Мальчик в темноте тёмной комнате

– Мама, мама. Почему ты бросила меня, мама? Я плохой?

Алла нервно ходила по комнате, судорожно сжимая пальцы. Она не находила себе места, потому что никак не могла принять правильного решения, которое никого бы не ранило…

Она была замужем за Фёдором вот уже семь лет, у них подрастал маленький сын Ванечка, которому едва исполнилось три года. Но Аллу уже давно не радовала спокойная семейная жизнь, которую так любил её муж.

Федор работал врачом, часто сутками пропадал на работе, а она была вынуждена заниматься ребёнком и домом, что её совсем не устраивало. Подруга Аллы Вика только руками разводила:

– Ума не приложу, что тебе ещё надо? У тебя же есть всё, что нормальной женщине нужно для счастья. Замечательный, заботливый муж, красивый здоровый ребёнок, умница, развитый не по годам. Жильё в конце концов, машина. Ты ни в чем не нуждаешься! Фёдор хорошо обеспечивает тебя. Что не так?

–- Вика ты не понимаешь! Из наших отношений полностью ушла страсть. А я ещё молодая, и хочу видеть, что я нравлюсь мужчинам. В конце концов, я красивая женщина. Посмотри, какая вокруг кипит жизнь. Маринка улетела со своим заграницу, отдыхает где-то на Бали. Выставила у себя на странице фотографии, я чуть слюной не захлебнулась сидят в уютном ресторанчике, в двух шагах раскинулся океан, песок, пальмы, солнце. А Верка переехала жить в Лондон. Ты слышала об этом? Викуля, ты представляешь, это же совсем другой уровень жизни. Настоящая Европа, у этих стран история, закачаешься.

— Аллочка, — усмехнулась Виктория, — если бы ты не прогуливала уроки в школе, ты бы знала, что история нашей страны ещё более изумительная. Ты когда последний раз книжки читала?

— Да какие книжки, о чём ты говоришь?

— Как и ты, об истории. Кстати, это был мой любимый предмет. И до сих пор я люблю читать серьёзные исторические вещи.

— Ой, всё, прекрати! — топнула ногой Алла. — Ты всегда была такой занудой! Терпеть не могу твои нравоучения. И вообще, я тебе говорю про Ивана, а ты мне про болвана. Причём тут история? Я рассказываю тебе про Маринку и Веру, а ты мне про историю. Я тоже так хочу жить, как они живут.

— Алла, опомнись! Марина живёт с мужчиной, который годится ей в отцы, почти что в деды. Он ведь уже в возрасте. И вообще, ты видела его? Лысый, пузатый… А Веру до сих пор обеспечивают её родители. И, кстати, она до сих пор не замужем.

— С тобой невозможно разговаривать, — рассердилась на подругу Алла. — Ну вот я замужем за молодым мужиком. Он вполне из себя симпатичный, и, как ты говоришь, положительный со всех сторон. И что с того? Кому от этого легче? Думаешь, я счастлива? Может быть я тоже бы согласилась на толстого и лысого, если бы он отвёз меня на острова и оплачивал все мои хотелки.

— Ну не знаю, — отмахнулась Виктория. — Я совсем не такая как ты. Если бы я кого-нибудь полюбила, то никогда бы не думала о других мужчинах.

— Я тоже не думаю о мужчинах, я просто не могу забыть одного.

— Кого это?

— Олега.

Популярный дзен рассказ: - Маааама!!! Крик дочери всё стоял в ушах, рвал барабанные перепонки

— Боже мой, Алла, да Олежек ни в какое сравнение не идёт с Фёдором. И с чего бы это вдруг ты его вспомнила? Вы же давным-давно расстались. Если я не ошибаюсь, он уехал из нашего города.

Алла сделала загадочное лицо.

— Представляешь, я тоже так думала. А он вернулся. Я случайно увидела его на улице. Как-то утром отводила Ваньку в садик, только вышла на улицу и прямо на тротуаре столкнулась с ним. Маринка, ты не представляешь, каким он сейчас стал. Олежа всегда был красавцем, а теперь и вовсе. Такой модный, брутальный, накаченный. Причёска просто шик. Я как увидела его, так сразу поняла, что пропала.

