Красивая родная милая девушка умница простая добрая стройная родная любимая скромная

— Спаси, спаси меня пожалуйста. Он меня убьёт, — прошептала девушка в телефон

Тишину спальни нарушил громкий телефонный звонок. Второй, третий. Обитатель квартира не торопился снимать трубку и наконец включился автоответчик:

«Вы позвонили Кириллу Мелихову. К сожалению сейчас я не могу взять трубку, но обязательно свяжусь с вами позже. Пожалуйста оставьте сообщение.»

— Кирюша, сыночек, — раздался дрожащий женский голос, — возьми трубку. Беда у нас сынок.

Высокий спортивный парень одним прыжком взлетел с кровати:

— Мама, что стряслось!? — взволнованно закричал он в трубку.

— Коллекторы из банка пришли с бандитами какими-то, отбирают нашу квартиру за долги. Папа должен был им оказывается. Говорят, иди куда хочешь, — голос матери сорвался и захлебнулся рыданиями.

— Мам, подожди, успокойся! Я сейчас приеду! Всё обойдётся мам! — бестолку выкрикивал парень в замолчавшую трубку.

Кирилл торопливо оделся и выбежал из дома. Нёсся он на мотоцикле по шумному, утреннему городу чувствуя, что прямо сейчас в их размеренную жизнь входит нечто страшное, мерзкое. Чувствуя, но отказываясь в это верить.

Парень на полной скорости влетел в тихий, зелёный двор родительской сталинки и почувствовал, как к горлу подкатывает комок. Около их подъезда стояла скорая. Спрыгнув с мотоцикла Кирилл взлетел по лестнице на четвертый этаж и увидел, что дверь родительской квартиры распахнута. Там суетились несколько человек в белых халатах. Вот один из них обернулся и сердце Кирилла упало.

— Вы сын? — сочувственно спросил пожилой врач подходя к замершему на пороге Кириллу. — Я очень сожалею, но мы не смогли спасти вашу мать. Обширный инфаркт, смерть наступила очень быстро.

— Как не смогли спасти? Реанимируйте её пожалуйста. Вы же скорая помощь. Вы обязаны это сделать, — с трудом вытолкнул Кирилл из сведённого судорогой горла.

— Сынок, поверь её уже никто не реанимирует. Я понимаю твою боль, но возьми себя в руки и прими это горе. Так всегда бывает… Дети хоронят своих родителей. Это очень страшное горе, но так и должно быть. Поверь, намного ужаснее, если случается наоборот, — тихо произнёс пожилой фельдшер по-отечески взяв парня за руку.

— Оставьте меня одного пожалуйста, — прохрипел Кирилл.

Фельдшер нахмурился, за руку как ребёнка подвёл Кирилла к дивану и осторожно усадил. Вколол какое-то лекарство буркнув:

— Не бойся, это успокоительное. — Обернулся к пожилой женщине, лицо которой показалось Кириллу знакомым. — Вы ведь сможете некоторое время побыть с молодым человеком?

— Конечно. Боже мой, горе-то какое. Кирюша ведь остался круглым сиротой, — причитала соседка.

Пожилая женщина закрыла за бригады скорой помощи дверь и вернулась к Кириллу, села рядом, обняла за плечи. Он непроизвольно дёрнулся.

— Кирюша, что ты на меня так смотришь, словно не признаёшь? Кирюша, это же я, тётя Тоня. В соседней квартире живу. Кирюша, ты не в себе что ли? Оно и понятно.

— Я узнал вас тётя Тоня, — сконфуженно сказал Кирилл. — Простите, просто горло опять скрутило судорогой.

Он умолк, тётя Тоня понимающе кивнула и сочувственно погладила его по голове Кирюши.

— Горе-то какое, сначала Вячеслав ушёл, а теперь вот Раечка. Всё из-за этих мордоворотов. Прости меня Господи.

— Каких мордоворотов тётя Тоня? — устало спросил Кирилл, чувствуя как невидимая тяжесть пригибает плечи к земле.

