Истории из жизни «Отпусти меня…» , — это было последнее, что записала женщина. В тот вечер когда Михаила не стало шёл проливной дождь

«Отпусти меня…» , — это было последнее, что записала женщина. В тот вечер когда Михаила не стало шёл проливной дождь

Коридоры приёмного покоя небольшой райбольницы были насквозь пропитаны запахом хлорки, боли и страха. Старенькая санитарка Таисия Ивановна мыла пол, ворча что-то себе под нос. Она редко была довольна, постоянно что то бубнила и кляла всех подряд на чем свет стоит.

Пациентов сегодня было много, но лишь один лежал на каталке чуть больше часа, про него будто бы забыли. Молодого мужчину привезли в самый разгар послеобеденной суматохи, однако помощь ему уже не требовалась — он не дышал.

Таисия Ивановна домыла полы, кряхтя и охая, выжала тряпку, и, разогнувшись, постояла несколько минут переводя дыхание. За столом сидел хирург, Валерий Львович, дописывал очередную историю болезни.

— Валерий Львович, — подала голос санитарка. — А с этим красавцем что ж делать будем?

Мужчина, что лежал на каталке, был красив, хорошо одет и прекрасно сложен. Женщина вздыхала поглядывая украдкой на него — а ведь молодой ещё какой, жить бы да жить… Доктор оторвался от записей и произнёс:

— Ему уже ничем не помочь, бери Машку на помощь и в морг.

— Что же с ним приключилось доктор? — полюбопытствовала санитарка.

— Перелом шейных позвонков, неопознанное лицо, завтра им займётся полиция.

Доктор вновь погрузился в бумаги, а Таисия Ивановна ещё раз пошарив по карманам мужчины, и убедившись, что они пусты горько вздохнула. А ведь у него может быть семья, дети, жена будет ждать с работы вечером домой…

— Машка! — крикнула громко Санитарка, так что сосредоточенный на работе Валерий Львович вздрогнул.

Прибежала молоденькая медсестра, раскрасневшаяся, с яркой помадой на губах.

— Ну, где тебя носит, опять задом крутишь перед больными.

Та начала было возмущаться, однако Таисия Ивановна пропустила мимо ушей все её слова. Женщина кивнула на каталку.

— Идём, свезём мужичка.

— Ой, — вздрогнула девушка. — А можно я не пойду, я покойников боюсь.

— А ну цыц, бери перчатки и топай, кроме нас больше некому.

Через десять минут женщины тронулись в путь. Таисия Ивановна толкала каталку сзади. Красивое лицо покойника, так ничем и не накрытое, все притягивало ее взгляд. Сын у женщины умер примерно в таком же возрасте, тяжело стало на сердце , воспоминания вдруг накрыли её неведомой силой. Таисия Ивановна открыла дверь морга ключом, женщины шагнули в сумеречный полумрак. Санитарка вздохнула пройдя мимо занятых лежаков, день был тот ещё. В этот момент вздрогнула заработав холодильная машина, единственная лампочка вдруг погасла, а затем, моргнув, вновь зажглась. Крик медсёстры пронзил слух старушки.

— Баб Тая, он глаза открыл!

Таисия Ивановна обернулась на молодого мужчину, а он смотрел на неё.

***

Его положили в двухместную палату рядом с ординаторской. Палата та предназначалась для родственников врачей, да коммерческих. Состояние его по словам врачей было стабильным, мужчина оставался по прежнему безымянным, приезжали полицейские сделали несколько фото, и сказав, что его никто пока не ищет, распрощались.

Хирург Валерий Львович всё ещё чувствовал себя неуютно, хотя не он принимал больного, не он подписывал заключение о смерти, однако он дал команду везти живого человека в морг. Что и не давало покоя.

В сотый раз доктор разглядывал рентгенограммы пациента, приходил к нему в палату каждую свободную минуту. Да, жизненные показатели были в норме, однако в сознание мужчина не приходил, и никто не знал придёт ли. Известно было лишь одно — ходить, говорить и даже просто шевелиться он уже не будет никогда. У мужчины была травма шейного отдела — тонкая, еле заметная полоска проходила на снимках через шейный позвонок.

