венок из ярких одуванчиков или нежных ромашек, катал на лодке по речке или угощал спелой клубникой, только сорванной с грядки.

Однако была и ложка дегтя в бочке меда. Вероника помнила, как страдали и даже злились девушки в родной деревне Василия, когда он привёз невесту. Они видели в Соловьевой выскочку городскую, которая отобрала у них завидного жениха. Особенно злилась Наташка Дубова, подруга детства Василия. Хотя Вася никогда не давал ей повода видеть в себе суженого-ряженого, сеновалы с ней не делил, через костёр за ручку не прыгал, но Наташа всё равно была уверена: её час настанет. А тут Василий вернулся, да не один. С миловидной голубоглазой брюнеткой. Обнимает её нежно, в лобик целует…

Тогда Наталья так обиделась, что подумывала устроить гостьей «тёплый приём». Даже подговаривала деревенских молодчиков за «бутылку» напасть на девушку. Не сильно, конечно, избить, а так, припугнуть. Чтобы духу её больше в деревне не было. Только вот Васе, который имел в деревне авторитет, друзья поведали о планах бывшей подруги. Тогда они здорово поругались, встретившись на заднем дворе. В итоге Наталья убежала от парня в слезах. Вероника, которая, не сдержав любопытства, подслушала их разговор, попалась на глаза Дубовой. Та сверкнула карими, почти чёрными очами, да выплюнула в лицо девушке:

-Довольна, пигалица? – Сцедила она сквозь зубы. – Это все ты виновата, дура! Хвостом перед ним вертела… Но знай, что на чём несчастье счастья не построишь!

-Да в чём же я виновата перед тобой?! – Всплеснула руками Ника. – Если Вася меня любит, а я тебя… Ты бы лучше порадовалась за своего друга, Наташа! Он же тебе не обещал жениться! Ты сама создала фантазии на его счёт, а теперь злишься, когда столкнулась с реальностью!

На это Дубова ничего не ответила. Лишь носом покрасневшим шмыгнула и, толкнув девушку плечом, выскочила за калитку…

Как бы там не было, а свадьбу молодые сыграли. Пусть и скромную, позвали лишь родных и самых близких друзей, но очень веселую. Затем уже, после свадьбы, молодожены обосновались в городе. Ника всегда поддерживала стремление мужа к открытию собственного дела. Они оба работали, чтобы получить первые деньги на бизнес, а потом основали собственную сыроварню, которую Василий с нежностью называл крафтовой мастерской. Сыр там изготавливался в ручную, а сметался с прилавок магазинов и ярмарок за считанные секунды. Дело «пошло в гору» с самых первых дней. Чете Захаровых даже пришлось искать помещение побольше, да расширять производство, но и это не стало пределом. Они мечтали о большем, и, казалось, всё получится! Только вот теперь…

Теперь Вероника не была уверена, что сможет осуществить наполеоновские планы супруга. Ведь Васи больше не было. Не было твой движущей силы, что толкала их вперёд. Не было сердца этой сыроварни. Да и у самой Ники словно сердце выдрали, да вместе с мужем под землёй похоронили. Теперь Вероника со слезами на глазах и сжимающихся в груди сердцем вспоминала моменты, как её супруг приходил домой таинственный, с горящими от предвкушения глазами. Незадолго до трагедии он также влетел на кухню, в распахнутой куртке, которую даже снять в прихожей не потрудился.

-Что случилось? – Сразу поинтересовалась женщина, подозрительно глядя на мужа и помешивая овощную поджарку для супа в сковороде.

-А вот, Никусь! Новый вкус сыра придумал! – Восхищенно заявлял он, вытягивая из пакета предмет своей гордости. — Попробуй! Он вышел хорошим, но чего-то не хватает… Как думаешь? Может, тмина?

В этом был весь Василий. Он любил искать новые вкусы, разбавляя традиционные рецепты различными добавками. Захаров, словно алхимик, который искал рецепт получения философского камня, мог добавлять в сыры перец чили, сушеную мяту, пажитник и даже кофе. Недавно он вовсе загорелся идеей пополнить ассортимент их сыроварни десертным, яблочным сыром с корицей. Немного сладким, похожим на пастилу и, обязательно, с ореховыми нотами, ведь его супруга обожала орешки. Вася обещал назвать этот сыр Вероникой, в честь любимой, но работу над ним держал в тайне, чтобы не испортить сюрприз.

-Ты, Вася, как обычно… — Вздыхая, сетовала женщина, откладывая деревянную лопатку в сторону. – Приличные мужья домой с букетами цветов бегут, а ты всё сыр да сыр таскаешь. Я тебе что, крыска-Лариска?

-Ну, какая же ты крыска, Никусь. – Смеялся Вася. – Ты у меня мышонок. Маленький, милый, мышонок. Так что, сыр попробуешь?

Вероника закатывала глаза, но сдавалась. Сыр пробовала, да советом помогала. Надо сказать, ворчала супруга не всерьёз. Ей было приятно видеть супруга, влюблённого в своё дело. Хотя порой она даже ревновала своего Васю к его сыроварне. Как он о ней отзывался, любо-дорого послушать!

-Хранилище нашей мастерской – это её сердце! – Вдохновенно рассказывал Вася супруге, проводя экскурсию по небольшому предприятию. – Здесь наш сыр дозревает. Я его сам переворачиваю, тщательно слежу за влажностью и температурой воздуха, иначе это плохо скажется на его вкусе, консистенции, внешнем виде.

Названия сыров из уст Захарова звучали как затейливая песенка: монтазио, гауда, тильзитер, моцарелла… Любо-дорого слушать! Именно поэтому у вдовы не поднялась рука продать процветающую сыроварню. Хотя желающие были. Они налетели на неё сразу, едва она похоронила супруга. Бизнесмены, как стервятники, кружили над горюющей женщиной. Выражали соболезнования, произносили лживые слова сочувствия и затем предлагали облегчить ее ношу и купить сыродельню. Масла в огонь подливали родственники:

-Ты ведь, Никусь, никогда особо не интересовалась делами сыроварни. – Говорила старшая сестра, Люська.

-Я закончила факультет бизнеса и менеджмента. – Напоминала Ника, поджимая губы. – И Вася всегда посвящал меня в дела. Я сначала с ним работала, так что как-нибудь разберусь.

-И когда это было? Твой диплом пылью покрылся. – Отмахивалась сестра недовольно. – Ты давно занялась бытом, стала домохозяйкой. Чего теперь-то из себя бизнес-леди строить? Если сейчас продашь вашу сырную конторку, то сможешь обеспечить себе неплохую жизнь на ближайшие лет десять. А там, глядишь, и новый муж нарисуется.

Веронике было и больно, и противно слушать такие рассуждения. Во-первых, она не могла понять, как у сестры язык поворачивается пророчить ей нового мужа, когда она ещё траур по Васе не сняла? Во-вторых, почему родственники не верят в её силы? Конечно, Люся желала ей добра и просто была слишком простой, но всё же…

Нет, продать бизнес вдова не могла. Для женщины это было равносильно тому, если бы она отдала Васиного ребёнка чужим людям. И раз уж совместных детей у них не было, то пусть хоть его дело процветает и живёт.

Так Вероника встала во главе «Сырного дома». Работать было сложно, но Вероника ушла в этот труд с головой. Несколько раз она даже ночевала на работе, засыпая над бумагами. Была и другая причина такой самоотверженности. Вероника не хотела, точнее, просто не могла приходить в пустую квартиру. Она открывала дверь и стояла на пороге, прислушивалась, вдруг Вася включил телевизор? Смотрит свой любимый спортивный канал и критикует футболистов…

Но в квартире было тихо. Ника не могла избавиться не от привычек, не от вещей, что её окружали. В стакане на раковине лежали две зубные щётки. А на полке стоял мужской шампунь с запахом хмеля. Вдова все также готовила еду на двоих, а потом со слезами давилась второй порцией, или, от бессильной злобы на жестокую судьбу, выбрасывала обе в урну. Она покупала утиный паштет, который не любила, но обожал её супруг. По ночам, она ложилась в постель и по привычке поворачивалась лицом на сторону мужа, чтобы пожелать добрых снов…

Поэтому Ника пряталась на работе. Закапывалась в бумагах. Вникала в каждую мелочь. Вот и сейчас, после второй, а то и третей бессонной ночи, она широко зевала, сидя за рабочим столом. Женщина подтянула к себе оставленную Ириной папку, без особого энтузиазма изучая содержимое.

-Ох, что-то знакомое… — Задумчиво пробормотала женщина.