Хотелось забиться в угол уткнуться лицом в колени и долго скулить, может тогда стала бы немного легче. Сейчас на его сердце словно насыпали тлеющих углей, так оно горело и болело.

— Да вон, на кухне трое сидят, а ещё в подъезде парочка стоит. Ты разве их не видел?

Кирилл устало потёр лицо ладонями. Вбегая по лестнице он боковым зрением заметил на лестничной площадке пару силуэтов, но он был в таком состоянии, что его внимание не привлекли бы даже индейские вожди в полной боевой раскраске.

— Слышь парень, лучше не выкобенивайся, — один из коллекторов неслышно ступая вошёл в гостиную, где сидели Кирилл с Тоней, — подпиши бумаги по хорошему, у нас всё законно, действуем исключительно по решению суда. Ты молодой, здоровый, заработаешь себе на новую квартиру. Папашу твоего никто не заставлял кредит этот брать. Не справедливо будет, если из-за его глупости ты пострадаешь, согласен?

— В смысле?

— Серьёзно пострадаешь. Допустим без рук, без ног, без глаз останешься. Так что соглашайся, пока по-хорошему предлагаю.

Кирилл молча посмотрел его глаза. Стеклянные, оловянные, чёрт знает какие, но уж точно не живые. В живых глазах хоть какие-то чувства отражаются, а у этого ничего. Парня неожиданно пробрал мороз.

«Да, этот говорящий робот прав. Нужно соглашаться по-хорошему, в конце концов он не пропадёт. Где вы видели айтишника, который себе на еду и жильё заработать не сможет? Правильно, нигде.»

А он Кирилл к тому же один из лучших на курсе. Два раза стажировался за границей, свободно говорит по-английски, так что он не пропадёт, но только в том случае, если будет здоров. Да и на данный момент ему было абсолютно всё равно, что произойдёт с его квартирой. Зачем она ему, если сюда больше не войдёт ни мать, ни отец?

— Я подпишу, — проталкивать слова через горло всё ещё приходилось с трудом. — Я подпишу, но разрешите остаться в квартире ещё на несколько часов. Мне нужно побыть одному и забрать кое-какие личные вещи, фотографии, ещё кое-что.

— Конечно, мы же не звери, — неожиданно легко согласился человек-робот.

Коллекторы ушли. Кирилл попросил соседку, чтобы она тоже оставила его одного.

— Кирюша, с тобой точно всё в порядке? — обеспокоенным голосом спросила тётя Тоня.

— Да, не беспокойтесь, — тихо ответил Кирилл.

Он долго сидел на любимом папином кресле уставившись в одну точку и кажись даже не думал ни о чём. В его голове и душе была чёрная беспросветная темнота, ему очень хотелось сейчас проснуться и понять, что это был всего лишь дурной сон, что его мама жива и здорова, стоит на кухне и готовит свои фирменные блины, от аромата таких просто кружилась голова. Но окинув квартиру взглядом и прислушавшись зловещей тишине на кухне парень понял, что происходящее не сон и он больше никогда не почувствует аромат маминых блинов.

Свою родную квартиру он покидал с тяжёлым камнем на душе, сложив документы, фотоальбомы и кое-какие памятные вещи в не большую спортивную сумку. Кирилл навсегда ушёл из дома в котором родился и вырос…

В своей съёмной двушки Кирилл оказался только к вечеру. Сразу позвонил в похоронное агентство. Тот же самый агент, который полгода назад занимался похоронами отца, пообещал организовать всё достойно…

Детство Кирилла было безоблачным. Небольшая ремонтно-строительная фирма его отца каким-то чудом благополучно пережила все возможные дефолты и кризисы. Нет, его отец Вячеслав Федорович не был олигархам и даже миллионером не был. Но им всегда хватало денег на безбедную жизнь.

«Зачем же отцу понадобилось брать кредит у банка?»

Кирилл отыскал номер Селены Семёновны. Эта пожилая дама с необычным, доставшимся от бабушки-француженки именем, была главным и единственным бухгалтером отцовской фирмы со дня её возникновения. Специалистам она была отменным. Вячеслав Федорович ей абсолютно доверял. Так что она должна знать, зачем понадобились деньги и куда они пошли.

