Деревенская девушка

Деревенская невеста

Ирина Сергеевна гордилась своим сыном и основании на то были. Мало того что мальчик он красивый, спортивный, хорошо воспитанный, так ещё и умница, каких мало. Нет, в детстве, когда Миша учился в младших классах были всякие проблемы, у кого их не бывает: то учиться не хотел, то озорничал. Бывало даже, что дрался, но это самое обычное в жизни каждого мальчика дело. Тогда Ирина Сергеевна может и переживала, но со временем вспоминать даже было смешно. Была и причина для серьёзного беспокойства…

Миша, отличник почти по всем предметам, после девятого класса решил уйти из школы ради поступления в какой-то колледж. Вероятно не хотел расставаться с кем-то из школьных друзей решивших продолжить образование таким образом. Тут даже учителя в школе поразились, ведь парню с его светлой головой была открыта дорога в любой ВУЗ, тем более что резоны у Миши были самые детские.

— Ну мама, я хочу скорее повзрослеть, начать работать, стать самостоятельным.

— Мишенька зачем? Ты можешь считать себя взрослым и самостоятельным хоть сегодняшнего дня. Никакой нужды начинать работать раньше времени я не вижу. Я молода, полна сил, у меня прекрасная работа и никакой причины отправлять тебя на работу раньше времени я не вижу. Сам подумай, чтобы наш папа сказал, если бы узнал о твоём решении…

Это был верный шаг. Миша очень уважал своего отца трагически погибшего за два года до этого и знал, как тот мечтал о высшем образовании сына. Словом, после некоторых споров и пререканий Михаил передумал и остался учиться дальше.

Блестяще окончив среднюю школу он без особых усилий поступил в престижный институт.

— Ну, а теперь начинается самое сложное, — предупреждали Ирину Сергеевну более опытные подруги и сослуживецы. — Насчёт экзаменов, сессии и прочего может и не стоит беспокоиться, но тут ещё другие опасности, девушки.

— Да Ирочка, парень-то он завидный. Любая душу продаст за такого, а они ой такие ловкие бывают, девушки то эти.

— Но и мой Мишка не простак. Он жениться до окончания учёбы не собирается, мы об этом уже говорили.

— Он-то может и не собирается, а вот некоторые мамзели из периферии в город приезжают не столько учиться, сколько женихов с прописками и квартирами искать. Так что лучше тебе первой подсуетиться и сыну хорошую девушку найти, которой не прописка будет нужна, а он сам в качестве мужа. Влюбиться, глядишь и не натворит глупостей.

Популярный дзен рассказ: - Маааама!!! Крик дочери всё стоял в ушах, рвал барабанные перепонки

Это советовала начальница Ирины Сергеевны, то есть не советовала, а как бы намекала. Она многим матерям молодых парней пыталась пристроить свою дочь, уже порядочно пересидевшую в девках. Но Ирина Сергеевна считала, что девушка под тридцать, пусть даже очень умная, уже работающая над диссертацией, вариант для её Мишеньки не намного лучший, чем ловкая провинциальная красотка.

Впрочем Михаил и сам не спешил жениться. Он с головой окунулся в гущу студенческой жизни, был счастлив в своём новом статусе с новыми друзьями и девушками конечно. Да, девушки были, но ни одна не тронула его сердце. К тому же он привык учиться добросовестно, не собирался здесь сдавать позиции. Его привлекали в студенческой жизни не только весёлые вечеринки, но и сам учебный процесс, которому юноша отдавал должное.

Привык он прислушиваться и к матери, потому её увещевание по поводу пагубности ранних браков мимо ушей не пропускал…

Первый курс прошёл спокойно, и был благополучно закончен.

Ирина Сергеевна вздохнула спокойно, её сын остаётся всё тем же благоразумным, молодым человеком, думающим о своём будущем.

Михаил конечно думал, но не собирался полностью отказываться от всех удовольствий молодости. До тех пор пока не встретил Марию. Это произошло уже концу третьего курса.

Машенька, которая была года младше, как раз заканчивала второй курс. Да, два года они ходили по одним коридорам, может не раз сталкивались лицом к лицу, равнодушно скользили взглядами друг по другу, пока однажды, то ли звёзды сошлись определённым образом, то ли судьба решила подтолкнуть их друг другу. Михаил и Мария встретились взглядами и поняли, что нашли своего человека.