— Да? – Виктория не сводила с подруги изумленных глаз. – А он что?

— Ничего, — огрызнулась Алла.

Но держать в себе впечатления не смогла, тут же продолжила рассказывать.

– Он пригласил меня в кафе. Мы там посидели, поболтали обо всём. Оказывается, Олег был женат, но уже развёлся. Детей нет. Да и ему совсем не до них. Он работает в одной крупной компании управляющим, катается по всему свету. Это так классно!

– Может быть, – кивнула Виктория. – Но я не понимаю, почему тебя это так волнует?

– Потому что я с ним…– Алла сделала многозначительное выражение лица.

– В смысле?

– Господи, ну какой ещё может быть смысл?! Ты что, совсем ничего не понимаешь?

– Как??? – Виктория даже вскочила со стула. – У тебя с ним было?!

– Ну да. В тот же день, как мы встретились, он позвал меня к себе и я пошла. С тех пор мы встречаемся.

– Сумасшедшая! Да как ты только могла решиться на это? А как же Фёдор? Ты представляешь, что будет, если он обо всём узнает???

– Он не узнает, если ты ему об этом не скажешь, – заявила Алла. – А ты будешь молчать, поняла? Иначе, ты мне не подруга!

Виктория покачала головой.

– Фёдор не заслуживает такого отношения к себе. Ты даже не представляешь, как тебе повезло с ним. Я, конечно, ничего ему не скажу, но только потому, что не хочу расстраивать. А ты ещё сто раз подумай о том, что шила в мешке не утаишь, и однажды всё равно всё станет известно. Что ты будешь делать тогда?

– Разберусь, не волнуйся! – огрызнулась Алла.

Подруги расстались недовольные друг другом и потом долго не виделись. Впрочем, Алле было не до Виктории. Олег скоро должен был уехать в длительную командировку и позвал Аллу с собой.

– Соглашайся, – сказал он ей, – второго такого шанса у тебя не будет. Или ты думаешь, что твой эскулап когда-нибудь отвезёт тебя во Францию?

– Олежа, но у меня сын…

– У твоего сына есть отец. Вот он и пусть воспитывает его. В конце концов, ребёнок уже взрослый. Ему же не год и не два. Когда он вырастет, обязательно тебя поймёт, не волнуйся. И вообще, зачем думать о детях? Ты им нужен, пока они маленькие, а потом начинаются всякие выкрутасы. Вспомни себя. Ты очень заботилась о своих родителях? Беспокоилась о них? Ну вот видишь! Ты подарила своему сыну жизнь, что ещё надо? Пусть о нём позаботится отец.

– Я так не могу.

– Можешь. Ты ведь и сейчас со мной, а не с ним. Короче. Дважды я предлагать не буду. Решай сама…

И вот теперь Алла не могла решиться на такой шаг. Она бегала по комнатам то собирая вещи, то беспомощно опускалась на диван, лихорадочно сжимая ладони.

Фёдор был на работе, Ванечка в садике, но она, предоставленная сама себе, думала не о них, а о том, что же теперь будет. Но времени на раздумья больше не оставалось и Алла, взяв листок бумаги, черкнула на нём несколько слов, потом положила его на стол. А через пять минут с сумкой в руках вышла из дома, ни разу не обернувшись…

Фёдор заканчивал приём пациентов, когда ему позвонили из детского сада.

– Фёдор Андреевич, вы не забыли сегодня своего сына? Рабочий день уже закончился, а Ваню так и не забрали.

– Как не забрали? Алла должна была вовремя прийти за сыном.

– Да, наверное. Но она не пришла.

Фёдор взглянул на часы. Его рабочий день заканчивался только через полтора часа, и он никак не мог уйти пораньше.

– Прошу вас, подождите пять минут, – попросил он воспитательницу, – я не знаю, что произошло с супругой, но сейчас пришлю кого-нибудь за сыном. Я вам буду очень благодарен.

– Хорошо,– ответили ему на том конце провода.

Федор отключил вызов и тут же набрал номер Аллы. Но он был не доступен. Новые попытки тоже оказались безуспешными. Тогда он позвонил Виктории.

– Вика, Алла не у тебя?

– Нет, а что случилось?