Селена Семёновна ответила со второго гудка, словно сидела у телефона. Извинившись за поздний звонок Кирилл коротко рассказал о случившемся. Обычно сдержанная Селена Семёновна неожиданно горько разрыдалась.

— Я ведь предупреждала Вячеслава Фёдоровича, что не стоит доверять новому заказчику. Ну кто он такой этот Ляхов? Никто его толком не знает, никто за него поручиться не может. Возник из ниоткуда, как чёрт из табакерки. Но Вячеслав Фёдорович загорелся, таких больших заказов нашей фирме никто ни разу не делал и согласился на все условия заказчика. А этот мерзавец Ляхов чётко обозначил в контракте, что рассчитается только после того, как мы проведём ремонтные работы в полном объёме. Ремонт нужен был хороший, качественный. Здание старое советского периода, но не одно, а целых пять. Не было у фирмы на текущем счёту столько денег, чтобы такой объём работ выполнить. Я отговаривала, убеждала и просила, чтобы Ляхов внёс хотя бы небольшую часть денег вперёд, как делали все другие заказчики, тогда не пришлось бы взять кредит. Но он упёрся и Вячеслав Фёдорович испугался, что потеряет выгодный заказ, вот и взял кредит в банке под залог вашей квартиры. Но это ещё полбеды. Если бы Ляхов честно рассчитался с нами, Вячеслав Фёдорович досрочно выплатил бы кредит, да ещё и с солидной прибылью остался. Только этот мерзавец не заплатил ни копейки. Он вставил в контракт несколько оговорок, которые позволили ему придраться к нескольким мелочам и отказаться платить. Сама я контракт не читала. А Вячеслава Фёдоровича этот негодяй словно околдовал. Но ваш отец не собирался сдаваться, подал в суд. У него неплохие шансы были дело выиграть, только не дожил Вячеслав Фёдорович до суда. За неделю до первого заседания его не стало. Инсульт. Только долг то перед банком никуда не делся. Ещё и проценты нарастать продолжали. Вот и потеряли вы квартиру.

— Селена Семёновна, но почему, почему, почему вы мне ничего не сказали? Почему я ничего об этом не знаю!? — сорвался на крик Кирилл.

— Как же не сказала? — неожиданно строго ответила пожилая дама. — И сказала, и документы все переслала. Ну-ка постарайтесь припомнить нашу последнюю встречу молодой человек.

Кирилл потёр ладонью горящий лоб.

Последний раз они с Селеной Семёновной виделись на поминках отца. Вот пожилая дама, как всегда элегантная, сдержанная подходит к нему и после обычных соболезнований говорит что-то о серьёзном положении. О том, что эти документы нужно изучить как следует и Кирилл обещает ей это сделать. Но любивший отца Кирилл в те, дни был в таком шоке, что попроси она его выучить древнееврейский, он с готовностью пообещал бы это сделать совершенно не осознавая, что именно говорит.

Но нет, про документы он потом всё же вспомнил. Только они всё не приходили. Он тогда сделал большую глупость, спросил у матери не приходило ли чего. Нужно было позвонить к Селене. Ведь знал же, что мать Селену терпеть не может, безосновательно ревнуя к ней отца. Раиса Максимовна тогда сухо буркнула, что Селена присылала конверт со всяким вздором, старыми ежедневниками отца, буклетами фирмы и прочей макулатурой. Он поверил и больше вопросов не задавал, а там учёба, подработки и в итоге он совершенно забыл про слова Селены.

Вот теперь расплачивается. Конечно, знала бы мать, что её невинное враньё будет стоить ей жизни, она бы никогда так не поступила. Она наверное мельком заглянула в конверт, ничего не поняла и с чистой совестью выбросила конверт, потому что, ну что такого важного может сообщить Селена? Мама, бедная, простодушная мама, которая всю жизнь была домохозяйкой и в современных реалиях разбиралась примерно никак. Это он, он во всём виноват. Мужчина и сын называется. Айтишник хренов живущий в своём уютном мирке. Вот и обрушился и тот мирок ему на голову. Это он убил мать. Позвони он тогда к Селене, ничего бы этого не было.