Так начался их роман. Хотя оба с того самого первого взгляда поняли, что между ними не обычный студенческий роман от которого к концу обучения может не остаться и следа. Нет, они любят друг друга и хотят всегда быть вместе. Но решиться на это сразу влюблённые не могли. Оба понимали, что необходимо учиться. Ведь у них были серьёзные планы не только на совместную жизнь, но и на профессиональную. Оба были умны и амбициозны, а ещё у Михаила были смутные сомнения по поводу того, что мама скажет о его любимой девушке. Ведь он ещё не поступил в институт, когда Ирина Сергеевна начала исподволь предостерегать его от отношений с нахальными провинциалками, которые только и норовят захомутать городского парня с квартирой, а его любимая Машенька была как раз из деревни. Для Михаила это было совершенно неважно, он прекрасно понимал, что Марию меньше всего интересует прописка. Но вот мама…

Что будет, когда она узнает, что невеста сына из деревни?

Он опасался, что для матери будут недостаточными аргументами успехи Маши в учёбе. Как и то, что она вовсе не из какой-то маргинальной семьи. Её родители разошлись, но людьми они судя по рассказам Маши были вполне достойными уважения. Михаил вообще любил слушать рассказы Машеньки о её детстве, о сельской школе, о том, как в их деревне здорово летом и красиво зимой.

Девушка жила в городе уже третий год и набралось городского лоска. Но вспоминая детство становилась такой милой, той самой весёлой и озорной девчонкой, какой вероятно была в детстве. Появлялся тот неповторимый, умилительный говорок, который Миша прежде не слышал, а если и слышал, то не обращал особого внимания. Но всё что исходило от его Машеньки было так умилительно и красиво. Вот что скажет на это утончённая Ирина Сергеевна гордящейся своим филологическим образованием и знанием русской поэзии?..

Михаил предвидел некоторые осложнения, потому не спешил знакомить девушку с мамой.

Однако через год их отношений становящихся всё более серьёзными он решил, что тянуть дальше нельзя. Он собирался сделать любимой предложение, а значит надо представить её своей матери. Потом съездить к маме Маши, попросить руки и сердца дочери. Но в Машину деревню находящуюся довольно далеко от города они могли съездить только на каникулах. А вот познакомиться с Ириной Сергеевной можно было в любой момент. Не только сам молодой человек побаивался этого знакомство, оказалось и Маша тоже испытывает похожие чувства.

— Ой Миша, я если честно твоей мамы то побаиваюсь малость. Ну все же говорят, что со свекровками жить не сахар. А вдруг я ей не приглянусь? Вдруг она начнёт тебя отговаривать?

— Ну что ты… Кому ты можешь не понравится и никаких отговорок речи быть не может. Во-первых, моя мать знает, что я уже взрослый человек и свои решения менять не собираюсь, тем более в таких вопросах. Во вторых, она очень хорошая, а значит полюбит тебя сразу же.

— Ой, твои бы слова да богу в уши. Вот бы здорово было… Я хоть и побаиваюсь, но уже готова любить её, как родную. А хорошо было бы, если она согласилась с нами летом в деревню поехать с моей мамкой познакомиться. Ну и вообще посмотреть, как у нас там хорошо. Отдохнула бы малёхо. Всё лучше, чем в городе торчать или по этим курортом толкаться…

— Ну это мы ещё посмотрим, может и съездим. Почему бы и нет. Я не знаю, когда у мамы отпуск будет, но это неважно. Не сейчас так потом. Обязательно съездим, а пока познакомитесь с моей мамой. Хватит нам уже прятаться…

Дома он сообщил Ирине Сергеевне о предстоящем событии.

— Мама у тебя планы какие-нибудь на эту субботу есть? Я хочу пригласить в гости девушку на который собираюсь жениться.

— Вот тебе и раз. Нет, ну я понимала, что у тебя там что-то очень серьёзное, но надеялась, что не настолько… Тебе же учится ещё.

— А кому это мешало? Она, Маша моя тоже учится. На год младше меня она. И бросать обучение мы не собираемся. У нас некоторые ещё на первом курсе женились или замуж вышли и ничего, живут прекрасно, учятся успешно.

— Ну хорошо… Что ж теперь делать-то. Приводи… Познакомимся. Сколько человек будет на этой помолвке. Её родители тоже будут?

— Нет. Только мы трое. Никого приглашать не будем. Не помолвка мама, знакомство просто. Родители у неё есть, но они прийти не смогут. Они не в нашем городе живут, далековато им ехать будет.

— Вот как. И где же они живут? — тон Ирины Сергеевны мгновенно остыл.

— В деревне мамочка. Да, Маша моя деревенская, но я в этом ничего ужасного не вижу.

«Вон оно, — подумала встревоженная мать. — Вот как накаркали мне подруженьки. Получи и распишись Иринушка. Провинциалка. И сколько лет в общежитии прожила? Деревенские манеры, плюс общажный, а жить у нас будет. Конечно и мне всё это терпеть… Спасибо сыночек Мишенька.»

— Ладно хорошо Миша, я в субботу всё приготовлю и буду вас ждать. На каком она месяце? — озвучила она внезапно родившуюся догадку.