Вероника вспомнила, что ей однажды довелось побывать на этом празднике. Гости там гуляли по сырной ярмарке, дегустировали продукцию и могли купить то, что пришлось по душе и вкусу. Развлечений тоже было достаточно, например, ярмарка мастеров и ремесленников, концерты, огненное представление, мастер-классы для взрослых и детей, и, конечно, шоу приготовления сыра. Ника тогда даже смогла пострелять из луку и примерить платье средневековой красавицы. Помнится, восторгов в её душе было много. Только тогда Вероника была там, как зритель, а теперь приедет, как владелица бизнеса.

-Ну, что ж… — Проговорила Ника, разминая затекшую шею. – Отличный шанс заявить о себе!

Женщина с жаром принялась за работу.

***

Ярмарка прошла просто превосходно. Весь сыр был продан до последнего кусочка, а настроение Ники, в кое-то веки, было хорошим. Она предавалась нежным воспоминаниям, проникнувшись знакомой атмосферой праздника. Это заметила и Ирина, которая шла вместе с начальницей между красивых крытых ларьков и киосков. Пока они готовились к фестивалю, стали ближе, даже перешли на «ты». Вероника относилась к Ире, как к дочери, хотя разница в возрасте у них был не такая уж большая.

После прогулки женщины взяли себе по картонному стаканчику с кофе и сели на скамейку. Их диалог плавно перерос в разговор по душам. Возможно, именно ностальгия праздника позволила Веронике раскрыться своей сотруднице. Либо доброта и искренность сироты стали ключом к её сердцу, что не успело познать, счастье материнства.

Ира заметила, как Ника смотрит на детскую площадку. Ребетня чирикала, галдела, как стайка воробьев. Они сновали туда-сюда, скатывались с горок, забирались на качели. Их мамы с любовью и некоторой тревогой смотрели на детские забавы.

-Люблю детей. – Заметила Ирина, тоже посмотрев в сторону малышей. – Хотела бы двоих, желательно, девочек. С мальчиками, боюсь, не справлюсь. Только потом, когда встану на ноги.

Ника усмехнулась:

-Знаешь, мы тоже с мужем так думали. Что вот-вот заведём ребёнка, когда «на ноги встанем». Затем решили завести, когда бизнес расширим, квартиру побольше возьмём, потом была иная загвоздка… – Поделилась она. – А в итоге… Мы предполагаем, а Бог располагает. Не успели мы.

Женщина тяжко вздохнула, её взгляд затуманили воспоминания.

-Вася мечтал о сыне. У них в роду всегда были мальчики. – Задумчиво произнесла женщина, грея пальцы о стакан с напитком. — Хотя, он бы и дочери был рад. Из него бы получился прекрасный отец. Вася был очень заботливым, искренним, справедливым…

-Мне очень жаль. – Рука Ирины коснулась плеча женщины, в ободряющем жесте. – Однако ты – невероятная женщина, Вероника! У тебя ещё будет и супруг, и ребёнок.

Захарова поморщилась, словно ей на рану щедро сыпанули соли?

-Нет, Ириш. Я больше любви не ищу. Говорят же, что судьба у человека только одна. Моей не стало, значит, буду век одна доживать. Мужа я любила так сильно, что в сердце места никому иному просто не найдётся.

-А что с ним случилось? – Осторожно спросила Змазнева. – Прости, это личное, конечно, просто ты говорила, что вы ровесники. Значит, он был совсем молодой. У меня в голове не укладывается, как несправедливо, когда погибают молодые люди!

Женщина кивнула, соглашаясь:

-Тридцать лет исполнилось бы в июне. – Вздохнула брюнетка. – Вася сгорел в доме, когда начался пожар. Он уже на следующий день должен был вернуться домой из рабочей поездки. Васенька ездил по деревням, искал вдохновение и новые, особенные рецепты. Знаешь, он был в своем деле, как филолог, который с благоговением ездит по деревням и селам, чтобы собирать фольклор и диалекты… Только Вася собирал рецепты и идеи.

Женщина нежно улыбнулась, вспомнив мужа, а затем на её лицо вновь легла тень печали.

-И вот, последняя его остановка была в родной деревне, в Сосновке. Оказалось, что это последняя остановка в его жизни… Где родился, там и нашёл своё пристанище… — Она коснулась лба холодными пальцами, потерев его.

То ли из-за воспоминаний, то ли из-за суеты фестиваля у женщины начиналась мигрень.

– Пожар был не случайным. Виновного в этом злодеянии нашли. Только вот жертвой должен был стать не Вася. Просто два деревенских соседа что-то не поделили… Кажется, один другого уличил в том, что он скоту домашнему отраву подсыпал. Место там глухое, дом стоял на окраине. Пожарные приехали, когда дом было спасать поздно. Тело Васи нашли на втором этаже, он был у окна. Пытался его открыть, да не смог. Задохнулся дымом, а затем огонь доделал свою работу…

Женщина говорила ровно, холодно, словно рассказывала про кого-то другого. Но на самом деле в её душе всё ещё всё переворачивалось. Картинки последних секунд мужа, каким она его невольно представляла, так и стояли перед глазами.

-Знаешь, я чувствую свою вину из-за его гибели. – Призналась она, ковыряя ногтем крышку стаканчика. – Вася ведь должен был вернуться позже, но хотел успеть на мой День рождения. А я его не стала отговаривать. Тоже хотела мужа увидеть за праздничным столом. Мой день рождения в январе. Вот он и остановился в этом доме…

Горло женщины сжалось, она с трудом проглотила возникший болезненный комок. Она до сих пор помнила объяснения полицейских, что пришли к ней в дом в её День рождения. Мужчины в форме смутились, осознав, что попали на праздник. Посмотрели на нарядную Нику, на её счастливых гостей и шарики, наполненные гелием, что болтались под потолком…

Переглянулись между собой. Тогда у Ники сердце упало. Они рассказали, что шанса выжить у Василия не было. Дом вспыхнул, как спичка. Пламя в мгновение ока разрослось, отрезая пути к выходу. Мужчина сгорел, практически превратившись в пепел. То, что осталось от Василия, похоронили в закрытом гробу. Даже проститься с любимым мужем Ника толком не смогла.

-Я тогда не хотела верить полицейским. Тем более, узнать Васю было невозможно. Я кричала, что это не мой муж. Впала в страшную истерику. Однако в доме нашли его вещи и обручальное кольцо. Он же остановился там, потому что автомобиль подвёл. Обещали починить к утру. Автомеханик подтвердил, что Вася остановился на ночлег в этом доме. Знаешь, он же и машину всё никак не хотел менять. Деньги же были, хоть на три машины! Бизнес приносил хорошую прибыль. – Делилась Ника наболевшим, смахнув набежавшие слезы. – Но ему нравилась наша, старая. Он говорил, что она с норовом, как породистая лошадь. Там педали были жесткие, руль требовал сноровки. Вася смеялся, что кроме него никому не удается совладать с машиной. И зачем я тебе про машину рассказываю? Как глупо… Прости…

Женщина махнула тёмными волосами, отгоняя тяжёлые воспоминания. Сделала глоток кофе и поморщилась: он остыл и стал кисловатым на вкус.

-Ты ни в чём не виновата Вероника! – Воскликнула Ира, все это время с вниманием слушая начальницу. – И я верю, что ты ещё найдёшь своё счастье!

Ника лишь улыбнулась.

***

Минуло ещё восемь месяцев. Вероника не успела оглянуться, а за окном был конец декабря. Сезон корпоративов был в разгаре, вот и их «Сырный дом» готовился встретить наступающий год шумным застольем. Праздника Ника не хотела, но лишить вечеринки своей коллектив не посмела бы. Тем более, они славно постарались. Выпустили подарочные сырные наборы, которые перед праздником разбирали, как горячие пирожки.

А ещё Ника была на пороге нового контракта с частной винодельней. Эта идея пришла ей в голову случайно, но захватила начальницу. Ведь нет лучше дуэта, чем сыр и вино, верно?

Организацией вечера занялась Ирочка. За несколько месяцев сотрудничества Ника и Ира совсем сроднились. Они вместе ходили на обед, встречали на выходных, чтобы обновить гардероб, посещали культурные мероприятия.

-Чудесный праздник. – Похвалила маркетолога Ника, сидя в полутемном зале ресторана, тогда как её сотрудники отплясывали на танцполе.

-Это ещё не все сюрпризы! – Подмигнула блондинка, довольная собой.

В качестве сюрпризов было появление Деда Мороза и Снегурочки, с весёлой программой и нелепыми конкурсами, которые были встречены подвыпившей толпой на «ура». После них появился факир, а за ним – цыганка Мирела. Женщина, представившись, стала ходить между гостями, обещая самые правдивые предсказания на следующий год. Наверное, когда-то Мирела была красавицей, с экзотической внешностью, темными густыми волосами и смуглой кожей. Теперь же перед ними была сухонькая старушка с чёрными глазами. Кожа её увяла, покрылась пятнами, стала морщинистой и тонкой, как паутинка. Волосы были седыми. Гости реагировали на предсказания по-разному. Охали, ахали, смеялись и шептались.