Кирилл на автомате попрощался с Селеной, некоторое время сидел в кресле раскачиваясь взад и вперёд, как китайский болванчик. Потом стало, тяжело прошёл на кухню, там в морозильнике была бутылка водки, купил пару лет назад, когда сильно простудился. Он прикончил её без закуски и забылся тяжёлым сном прямо в кресле…

Похороны матери прошли для Кирилла как в тумане. Так же в тумане прошла следующая неделя и только на восьмой день одно короткое слово заставило его встрепенуться. Слово это было «Месть». Идея отомстить пришла к нему как-то само собой. Несправедливо, что его родители мертвы, а этот Ляхов жив.

Кирилл позвонил к Селене Семёновне и она по памяти продиктовала ему адрес и телефон Виктора Ляхова.

На следующий день Кирилл поехал на кладбище. Раису Максимовну похоронили рядом с мужем. Положив на могилы родителей два огромных букета роз Кирилл долго сидел возле могил. Потом встал, поправил цветы, прошептал:

— Я за вас отомщу, — и не оглядываясь ушёл…

Начинающий бизнесмен, прожжёный аферист Виктор Ляхов обитал в красивом, загородном коттедже. Кирилл часа два стоял в тени раскидистого тополя дожидаясь хозяина и наконец из ворот медленно выползла серая тойота. Кирилл бросился вперёд загораживая машине дорогу. Ляхов с проклятиями ударил по тормозам.

— Ты щенок совсем рехнулся!? — заорал он выскочив из машины.

— Я сын Вячеслава Мелихова, — тихо сказал Кирилл подходя поближе к нему.

— И чего? На бедность просить пришёл? Так я убогим не подаю. Ну и семейка: отец лох и дурак, а сын побирушка.

Кулак Кирилла со всего размаху воткнулся в челюсть Ляхова. Этот с коротким, хлюпающим звуком отлетел в сторону и упав ударился прям виском о бордюр. Увидев, что обидчик родителей лежит и не подаёт признаков жизни Кирилл вздрогнул. В тот момент с него словно слетела странное оцепенение, которое держало его в металлических тисках все последние дни. Парень не раздумывая вызвал скорую, но Ляховому это не помогло. Он умер не приходя в сознание по дороге в больницу…

Арест. СИЗО. Суд. Сравнительно мягкий приговор. Учитывая все обстоятельства дела Кириллу дали 5 лет заключения в колонию общего режима. Но ему было безразлично. Он не стал бы протестовать даже если бы ему дали пожизненное заключение. Всё равно он потерял всё, что можно было потерять: родителей, свободу, будущее. Так не всё ли равно, что с ним будет в колонии…

Кирилл вёл замкнутую жизнь. Ни с кем не общался, разве что только по делу. Механически работал, механический ел, даже засыпал механически. Но однажды всё изменил один весенний день. Наверное в тот день был слишком тёплым, грело солнце слишком, ласково дул лёгкий ветерок, слишком остро пахло молодой листвой. Но возвращаясь с прогулки Кирилл негромко замурлыкал себе поднос старый джазовый мотив. В той прошлой жизни он очень любил джаз. Идущий возле него пожилой мужчина по имени Тимофей из-под кустистых бровей, которого мрачно сверкали серые глаза, добродушно усмехнулся:

— Хороший у тебя вкус парень. Я вот тоже джаз люблю. Жаль, что здесь его не послушать в душевной обстановке, вокруг лишь грязь, ржачь без повода, чифир, да громкие песни шансона.

— Вы правы… — невольно согласился Кирилл и словил себя на том, что впервые за долгое время улыбнулся.

