Женщина хорошая красивая милая простая добрая родная скромная любимая доверчивая шикарная

— Зачем ты мне больная, я жить хочу, а рядом с тобой приходится существовать

— Серёжа, зачем ты собираешь вещи? — Анна смотрела на мужа и совершенно не понимала, что происходит.

Сергей пришёл с работы и сразу молчком стал собирать чемодан. Она сначала думала, что он хочет её бросить, но тут же прогнала эту мысль. Пусть в последнее время он относился к ней не так как раньше, но он же не зверь. Сергей прекрасно понимал, что ей сейчас не обойтись без его помощи, она просто не выживет.

С работы её вежливо попросили, фирма была частной и терпеть её бесконечно больничные никто не собирался. Она конечно попыталась возразить. Сказала начальнику, что она же не прогуливает, рада бы работать, да вот только здоровье в последнее время подкачало. Правда начальник выслушал, внимательно выслушал, а потом вот так ласково улыбнулся и ответил:

— Вы Анна Михайловна застряли в прошлом веке, это тогда можно было не работать и деньги получать, а сейчас немного другое время. Эта фирма должна приносить прибыль, причём каждый работник должен окупаться с лихвой. Здесь бизнес, а не благотворительная организация. Если вы не хотите уволиться сами, я уволю вас и в вашей трудовой книжке появится очень некрасивая запись.

Что Анне оставалось? Она прекрасно понимала, что никакие законы сейчас не действуют.

Серёжа отнёсся к её увольнению бурно:

— Но как так?! Как так?! Ты почему молчала?! Почему не боролась?! Как можно быть такой мямлей?!

— Серёжа, почему ты кричишь на меня? — Анна плакала. — Что я могла сделать?

Тогда он впервые ушёл на всю ночь. Анна даже звонить ему боялась. Но на следующий день вернулся, правда не извинился даже. А жизнь покатилась своим чередом…

Сергей резко повернулся к ней.

— А ты как думаешь?

— Я не знаю Серёж, ты же ничего не говоришь.

— Ты Аня должна меня понять… Я так больше не могу, я не железный. Мне всего 42, я жить хочу, а рядом с тобой приходится существовать. Ты же не понимаешь простых вещей. Если врачи тебя вылечить не могут, отойди, зачем мучить и тех, кто рядом с тобой. Ты эгоистка! Сама не живёшь и другим не даёшь.

Анна смотрела на него в ужасе.

— Так ты что, мои вещи собираешь?

— Твои конечно! Или ты думаешь, что я оставлю тебе нашу квартиру, а сам скитаться пойду? Нет уж… За эти годы, что ты сидишь на моей шее, я рассчитался с тобой сполна и теперь хочу пожить. Понимаешь?

Анна конечно понимала. Как не понять, если за неделю Серёжа ночевал дома пару раз всего.

— И куда же я пойду?

Анна с трудом встала, голова кружилась. Впрочем к такому состоянию она привыкла.

— Куда? Я не знаю, если тебе совсем некуда пойти, то я могу отвезти тебя к матери.

— К маме? Какими же глазами я к ней поеду? Ты не забыл, что меня уговорил у неё денег занять? То есть почти забрать всё, что у неё было за жизнь накоплено, а потом вложил их куда-то, прогорел и сказал, что мы просто ездить к ней не будем.

Сергей махнул рукой.

— Знаешь что, разбирайся со своей родной сама!

Ему хотелось поскорее всё закончить. Тамара сказала, что больше ждать не намерена и если он не решит свои проблемы, то она найдёт себе другого мужчину. Такого, который хоть что-то решает, а не просто обещает. И он конечно поверил ей. Тамара женщина огненная. Сергей нисколько не сомневался, что замену ему будет найдено очень быстро, а допустить этого было нельзя. От 30-летней Тамары он просто умирал. Вообще, это было так удивительно, что такая красотка, такая…

Он даже слов не находил. Тамара была женщиной, которая коня на скаку, да и всё остальное. Полная противоположность его жёнушки-размазни…

Наконец вещи были собраны. На дворе время обеденное, жара несусветная и это очень хорошо, потому что в такую жару на улице нет противных старух, которые так сильно переживают за Аню. Сразу бы расспросы начались: Куда? Зачем?

Сергей отнёс в машину чемоданы. Собрал всё, вплоть до заколки. Странно, но вещей получилось не так уж и много. Всё влезло в большой чемодан и две дорожные сумки. Затем вернулся за ней.

— Ну, ты готова?

Жена посмотрела на него заплаканными глазами.

— А что у меня есть выбор?..

Всю дорогу они молчали.