Ника сидела в стороне, не включаясь в игру. Она никогда не верила в магию или в предсказания цыганок, но предпочитала держаться от них подальше. Да и кошелёк с телефоном тоже держать при себе. Женщина не думала, что у них есть дар, а вот способность дурачить и манипулировать – вполне вероятно. Поэтому начальница вся съежилась, когда цыганка резко подняла голову, втянула носом воздух, словно зверь, учуявший добычу, да вперила в неё свой взгляд. Она быстро пошла к Нике, кутаясь в цветастую шаль, не сводя горящего взора.

-Здравствуй, красавица. – Кивнула старушка. – Знаешь, как наш народ говорит: «До смерти цыган весел, песни поёт и пляшет». А ты, живая, молодая, а сидишь, как тень. Отчего веселья сторонишься? Как огня смеха чужого боишься? Не надоело тебе в своем горе топиться и прятаться?

-Что? – Непонимающе моргнула Захарова.

-Чего слышала, красивая. – Мотнула старушка головой, недовольная Никой. — Говорю, что так можно спрятаться, порой, что собственная судьба тебя не найдёт. Счастье тебе «ау» кричит, а ты молчишь, не откликаешься…

-Я всё равно не понимаю. – Улыбнулась Вероника. – Мне гадать не надо.

-Не тебе решать это, чай. Давай ладонь свою. – Потребовала женщина, глянув пристально.

Захарова, хоть и не особо хотела, но все же протянула руку. В конце концов, артистку наняли, она старается, отрабатывает…

А Ника мешает.

Старушка цепко схватила ладонь. Пальцы её были грязными, с желтоватыми ногтями, обломанными, а не срезанными с края. Цыганка наклонилась совсем низко к ладони Ники, так, что кончиком носа почти водила по линиям судьбы и жизни. При этом она шептала что-то на непонятном цыганском языке. Наконец, старушка подняла голову и проговорила:

-Вижу я, девочка, что ниточка судьбы не оборвалась… Не сгорела она в пламени, как ты думаешь. — Сообщила она, сощурив чёрные глаза. – Рано свою любовь похоронила, чай.

-Что вы имеете в виду?.. – Нахмурилась Ника, а по спине прошел холодок.

Чёрные яркие глаза женщины влажно блестят, словно деготь. Не нравился Нике ни этот жуткий взгляд гадалки, ни то, как сильно она сжимала ладонь, почти до боли. Однако следующие слова вовсе стали для Захаровой раскатом грома, среди ясного неба:

-Твой муж к тебе с того света вернётся… Даже из могилы рука его дотянется и кольцо на палец наденет… — Заявила цыганка.

Вероника вспыхнула. Ей показалось, что земля под ней затряслась. Женщина поняла, если бы она не сидела, то точно упала бы. Справившись с шоком и приступом дурноты, она рывков выдернула свою ладонь и потерла её, словно желая стереть следы чужих прикосновений:

-Какой бред… — Не выдержала Ника, сморщившись. – Как вы можете так говорить и играть на чужих чувствах?!

-Ада чачипЭ! – Воскликнула цыганка с пылом, но, спохватившись, пояснила. — Это правда! Нет спутников смерти рядом с тобой, и не было. Я не слышу ни крика совы, не вижу я ворона, что сидел бы на крыше твоего дома… Вижу, что вернётся твой ром, твой муж! Отчетливо вижу, как сейчас твоё лицо.

Вероника в такое предсказание, конечно, не поверила. Однако ей стало жутко и даже страшно. Словно бы костлявая рука цыганки забралась в её душу, да покопалась там грязными пальцами. Женщина смотрела на цыганку, сгорбившуюся перед ней, да зло думала:

«Откуда эта старая ведьма узнала про Васю? Наверное, ляпнул кто-то из коллег, а она сразу подсуетилась… Нашла рычаг давления, развести меня хочет… Этот народец только и ищет, где лёгкие деньги достать, да как дурочек развести».

-Дайте угадаю. – Дрожащим от негодования голосом прошипела Ника. – Теперь вы предложите мне посетить ваш шатёр, поглядеть в волшебный шар, связаться с мужем… Верно? А потом, когда я пару раз прыгну через костёр, под звуки гитары, вы перепишите на себя мою квартиру.

Про себя же Ника подумала вскользь:

«Отлично, теперь она меня ещё и проклянет!»

Захарова понимала, что её заносит. Только остановиться не могла. Страх и непонимание перерастали в злость. Как она посмела?! Как посмела такое сказать?! Должен же быть предел людскому бесчестию!

-Зачем мне это? – Ничуть не обиделась старая женщина. — За праздник уже из твоего же кармана уплачено. Я пришла сюда людей повеселить, правду рассказать. Кто виноват, что кому-то моя правда перцем и солью в горле першит?

Ника шумно вздохнула. Словно почувствовав назревающую проблему, к ним подскочила Ирина:

-Всё нормально? – Спросила девушка, переводя взгляд с цыганки на начальницу.

Старуха осклабилась в улыбке. Внезапно она полезла за свою шаль и достала оттуда курительную трубку, старую, с длинным мундштуком. Она сунула её в рот, прямо в ресторане, ничуть не интересуясь местными правилами.

-Счастлива ты будешь, рыбка. – Бросила она напоследок, встав со своего места. – Главное, второй шанс не упусти.

Вероника провожала взглядом цыганку, напряженно смотря, чтобы её шаль пропала в толпе гостей. Лишь тогда он выдохнула.

-Что она тебе сказала? – Озабоченно поинтересовалась Ира. – На тебе лица нет, Вероника!

Женщина лишь отмахнулась:

-Ересь всякую… Даже повторять не хочу. – Буркнула она. – А тебе что предсказала эта ведунья?

Ира мигом зарделась:

-Ох, что любовь меня ждёт взаимная, найду… Как она сказала… Ах да, сапог себе в пару! Такого же, как я. И что получу я всё, чего достойна. – С гордостью ответила девушка.

Вероника рассеянно кивнула. Вот, не могла и ей старуха предсказать долгие годы жизни и побольше денег?

Однако вскоре этот неприятный инцидент остался лишь воспоминанием. Возможно, он бы совсем стерся из памяти Ники, если бы в январе, на свой День рождения, она не встретила его. Александра Мальцева.

***

В этот день Ника отключила телефон. Она не желала смотреть на нелепые, скаченные из интернета открытки со стишками. Слушать, как родня мямлит что-то, перебиваясь со слов: «Нам жаль, что Васи не стало» на: «С Днем рождения, Ника», тоже не было сил. Поэтому женщина делегировала свои полномочия на Ирину. К счастью, на неё можно было положиться. Девушка окрепла за это время, стала правой рукой для Ники.

Сама Захарова с утра заехала в цветочный магазин и выбрала для Васи красивый букет ромашек. Затем вдова приехала на кладбище и принялась плести из цветов венок. Она помнила, как такие же для неё делала Вася, да и её учил.

-У меня всё хорошо, Вася, только тоскливо. Скучаю очень. – Призналась Вероника, когда её пальцы неторопливо загибали стебли, заворачивая один на другой. – Сыроварня твоя процветает, я ее в обиду не дала. Хотя, знаешь, ей оказалось не сложно управлять. Сначала было трудно, но затем я вникла. Всё благодаря тебе. Ты был хорошим владельцем, всё содержал в идеальном порядке.

На могиле супруга она провела два часа. Затем Захарова приехала в их любимое с мужем кафе. Она решилась посетить заведение впервые за этот год, а вот раньше ей не хватало смелости даже на вывеску смотреть.

Войдя в тёплое помещение, она нервно втянула витающие в воздухе ароматы еды. Поздоровавшись с администратором, женщина заняла привычный столик у окна, к счастью, свободный.

-Здравствуйте! – Мигом подскочила к столику бойкая рыженькая официантка с отрепетированной улыбкой. – Может быть, желаете что-то заказать сразу или для начала ознакомитесь с меню?

Вероника рассеянно посмотрела на папку меню перед собой. Женщина все еще прибывала в необъяснимой прострации, словно не понимала, что он здесь делает?

-Кофе, пожалуйста. – Попросила она девушку.

-Сливки, молоко? – Уточнила официантка.

-Нет, чёрный. – Покачала головой Вероника и притянула к себе меню.