С этого разговора началась их дружба, двух совершенно разных по возрасту и статусу людей. Авторитетный вор в законе Тимофей был примерно ровесником Вячеслава Фёдоровича и чем-то неуловимо напоминал Кириллу отца, такой же спокойный, сдержанный, тактичный. Он пригласил парня посидеть в беседке, выпить чаю и поболтать. Кирилл неожиданно для себя согласился. В тот вечер они долго разговаривали. Сначала ни о чём, а затем и о жизни зашёл разговор. Узнав историю Кирилла Тимофей долго молчал, а потом сказал:

— Потеря родителей — это боль которую словами не описать, но их уже не вернуть. Постарайся жить, а не существовать, ради памяти о них постарайся. Я не думаю, что твои родители хотели бы тебя видеть в таком положении. А об остальном не жалей, выйдем отсюда я тебе помогу. У меня большая ресторанная сеть, будешь моим помощником.

— Думаю у меня это вряд ли получится, какой может быть ресторатор из айтишника, в этих сферах совершенно нет ничего общего, — засмеялся Кирилл.

— Чего смеёшься? Программист ты, я помню. Значит и ресторанное дело освоишь быстро. Как это, что у них нет общего? Программирование искусство верно? Ну так и кулинария тоже. Не сдавайся.

— Тимофей, а зачем вам это? — не смело спросил Кирилл. — Ну пусть я быстро всему научусь, но вы же можете настоящего профессионала найти.

— Помогать тебе зачем? Меня жизнь не мало била парень. Пять лет назад сын единственный и невестка в горах погибли. Осталось внучка, 18 ей сейчас. У вас имена схожи. Она Кира, ты Кирилл. Ты её на сколько лет старше? На семь? Так что, ты тоже мне во внуки вполне годишься. Хотя ты конечно поспокойнее моей сбалмошной ягозы. За ней сейчас гувернантка элитная присматривает, но у меня всё равно сердце не на месте, разбаловал я её старый дурак, в любую минуту что-то учудить может. И потом, я просто хочу поддержать тебя. Не вижу ничего плохого в этом.

— Поживём-увидим. Нужно сначала выйти отсюда, — меланхолично ответил парень.

— Выйдем обязательно, по другому не может быть, — подмигнул Тимофей.

После душевной беседы с Тимофеем Кирилл как будто ожил. Он понял, что в словах пожилого и мудрого человека есть глубокий смысл, что нужно взять себя в руки и жить дальше. Ведь Тимофей был прав, его родителям вряд ли понравилось бы нынешние душевное состояние и положение сына.

Они сдружились с Тимофеем. Практически всё свободное время гуляли вместе и проводили унылые вечера за тёплыми, душевными беседами. Кирилл благодарил судьбу за то, что послала ему такого замечательного друга. Парень чувствовал, что теперь не один. Понимал, что у него есть человек на которого можно положиться во всём…

Так прошло четыре года. Сроки заключения Кирилла и Тимофея подходили к концу, оставалось несколько месяцев, но Тимофей неожиданно стал быстро слабеть и скоро уже почти не мог вставать. Его забрали в госпиталь. Диагноз был страшным — саркома. Жить остаётся не больше двух месяцев.

Тимофей был сильным человеком. После того, как прошёл первый шок, он оценил ситуацию и обдумал план дальнейших действий. За эти годы он привязался к Кириллу и успел хорошо его узнать. Понял, что Кирилл честный, ответственный и бескорыстный человек. Такому можно доверять и можно доверить близкого человека. Не подведёт, не обманет, не предаст.

Тимофей пригласил в госпиталь нотариуса. Его последние воля была ясной, короткой. Всё имущество делятся пополам между Кириллом и внучкой Кирой. Кирилл узнав об этом сбунтовался, брать чужое он не привык, а потому решительно сказал, что либо Тимофей сам изменит завещание, либо он Кирилл откажется от своей доли в пользу законной наследницей Киры. Тимофей молча слушал негодующего Кирилла. Когда Кирилл выдохся и замолчал, Тимофей тихо сказал:

— Кирюша, ты знаешь, что последнюю волю умирающего не выполнить нельзя. Пойми упрямый мальчишка. Кира моя даже по сравнению с тобой птенец желторотый. Её затравят и затопчут, пикнуть не успеет, а ты хоть тоже лопух пока. Лопух, лопух, не не переживай, но всё-таки уже зубы какие-никакие отрастил. Я же не просто так одариваю тебя деньгами и недвижимостью. Ты дашь мне слово, что будешь опорой для Киры, будешь помогать ей и наставлять по жизни.

