Грустный старик задумался

Ведро картошки

На город опустились сумерки, зажглись первые фонари. Народ потянулся в квартиры после вечерних прогулок, кое-где еще слышались командные выкрики встревоженных мамаш – что-то вроде «Маша, Саша, домой». Запоздавшие работяги торопились домой с тяжелыми пакетами продуктов. Наступала последняя августовская ночь. Завтра уже осень…

То, что лето уверенно сдало свои позиции явно уже чувствовалось существенно похолодало, с севера тянуло даже морозцем, отчего цветы на клумбах тревожно замерли в ожидании своей неминуемой участи.

На лавочке в парке рядом с многоэтажкой сидел старик – по всему виду бомж. Волосы его несколько месяцев уже не видели ножниц, отросшая щетина давно превратилась в неухоженную бородёнку, старый потрепанный пиджак явно не спасал от первого холода. Старик смотрел на дом, куда-то вверх – там на предпоследнем этаже раньше были окна его квартиры…

Они сейчас вон – светятся. Только квартира больше не его. Старик тяжело вздохнул, с трудом поднялся, закинул за плечи видавший виды брезентовый рюкзак, обернулся, ещё напоследок глянув на чужие теперь окна, и уныло побрел своей дорогой. Идти ему было недалеко – там, на соседней улице он и обитал в старом брошенном гараже. Поговаривали, что скоро их сносить будут. Но пока этого не случилось, старый бомж, как мог обустроил своё жилище нашёл на свалке плед, подушку…

Кто-то рядом с гаражами оставил ещё пригодный диван, тумбочку – все это и нашло последний приют в гараже…

У гаражей было особенно темно, старик подсветил себе спичками, чтобы нащупать проволоку, на которую он, вместе замка, запирал свое жилище. Изнутри послышался слабый визг.

— Что, Бимка, соскучился? – улыбнулся старик, — погоди чуток, сейчас я открою двери и побегаешь. Я тебе молочка купил, поешь немного…

Через минуту дверь со скрипом открылась, и из темноты выскочил небольшой пёс – белоснежный настолько, что даже в безлунную ночь его с лёгкость можно было разглядеть пушистый, на смешных коротких лапах…

Пёс радостно взвизгнул при виде хозяина, потом дал стрекоча вдоль гаражей. Старик терпеливо ждал, пока его друг сделает все свои дела и вернётся назад. А потом они сидели с ним у гаража, греясь у небольшого костерка, на котором кипятился закопченный чайник. И, глядя на огонь, каждый о чем-то думал…

Неизвестно, о чем думал Бим – наверное, о том, что повезло ему! Его, годовалого пса, прежний хозяин просто выкинул на полном ходу из машины – надоел…

Так и умер бы он на обочине дороги, если бы в это время не проходил старик. Его сегодняшний хозяин подобрал, залечил раны, даже лапку правильно зафиксировал шиной так, что срослась она практически без изъяна – слегка Бим прихрамывать начинает, когда долго бегает…

Да, повезло ему с новым хозяином, вот уже три месяца вместе и живут. А старик, поглаживая Бима, думал о том, что надо искать другое жильё – скоро этот жестяной гараж не защитит его от холода и мороза. Да и все чаще пугают, что снесут скоро здесь все – подземная автостоянка что ли будет…

Популярный рассказ: - Маааама!!! Крик дочери всё стоял в ушах, рвал барабанные перепонки

Вообще-то у Ивана Ивановича была своя квартира до недавнего времени – это на ее окна он регулярно ходит по вечерам и смотрит. Но вот уже с весны он там не живёт, выгнала его дочка…

Настя была ему неродная – он женился на своей Татьяне, когда девочке было десять лет. Иван тогда работал на заводе мастером, была у него родительская квартира. Таня в бухгалтерию работать пришла. Сошлись они с Иваном быстро. Таня после неудачного брака думала, что больше никого не полюбит, но Иван смог растопить её лёд на сердце. А вот Настя с первого дня невзлюбила отчима, хотя он был с ней и ласков, и подарками баловал – все ждала, что ее папка, первый муж Тани, вернётся. А он алкоголиком был, где-то и сгинул. У Тани однокомнатная квартира была, у Ивана – двухкомнатная. Решили, продать их обе и купить одну большую, трёхкомнатную. Думали ведь, что их семья будет расти. Но не дал им бог совместных детей. А Иван и не печалился – у них ведь есть Настя. И ничего, что девочка иначе как «дядя» его не называет, ничего, привыкнет…

