Об этой истории знают только двое моих друзей, больше я никому не решаюсь рассказать. Причем не могу успокоиться вот уже второй год.
Я рано хотела работать, потому что мне нужны были свои деньги. Стыдно было выпрашивать у мамы даже сущие копейки. А папа считал, что ему незачем зарабатывать больше. Половина того, что он приносил домой, уходила на алкоголь и сигареты. Поэтому с тринадцати я пошла работать.
Папа на маму руку не поднимал. Квартира, в которой мы жили, была куплена полностью маминой мамой, но записана на моих родителей пополам. Поэтому папе незачем было напрягаться – деньги на свои развлечения есть, жить где тоже есть, а остальное ему было до лампочки. Я мечтала скорее отделиться от них и стать самостоятельной. Потому-то и пошла работать.
К тому же, работа давала мне право быть самостоятельной и не отчитываться за то, что я опоздала домой к положенному времени, если загулялась где-то. Сначала меня взяли только на вакансию промоутера. Нужно было раздавать листовки возле одного магазина и пытаться завлечь людей туда, чтобы они там что-нибудь купили, оповещать о скидках и акциях.
Когда пришло время мне заканчивать школу, мама родила мне брата и ушла с работы в декрет. Отец все также продолжал влачить свое жалкое существование, не в силах обеспечить ни себя, ни нас. А тут еще и брат родился, но он по-прежнему не стремился что-то сделать для нас. Нужно сказать, что мама болеет диабетом, который мог передаться и ее сыну. Так что с самого его рождения врачи строго наказали ей пройти курс дорогого лечения.
Я понимала, что работая промоутером, я ничем не смогу ей помочь, а деньги стали нужны позарез. И тогда я решила устроиться в вебкам. Это такая индустрия, где девушки и парни работают моделями на вебкамеру. Мне в ней понравилось то, что не нужно встречаться с теми, кто платит тебе деньги, и смотреть им в глаза. А еще нравилась анонимность данных, мне не нужно было называть свое настоящее имя. Только вот конец анонимности пришел в тот момент, когда нужно было показать свое лицо.
Я работала без каких-то ужасных извращений, в основном брала своей очаровательной улыбкой и природной обаятельностью. Другой такой работы, которая могла бы дать мне большие деньги, у нас в городе я бы не нашла. А так я могла успешно совмещать все с учебой в университете, и при этом мне платили стипендию. И еще оставалась масса свободного времени на гулянки с друзьями, на покупку хорошей одежды и многое другое.
Я отдавала чуть больше половины заработанного маме, чтобы она могла заплатить за очередной курс. О том, где я работаю, знало примерно десять человек. Сейчас я понимаю, что это было уже большое количество. Но я видела, что в их реакции нет отторжения, они все также продолжали общаться со мной, поэтому на тот момент не видела ничего плохого в том, чтобы с ними поделиться.
Через два года кто-то слил одно из видео моей работы всем моим одногруппникам. Мои друзья отнеслись к этому нормально, поэтому через какое-то время я, попереживав, успокоилась. Не так давно я вышла замуж, он прекрасный человек и мы друг друга любим.
Теперь я работаю на нормальной работе и перед свадьбой мы с ним договорились о том, что все прошлое должно остаться в прошлом и никак не повлиять на наши отношения.
Я не думаю, что он уйдет от меня, если узнает. Но понимаю, что ему будет крайне сложно жить с такой информацией. А мне крайне сложно жить сейчас с постоянными мыслями о том, что он в один прекрасный момент может все узнать. Я у него первая в интимном плане, не то что он у меня.
И мне все чаще кажется, что я его просто недостойна, так как он у меня уже двадцатый по счету за мою недолгую жизнь.
0 комментариев