Анна прикрыла глаза…

Да, столько жизни прожитой, что в итоге? А ничего. Ей 37, детей нет. Потому что сначала Сергей был против, говорил что нужно с жильём определиться. Потом с машиной. Потом ещё с чем-то. Потом…

А потом она заболела. Правда Серёжа говорил, что это не болезнь, это просто хитрость и наглость со стороны жены. Но ей становилось всё хуже. У Анны как будто силы закончились. Она почти не ела, ничего не хотела, да и не могла уже. Многое врачи лишь разводили руками, говорили что она должна помочь себе сама. Назначали какие-то препараты, которые на какое-то время помогали, а потом всё возвращалось на своё место. Аня даже ездила какой-то бабке, та ей сказала так:

— Ну я ничего не могу сделать. Тебе жить не интересно. Тут я бессильна.

Аня тогда думала, что бабка обычная шарлатанка, а потом размышляя над её словами поняла, жить ей действительно не интересно. Детей нет. Нелюбимая работа. Муж, которому она не нужна. Мать, которая далеко и вряд ли видеть её захочет. Болото, полное болото. Настоящее трясина и если попытаешься из него выбраться, то тут же попадешь в такую безысходность…

Машина резко остановилась. Аня открыла глаза и увидела родной дом. Сергей повернулся к ней.

— Приехали, выходим.

Деревня из которой Аня была родом находилась у чёрта на куличках. Ещё в те времена, когда она здесь жила народу почти не осталось, а сейчас, так вообще большинство домов смотрели на неё пустыми глазами.

Сергей вытащил из багажника все её вещи, помог выбраться и не говоря больше ни одного слова развернулся и уехал.

Аня осталась стоять у дороги. Силы снова закончились. Она присела на чемодан, чтобы не упасть. Рано или поздно нужно встать и пойти к матери, но как же Ане этого не хотелось…

Мама родила её в 37. Как сама говорила:

— На закате последний кусочек счастья ухватила.

А счастье оказалось…

Пока Аня была маленькая, мать крутилась, как только могла, чтобы у её девочки всё было. И хозяйство держала, и на рынок ездила, и почтальоном бегала…

Как же Аня была рада, когда вырвалась отсюда. Мать конечно навещала, но не часто. А потом Серёжка со своими вложениями…

— Всем денег хватит. И маме вернём в два раза больше.

Не вернули…

И так стыдно Ане было, что она просто ездить перестала…

Мать конечно всё понимала, назад денег не требовала, но поганенько на душе было…

— Доченька, это ты?

Аня вздрогнула и с большим трудом встала.

— Мама, мамочка!

Старушка обняла её, расплакалась. Да и сама Аня не могла сдержать рыданий.

Долго они стояли на улице обнявшись. Потом Елизавета Егоровна строго сказала:

— Всё, пошли в дом. Хватит народ смешить.

Аня невольно улыбнулась. Мама и раньше любила эту фразочку. Особенно, если маленькая Аня раскапризничается на улице. Но сейчас, когда деревня была почти пуста, она звучала нелепо.

После того, как Аня немного отдохнула, мать позвала её за стол.

— Ну садись доченька. Кушай, да рассказывай, что происходит в твоей жизни? Чем так мужа не угодила, да что за хворь у тебя, что еле ноги волочишь?

И Анна стала говорить. Она не пыталась всё свалить на Сергея, просто рассказывала всё, как есть. И так легко ей было, потому что перед мамой не нужно стесняться. Можно рассказать всё именно так, как и есть на самом деле.

Она только закончила, как в дверь постучали. Елизавета Егоровна подскочила.

— Ах ты Господи боже мой, про Василия я совсем и забыла. Входи Вась! — Елизавета Егоровна крикнула, а сама кинулась куда-то на кухню, загремела там банками.

А в комнату вошёл статный мужчина лет 40.

— Здравствуйте.

Он так удивлённо смотрел на Аню, что та не удержалась и рассмеялась.

— Вы как будто привидение увидели.

Мужчина тряхнул головой.

— Так и подумал. Я хоть тут всего неделю, но всех жителей знаю, а вас впервые вижу. Учитывая, что у Елизаветы Егоровны я бываю почти каждый день, то гостей к ней не предвиделось. Иначе я бы обязательно был в курсе.

— Ничего себе у вас логическая цепочка.

Ответить этот самый Василий не успел, к ним вышла Елизавета Егоровна.

— Ой Вась, прости, заболталась с дочкой. Заговорилась и забыла про всё.

— Так это ваша дочь. А я думаю, кого она мне так напоминает. Вы очень похожи.

Пожилая женщина вдруг спросила:

— Василий, а может быть чаю с нами? Мы ещё не пили.

— А с удовольствием.