После школы Настя в институт поступила, а как его окончила, уехала в столицу. Иван с Татьяной уже на пенсию вышли. И вот тогда заболела Татьяна, а через полгода умерла. После похорон матери Настя в родном городе осталась – видимо, не пожилось ей в столице. А Ивану даже и лучше – все не одному куковать в их огромной квартире. Тем более что дочке в родном городе тоже можно и работу найти, и личную жизнь устроить. Настя устроилась в нотариальной конторе, юрист ведь по образованию. Иван радовался – всё у дочки устроится. Вот видела бы Таня, эх…

И Настя изменилась. Она теперь не огрызалась отцу, всё больше ласковая. Иван думал, что повзрослела дочка, оценила его наконец. Настя на себя все заботы взяла, даже пенсию отца за него получала – чего ему на почту ходить. А Ивану что? Доверяет же дочке. Пусть и не родная по крови, он же столько лет ее растил. Тем более что всю пенсию она до копеечки отдавала. Иван только бумаги там какие-то подписал, чтобы Настя без проблем его дела решала. Он особо и не вчитывался в документы – поставил свою подпись и все…

А по весне Настя вдруг замуж собралась. Иван так обрадовался – жених представительный, чуть старше дочки, но это ничего – лишь бы любили друг друга.

— Настя, а вы где жить будете? – как-то спросил Иван Иванович дочку, — у нас или у Кости твоего?

— Мы будем жить у меня, — как-то холодно ответила Настя.

— Вот и хорошо! – обрадовался старик, — всё мне веселей будет, не бросишь ты меня.

— Ты меня не понял! – Настя в упор посмотрела на того, кто заменил ей отца, — мы будем без тебя жить.

— Как это? – не понял Иван Иванович, — ты квартиру себе что ли купила?

— Нет, это моя квартира! И жить мы будем в ней вместе с Костей! Без тебя!

— Настя, так это же и моя квартира, — растерялся старик.

— Да что ты говоришь? – засмеялась дочь, — ты мне сам свою долю подписал, а мамина мне по наследству досталась!

— Да когда я подписал? – у старика от расстройства прямо губы затряслись, — ты что-то путаешь, дочка.

— Да какая я тебя дочка? – закричала Настя, — ты мне никто! Убирайся отсюда, больше ни дня с тобой не хочу под одной крышей жить!

И прямо в нос Ивану Ивановичу какие-то бумаги сует…

Вот тогда старик и понял, что за документы он подписал. Там кроме доверенности на получение пенсии еще и его отказ на его часть квартиры, в пользу Насти. Все она сделала по закону, комар носа не подточит!

Старик попытался призвать Настю к совести, судом пригрозил, да всё впустую. В тот же вечер пара крепких ребят скрутили его и вывели на улицу, и вещи его – в одном рюкзаке, выкинули следом. Иван Иванович у подъезда несколько дней сидел, к соседям обращался. А соседям что? Они тут все поменялись в последнее время – всем до старика нет дела. А Настя вид делала, что знать его не знает, замки в квартире поменяла. Иван Иванович в полицию пошёл. Но там такой уставший дежурный сидел – он только сказал, чтобы старик написал заявление. Но Иван Иванович понял, что как только он вышел из отделения, его заявление в мусорном ведре оказалось. Обидно было так, что не высказать.

Вот и отблагодарила его Настя. Иван Иванович плакал, вспоминая, как он лечил ее сбитые коленки после падения с велосипеда в детстве, как ходил на родительские собрания вместо Тани, как танцевал вальс с Настей на выпускной…

Все это Настя забыла…

Эх, Таня, что же дочка творит…

Иван Иванович смирился со своей участью. Потом вот на этот гараж наткнулся, собаку подобрал. Хороший пес – все живая душа рядом. Иван Иванович жил на то, что сдаст бутылки, дворнику или грузчикам поможет. Копейки – но все же…

Пенсию ведь Настя за него так и получала. Иван Иванович решил, что не будет он воевать с дочкой и на весь мир ее славить сколько проживет – столько и проживет. Хотя зима впереди…Боязно…

В то осеннее утро Иван Иванович подсчитал свои скудные финансы и понял, что денег даже на хлеб не хватает. А ещё бы молока надо бы. Не себе – Биму…

Вспомнил он, что недалеко, на выезде из города, есть фермерские поля. Картошка там сейчас уже точно поспела. Старик никогда ни у кого и пуговицу не украл, а тут решил накопает немножко, с ведро, и продаст. Купит молочка, а может быть и на дешевый кусок колбасы хватит. Решил, к вечеру там быть – чтобы не поймали, не приведи господи. А то вот стыдобище будет! Взял свою сапёрную лопатку, которую также на свалке нашёл, ведерко старенькое (тоже оттуда), и направился к полю. Солнце катилось к закату, когда старик докапывал, оглядываясь, последний куст. Бим, понимая, сидел на стороже, внимательно поглядывая по сторонам – всё спокойно.