– Сам не знаю. Она не забрала Ванечку из сада, воспитательница рвёт и мечет, а я никак не могу уйти пораньше, у меня запись.

– Не волнуйся, Фёдор, я сейчас заберу. А ты когда освободишься, заберёшь его у меня.

– Спасибо, Вика. Очень выручила. Ещё просьба, попробуй дозвониться до Аллы. Она вне зоны действия, но может быть тебе удастся пробиться.

– Хорошо, конечно. Не волнуйся…

После работы Фёдор заехал к Вике за сыном, и она сказала ему, что так и не смогла найти Аллу.

– Ладно, спасибо тебе.

– Да не за что. Ванечка такой славный. Мы чудесно провели время вместе. Кстати, я его накормила. Может быть, и ты поешь?

– Нет-нет, спасибо. Мы поедем. Надо найти Аллу и узнать, в чём дело.

Фёдор и Ванечка ушли, а Вика ещё долго не могла успокоиться. Она была уверена, что Алла загуляла с Олегом и просто забыла о времени.

Но всё оказалось гораздо хуже. Не прошло и получаса, как ей позвонил Фёдор и попросил приехать. Она, предчувствуя что-то ужасное, поспешила к нему. Фёдор, бледный от волнения, протянул Вике записку, которую оставила Алла.

«Федя. Не ищи меня. Я люблю другого и уехала с ним. Не ищи и не надейся, я не вернусь. Сына воспитай сам. Прощай. Алла.»

Виктория до крови закусила губы.

– Ты знаешь что-нибудь об этом?

– Знаю. Это Олег, её бывший. Он был у неё до тебя. Она недавно призналась мне, что встречалась с ним, но я не думала, что зайдёт так далеко.

Фёдор обессиленно опустился на диван и закрыл лицо руками. Потом тихо заговорил.

– Надо мной проклятие какое-то что ли? Когда-то давно меня вот так же бросила мать. Сбежала среди ночи с каким-то мужиком. Отец, когда узнал об этом, сломался, запил. До сих пор помню, как я, совсем ещё пацан, плакал от голода, сидя с ним рядом. А он спал на грязном полу, среди пустых бутылок водки. Не знаю, что со мной стало бы, если б не бабушка, мать моего отца. Она когда обо всём узнала, приехала и забрала меня к себе. А вот с отцом справиться не смогла. Ещё несколько лет он пил, а потом замёрз зимой в какой-то подворотне.

– Фёдор, я не знала… Мне так жаль… Он поднял на неё потемневшие от боли глаза.

– Не надо нас жалеть. Уходи. Ты всё знала про Аллу и её любовника и ничего не сказала мне.

– Федя, пожалуйста. Я не могла… Пойми и прости. Я хочу помочь. С Ванечкой… Тебе ведь будет трудно.

– Справлюсь, уходи.

Фёдор больше не стал ничего слушать и выставил Викторию за дверь…

Прошло пять лет.

Однажды Фёдора по совместительству направили в зону, где он должен был заниматься лечением женщин, отбывающих там наказание. Как-то утром, едва он приехал в колонию, ему сказали, что одной из женщин ночью стало плохо.

– Где она сейчас?

– В стационаре. Мы поместили её в палату.

– Принесите, пожалуйста, все её документы. Я должен сначала ознакомиться с историей её болезни.

Медсестра подала ему карточку, и Федор взял её, но едва прочитал фамилию женщины, как бумаги выпали у него из рук. Фёдор постарался справиться с волнением, но это удавалось ему с трудом. Медсестра с удивлением смотрела на побледневшего доктора.

– Что-то случилось, Фёдор Андреевич?

– Нет-нет, Лиза. Спасибо. Ты можешь идти.

Когда она вышла, Фёдор опустился на стул и какое-то время сидел, не шевелясь. А потом встал и решительным шагом направился в блок, где находилась его новая пациентка…

Она лежала на кровати, покрытой серой застиранной простыней. По её лицу пробегали судороги, и Фёдор увидел, что она невыносимо страдает от боли. А в памяти Фёдора возник маленький мальчик, плачущий у залитого дождём окна…

– Мама, мама, – повторял он, вглядываясь в темноту. – Почему ты бросила меня, мама? Ведь я так люблю тебя… И скучаю… Я так по тебе скучаю, мама! Мамочка… а ты там скучаешь обо мне?