Когда официантка отошла от столика, пообещав вернуться через мгновение с чашечкой кофе, Вероника стала бездумно листать меню. Что-то в ассортименте кафе изменилось. Например, теперь они предлагают гостям попробовать сезонную коллекцию согревающих чаев. Глядя на красивые фотографии прозрачных чайничков, Вероника невольно подумала:

«Вася любил чай, он бы, наверняка, попробовал каждый.».

Её муж, действительно, ненавидел кофе, зато обожал чаи: фруктовые, зелёные, травяные. Хотя всегда говорил, что лучше деревенского чая, из собранных и засушенных трав, он не пробовал. А ещё Вася обожал сладкое, никогда не уходил, если не съел десерт. Больше всего он любил яблочный штрудель. Обычно Ника и Вася заказывали два разных десерта, а потом оба съедали пополам.

Ника пролистала меню до конца, посмотрев на страницу с десертами. Штрудель с ванильным мороженым всё ещё был здесь. Только вот Вася его уже не отведает. Ника захлопнула меню с таким недовольством, словно эта книжечка была виновна в ее горестях.

-Ваш кофе. – Пропела официантка, ставя перед гостьей чашку. — Вы что-нибудь выбрали? Могу подсказать, если хотите.

-Нет, пока что ничего. – Отрицательно покачала Ника головой. – Я вас позже позову…

Желудок Вероники тревожно сжимался, она была не уверена, что сможет заставить себя съесть хоть крошку. А вот пить кофе она могла литрами. Женщина с наслаждением вдохнула тёплый аромат свежесваренного кофе.

Да, добавлять свой рацион ещё одну чашку кофе было неверным решением. Вероника и так мучилась бессонницей в последние дни. Близость годовщины смерти мужа сильно била по нервам и без того измотанной работой женщины. А теперь к обычным сновидениям, в которых Васенька то был живой и счастливый, то покрывался ожогами, похожими на черную кору дерева, прибавился еще и зловещий образ цыганки. До чего жутко выглядела эта особо в кошмарах Вероники! Сознание женщины делало её еще более старой, костлявой, напоминающей, скорее, смерть с косой, а не гадалку. Она появлялась во снах Захаровой, смеялась громко, и звук её смеха был похож на звон битого стекла. Глаза её горели пламенем, когда она смотрела в лицо испуганной Нике. Скрюченный палец, ноготь на котором стал длинным и острым, указывал прямо на Веронику.

Захарова же в эти мгновения замирала. Не могла не крикнуть, не вымолвить хоть слово. Сердце её сжималось, словно когтистые руки женщины стискивали ее через грудную клетку.

-Муж за тобой вернётся ещё… Вернётся…. Вернётся… — Говорила старуха-цыганка, и вновь заливалась страшным, лающим хохотом.

Ника же просыпалась в такие мгновения среди ночи. Её простыни были мокрыми от пота, а веки тяжелыми. Голова болела…

Женщина подпёрла кулаком подбородок и, пригубив напиток, стала смотреть в окно. Снег падал на дорогу мягкими хлопьями. Мимо кафе проходили люди: кто-то спешил по делам, а кто-то прогуливался, наслаждаясь приятной зимней погодой.

-Девушка… — Раздался мужской приятный баритон, рядом с Никой. – Простите, пожалуйста…

Захарова так ушла в себя, что вздрогнула от неожиданности. Повернувшись, она невольно замерла на пару секунд. Так замирает человек, который, выйдя из темного помещения, смотрит на солнце. Оно ослепляет, больно ударив по глазам. Вот и Нику невольно поразила внешность юноши. Он был молод, явно младше Захаровой. Высокий, с широкими плечами и темными густыми кудрями и голубыми глазами. Идеальные черты лица и ямочка на подбородки делали его образ завершенным. Такого красивого юношу Ника видела, разве что, на обложке мужского каталога одежды. На лице незнакомца замерла смущенная, даже виновата улыбка. Как у очаровательного нашкодившего ребёнка, который пришёл рассказывать родителям о том, что разрисовал обои в зале, но уверен, что шалость сойдет ему с рук.

-Да? – Вскинула Захарова бровь, справившись с первым оцепенением.

Она даже напряглась. Что этот парень от неё хочет? Юноша переступил с ноги на ногу, а затем, неуверенно выдохнув, спросил:

-Простите за неудобство, но могу ли я сесть рядом с вами?

Ника нахмурилась, обводя взглядом кафе. Пока она тут сидела, людей стало больше, однако свободных столиков было достаточно. Правильно расценив её молчание, парень спешно продолжил:

-Понимаете, я сегодня иду на собеседование. – Пояснил он. – А я уже год сижу на этом месте, потому что это мой любимый столик.

Незнакомец ткнул пальцем на место, которое обычно занимал Вася, продолжив:

-И мне кажется, что если я займу другой, то всё точно пойдёт не по плану. А я и так нервничаю.

Ника тоже посмотрела на свободный диванчик напротив и невольно съежилась, не зная, как ответить этому странному юноше. Тот же продолжал забрасывать ее аргументами:

-Понимаю, что это может звучать как бред, и мало кто из современных людей верит в суеверия и приметы! Но я не могу ничего с собой поделать. Стучу по деревянному косяку, перед уходом из дома, смотрюсь в зеркало, если вернулся… Наверное, все это пришло ко мне из деревни. – Парень негромко засмеялся, но этот звук мгновенно стих.

Вероника же нервно сглотнула. Её пальцы сильнее вцепились в остывшее стекло чашки. Слова незнакомца затронули потаенные струны её израненной души. Вася ведь был таким же! Выросший в деревне, он знал множество примет. В какие-то он не верил, другие откровенно высмеивал…

Ника вспомнила, как муж рассказывал, что соседка, у которой он часто обедал в юности, ругала его, если он болтал за столом ногами. Она говорила, что люди так чертей качают. Зато именно он, Вася, повесил подкову в их офисе. Она совсем не сочеталась с интерьером, но, Вася был уверен: принесет удачу в бизнесе. И не ошибся же.

-Знаете, простите! Я так глупо поступил. Вмешался в ваше личное пространство, да еще так нагло… – Вдруг сдался парень, заметив смятение Захаровой. – Действительно, извините меня. До свидания.

Незнакомец развёл руками, и, как показалось Нике, его щеки немного покраснели. Он развернулся, попутно оглядываясь в поисках другого столика. Ника посмотрела на его спину, и, с усилием воли проглотив ком в горле, произнесла громче, чем хотела:

-Садитесь! – Осознав, что её голос сорвался на высокую ноту, она откашлялась, спокойнее добавив. — Пожалуйста, присаживайтесь. Вы меня ничуть не потревожили, я никого не ждала. И я… Я могу сама пересесть, если для вас это важно.

Она суетливо схватила сумку, намериваясь покинуть насиженное местечко у окна.

-Нет! – Возразил юноша. – Получается, я согнал вас с места! Нет, пожалуйста, оставайтесь.

Вероника неуверенно опустилась обратно. Парень тоже сел, заняв место напротив. Между ними повисла неловкая тишина. Не смотря на странность ситуации, Ника не чувствовала раздражения из-за того, что этот парень нарушил её покой. Более того, она даже расслабилась. Всё-таки сидеть здесь в одиночестве, глотать остывший кофе и смотреть в окно уже не казалось ей такой уж хорошей идеей. Обстановка на неё давила, сильнее подчеркивала ее одиночество. А теперь его немного разбавила этот странный юноша.

-Я… Могу угостить вас чем-нибудь, в знак благодарности? – Поинтересовался парень, потрепав свои волосы на затылке. — Чтобы не чувствовать себя так странно.

Ника пожала плечами, но отказываться не стала.

-Меня, кстати, Саша зовут. – Широко улыбнулся брюнет, протянув женщине руку через стол.

Вероника вложила в его тёплую ладонь свои пальцы, позволив её потрясти:

-Вероника.

-Прекрасное имя! – Одобрил он. – Необыкновенное.

-И чем же оно хорошо? – Не сдержавшись, фыркнула женщина, считая свое имя банальным.

Да и стандартный ответ людей при знакомстве, мол, ваше имя замечательное, казался ей нелепым. Однако Александр не стушевался, а, наоборот, сумел ее удивить:

-Вероника — библейское имя. — Сообщил он изумленной собеседнице. – Согласно преданию, женщин из Иерусалима, что носила имя Вероника, шла в толпе, когда Иисус нес под палящим солнцем свой крест на Голгофу. Она протянула ему платок, чтобы он вытер пот и кровь с лица… Когда Христос отдал платок обратно, на его полотне проявился Его Святой Лик. А недуги Вероники были исцелены.

-Оу… Правда?… – Сама женщина, к своему стыду, даже не знала про это.

Ника носила золотой крестик, но лишь потому, что он был красивым. С сапфиром посередине. Его, вместе с цепочкой, подарили ей родственники на двадцать пять лет. Только вот крестик на груди не означал, что она жила с верой в сердце или такими глубокими знаниями, как этот парень.