— Нельзя так, Бимка, делать, — с грустной улыбкой сказал Иван Иванович и аккуратно заделал ямки от лунок, чтобы в глаза не бросались сразу.

Ночью у гаража они с Бимом напекли картошки, наелись от души! А утром, прихватив ведро, отправились на рынок. Но оказалось, что на рынке торговцев картошки и так много. И не по одному ведру – с машин, сетками продают. Иван Иванович все же стал с Бимом у самого края торговых рядов, выставил ведерко…

Но свои правила здесь. Подошёл к старику толстый мужик, усмехнулся:

— Старик, за место платить надо, — говорит он.

— А сколько, мил человек?

— Двести рублей гони.

— Да где же я их возьму? Я своё ведро за столько ровно и продаю!

— Тогда иди с рынка! И побыстрее! А то намнут тебе бока, и на возраст не посмотрят! – и мужик угрожающе сжал кулаки.

Делать нечего. Развернулся старик и пошёл прочь со своим ведром, и пес рядом поковылял, уныло поскуливая.

— Что, Бимка, видать, сами будем картоху нашу есть, — вздохнул Иван Иванович и погладил пса по загривку.

Но тут ему в голову пришла идея! Они как раз с Бимом шли по улице, где расположились богатые дома. Старик как рассудил обычные люди чаще всего тоже копейки считают, вряд ли кто купит с рук, на рынок пойдут торговаться. А здесь – что эти двести рублей для богачей? Может, кто и сжалится…

Решил Иван Иванович, что надо искать самый шикарный особняк на улице. Там точно не откажут. Через пару минут увидел трехэтажный, обнесенный добротным железным забором. Вот туда ему надо! Старик нажал кнопку звонка на воротах. Ему открыл удивленный охранник.

— Чего тебе, дед?

— Да вот картошку хозяевам не надо?

Охранник ничего и ответить не успел, как в воротах появился крупный мужчина лет сорока с огромным золотым перстнем на пальце.

— Миша, какие-то проблемы? – спросил он охранника.

— Петр Сергеевич, да это бомж, — виновато ответил охранник, — сейчас я его прогоню.

— Погоди! – хозяин с усмешкой уставился на Ивана Ивановича, — картошку, говоришь, продаёшь?

— Да, — робко ответил старик, — всего двести рублей ведро.

— Ого! – засмеялся богатей, — да ты цену вломил! Ещё скажи, сам выращивал?

Иван Иванович неуверенно кивнул в ответ.

— Да ты не только вор, так ещё и врун! – вскричал мужчина, — да я сейчас полицию вызову! Они живо с тобой разберутся, бомж вонючий! Хотя нет! Миша, спускай Джека!

Охранник немного помялся и пошёл во двор. Через минуту Иван Иванович увидел, как по тропинке к воротам бежит алабай…

Иван Иванович развернулся и что было духу припустил от дома. Больные ноги с трудом его слушались, сердце стучало как бешенное, а от страха руки так и ослабели – казалось он сейчас выронит, это несчастное ведро картошки. За спиной старик слышал довольный смех богача и громогласный лай пса, которого охранник все же удержал у самых ворот. Бимка бежал рядом, прижимаясь к хозяину. Он тоже так напугался. В какой-то момент пёс попал старику под ноги, и Иван Иванович не удержался на слабеющих ногах и упал прямо на дороге. В двух шагах притормозила красная машина, и из неё выскочила девушка.

— Дедушка, вы в порядке? – она присела рядом.

— Да всё хорошо, милая, — ответил старик, едва сдерживая слезы, — ты извини, я напугал тебя, чуть под машину к тебе не бросился. Я не разглядел со страху.

— Вы от кого убегали?

— Не важно… Ты извини.

Девушка в это время собрала картошку и осторожно вытерла ладошки салфеткой, внимательно посмотрела на Ивана Ивановича.

— А что вы тут делали? Я вас раньше не видела.

— Да я картошку хотел продать, — признался старик, — вот предложил.