— Да ни на каком. Ты что мама? Пока об этом и речь не идёт.

— Что тогда со свадьбой спешить? Кто настаивает: ты или она?

— Никто не настаивает и никто не спешит. Ну что ты мама? Ещё не видела человека, а уже сочиняешь. Мы уже больше года вместе, просто пора уже определяться, согласись.

— Согласна, пора. Я не буду ничего сочинять. Надо и в правду познакомиться сперва…

Но ещё до всякого знакомства Ирина Сергеевна была уверена, что будущая невестка ей совсем не нравится.

«Мария значит, хорошое имя. Истинна деревенская. Маня или Маруся наверное. Да, деревню из девушки не выведешь, а вот она вполне может свои порядки здесь установить и так оглянуться не успеешь, как будем перекликаться: Марусь, ты картохи то купила? А интересно, как она меня называть будет? Тётка Ира или сразу маманей начнёт?» — такими мыслями горестно-насмешливыми развлекала себя будущая свекровь готовясь к приёму гостьи, которой предстояло вскоре стать молодой хозяйкой в её Ириной доме…

И вот знаменательный день настал…

Михаил открыл дверь, пропустил вперёд оробевшую девушку, сжимающую в руке букет.

— Здравствуйте Ирина Сергеевна, — сказала она. — Я Мария… Маша. Это вам.

— Спасибо Машенька. Проходите в гостиную. Миша проводи гостью.

— Может вам чем-нибудь помочь? Накрыть там или что?

— Нет, спасибо. Всё уже готово, проходите и садитесь. Я только цветы в воду поставлю. Очень красивые.

— Да. Это Мишка сказал, что вы такие любите, — слегка оживилась от доброжелательного тона хозяйки девушка.

Миша взял её под руку и провёл в большую комнату с красиво сервированным столом.

— Ой, как у вас красиво-то. Я ведь по-честному и не бывала в городских квартирах, только у подружки Таньки Красновой из нашей группы. Но она в коммуналке живёт. Там комнаты хуже чем в общаге нашей, а у вас прямо дворец.

— А вы Машенька значит из деревни? — вежливо спросила Ирина Сергеевна.

— Из села вообще-то. Воздвиженское. Там церковь раньше была в честь воздвижения. Ну мамка писала, что её открыли уже, отремонтировали и службы идут. Красиво там очень. У нас вообще село красивое, речка там есть, лесок такой рядом. Вы Ирина Сергеевна тоже к нам приезжайте, как-нибудь летом. Там вообще благодать.

— Да, как-нибудь надо. Ваши родители там и живут?

— До мамка живёт. У нас там дом большой, красивый. Батя-то ушёл от нас уже лет десять, как с молодой живёт в соседней деревне. Но это ладно, мы к нему без обид. Он и алименты платит, да и так помогает если что. Вот стайка в том году развалилась, так пришёл новую поставил.

— Стайка? — переспросила Ирина Сергеевна, болтовня Маши её поначалу даже забавляло, но быстро стало надоедать.

— Ну да. Сарайка такая, где корова стоит.

— Больше у вас там хозяйство?

— Не очень. Ну корова там, поросёнок, курей штук 20, огород конечно. Мама привычная, справляется. Да и Колька, брат младший большой уже, 16 лет, помогает. Он в сельхозтехникум поступать собирается, не хочет из села уезжать. И Лидка-сестра тоже в селе живёт. Она замужем уже.

— А вы значит решили уехать?

— Я знаете, училась всегда хорошо. Даже учителя удивлялись, как я легко всё схватываю. Учись, учись говорят дальше. И мамка тоже, езжай да езжай, раз способности есть. А я честно сказать не хотела, дурная была. Не поехала бы, Мишу бы не встретила…

Влюблённые так нежно посмотрели друг на друга, что Ирину Сергеевну передёрнуло.

«Да, серьёзно всё у них…»

— Да вы угощайтесь Маша. Вот салатик. Вам не нравится?

— Что вы, очень даже нравится. А вы лук в него не ложите?

— Не кладу, — вздохнула хозяйка.

Маша посмотрела удивлённо, потом поняла, хихикнула.

— Ой, я опять «ложите» сказала. Я знаю, что так неправильно, но часто забываюсь. У меня мама, когда её поправляли знаете как говорила? В штаны кладут, — и весело засмеялась, как будто сказала нечто очень остроумное.

Ирина Сергеевна встала.

— Пойду посмотрю горячее. Не надо Машенька, не помогай. Поговорите, посидите, — она бросила уничтожающий взгляд на сына и вышла.

— Да всё как она и ожидала, — услышала через открытую дверь, как Миша тихо и укоризненно сказал девушке.

— А что я сказала-то такого? Подумаешь ложить, все так говорят. Ничего особенного…

Сын снова что-то забормотал, невеста ответила тихо извиняющимся тоном.