-Ну, за правдивость этой истории я ручаться не могу, сам не присутствовал. – Отшутился Александр. – Моя бабушка была верующая, она мне много чего рассказывала. Я раньше слушал её истории как сказки, но некоторые, как видите, отложились в голове.

Вероника посмотрела на юношу с большей заинтересованностью, чем прежде. Он показался ей неожиданно открытым, что было редкостью. Когда рыжая официантка вновь принесла меню, она, с нескрываемым любопытством, посмотрела на красивого гостя. Ника с трудом сдержала понимающую улыбку, пряча ее за последним глотком кофе. Женщина попросила повторить напиток и позволила юноше выбрать что-то из десертов, на его вкус.

-Что ж, доверьтесь профессионалу! – Кивнул Александр, рассматривая кусочки тортиков, пирожные и вазочки с аппетитным мороженым на глянцевых страницах. – Я, признаюсь честно, сладкоежка. Моя мама всегда говорила, что то, что мои зубы всё ещё при мне – это настоящее чудо.

Он вновь задорно засмеялся, принявшись беззаботно делиться ещё какой-то историей из жизни. Только вот Захарова вновь будто оцепенела. Её охватило чувство дежавю, словно всё это уже было…

Она сидела здесь, слушала весёлый смех брюнета, ждала десерт…

«А ведь это, действительно, уже было… — Подумала Ника про себя. – Только с Васей».

Она неосознанно вытащила салфетку из подставки и стала рвать её на тоненькие полоски. Но ещё большее смятение настигло женщину, когда Александр сделал заказ:

-Облепиховый чай, пожалуйста, и два яблочных штруделя.

Вероника широко распахнула глаза, воззрившись на Сашу. Тот доверительно ей улыбнулся и, понизив голос, словно доверял какую-то тайну, сообщил:

-У них самые потрясающие штрудели в городе! Тесто тонкое, пропитанное медом, как пахлава турецкая. И яблок с орешками не жалеют. Вы обязаны это попробовать, Вероника!

Сердце в груди брюнетки предупреждающе екнуло. Она смяла остаток пострадавшей салфетки, отведя глаза.

-На какую должность вы планируете устроиться? – Спросила женщина, лишь бы перевести тему с опасного, скользкого пути собственных воспоминаний.

-Ох, я, к сожалению, не по специальности. – Невесело отозвался парень. – Учился я на адвоката, но что-то не заладилось у меня с профессией. Теперь ищу себя. Мне нужна хоть какая работа, на первое время. Поэтому иду охранником в ночной клуб. Придётся поменять режим дня, конечно. Да и атмосферу ночных клубов я, если честно, не люблю… Но, деньги, как говорится, не пахнут. Варианта получше пока что не подвернулось.

Вероника задумчиво посмотрела на плечистого парня. За мягкой тканью свитера явно прятались мышцы. Захаровой был необходим новый сотрудник – помощник сыровара, а, в будущем, ответственный работник и сам бы мог стать сыроваром. Совсем недавно от них ушла девушка. Она уволилась, не справившись с тяжёлой работой, и Ника решила, что теперь им нужен крепкий парень. Во-первых, одна головка сыра могла весить до десяти килограмм. Тягать его хрупкой девочке было бы сложно. Да и, порой, работа была сопряжена с травмами. Например, о горячую сыроварню можно было получить ожог. Как-то, когда ещё Вася был жив, он сам выронил двадцатилитровую кастрюлю с кипятком. Как итог — ожоги и сломанный палец на ноге. А ещё трудиться приходилось во влажном помещении, постоянно работая с водой и молоком, от этого часто появлялась простуда. Поэтому женщина невольно задумалась о кандидатуре юноши на эту должность. Правда, Ника мгновенно отмела эту мысль. Подбирать людей на работу, прямо из кафе, было как-то странно.

-А вы, Вероника? – Спросил он, одарив молодую женщину приятной улыбкой. – Работаете или учитесь?

Уголки губ Захаровой дёрнулись от такого комплименты. Только вот она не могла понять, он ей льстит, или слова были искренними? Да, Ника выглядела молоденькой, но явно не как студентка. Тем более, сегодня, когда даже макияж не сочла нужным наносить.

-Работаю. – Лаконично ответила брюнетка, не желая говорить, что является владелицей процветающего бизнеса.

Нике казалось, что это звучало бы, как хвастовство, перед юным парнем, который ищет работу.

-Повезло! – Удрученно вздохнул Саша. – Сейчас устроится очень трудно.

Продолжать тему рынка труда не пришлось, официантка принесла их заказ. Расставив красивые тарелочки с кусками штруделя, она пожелала гостям приятного аппетита. К своему изумлению, Захарова посмотрела на кусок слоеного яблочного рулета и почувствовала, как в ней пробуждается аппетит. Саша, не стесняясь, насадил на вилку добротный кусок десерт и зажмурился от удовольствия. Ника невольно хихикнула, глядя на юношу. Тот лукаво улыбнулся новой знакомой:

-Знаете, Вероника… Говорят, что яблочный штрудель родом из Австрии и считается классикой венской национальной кухни… – Тоном учителя начальных классов сообщил Саша, отправляя в рот еще один кусочки выпечки. – Однако я склонен думать, что его прародителем была восточная пахлава. Хотя какая разница, где появился штрудель, если главное в нем – отменный вкус, верно?

Брюнет подмигнул девушке и макнул новый кусочек в мороженое. Заражаясь легким настроением собеседника и тем, с каким аппетитом он просто уничтожает свой яблочный рулет, Захарова взялась за десертную вилку.

Случайные знакомые проболтали ещё полтора часа, прежде чем Александр взглянул на время. Его лицо резко вытянулось:

-Ох, я же опаздываю! – Воскликнул юноша и принялся взглядом искать официантку. – Простите, Вероника, мне ваша компания была очень приятна. Но вынужден вас покинуть.

-Мне тоже пора. – Сказал женщина, с удивлением понимая, что время за диалогом с Сашей пролетело незаметно.

-Я оплачу счёт. – Напомнил парень, улыбнувшись.

Ника начала было протестовать, ведь это Александр ищет работу, а она владеет сыродельней. Ей показалось странным вытаскивать из кармана этого парня, возможно, последние деньги. Только Саша и слушать не хотел, первым махнув своей пластиковой картой у терминала. Ника покачала головой, но улыбку сдержать не смогла.

Женщина сходила в уборную, а, когда вернулась, Александра уже не было. Зато на столике осталась салфетка, свернутая в белую бумажную розу. Вероника воровато оглянулась, словно боялась быть застигнутой за чем-то постыдным, и бросила розочку в сумку.

«Ну, не буду же я её выбрасывать, в самом деле? – Мысленно пробормотала она. – Он же старался, и это милый жест…».

-До встречи, Вероника. – Раздалось за её спиной.

Она резко обернулась, густо краснея. Саша стоял за ней, и определенно видел, как она любовалась цветок и так сентиментально бросила его в сумку. Ника подняла взгляд. Когда они оба стояли, оказалось, что Александр был значительно выше женщины.

-Я думала, ты уже ушёл. – Проговорила она торопливо, от испуга переходя на «ты» и ещё больше краснея. – В смысле… До встречи.

Схватив сумку, она выскочила из заведения…

Не смотря на смущающую ситуацию, Вероника вернулась домой если не в хорошем, то хотя бы в приподнятом настроении. От утренней слабости не осталось и следа. Удручающие мысли всё ещё навязчиво лезли ей в голову. Только вот недолго продлилось ощущение лёгкости.

Женщина поняла, что не может найти свой телефон в сумке. Сначала она просто рылась в содержимом, меняя местами расческу, помаду, салфетки, чеки из магазинов…

Но смартфона не было. Ника, раздраженно цокнув языком, вытряхнула все вещи на кровать:

-Не сумка, а чёрная дыра! – Пробурчала женщина, окидывая хмурым взглядом кучку из женских вещичек.

Только вот даже такие меры не привели её к ожидаемому результату. Телефон пропал.

-Здорово, просто здорово! – Раздражённо проговорила Ника, от возмущения даже топнув ногой. – Только этого тебе, Ника, не хватало.

Телефон было жалко. Да, это просто вещь, она могла себе позволить новый…

Однако этот смартфон ей подарил Вася на прошлый новый год. А сколько в нём было фотографий, которые она так и не потрудилась скинуть на компьютер!

Вероника удрученно села на кровать, рядом с грудой вещей. Она почувствовала себя старушкой, сидящей у разбитого корыта.

-Ох, и зачем я его вообще брала?! – Разозлилась на себя Захарова. – Оставила бы дома. Всё равно он был выключен.