— Но есть же у вас более опытные и влиятельные знакомые, — не сдавался Кирилл.

— Есть, кто спорит. Только эти опытные, влиятельные сами будут рады Кирку обобрать. Ну может, кто пожалостливее, оставит ей немного на булавки, а ты не такой. Всё я сказал, разговор окончен. Если наша дружба для тебя что-то значит, отказываться от наследства ты не станешь.

— Спасибо Тимофей, обещаю что не подведу вас и за внучку не беспокойтесь, глаз с неё не спущу и никому не дам в обиду, — произнёс Кирилл дрожащим голосом.

— Ну, ну… Не нужно сентиментальности, — улыбнулся Тимофей увидев, как глазах парня заблестели слёзы. — Я прожил длинную и интересную жизнь, но уже пришло и моё время. Поверь, я ухожу со спокойной душой и буду очень рад, если у вас с Кироц сложится счастливая судьба. Как говорится, всё в ваших руках.

— Я не подведу вас, — прошептал Кирилл и обнял друга…

Тимофей умер за месяц до своего освобождения и за два до освобождения Кирилла. У ворот тюрьмы Кирилла встретил Стас, правая рука Тимофея.

— Куда поедем? — спросил Стас, когда они уселись в его мощный Ленд Крузер.

— Куда-нибудь, где можно помыться и переодеться, а потом к Кире. Я должен познакомиться с ней, всё ей объяснить.

— Ох, нелегко тебе придётся парень, — хмыкнул Стас плавно трогая машину с места. — Тимофей ей за два дня до смерти позвонил, велел во всём тебя слушаться. Сказал, что ты теперь ей вроде опекуна, про наследство рассказал. Ох, как она взвилась, аж искры во все стороны брызнули. Ты не думай, она не жадная, на наследство ей вообщем-то плевать, но упрямая, своевольная и ревнивая. Что есть, то есть. Как это, кто-то кроме деда ей будет указывать, как это кого-то постороннего слушаться, как это какой-то чужак её любимому деду, как родной стал. Но так-то Кира девчонка неплохая, может и поладите со временем.

Стас отвёз Кирилла к себе. Парень быстро принял душ, побрился, переоделся в костюм, который по звонку Стаса доставили из бутика.

Дом Тимофея в котором сейчас жела Кира находился за городом. Точнее не дом, а четырехэтажный дворец с мини-парком, зимним садом, бассейном и теннисным кортом. Такие дома Кирилл видел только в кино. Пока Стас загонял свой Ленд Крузер в гараж, Кирилл поднялся по широкой, мраморной лестнице. Хотел позвонить, но дверь неожиданно распахнулась сама.

— Так вот ты какой Остап Бендер, — ядовито протянула тоненькая, черноволосая девушка в джинсах и топике. — Слушай, я не знаю, как ты умудрился развести деда, но не беспокойся, я опротестовывать завещание не буду. Мне и половины хватит. Но вот всю эту дурь про опекунство из головы выкинь. Буду я ещё какого-то мошенника слушать, как же, — девушка перевела дух и продолжила. — Всей недвижимостью мы владеем пополам, но жить с тобой в одном доме я не буду. Глаза бы мои тебя не видели. Я уже сняла квартиру в городе и все свои вещи туда отвезла. По деловым вопросам обращайся к Стасу, он мне передаст всё что нужно и аривидерчи великий комбинатор.

Выплюнув последние слова девушка гордо прошла мимо оторопевшего Кирилла. Шпильки звонко зацокали по белому мрамору. Пару минут спустя из ворот вылетела красная, спортивная машина.

— Видел, как гоняет? — зло буркнул Стас.

— Ладно, отойдёт ещё. Наверное мне тоже лучше снять квартиру в городе, — нерешительно начал Кирилл. — Неловко как-то в чужом доме жить.