Он пристроил сумку с молоком и ещё чем-то у порога, и прошёл к столу. Аня даже немного сжалась, какой он был большой. Серёжка у неё тщедушный был, поэтому её постоянно заставлял на диетах сидеть, чтобы не выглядеть смешно рядом с ней. А этот, настоящий мужик, хоть и городской, но сразу видно.

Они просидели часа два. Аня не заметила, как уплела чуть ли не тарелку сырников за чаем. Мама всё подкладывала и подкладывала, чаю подливала и подливала.

Василий оказался таким балагуром, что Аня устала смеяться и это с учётом того, что она вообще не помнила, когда смеялась. Когда мужчина распрощался и ушёл, Аня уже лёжа в постели спросила:

— Мам, а этот Василий, он кто и что тут делает?

— Он в отпуск приехал. Представляешь, человек так устает от города, что ищет для отпуска такие глухие места. Живёт в доме деда Силантия, а внуки его, какие-то его знакомые. А сам он какой-то светило, только вот я не поняла. Он вроде как людей лечит, но разговорами, а не лекарствами. Называется как-то смешно, про психов что-то.

Анна хотела сказать, но не успела, уснула с улыбкой на губах. Ей очень давно так не хотелось спать…

Утром её разбудил стук в окно.

— Анна, вы что ещё спите? Вы всё проспите. Пошли встречать рассвет.

Под окном стоял Василий и улыбался.

Анне хотела ему сказать, что она вся больная, что она не может, ей лежать нужно, но уже накинула лёгкую кофту и выскользнула из дома.

Елизавета Егоровна тихонько улыбалась лёжа на кровати за шкафом…

***

Тамара очень скоро превратилась в такую женщину, которых Сергей всегда боялся. Во-первых, её боевой дух, который поначалу так привлёк Сергея, превратился в нечто грубое, хамоватое и громкое. Во-вторых, все её такие аппетитные округлости спустя всего несколько лет превратились в монолит со всем остальным телом. Тамара не просто поправилась, она росла во все стороны, как на дрожжах. Сергей дома боялся и слова сказать, на него тут же такой ушат от слов обрушивался. Причём настолько громкий, что мужчина был уверен, их слышит весь дом. А если Сергей сильно косячил, а косячил он по мнению Тамары постоянно, она могла в него и кастрюлю с борщом запустить.

Он пришёл с работы, устало сел за стол. Тамара почти сразу после их свадьбы отправила его работать на завод, там платили намного больше, правда и смены по 14 часов были не редкостью. Тщедушному Сергею было не просто тяжело, он поначалу даже падал за станком. Потом ничего, тянулся, но уставал зверски.

Сегодня он принёс зарплату, поэтому жена была ласковой и спокойной. Она накрывала на стол. Поставила перед ним тарелку, положила хлеб. А Сергей смотрел в экран телевизора. Хоть куда-нибудь, лишь бы не видеть как при ходьбе у Тамары подпрыгивают и колышутся бока и всё её подбородки.

По телеку показывали какого-то доктора-психотерапевта. Он только что вернулся из Америки, где произвёл настоящий фурор своими исследованиями. Мужик был нормальный, совсем не похож на лекаря, а диктор говорил:

— Вместе с Василием Андреевичем прилетели его жена и сын. Кстати жена сразу же заявила, что дома лучше.

Пошли кадры, как этот доктор спускается по трапу, на руках мальчик лет трёх, а рядом…

Сергей вскочил, да так, что тарелка перевернулась.

— Не может быть.

Рядом со знаменитым доктором шла его Анька. Его бывшая жена. Такая красивая, модная, фигурка. Любой модели фору даст.

Корреспондент пристал к доктору:

— Чем вы собираетесь заниматься?

Тот улыбнулся.

— Первым делом поеду к тёще. У неё там такая природа, что больше ничего и не нужно, а уж потом работа. Мы заслужили отдых.

Он притянул к себе смеющуюся Аню и поцеловал. Сергей даже зубами скрипнул. Он был так увлечён, так переживал, что не заметил руку Тамары, которая отвесила ему мощную оплеуху.

— А теперь взял и всё тут убрал! Ишь размечтался! Тебе точно такая жизнь не светит. Потому что ты полное ничтожество.

Сергей схватился за горящее ухо, с ненавистью посмотрел вслед Тамаре и взялся за тряпку. Сегодня ужина больше не получит точно.

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

0 Комментарий

Напишите комментарий

Красивая женщина в возрасте с голубыми глазами
Спасённая жизнь

Рабочий день подходил к концу, но пожилая хозяйка магазина все еще занималась бумагами. – Виктория Александровна, как хорошо, что вы...

Рабочий день подходил к концу, но пожилая хозяйка магазина все...

Читать

Вы сейчас не в сети