Она пыталась припомнить, где именно оставила телефон. Может, на кладбище выпал? Или, скорее, оставила в кафе? По привычке положила на стол, да так и оставила. Зато розу из салфетки взяла, дурочка…

Ника покосилась на изрядно помявшийся цветок, стебель которого зажало между картхолдером и зеркальцем. Звонок в дверь заставила девушку встрепенуться. Гостей она не ждала.

За дверью оказалась её сестра – Люся. В её руках было два внушительных пакета. Женщина подняла их в воздух и потрясла. Там что-то звякнуло и зашелестело.

-Я решила, что сама ты себя сегодня не покормишь. Так что цени мою заботу. – Потеснив сестренку, Люся, не особо церемонясь, прошла внутрь квартиры.

Она уверенно двигалась на кухню, а Ника, вздохнув, закрыла входную дверь. Она поняла, что спорить с сестрой просто бесполезно.

-Я тебе звонила. – Сообщила она, вытягивая продукты и доставая бутылки с полусладким.

-Я потеряла телефон. – Отозвалась Вероника, доставая с верхней полки бокалы. – Спасибо, что приехала.

Да, сначала Ника хотела провести этот день в гордом одиночестве. Но теперь, увидев сестру, она поняла, как тяжело находиться в этой квартире, в тишине и одиночестве. Или это всё тот забавный паренек из кафе? Сначала он заставил её аппетит разыграться и съесть штрудель до крошки. А теперь она поняла, что изголодалась по простому общению, душевному, открытому.

Сёстры сидели на кухне, болтая обо всём и ни о чём. Люся жаловалась на начальника и на парня, который не собирался на ней жениться. Рассказала о планах открыть интернет-магазинчик с женской одеждой и сумками.

Время уже было позднее, девочки оприходовали первую бутылку вина и принялись за вторую, когда телефон Люси тренькнул из-за входящего сообщения. Она посмотрела на экран, мигом насупившись:

-Смотри-ка… Твой телефон снова в сети и доступен для звонка. – Кивнула она на смартфон.

Ника, которая давно не позволяла себе расслабиться, ощущала в голове и теле приятную легкость от выпитого красного полусладкого. Поэтому слова сестры дошли до неё не с первого раза:

-Подожди… В смысле? – Не поняла женщина.

-В смысле, твой телефон кто-то включил! – Объяснила Люся. – Я же тебе звонила, вот он и среагировал.

-Тогда звони быстрее! – Всплеснула руками Захарова.

В ней вновь проснулась надежда увидеть подарок мужа, с которым она уже успела проститься. Люся кивнула и сразу набрала номер сестры, поставив на громкую связь.

-Алло. Слушаю. – Раздался приятный мужской голос, что показался Нике смутно знакомым.

-Здравствуйте! – Откликнулась Люся, наклоняясь ближе к динамику. – Я сестра девушки, что потеряла телефон. Мы были бы вам очень благодарны, если вы вернёте его.

-Ох, да, конечно! – Ответили на том конце линии. – Если хотите, я могу отдать его сейчас. Я в центре, можем встретиться рядом с торговым центром.

-Через час будем. – Пообещала Люся. — Большое спасибо!

Она сбросила вызов, кивнув сестре:

-Ну, собирайся! Поехали выручать твой телефон.

В благодарность незнакомцу девушки предусмотрительно взяли стандартный набор: коньяк и конфеты. Они рассудили, что даже если незнакомый им мужчина придерживается здорового образа жизни, то найдёт, кому вручить такой презент.

Уже через сорок минут обе девушки были у центрального входа в торговый центр. Настроение Ники, которое сегодня менялось со скоростью американских горок, снова стремительно поднялось. Она радовалась, что телефон нашёлся. Да и общению с Люсей её повеселило. От ночного мороза на щеках девушки расцвел яркий румянец. Глаза немного блестели от выпитого вина. На губах застыла улыбка, потому что Люся не переставала шутить.

-Вероника! – Крикнул кто-то из толпы, вынуждая Нику обернуться.

Она нашла взглядом человека, который махал рукой и со счастливой улыбкой спешил к ней от пешеходного перехода.

-Саша?! – Изумилась она и отчего-то улыбка стала шире. – Откуда ты тут?

Вот же, как бывает: видела человека всего пару часов, а встречаешься так, как будто старый друг вернулся.

-Как это откуда? – Засмеялся молодой человек. – Я твой телефон принёс. Ты оставила его в кафе.

С этими словами он вытащил из кармана телефон Ники. Девушка взяла его замерзшими пальцами и с особой нежностью погладила корпус:

-Спасибо, Саш! – Искренне поблагодарила женщина. – Я расстроилась, когда не нашла его.

-Ой, да не за что. – Беззаботно отмахнулся парень. — Я когда увидел его на столе, сразу побежал за тобой, но ты просто испарилась! Сначала я хотел отдать официантке в кафе, но потом решил… В общем, мне хотелось самому тебе позвонить.

Уловив особые ноты в словах Александра, Ника подняла на него взгляд. На красивом лице брюнета, чьи темные волосы припорошил снег, сияла добрая улыбка. Он с теплом в глазах смотрела на девушку перед собой. Под таким взглядом Ника зарделась.

— Прости, что так поздно его включил. – Принялся оправдываться парень. — Только я же телефон бросил в сумку и забыл об этом. Сначала спешил на собеседование, потом ездил по делам…

-Точно, как прошло твоё собеседование? – Встрепенулась Ника, поднимая ворот куртки повыше.

Мороз крепчал, слова вырвались изо рта паром. Девушка, выбегая из дома, забыла надеть и свитер, и шарф, и шапку…

-Ай, нечего рассказывать. – Махнул рукой Саша, удрученно отворачиваясь. – Меня-то взяли, но условия такие… Странные, мягко скажем. Ощущение, что им нужен охранник и стриптизёр в одном флаконе.

Вероника и Люся переглянулись. Люся игриво дернула бровями, словно уже представила незнакомого парня на шесте.

-Ох, это моя сестра, Люся. – Повела девушка рукой в сторону родственницы, вспомнив про ее существование.

-Саша. – Вежливо кивнул брюнет.

-Очень приятно, Саша. Я, как Снегурочка, пришла с гостинцами для спасителя телефона. – Вскинула женщина пакет с коньяком. – Если ты не занят, то, может, составишь нам компанию? Разбавишь женское общество и всё такое…

Ника осуждающе глянула на беспардонную сестру, но даже даже бровью не поняла. А Саша, на удивление, согласился. Так они и пошли втроём гулять по припорошенным снегом улицам ночного города.

Саша был прекрасным собеседником, знал много интересного, чем покорил обеих спутниц.

-Ты где его нашла? – Шепнула на ухо сестра. – Надеюсь, ему есть восемнадцать? А то тебя посадят!

Ника покраснела и шикнула на сестру:

-Что за глупости! Мы только утром познакомились. И ничего такого я не…

Только договорить женщина не успела. Люси повысила голос, без стеснения задав спутнику вопрос:

-Александр, простите, а сколько вам годиков?

-Двадцать пять. – Улыбнулся юноша, ничуть не обижаясь.

Люся, выведав информацию, поддела сестру локтем. Посмотрела так многозначительно, что показалось Нике совсем неуместным.

Однако чем больше они общались, тем больше Ника очаровывалась Сашей. В какой-то момент он заметил, что Захарова снова поправляет ворот пуховика. Не говоря ни слова, парень стянул серый шарф с шеи и укутал женщину.

-А ты как же? – Моргнула она.

-Да я деревенский паренёк, мог в свитере дрова рубить и в прорубь нырнуть на Крещение. – Отмахнулся тот.

Шарф был всё ещё теплым, сохраняя тепло своего владельца. А ещё…

Ника, ощущая волнение, сильнее втянула носом воздух. Ошибки не было. От шарфа пахло парфюмом её мужа. Она бы узнала его из тысячи!

Когда пришла пора расставаться, Вероника, неожиданно для самой себе, сказала:

-Саша, а ты любишь сыр?

-Обожаю. – Широко улыбнулся он.

-Тогда я могу предложить тебе работу.

Саша пронзительно посмотрел в глаза Ники:

-Мне кажется, я не смогу тебе отказать. – Загадочно произнёс он, и сердце Ники сделало кульбит.