— Чего? Тимофей тебе о чём просил? Отойдёт девчонка, не переживай. Давай располагайся, с завтрашнего дня буду тебя всем бизнесом-премудростям обучать. Тимофей говорил ты способный, значит усвоишь быстро. Бывай, до завтра.

Прошла неделя.

Кирилл понемногу осваивался в новой профессии. Стас был им доволен. Кира всё это время на связь не выходила и Кирилл понимал, что необходимо наладить с девчонкой дружеские отношения, но совершенно не знал, как это сделать.

Как-то ночью Кирилла разбудил телефонный звонок. Звонок был по личной линии Тимофея. Как объяснил Стас, этот номер знали всего несколько человек.

— Алло, — встревоженно сказал Кирилл.

— Это я, Кира. Спаси, спаси меня пожалуйста. Помоги, я на волне, она неподалёку от берега, километрах в пяти-шести. Спаси меня, он грозится меня убить.

В следующий миг звонок прервался и в трубке послышались короткие гудки. На Кирилла накатила кошмарное чувство дежавю, так ему когда-то звонила мама, просила помочь. Тогда он не смог ничего сделать, но теперь он обязан что-то предпринять, ведь не простит никогда себя, если что-либо случится с этой сбалмошной девчонкой. Кирилл торопливо набрал номер Стаса и рассказал о случившемся.

— Ну Пётр, ну крыса поганая! — рявкнул мужчина в ответ.

— Какой Пётр?

— Конкурент давний, враг Тимофея. Узнал, что он умер и осмелел. Волна — это его яхта. Не переживай, я сейчас ребят подниму, вытащим Кирку.

— Я с тобой, — быстро произнёс Кирилл.

— Но-о-о, — замешкался Стас.

— Никаких но. Я отвечаю за Киру, — с металлом в голосе повторил Кирилл.

Стас помолчал.

— Ну что же, хорошо. Подъезжай к набережной, туда где памятник Пушкину стоит.

Стас приехал не один, с ним были человек десять мужчин, выражение лица которых не предвещало ничего хорошего.

— Грузимся в катер и выдвигаемся к яхте! — скомандовал Стас.

Дальнейшие действия разворачивались со скоростью света, словно в каком-то детективном фильме. Вот они поднимаются на яхту. Обезвреживают двух спящих на палубе охранников. Влетают в кают-компанию, там сидит привязанная к стулу заплаканная Кира. Над ней склонился лысый, рыхловатый мужчина.

— Лучше подпиши. Пока по-хорошему предлагаю, — услышал Кирилл обрывок фразы и у него помутнилось голове.

Очнулся он от криков Стаса:

— Убьёшь же, успокойся! Киркой лучше займись, а этому я сам объясню, что не стоит обижать тех, кто кажется тебе слабым, иначе рискуешь столкнуться с очень неприятным сюрпризом!

По знаку Стаса двое мужчин отволокли Петра в трюм. Кирилл тем временем развязывал Киру.

— Вы уходите, а мы ему всё сами объясним, — повторил Стас, когда девушка пошатываясь встала на ноги держась за руку Кирилла.

Катер доставил их на берег и отчалил обратно. Кирилл усадил Киру в машину.

— Куда тебя отвезти?

— Домой, в наш загородный дом. Я боюсь оставаться одна, — дрожащим голосом попросила девушка.

— Может сперва к врачу? — уточнил Кирилл.

— Нет, он ничего мне не успел сделать. Только пугал, требовал, чтобы я переписала на него рестораны. Он ведь не знал, что я не единственная наследница. Это ещё не разошлось по городу. Хорошо что я улучила минутку и сумела тебя позвонить. Они-то сумку с телефоном у меня отобрали, но к счастью не учли, что я всегда ношу с собой два телефона. Один находился во внутреннем кармане куртки. И спасибо, что приехал меня спасать после всего того, что я тебе наговорила. Поехали домой пожалуйста. Я очень хочу тёплую ванную и горячего какао с молоком.

— Я сам сварю, я умею правда, — обрадовался Кирилл заводя машину.

Какао они варили вместе и пили его тоже вместе.