Ответом на слова ребёнка было невыразительное мычание пьяного отца, спавшего на диване. Этим мальчиком был сам Фёдор, а его мать… Вера Павловна… Когда-то бросившая сына ради чужого мужчины, теперь лежала перед ним, корчась от страшной боли.

– Ну здравствуй, мама, – сказал Фёдор, глядя в мутные глаза женщины.

Она замерла, подняла голову, всмотрелась в лицо стоявшего перед ней врача и, вскрикнув, откинулась на твердую плоскую подушку, потеряв сознание. Федор привел её в чувство, сделал обезболивающий укол, но говорить не разрешил. Да и к чему были какие-то слова?

Последующие несколько часов он был занят тем, что договаривался с городской хирургией, где могли принять его пациентку и провести операцию, потом отвёз её туда, помог сделать всё, что нужно для оформления.

Сама Вера Павловна смотрела на своего взрослого сына, и мутные слёзы текли по её морщинистым щекам. Она не могла поверить в то, что этот мужчина тот самый Федюша, которого она когда-то бросила. И ради кого?

Ради человека, который много раз предавал её, часто заставлял страдать, а потом и вовсе сделал так, что она на долгие годы отправилась за решетку за крупные махинации, с государственным финансированием. Она была всего лишь подставным лицом и даже не догадывалась, что её любимый просто расставил для неё сети, в которые она и попалась, потому что безоговорочно доверяла ему.

После первого срока последовал ещё один, потому что бывший возлюбленный не захотел видеть её в своем окружении. Он женился на молодой женщине, завел с ней настоящую семью с детьми и огромным домом. Ему не стоило никакого труда обвинить её в том, что она напала на него. Хорошо оплачиваемая судебная машина быстро закрутила свои колесики, и Вера Павловна получила ещё несколько лет заключения. И опять за то, что не совершала.

Вера просто хотела поговорить с ним, спросить, почему он поступил с ней так, ведь она его любила. Но он даже не подпустил её к себе. Тогда у неё началась истерика. Она кричала и обвиняла его в предательстве, а он стоял и насмешливо смотрел на нее. А потом вызвал полицию.

В сумке у Веры нашли складной нож и это стало отягчающим обстоятельством. Конечно, дело было сфабриковано, шито белыми нитками, но это никого не волновало, а у Веры не было никого, кто бы заступился за неё. Даже адвокат работал спустя рукава, по всей видимости он получил достаточное количество денег, чтобы проиграть этот процесс. И проиграл.

В тюрьме Вера часто вспоминала мужа Андрея и сына Федю. Но представляла сына таким, каким видела его в последний раз. Глазастым сероглазым мальчиком, худеньким и невыносимо вихрастым. А теперь он вырос и стал настоящим красавцем. К тому же доктором. Это такая уважаемая профессия. Значит, Андрей всё-таки сумел правильно воспитать его. Интересно, как он там сейчас, Андрей…, наверное, сильно постарел…

Увидеть бы его на прощание. О том, что ей недолго осталось жить на этом свете, Вера прекрасно понимала. Её болезнь, которую она подхватила в тюрьме, не поддавалась лечению. И операция тоже не могла ей помочь. Конечно, врачи сделали всё возможное и, может быть благодаря этому, у нее появилась возможность попросить у сына прощения.

– Федя, Федюша, – позвала она его как в детстве, когда он пришёл, чтобы проведать её.

Сердце Фёдора дрогнуло, он помедлил, но потом подошёл, взял стул и сел с ней рядом.

– Федюша, – говорила Вера, – Бог, видимо, простил меня раз послал мне нашу с тобой встречу. И теперь я хочу попросить у тебя прощения за всё. Конечно, я сама во всем виновата и мне нет оправдания, но я умоляю тебя…

– Не надо, мама. Живи спокойно. Я уже давно не сержусь на тебя. Я привык.

– Федя, а где Андрей?

– Его давно нет. Он умер через несколько лет после твоего ухода. Спился и замёрз в сугробе. Меня воспитывала бабушка.