С этого момента Александр Мальцев стал работать в «Сырном доме». Он трудился исправно, даже оставался после конца рабочего дня. А вот начальница его, Вероника, не находила покоя. Саша всё больше напоминал ей погибшего мужа. Порой у неё голова шла кругом, от череды невероятных совпадений. У Саши и Вася были одинаковые привычки и вкусы, например, в кино, книгах, музыке…

Они оба играли на гитаре. Они оба любили возиться с землей, высаживая домашние растения. А когда Мальцев принялся ухаживать за Никой, она поняла, что все его милые жесты очень похожи на ее прошлое! Парень мог подарить ей букет ромашек. Или купить ягод по дороге на работу, оставив на ее рабочем столе. Он ругался, заметив начальницу с очередной чашкой кофе, как делал Вася. А уж когда он, со счастливым видом, прибежал в ее кабинет с кусочком сыра и воскликнул:

-Смотри, я этот рецепт сам придумал. Ты попробуешь?

Тогда-то Ника едва не расплакалась. Конечно, в итоге Вероника не смогла устоять перед шармом Саши и собственными тёплыми воспоминаниями. Так, втайне от своего рабочего коллектива, начальница начала встречаться с помощников сыровара. Невольно Захарова вновь и вновь вспоминала цыганку. Как она сказала? Муж у нее вернется? А что если…

Что если Александр — реинкарнация её погибшего мужа?

Такие мысли и пугали, и пленили брюнетку одновременно. Она даже полезла в интернет, чтобы почитать форумы на эту тему. Информации было много, но что из этого правда?

Шло время.

Отношения между Сашей и Никой развивались стремительно. Как снежный ком, что несся по склону, становясь больше и больше. Ника не успела опомниться, как Александр сделал ей предложение. А она взяла и сказала «да». К этому времени она уже всей душой верила, что Саша ей послан Богом, или какими-то высшими силами. Брюнетка была очарована и околдована им. Но в один прекрасный день ее грезы были разрушены.

***

Вероника с грустью посмотрела на дно своей чашки. Кофе, которое принес ей заботливый жених из кофейни, уже закончился, а пить хотелось. Ника встала с рабочего места и пошла в сторону небольшой комнаты отдыха для персонала. Там были стол, холодильник, микроволновка и все, что требовалась для обеда сотрудников. Когда Ника, с пустой чашкой в руках, проходила мимо кабинета Ирины, она услышала грохот. Сразу за ним раздался женский смех, но быстро стих. Не понимая, что происходит, Ника хотела зайти в кабинет маркетолога. Да только, едва взялась за ручку, услышала протяжный стон Иры, а затем:

-Са-аш… Нас могут заметить… Это опасно.

-Разве тебя не возбуждает опасность? Представляешь, что твоя подружка всего через стенку от нас. – Ответил Мальцев.

Девушка фыркнула:

-Мне она, может быть, подружка, а тебе – будущая жена!

-Ревнуешь, любовь моя? Ты же знаешь, что всё это – фарс чистой воды.

Глаза Захаровой округлились, она одёрнула руку от двери, словно вместо ручки там была гремучая змея. Она замерла, прислушавшись. Сердце забилось бешено, пульс подскочил.

-Я устала быть в тени, Саша! – Заканючила девушка. – Знаешь, как противно наблюдать, как ты стелешься перед этой старухой?!

-Ну, Ириш… — Успокаивал Александр девушку. – Ты же знаешь, что за каждым успешным мужчиной стоит мудрая женщина. Иногда приходится и в тени постоять, чтобы потом нежиться под солнцем Монако. Осталось немного потерпеть. Мы с Никой поженимся, я заставлю её поверить, что во мне живёт ее почивший муженёк, а затем отберу бизнес и всё, до чего дотянусь. Она влюблена в меня, как кошка, это не составит труда.

-Но я устала! – Продолжила хныкать девушка.

-Ну, мы же не можем всё бросить? Тогда весь твой труд насмарку. Вся эта подготовка, вся информация, что ты из неё вытягивала, цирк с цыганкой… Тебе не жалко будет столько трудов, милая?

Ирина не ответила. Зато раздались отчетливые звуки поцелуев. Скрипнул стол под чей-то тяжестью. Нику накрыла волна дурноты, и ей приходится ненадолго привалиться к дверному косяку, дожидаясь, когда она пройдёт. Затем она, шатаясь, вернулась в свой кабинет. Обнаружив в руке кружку, она размахнулась и с яростью кинула её в стену. Та разбилась на множество осколков. Ника тяжело дышала, глядя на эти острые черепки. Вот как-то так поступил с её сердцем эти мерзкие люди. Взял и разбил. Ладно, Александр! Актер и подонок. Но Ира! Ведь её женщина наняла из жалости, относилась как к дочери, доверяла все секреты.

Сначала Ника хотела уволить обоих без объяснения причины и порвать с ними все отношения. Но затем в её голову забралась странная, дикая мысль.

-Посмотрим, насколько ты хочешь мой бизнес, дорогой… — Сцедила женщина.

Минула неделя.

Ника, с улыбкой на устах, встретила жениха после работы. Брюнетка прильнула в его объятия, мрачно думая о том, что тоже умеет играть.

-У меня появилась безумная идея! – Воскликнула она, целуя Сашу в губы. – Боюсь, ты скажешь, что я спятила! Но я очень этого хочу.

-Поделись со мной. – Приобнял Саша невесту.

-В общем, я хочу сделать тебя своим замом! – Воскликнула женщина.

Саша нахмурился, идеально играя свою роль:

-Думаешь, я справлюсь? Давай не будем спешить с этим, милая…

-Нет, я в тебе уверена! – Насупилась Ника, надув губы.

Александр посмотрел на неё странным взором, женщина испугалась, что переигрывает. Однако возможность «поймать журавля» так быстро уняла подозрительность брюнета.

-Раз моя женщина в меня верит, то я не могу возражать. – Он поцеловал Нику в нос.

Захарова зажмурилась, а затем подпрыгнула на месте:

-Ох, нам необходимо это отметить!

-Конечно, пойдём в ресторан?

-Нет, это банально. Знаешь, я всю жизнь хотела сделать себе татуировку. И у меня идея, только, пожалуйста, не говори «нет»! – Она сложила ладошки в молитвенном жесте. — Давай сделаем парные? Умоляю! Я чувствую, что мы всегда будем вместе, Саш. Это докажет нашу любовь больше, чем обручальные кольца. Или ты не уверен в чувствах? Я пойму, если так.

Мальцев замялся, но решил, что татуировка – это малая кровь на пути к владению сыроварней. Он кивнул:

-Раз ты этого хочешь.

Ника захлопала в ладоши и сразу потащила парня в тату-салон. Там она лично выбрала ему татуировку, утверждая, что это будет сюрпризом.

Что сказать? Сюрприз удался. Когда мастер закончил работу, Ники в тату-салоне уже не было. А на спине Мальцева красовалась надпись: «Ты уволен, мерзкий ублюдок». Снизу красовалась её размашистая подпись.

Иру и её любовника Вероника вышвырнула из компании на следующий день. При этом создала им такую деловую репутацию, что они вряд ли смогут найти нормальную работу. Не в их городе – уж точно.

Минул ещё месяц рутинной жизни Захаровой, когда ей позвонил Денис Карасев – владелец семейной винодельни. Женщина мысленно чертыхнулась, понимая, что из-за своей влюбленности и шока, после предательства, совсем забыла про планируемую сделку.

-Вероника Игоревна! – Весело пробасил мужчина. – Я вот вас всё зову-зову к нам в гости, посмотреть на винодельню, продегустировать, так сказать, а вы пропали!

-Знаете что, Денис Анатольевич, а высылайте адрес! – Махнула рукой Ника.

Женщина решила, что поездка за город – это то, что ей необходимо. Только вот она была не готова увидеть в сообщении название деревни – Сосновка. Женщина похолодела. Ехать туда, где рос и умер муж, не хотелось. Но «давать заднюю» было нельзя. Что о ней подумают, как о деловом партнере?

В ближайшую субботу Ника сидела в частном домике, на краю Сосновки. Она наслаждалась отменным вкусом вина и беседами с Денисом и его женой, Ниной.

-Мы как микровинодельню основали… — Делился радушный хозяин. — Собрались, с женой, отцом, мамой и братом, сначала для себя сделали партию. Потом друзья начали хвалить, идею подкинули, что такое и продавать – не грех. Первые два года нашей винодельней был маленький подвал на дачке. А в прошлом году обосновались здесь, на деревне…

Захарова слушала его с удовольствием. Хозяйка дома поставила на стол блюдо, с сырной и мясной нарезкой:

-Вот, попробуйте. Все местные делают, и колбасу, и сыр. Хотя сыра у вас и своего вдоволь. – Улыбнулась Нина.

-Мой муж часто по деревням ездил, сыры пробовал. – Отозвалась Ника с ностальгией. – Сейчас попробуем, чем тут угощают. Она окинула взглядом тарелку и, приметив особенно затейливый кусочек сыра, откусила кусочек. Её лицо вытянулось и побледнело. На глаза навернулись слёзы.