— Расскажи про деда. Как ему жилось последние годы? — попросила неожиданно Кира.

— Ты же знаешь, что у него всё было схвачено, даже в колонии. Жил в отдельной вип-камере. Ни в чём не нуждался. Мы подружились с ним. Твой дед, можно сказать вернул меня к жизни. Мечтали, как выйдем на свободу, начнём вместе работать. Да вот не дано было сбыться этим мечтам. Тимофей очень любил тебя и переживал, как ты будешь одна без него, вот поэтому и попросил меня стать твоим помощником, — объяснил Кирилл.

— Ты прости меня, — тихо сказала девушка. — Сейчас я осознала, что действительно плохо остаться одной без родных и близких людей. Мне так не хватает дедушки.

— Ну, ну, только не плачь. Дед бы не одобрил твоё настроение, ведь он хотел видеть тебя счастливой, жизнерадостной, — произнёс Кирилл повторяя слова, которые когда-то ему говорил Тимофей.

— Знаешь, а ведь дедушка как всегда был прав. Я рада, что возле меня есть такой человек, как ты. Давай будем считать, что ты мой старший брат, — улыбнулась Кира.

— Отличная идея, — поддержал парень…

На утро позвонил Стас с сообщением о том, что после воспитательной беседы Пётр осознал, раскаялся и закаялся, что больше он и на пушечный выстрел не подойдёт к Кире. Да и вообще забудет о её существовании. Так что всё в порядке.

Кира однако не спешила уезжать из загородного дома. Она стала другой: мягче, взрослея, сдерживаннее с Кириллом. У них наладились идеальные отношения. Девушка стала вникать суть ресторанного бизнеса и со временем осознала, что эта сфера деятельности нравится ей больше и больше. Оказалось, что у неё к этому очень большие способности.

Молодые люди всё свободное время проводили вместе, ходили в кино, посещали парки с аттракционами.

Однажды Кирилл осознал, что влюблён по уши в Киру, но в то же время понимал, что не имеет никакого права на эту девушку, ведь она считает его братом, не более. Дошло до того, что жить под одной крышей с ней Кириллу становилась всё невыносимее. После мучительных раздумий парень принял решение уехать из загородного дома.

— Ты куда-то собрался? В командировку? Почему я ничего об этом не знаю? — спросила Кира увидев Кирилла в холле с чемоданом в руках.

— Присядь Кир, нам нужно поговорить, — с грустью произнёс Кирилл, — я выставил по всей территории дома надёжную охрану, можешь здесь жить спокойно и ещё… Ты уже взрослая, имеешь право на личную жизнь, а я только мешая этому. Болтаюсь везде за тобой. Мы будем встречаться часто, но пришло время разъехаться.

— У тебя есть девушка? — прямо спросила Кира.

— Нет, у меня никого, ты же знаешь.

— Кирилл, я наверное должна была раньше признаться, но всё не решалась. Я люблю тебя, прошу не уезжай, — прошептала девушка и покраснев опустила взгляд.

Ещё до конца не веря своему счастью Кирилл на негнущихся ногах подошёл к любимой девушке не в силах больше сдерживать чувства, крепко обнял её и нежно поцеловал.

— Мы же поженимся с тобой? — спросила с детской наивностью Кира.

— Конечно, — засмеялся парень. — Я правда первым хотел сделать тебе предложение, но ничего страшного, ведь от этого суть не меняется. Предлагаю поехать за кольцами, а затем отметить нашу помолвку в ресторане…

Через год у Киры и Кирилла родился сын, которого молодые родители назвали Тимофеем в честь его прадеда, ведь именно этот мудрый человек дал им путёвку в жизнь, сделав её жизнерадостной и счастливой…

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

0 Комментарий

Напишите комментарий

Полная женщина толстая
Гражданский муж

Татьяна воспитывала троих детей. У нее были девочки двойняшки Элина, Эмилия и сын Борис. Она - невысокая и полная женщина...

Татьяна воспитывала троих детей. У нее были девочки двойняшки Элина,...

Читать

Вы сейчас не в сети