— Ну что, Валерий Львович, не пришёл он в себя? — спросила Таисия Ивановна, заглянув в палату.

— Нет, пока нет. Но думаю очнётся, организм у него крепкий.

Старушка выдохнула, представив, что было бы если бы они оставили его в морге. Живого! В это мгновение Больной вдруг открыл глаза.

— Вы слышите меня? — спросил доктор. — Закройте глаза если слышите.

Мужчина закрыл глаза. Валерий Львович задал следующий вопрос:

— У вас болит что нибудь?

На этот вопрос пациент не отреагировал никак. Вперёд вышла санитарка, приложив к губам платочек, тихо спросила:

— Плохо тебе, милый?

Он закрыл глаза вновь, по щеке его тонкой струйкой поползла слеза.

***

Старшая медсестра Елена Павловна, шла по коридору больницы, прекрасная и холодная. За глаза её так и называли Железная леди, к своим тридцати пяти годам женщина ни разу замужем не была, воспитывала одна дочку тринадцати лет. Её уважали, побаивались, а многие искренне не понимали, как можно столько лет провести в этих мрачных вонючих стенах. Но что то её держало, стабильность ли, привычка, а может не желание что либо кардинально менять в своей жизни. Даже признанные больничные ловеласы уже давно отказались от попыток приручения старшей медсёстры. Дочка пошла в мать — красивая и такая же…холодная.

Елена закончила медучилище с красным дипломом, а в больницу на работу поступила в один день с Дмитрием Андреевичем, ныне занимающим пост главврача. Тогда, четырнадцать лет назад он был анестезиологом, потерявшим голову от молоденькой медсестрички, та была недоступна и прекрасна, сколько бы Дмитрий Андреевич не добивался красавицы — его ждало полное поражение. Мужчина злился, обижался. Такое с ним было впервые, проверял свои мужские чары на других женщинах — все работало, однако Елена так и оставалась этакой царевной несмеяной.

Несколькими месяцами позже под её идеально выглаженным халатиком вдруг начал проступать животик. Елена Павловна ждала ребёнка. Но не от него! Это разбило сердце молодого анестезиолога вдребезги. Он проклинал девицу и даже сделал предложение одной девушке, дочке друзей семьи, с которой его познакомила мать — назло.

На свадьбу Дмитрий пригласил Елену. Чтобы видела, что она теряет. Чтобы знала, кого упустила. И женщина пришла. На тот момент она уже стала мамой. Лена была в тот день чертовски красива, Дмитрий держался из последних сил. Когда приехали в кафе, что то внутри него сломалось окончательно, её приглашали на танец мужчины, каждый выход женщины резал сердце по живому. Вот так в жизни бывает — женился на одной, а ревновал другую. Пробило тогда несчастного доктора по полной, как ему дальше жить , сможет ли он найти счастье с нелюбимой женщиной. Зачем ему нужна была эта свадьба, зачем нужна была эта спешка. Так было неудобно перед невестой, родителями, гостями.

Прошёл год, семейная жизнь превратилась в мучение, обнимая жену Дмитрий представлял Лену, и Инна, его супруга , видимо почувствовала ту незримую женщину, что была между ними.

Они прожили десять лет, у Дмитрия и Инны родился сын, потом дочь, острота проблемы потихоньку угасла, но женщина так и не смогла смириться с ролью второго плана. Она хотела быть любимой, она хотела быть единственной. Карьера Дмитрия шла в гору, в тридцать пять мужчина стал главврачем. При нем больница ожила, начали появляться спонсоры, изменился и внутренний и внешний облик здания. Жизнь продолжалась, дети подрастали. Однако этой весной Дмитрий вновь затосковал по Лене, а жена, устав от зависимости супруга, подала на развод.

Елена Павловна остановилась возле ординаторской и поправила табличку на двери. Сегодня Дмитрий Андреевич пригласил ее на ужин. Чего она ждёт, зачем она его мучает, может пора устроить личную жизнь, мужчина то был всегда ей симпатичен. Однако она ждала его…Сколько лет прошло, а она все ждала… Ну не дура ли. Из палаты, что находилась около ординаторской вышел озадаченный доктор. Он даже не заметил Лену, прошёл мимо, погруженный в свои мысли, словно никого вокруг не существовало. Старшая медсестра заглянула в палату. На кровати, что находилась у окна, лежал молодой мужчина. Рядом суетилась Таисия Ивановна.