-Что такое, Вероника? Не вкусно, что ли? Странно, это любимый сыр Нины… — По-своему расценил реакцию гостьи мужчина.

Он тоже схватил кусок и спешно переживал, пожимая плечами:

-Нормальный сыр. Яблочный, с орехами и корицей. Его местный умелец делает, отличный парень. – А затем он вовсе просиял и засмеялся. – Между прочим, он назвал свой сыр «Вероника». Слышал, что ему от жены ух как досталось, потому что его супругу зовут Наталья.

-Денис, ты чего сплетничаешь? – Легонько стукнула супруга по плечу Нина.

-К-кто? – Прошептала Ника, глотая слезы. – Кто его сделал? Как его зовут?

-Василием зовут. – Осторожно ответил Денис. – Мы же сами тут не частые гости, так что плохо его знаем. Вы знакомы?

Ника резко подалась вперёд, впившись пальцами в его руку:

-Где он живёт? Вы можете отвести меня? Я вас прошу! Пожалуйста!

Денис и Нина не на шутку испугались такой бурной реакции. Однако просьбу выполнили.

Вся троица пришла к дому, которой был Захаровой хорошо знаком. Здесь жила Наташка Дубова, девушка, что была влюблена в Васю.

-Ох, а вот и хозяин идёт. – Махнул рукой Денис. – Вася, привет! Гостью привели! Она тоже сырных дел мастер, как и ты!

Вероника резко обернулась. К ним шёл Вася. Её Васенька! Живой, здоровый!

-Вася! – Крикнула Ника надрывно, а затем поняла, что мир вокруг неё кружится.

Лишь Денис, вовремя схвативший женщину, не дал ей упасть. Женщина потеряла сознание. Но на короткое мгновение, что она пришла в себя, Захарова увидела перед собой лицо Васи. Вцепилась в его руку и прошептала, находясь в бреду:

-Не уходи… Не уходи только… Вася…

И Вася больше не ушёл.

***

Вероника положила уснувшего сына в люльку. Она с нежностью посмотрела на младенца. Затем глянула на часы: Вася скоро должен будет вернуться. Женщина счастливо улыбалась, предвкушая встречу с любимым. С её поездки в Сосновку минуло полтора года. События, что открылись ей, казались невероятными.

В ту роковую ночь Вася действительно ночевал в сгоревшем доме. Однако он был в другом крыле и успел спрыгнуть со второго этажа. Мужчина ударился головой и потерял сознание, да ещё и ногу ушиб. На пожар, к этому времени, сбежалась вся деревня. Среди них была и Наталья. Она первая бросилась к Васе, увидев его на заднем дворе. Оттащила подальше от бушующего пламени и зевак, попыталась привести в чувства. Только вот когда Василий очнулся, он не помнил, что произошло:

-Наташ… Где я? – Спросил он. – Что случилось? Где мой отец? Как же нога болит…

Хитрая Дубова сразу смекнула, насколько сильная травма головы у Васи. Ведь отец его умер очень давно.

-Васенька, милый, не пугай меня… — Слезно запричитала женщина, обвив его шею руками. – Ты что-нибудь помнишь?

Мужчина нахмурил обгоревшие брови, напрягая память:

-Помню, как с отцом сыр делал, Наташ… — Пробормотал он. – Больше ничего и не помню…

После такого признания, женщина решила не упускать свой шанс. Она привела Васю в свой дом, выходила, огрела лаской и заботой. А ещё наврала с три короба, мол, они все это время вместе жили, любили друг друга, а Вася её супругом названным был. Может, Захаров бы и не поверил в её ложь, да только подговорила Дубова всех подруг и знакомых. Хитрая женщина пугала и шантажировала людей, чем придётся. Угрожала рассказать про шашни на стороне, да про старые грешки. Так деревня и смирилась с тем, что Наталья к рукам чужого мужчину прибрала. Только Вася упорно не сдавался. Он жил рядом с Наташей, но что-то его мучило, бередило душу.

-Наташ, знаешь, мне иногда сны странные снятся… — Признался однажды Василий. – Они такие реальные… Промолчал он только, что все чаще ему снилась красавица-брюнетка.

-Мне тоже недавно приснилась, что я на корове на марс летала. – Фыркнула тогда женщина. – Ты, Вася, не глупи. Зачем к снам относится серьёзно?

Мужчина кивнул, соглашаясь, но странные мысли и образы его не отпускали. Он мог пойти на поле, а его сознание упорно кричало, что он был здесь в прошлый раз не один. И не с Наташей. И что пальцы его гладили тёмные волосы…

Осознав, что муж всё больше погружается в грёзы, Наталья напомнила Васе, что у его матери проблемы со здоровьем были. Вася и поверил, что получил в наследство от родительницы душевные травмы. А потом появилась Ника…

Сначала мужчина не понял, что за гостья стоит у его дома? Но когда она побледнела и, крикнув его имя, стала оседать, падая на чужие руки, сердце его сжалось больно-больно. Он интуитивно, по зову сердца, а не мозга, бросился к женщине. Жадно глядел в её лицо, силясь понять, почему? Почему он ее знает?

-Не уходи… Не уходи только… Вася… — Прошептала женщина.

Вася понял, что не уйдёт. Ведь все это время его сердце металось в грудной клетке, не находило покоя в родной деревне. А теперь успокоилось, найдя свое место.

Ника, когда пришла в себя, все рассказала супругу. Как похоронила его, как оплакивала. Даже то, что чуть замуж не вышла, поверив, что Вася с того света вернулся. Когда от Натальи потребовали ответа, она долго отпираться не смогла.

Призналась, что обманула, и что даже кольцо тайком сняла с пальца Васи, да подбросила к чужому телу. Там такой хаос поднялся, что пожарные не сильно разбирались, кто рядом трется. Человеком, которого похоронили вместе Василия Захарова, оказался мужчина, строитель. Он считался пропавшим без вести. К счастью, и его душа смогла обрести покой. От Натальи на этот раз отвернулась вся деревня. Пришли они к Васе прощения просить да в грехах каяться.

Вскоре Ника увезла возлюбленного с собой, домой. Со временем к Васе стала возвращаться память. Он занимался с неврологом и иными специалистами, по крупицам восстанавливая прошлое. Но больше врачей мужчине помогла любовь и поддержка супруги. Оглядываясь назад, Вероника диву давалась: как они смогли все это пережить? Впрочем, главное, что все беды остались в прошлом. Вася и Ника вновь смогли друг друга найти в этом мир и поженились. А теперь у них растет чудесный сын, Даниил Васильевич, которому на днях исполнился месяц.

Ника на цыпочках вышла из темной спальни и прошла на кухню. В воздухе витал запах яблочного штруделя, который женщина научилась готовить, специально для своего сладкоежки-супруга. Женщина клацнула на кнопку электрического чайника. Мимолетом посмотрела на безымянный палец, который обхватывало золотое кольцо. Ника улыбнулась, залюбовавшись ювелирным изделием.

«А ведь цыганка, хоть и была подставная, но оказалась права. – Подумала Ника. – Снова Вася мне кольцо на палец надел. Только теперь уже навсегда.».

В замочной скважине повернулся ключ, открылась входная дверь. Ника счастливо улыбнулась и пошла встречать супруга. Вася стоял на пороге с шикарным букетом полевых цветов, которые довольный супруг явно нарвал сам:

-Был сегодня в области, а там такие поля! Сразу о тебе подумал. – Протянул он Нике цветы.

Женщина взяла букет, головки некоторых цветочков не выдержали долгой дороги и поникли, словно от усталости. Она втянула запахом аромат:

-Ну, надеюсь, что сыр ты тоже привёз? – Засмеялась она счастливо, целуя мужа в щеку.

-Конечно! – Довольно кивнул он. – Сегодня я добавил кое-что особенное!

Ника коротко рассмеялась. Повезло ей, все-таки, с мужем. Потому что цветы – это прекрасно, но вот сыр, который он сделал своими руками…

Гораздо лучше…

-Люблю тебя, Вася. – Прошептала женщина.

-И я тебя люблю, мышонок. – Ответил ей муж.

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

А вы знали? Если написать комментарий к любому посту, то реклама исчезнет для вас на 72 часов на сайте. Просто напишите комментарий и читайте без рекламы!

1 Комментарий

Т
Татьяна Ответить

Очень интересный рассказ

Напишите комментарий

Пожилая женщина гуляет бабушка
Старый конь борозды не испортит

Она говорила: «Старый конь борозды не испортит». А они смеялись. И напрасно… Не зря она не выбросила счёты. А внучка...

Она говорила: «Старый конь борозды не испортит». А они смеялись....

Читать

Вы сейчас не в сети