И он кивнул в сторону трехэтажного особняка. Девушка покачала головой.

— Это Петру что ли, соседу моему? Это он вас так напугал? Наверное, алабаем своим? Вот гад! Нет, так он неплохой, но как найдёт! Видать, опять со своей Анжелкой поругался, вот и злобствует.

Старик ничего не ответил, понурив голову, он еще раз извинился, взял было ведро и направился восвояси.

— Подождите! – окликнула его девушка, — давайте мне вашу картошку! У нас как раз кончилась!

И девушка протянула Ивану Ивановичу тысячу рублей.

— Ой, это много! У меня сдачи нет, – растерялся старик.

— А это вам за моральные потрясения, — улыбнулась девушка, — за моего несдержанного соседа!

Взяла это ведро и пошла к машине, а Иван Иванович растерянно смотрел ей вслед.

— Спасибо! – крикнул он, опомнившись.

— Будьте здоровы, дедушка! – ответила девушка с улыбкой и уехала.

А Иван Иванович вместе с Бимом повернули к себе в гараж – да уж, и приключение у них вышло!

Вечером у гаража Иван Иванович жарил на костре сосиски и пил какао. Бим рядом грыз сахарную косточку. Гараж этот находился поодаль от домов, поэтому дым костра никому не мешал, рядом проходила автомобильная дорога. Старик и собака сидели вновь вдвоем и каждый думал о своем. Внезапно их внимание привлёк автомобиль, который ехал по дороге как-то странно, вихляя из стороны в сторону, через несколько мгновений он слетел на обочину и врезался в дерево. Из-под капота пошёл дым. Так случилось, что рядом никого не было – ни машин, ни людей, лишь одинокий бомж со своей собакой. Иван Иванович вместе с Бимом кинулись к автомобилю. Водитель был жив, но без сознания. Старик с трудом открыл дверь и вытащил мужчину, пёс со всех сил помогал ему – тянул за пиджак.

— Эко, какой ты крупный, парень, — утирая пот со лба, сказал Иван Иванович, укладывая мужчину на траву.

В следующую секунду он с удивлением узнал в водителе того самого хозяина особняка, который утром спустил на них с Бимом своего пса…

А потом раздался взрыв – машина загорелась. Водитель пришёл в себя, и с трудом сел. Он молча смотрел на машину, потом перевел взгляд на старика. Его лицо дрогнуло – он тоже его узнал.

— Это ты меня спас? – потрясенно прошептал он.

— Да мы с Бимом рядом были, у вас машину занесло чего-то, — почему-то виновато ответил Иван Иванович.

— Занесло, — слабо усмехнулся мужчина, — это явно Анжелкин любовник тормоза подрезал.

И он потерял сознание. Потом приехала скорая, пожарные. Петра увезли в больницу, машину потушили. Иван Иванович вернулся с Бимом в свой гараж.

— Вот как бывает, — шептал старик Биму, засыпая, — он на нас своего пса спустил, а мы его с того света выдернули. Доброе дело, Бимка сделали…

Через пару недель рядом с гаражом остановилась новенькая чёрная машина. Иван Иванович с тревогой выглянул – неужели выгонять его приехали? И куда ему теперь? Из машины вышел Петр.

— Здравствуйте! – увидев старика, улыбнулся он, — а я к вам.

— Зачем? – напрягся старик.

— Я же помню, что вы меня спасли, а ещё помню, как гадко поступил с вами. Вы уж простите меня!

Петр помолчал, кусая губы.

— У меня в тот день всё наперекосяк шло. Узнал об измене жены. А потом вы с той картошкой. Вот на вас всё зло и выместил. Простите меня.

— Бог простит, — сухо сказал старик и отвернулся.

— В первую очередь вы простите! – Петр взял старика за руку, — вот чем я могу вам помочь?

— Не противно? – улыбнулся Иван Иванович.

— Что противно?

— Вонючего бомжа за руку брать?

Пётр покраснел, потом присел на чурбачок рядом с гаражом, обхватив голову.

— Вот вы думаете, я такой зажравшийся богатей, который людей ненавидит? — с болью спросил он, — а это не так! Я ведь знаете, сколько всего пережил, пока свой бизнес поднял? Даже голодовать приходилось. И тоже было, что жить негде. А потом я человека встретил, он мне и помог. Вначале я на рынке торговал.

— Уж не картошкой ли? – грустно улыбнулся старик.