— Ох, Елена Павловна, — только и сказала женщина, а увидев, как та побледнела тут же бросилась к ней.

— Все хорошо, что с ним? — тихо спросила Лена.

— Плох он, совсем плох. Даже имени не знаем. Не может ни двигаться не говорить.

— Его зовут Миша, Михаил Ильин.

Елена вышла из палаты и бросилась прочь. Таисия Ивановна глянула на больного — он закрыл глаза и плотно сжал веки…

***

Только лишь два дня назад Михаил был здоровым, молодым мужчиной. Ему было тридцать шесть, он жил, строил планы на будущее, дышал полной грудью, кто же мог знать, что за считанные секунды его мир рухнет, а жизнь никогда больше не будет прежней.

Михаил шёл по улицам небольшого городка, где находился вот уже третий день в командировке. Городок этот находился не так уж и далеко от столицы, всего полтора часа пути, однако все тут было другим и даже речь людей. Домой мужчина планировал отправиться ближе к вечеру, однако машина его, всегда такая безотказная, не завелась. Это был первый звоночек, почему он не прислушался. Не верил… Он никогда не верил в суеверия. Надо было переночевать в гостинице и ехать утром, но разве от судьбы убежишь.

Выйдя из машины, Михаил принялся лихорадочно искать в интернете адреса ближайших сервисов, у одного из магазинчиков задел своим модным башмаком торчавшую арматурину, споткнувшись, упал, ударившись о неровный, в выбоинах асфальт, а затылком о выпирающий край бордюрного камня… Боли он не чувствовал, тела своего тоже, крикнуть ничего не мог.

«Это конец»- подумал Михаил, — а он ведь даже не успел позвонить жене.

Неужели его жизнь подошла к завершению? Страшно почему то не было. Сознание медленно уплывало, а когда над ним склонился случайный прохожий, Михаил уже не подавал признаков жизни.

Почему он вернулся? Зачем? Когда палата опустела в очередной раз, к его кровати подошёл сосед, мужчина лет сорока пяти. Он весь день внимательно наблюдал за парализованным.

— Не переживай, мужик. Все будет хорошо. Меня Зовут Егор.

Михаил моргнул, чтобы хоть как то поддержать диалог, его то и дело накрывало отчаяние, а присутствие живого человека рядом действовало облегчающе, пусть и ненадолго. Сосед по палате замолчал.

— Слушай, друг, я придумал одну вещь!

Мужчина принёс откуда то чистый лист бумаги, написал алфавит.

— Сейчас мы с тобой поговорим! — оживлённо произнёс он радуясь собственной находчивости. — Я буду показывать тебе буквы, а ты закрывай глаза когда будет нужная. Понял!

Первое что записал Егор, было: «Да иди ты…» Настолько тошно вдруг стало Михаилу. Егор опешил, но быстро пришёл в себя и даже улыбнулся!

— Молодец, Миша, коль посылать способен, значит поправишься. Михаил тоже улыбнулся в ответ, но не губами, а уголками глаз.

***

Елена вошла в палату через час, бледная и заплаканная, несмотря на то, что привела себя в порядок выходя из своего кабинки. Поправив одеяло присела рядом с Михаилом.

— Здравствуй, Миша, — произнесла женщина.

Егор, поймав на себе многозначительный взгляд женщины, поспешил выйти из палаты. Михаил ответить не мог, но женщина чувствовала, как нелегко ему приходится сейчас. Она весь день была на иголках и вот оно…, как это называется, единение душ? Увидев лист с буквами, невольно потянулась к нему.

«У меня есть шансы», записала она, затем внимательно посмотрела на мужчину и дописала вопросительный знак. Елена вздохнула.

— Не знаю, травма у тебя тяжёлая, чудом удалось избежать самого худшего.

— Не лги мне, — записала Лена после и вздохнула.

— Миша, ты же понимаешь, шансы маленькие, но они есть. Завтра прибудут сюда лучшие специалисты. Звонили с твоей работы. А ты, как оказалось шишка большая. — невесело улыбнулась Елена.