Вера закрыла глаза и долго лежала неподвижно. Но вот из-под ресниц покатилась одна слеза, потом другая…

– Не надо, мама, не плачь. Я не сержусь и не обижаюсь. Мне просто очень жалко тебя, вот и всё, – сказал Федор. – Ты сама сломала всё, что у тебя было и, насколько я понимаю, счастья это тебе не принесло.

– Не принесло. А ещё я загубила Андрея. А он так меня любил. Господи, ну почему мы бываем такими глупыми и жестокими?!

Они поговорили ещё немного, Фёдор рассказал матери о себе, узнал и о её жизни.

А на следующий день пришёл к ней с Ванечкой и слёзы снова, и снова текли по морщинистым щекам старушки.

Через месяц её не стало…

Рядом с ней в этот момент был Фёдор. Он держал мать за руку, разговаривал с ней ласково, как с маленьким ребенком. И чувствовал, как его сердце разрывается на мелкие кусочки от невыносимой боли, которая пришла к нему из далекого детства.

Прошел ещё один год.

Однажды утром Фёдор собирался на работу, когда услышал звонок в дверь. Удивлённый неожиданными ранними визитёрами он открыл её и на пороге увидел Аллу. Она стояла и, глядя на бывшего мужа, улыбалась самой виноватой из своих улыбок.

– Федя, я пришла, чтобы попросить у тебя прощения, – сказала она.– Ты пустишь меня к себе? Нам нужно серьёзно поговорить.

– Зачем?

– Федя, я знаю, что ты меня по-прежнему любишь и очень хочу доказать тебе, что я тоже сильно тебя люблю. Я поняла это, когда мы расстались.

– Неужели? Значит, тебе понадобилось целых семь лет, чтобы понять это. И всё? А почему не десять или пятнадцать?

– Не ёрничай, Федя. Ты же видишь, что я сама пришла к тебе.

– Ты не пришла, Алла. Ты опоздала. На целых семь лет опоздала.

– Почему опоздала? У нас же была семья и сын…

В дверях показалась Виктория.

– Нет, Алла, это не твоя семья, а моя. Ты сама отказалась от того, что у тебя было.

– А ты, значит, подобрала, дрянь такая? – закричала Алла вне себя от бешенства.

– Не кричи. Детей разбудишь, – проговорила Виктория.

– Детей?!

– Да. Ванечку и Алёшу, наших с Федей сыновей. А ещё, как видишь, мы ждём доченьку, – Вика погладила себя по животу.

– Ты Ванечке не мать,– прошипела Алла.

– Мать. Ты забыла, что когда он родился, я крестила его? И люблю я его не так как ты.

– Мама! – в дверях детской показался взлохмаченный со сна Ваня.

– Сынок!!! – Алла протянула к нему руки, но он подошёл и обнял Викторию.

– Мамочка, пойдём, приготовь мне мой любимый какао. Алёша тоже проснулся. Он тоже будет какао.

Виктория наклонилась к мальчику и поцеловала его, потом обняла за плечи и увела на кухню.

Ошеломлённая Алла стояла в дверях, не зная, что ей теперь делать.

– Надеюсь, больше тебе ничего объяснять не надо? – невесело усмехнувшись, спросил Фёдор.

– Я … Я не знаю… Я не думала, что он не простит меня. Я же его мать…

– Мать, – с горечью в голосе произнёс Фёдор. – Ну что я могу тебе сказать, Алла? Может быть когда-нибудь он и сможет простить тебя, а может быть и нет. Всё будет зависеть от того, как ты сама поведёшь себя…

– Ооо, началось. Снова твои нравоучения! – воскликнула Алла. – Нет, мой милый! Я больше не буду просить прощения, я хотела сделать это сейчас, а вы так поступили со мной… Значит я больше никогда…

Договорить она не успела. Федор снова усмехнулся и закрыл перед ней дверь, даже не дослушав. Его ждала семья, настоящая семья, без которой он просто не представлял жизни. А Алла…

Она выбрала свой путь сама, вот и пусть идёт по нему дальше. Как можно дальше от него и его счастья.

Следующий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Вы должны, войти в систему, чтобы оставить комментарий.

Вы сейчас не в сети

Добавить в коллекцию

Нет коллекций

Здесь вы найдете все коллекции, которые создавали раньше.