— Нет, не картошкой… старыми телефонами… а потом уже смог раскрутиться. У меня на всё почти двадцать лет ушло. И вот сейчас, когда у меня все есть, я женился. Думал, жена меня любит. А она с автослесарем у меня под носом крутила. Он эту аварию и устроил… а она мне что-то в чай подсыпала. Понимаете, убить меня хотела. А я её любил! Вот такой дурак. Сейчас её с любовником арестовали.

— Да, парень, жизнь порой несправедлива, — вздохнул Иван Иванович, — я ведь тоже думал, что дочка меня любит. Хоть не родная она мне, а всё же я её вырастил. А она меня из дома выгнала. Вот я и скитаюсь на старости лет. Вместе с Бимом мы бомжи.

— Хороший у вас пес, — кивнул Пётр, — вы не думайте, что я бы спустил на вас собаку. Я же сказал охраннику, чтобы он держал Джека. Прости меня ещё раз.

Они помолчали. Пётр что-то ещё хотел сказать, наконец решился.

— Слушайте, а переезжайте ко мне жить! Уже холодно, скоро зима. Куда вы пойдёте?

— Да зачем я вам? – удивился Иван Иванович, — да и не знаете вы меня. Вдруг я вор? Кстати, ту картошку я действительно, украл.

— Вы не вор, — улыбнулся Пётр, — я это вижу. А картошка… С ведра хозяин, думаю, не обеднел.

Они вновь помолчали.

Сентябрь выдался в том году ветреный и дождливый. Вот и в тот день — вроде бы солнышко светило, а потом враз все небо заволокло тучами, и пошел холодный дождь.

— Иван Иванович, поехали ко мне! – даже как-то жалостливо попросил Петр, — не хотите у меня просто жить, будете садовником, у меня для него как раз домик имеется на территории, там всё благоустроено.

— Да какой я садовник! – отмахнулся Иван Иванович, — я всю жизнь на заводе отрубил.

— Научитесь! – улыбнулся Петр, — в конце концов, у вас будут помощники.

— А Бим? Я его не брошу!

— Там у домика поставим хорошую будку. Только придется Биму на цепь! Не переживайте, Джек у меня в вольере живёт, да и так он мирный, привыкнет к вам…

Пётр вопросительно посмотрел на старика и собаку. Иван Иванович, подумав, согласился. И Бим тоже был явно рад…

Прошёл год.

Иван Иванович обосновался на новом месте. И даже начал понемногу вникать в садовничьи премудрости. Бим, на удивление, с Джеком поладили. Хотя поначалу, казалось, алабай однажды его сожрет. А сейчас они иногда даже гуляют вместе.

Пётр оказался вполне адекватным и нормальным человеком. Более того – у него сейчас роман. С той самой девушкой, которая год назад купила у Ивана Ивановича ведро картошки. Юля живёт с родителями, работает переводчицей. Она давно влюбилась в Петра, но считала, что все это безнадежно – куда он уйдёт от своей Анжелы. Но Пётр вдруг понял, что помимо его изменницы-жены в мире много замечательных женщин. Вскоре с Юлей они должны пожениться.

Однажды Ивана Ивановича увидела Настя. Старик как раз в магазине покупал садовый инвентарь. Увидев отца, девушка подбежала, обрадовалась.

— Папа, — вскричала она, — как я рада тебя видеть! Я всё это время думала, где ты. А ты вот хорошо выглядишь, молодец.

— Думала ты? – усмехнулся Иван Иванович, — а искать не пробовала?

Настя смутилась, а потом расплакалась – рассказала, что Костя ее бросил, на работе проблемы, денег нет.

— А ты как? – вытирая слёзы, спросила она.

— А я садовником работаю у одного миллионера, — немного преувеличив финансовые возможности Петра, сказал Иван Иванович, — дом у меня свой.

— Папа, а может нам попробовать общаться? – с надеждой спросила Настя. Иван Иванович помолчал, потом улыбнулся, поцеловал дочку в щечку и попрощался, так ничего и не ответив.

Пусть живёт Настя, как знает…

Оставьте свой голос

107 голосов
Upvote Downvote

Предыдущий пост

0 Комментарий

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите

Вы сейчас не в сети

Вход

Забыли пароль?

Нет аккаунта? Регистрация

Забыли пароль?

Введите данные своей учетной записи, и мы вышлем вам ссылку для сброса пароля.

Ссылка на сброс пароля кажется недействительной или просроченной.

Вход

Политика конфиденциальности

Добавить в коллекцию

Нет коллекций

Здесь вы найдете все коллекции, которые создавали раньше.