Он прикрыл глаза, женщина помолчала, а потом добавила.

— Мы вытащим тебя, только не падай духом. Ты сильный, у тебя все получится. Я буду рядом, просто знай, и ещё… Я должна это сказать. У тебя Миша есть дочь. Ей тринадцать, ее зовут Саша.

Больше говорить Елена не могла, Михаил закрыл глаза. Женщина понимала, ему нужно время, чтобы переварить эту новость.

Взяв его за руку, она прикрыла глаза, воспоминания ворвались в ее сознание. Их знакомство, июль, то далёкое лето…

Михаил думал о том же. Он узнал Лену, едва она вошла в палату. Он помнил ее всегда, хотя что уж там душой кривить, пытался забыть…, но не получилось. Тот июль был прекрасен! За плечами остался институт, долгожданный диплом наконец то был в кармане новенького, костюма. Дорогого, на его покупку ушла добрая половина заработанных в стройотрядах денег, а как же иначе, если тебя ожидает будущее дипломата.

Нет, он никогда не был «блатным», всего добивался сам. Сам поступил в институт, сам зарабатывал на оплату учебы, его воспитывала одна мать. Денег в семье часто не хватало, и Михаил пообещал себе, что однажды все изменится в лучшую сторону. И парень шёл к намеченной цели.

— Миха, ну что, ты едешь? Я уже договорился. — спросил однокурсник

Костя Одинцов, не плохой парень, за годы учебы они сдружились, хотя были разными как небо и земля.

— Куда? — Не понял Михаил.

— Ты где летаешь? В облаках? Вчера ещё договаривались, к девчонкам медичкам.

— Нет, я не могу, ещё по распределению надо все выяснить.

— Так завтра есть, давай друг, поехали, погода отличная. Не пожалеешь.

В комнате общежития, куда они с Костей были пропущены после проверки документов, было трое девушек. Одна через несколько минут куда то исчезла. Костя ворковал со своей подружкой, а на Михаила та девчонка, что осталась, не обращала никакого внимания. Она аккуратно сложив книги на столе, принялась гладить свой белый медицинский халат.

— Лен, заканчивай со своим халатом, идём к нам! — позвала подруга.

— Ир, не могу я бросить на середине, — фыркнула девушка.

В этот момент Костя подошёл к Мише и прошептал на ухо: «Значит так: Ирка моя, а Ленка твоя».

Миша молчал залюбовавшись девушкой, все в ее облике казалось ему каким то волшебным и необычным. Она была похожа на сказочную принцессу, сошедшую со страниц книги.

— Ленка готовиться стать великим врачем, запомни ее, лечится к ней пойдёшь! — засмеялись ребята и он запомнил.

Девушка Михаилу очень понравилась. Они направились на городской пляж, но народа там было — не протолкнуться, и тогда Елена предложила поехать к ней на дачу. Ребята эту идею поддержали.

Через полтора часа электричка доползла до небольшого городка, вышли на крошечный вокзальчик, почему он не запомнил название, почему не спросил у приятеля фамилию девушки, телефон, Михаил не знал. Хотя уже тогда в тот самый первый день знакомства с Леной понимал — все это происходит в его жизни не просто так.

На вокзале сели на автобус, ехали недолго минут пятнадцать. Буквально сразу начался лес, а за ним взор приковало красивое озеро, от которого брал начало сосновый бор, где и сошли. Десять минут по мшистой тропинке среди сосен и вот он небольшой, но очень ладный домик.

— Всё здесь сделал мой отец, он у меня плотник, — пояснила Лена отпирая замок на калитке…

Михаил вспомнил озеро, оно было прекрасным, чистым с песчаным дном. Он помнил , как рассекал его подобно катеру, а она смеялась так заливисто стоя на берегу…Ее смех был похож на тысячи колокольчиков, парень вышел на берег и обнял ее такую мокрую и прохладную, что аж дух захватило.

Что было дальше мужчина помнил обрывками, но больше никогда за всю свою жизнь он не встречал девушки, похожей на Лену. Таких просто не было. Они заночевали в дачном домике, проснулся Михаил рано, поспешил в институт, нужно было узнать по поводу распределения, он ждал направления за границу. В далекий Кипр. Правда теперь он поедет не один, с будущей женой. Именно такое будущее он видел для них двоих, такую девушку нельзя было упускать ни в коем случае. Все было расписано, билеты заказаны. Лена проводила его до автобуса.

— Ты не исчезнешь? — спросила она.

— Нет, что ты. Я буду с тобой всегда, — ответил тогда он.

Увидев вывеску ювелирного магазина стоящего поодаль , потянул девушку за собой. Там он и купил колечко с бриллиантом на все оставшиеся деньги. Лена покраснела: «Ты спятил!», она то знала, что он совсем не посольский сын. В этот момент на станцию прибыла электричка. Прощаясь, он обещал вернуться завтра…обещал…

***

Михаил открыл глаза — Лена сидела рядом, она плакала, он указал глазами на листок с алфавитом. Она поняла сразу. «Прости меня, я не вернулся, я не знал ни адреса, ни телефона, ни фамилии…»

— Я тебя прощаю… — сказала Лена. На следующий день приехали врачи с города, утром Елена увидела перед зданием больницы автобус-лабораторию. Приехала и жена Михаила. Она была у него в палате недолго, а выйдя нашла Елену. Женщины стояли друг напротив друга, привлекая к себе заинтересованные взгляды медицинского персонала — сплетни разнеслись уж слишком быстро.

— Вы Елена? — спросила хорошо одетая ухоженная брюнетка. — Я — жена Михаила Ильина.

— Да, это я.

Женщины оценивающе смотрели Друг на друга.

«Я была первая. Тебе он достался случайно! » — читалось в глазах Еленв.

«Он был со мной тринадцать лет, и мы были бы вместе всю оставшуюся жизнь!» — подумала Брюнетка.

— Меня зовут Светлана, — сказала женщина вслух.

Елена пригласила ее в свой небольшой кабинетик, подальше от любопытных глаз. Там они пили крепкий кофе, и плакали. Две сильных женщины, которым больше нечего делить.

— Миша просил обеспечить вашу дочь.

— Нам ничего не нужно, мы справляемся.

— Но она ведь его родная дочь.

— Света, давайте закроем эту тему.

И Светлана ушла, она не выполнила просьбу мужа, пока… Она найдёт способ это сделать, но немного позже. Когда улягутся страсти. Когда деньги Елене будут очень нужны.

Наступала ночь, Михаил больше не любил это время суток, ночью было особенно тяжело. Он молился, просил забрать его, он уже передал жене инструкции по поводу денег и акций, но что то его держало ещё на этой земле. Что?

Елена вошла в палату совсем не слышно, опустилась на стул, поправила одеяло. В свете ночника ее лицо было ещё более прекрасным.

«- Расскажи мне о дочке?» — мысленно попросил он.

И женщина будто бы услышав его мысли завела разговор о Саше. А Михаил слушал и понимал, что мимо него прошло что-то очень важное, настолько важное, что все остальное было уже не в счёт. У них со Светланой так и не проучилось родить ребёнка — она потеряла двоих малышей, он уже задумывался над тем, чтобы воспользоваться услугами суррогатной матери. А где то совсем недалеко от столицы росла его родная дочь.

«Я хочу увидеть Дочь», — записала в тот вечер Елена.

Он прожил ещё три дня, Светлана приехала всего один раз, и то ненадолго. А Лена и Саша были рядом каждую свободную минутку.

«Отпусти меня…» , — это было последнее, что записала женщина.

В тот вечер когда Михаила не стало шёл проливной дождь, заканчивался их последний июль. В коридоре женщина встретила Дмитрия Андреевича, он все понял с первого же взгляда.

— Лена, давай я тебя подвезу, на улице дождь идёт стеной.

— Спасибо, — тихо сказала женщина.

Жизнь продолжалась, нужно было жить дальше ради Сашки, ради Себя, ради него…

— Я отпускаю тебя , — мысленно произнесла Елена и зашагала по длинным больничным коридорам вслед за Дмитрием.

Читать на дзен рассказы, истории из жизни, реальные деревенские истории, юмор, смешные случаи!

Популярный рассказ: Не на того напали

Вы сейчас не в сети