«Могла бы обидеться и уйти. Неужели не чувствует, что лишняя здесь. Потрясающая черствость.» — недовольно подумала будущая свекровь.

Дальнейшее застолья прошло довольно мирно. Маша старалась не болтать также беззаботно, только старательно хвалила каждое поданное блюдо, кулинарные способности хозяйки и убранство дома.

Ушли молодые вместе, Мише надо было проводить невесту. Когда он вернулся мать уже спала или делала вид, что спит. Поговорить о невесте им не довелось. Миша чувствовал, что девушка не понравилось маме, но считал, что со временем Ирина Сергеевна изменит своё мнение. А она же лёжа в своей спальне пыталась выжить хоть каплю симпатии к той, которая возможно скоро станет своим человеком в этом доме.

«Ну, что же… Она симпатичная, по крайней мере. Глаза красивые, голубые и волосы хорошие. Фигурка красивая, с косметика явно не перебарщивает, одета со вкусом… Но я же с ума сойду, если она всегда будет жить рядом. Она же станет главным человеком в жизни Миши и будет день за днём сводить на нет всё то, что я вложила в сына. А потом у них родятся дети и скоро они начнут говорить: хочу, лажи на табуретку, ходи на коридор…»

На следующее утро Ирина Сергеевна молча с удручённым видом накрывала стол к завтраку.

Михаил тоже был расстроен и молчал. Вчера провожая Машу он едва успокоил девушку. Она даже расплакалась.

— Я твоей маме совсем не понравилась. Она конечно ничего мне не сказала, даже виду не подала, но я же вижу, что не понравилась. Вот увидишь, завтра она будет тебя отговаривать.

— Маша, милая моя. Ну с чего ты взяла? Просто мама такой человек, интровертный. Она старается скрывать свои чувства, трудно сходится с людьми.

— Так я и говорю, что она скрыла своё недовольство. Ну я же заметила. Зря я столько болтала, но я же для знакомства. Ведь она должна всё про меня знать, а ей не понравилось то, что узнала и разговор мой не понравился. Ну Мишенька, ну я же исправлюсь. Скажи ей, что я могу и другой быть, честное слово. Я извинюсь и покажу себя с другой стороны.

— Не переживай так. Скоро мы будем жить все вместе. Она привыкнет, узнает тебя получше и полюбит, как родную. Разве тебя можно не любить? — так он утешал свою любимую, но сам мало верил своим словам.

«Да, Маша не понравилось маме и едва ли она изменит своё мнение. Ну что поделаешь… я же не могу отказаться от своей любимой. Маме придётся смириться, со временем может быть она действительно проникнется, симпатией хотя бы.» — успокаивал он себя.

Но теперь утром, оставшись с матерью наедине он не знал, как начать разговор. Ирина Сергеевна первая прервала молчание.

— Я так понимаю тебя с Машей всё серьёзно?

— Более чем мамочка. Она поняла, что не понравилась тебе и очень расстроилась. Хотя я не понимаю твоего недовольства. Ну она из деревни, не говорит так, как тебе бы понравилось. У неё простые родственники. И что?

— Ничего. От моего мнения мало что зависит. Ведь так?

— Прости, но так. Мы всё равно будем вместе, скоро поженимся. Если тебя не устраивает то, что мы будем жить здесь, то можем снимать жильё.

— Ну да, у вас же денег много. Почему бы не снимать имея трёкомнатную квартиру. Прекрати Михаил. Я не собираюсь портить вам жизнь. Не думаю, что буду обижать твою жену. Но если так окажется, что вы не поженитесь, то я буду рада. Да как ты сам-то не понимаешь, что не пара она тебе и даже не в этом дело. Я боюсь, что ты рядом с ней опустишься не закончишь образование. Не станешь достойным человеком.

— Ну это вообще бред. Прости мама. Мы оба учимся и бросать учёбу не собираемся. Куда мы опустимся скажи? Вдруг начнём пить, курить, болтаться где попало?

— Не обязательно это, — устало вздохнула мать, — для меня опуститься — это уподобиться вот таким. Говорить «А чьё такого»….

Она уже поняла, что отговорить сына не получится. Они впервые не понимают друг друга. Вот так разрушилась единство матери и сына. А в понедельник предстояло ещё сослуживецам отвечать на ожидаемые вопросы…

— Ну что Ирина Сергеевна, познакомилась с избранницей сына.

— Да. Спасибо всё великолепно. Голубые глаза, фигурка, ножки. Третий курс, отличница. Прекрасная девушка из прекрасной семьи. Село Воздвиженское, красивая с церковью. У мамки корова в сарайке, куры 20 штук. Батя в соседней деревне с молодухой. Лук любит в салат ложить, а кладут говорит только штаны.

— Ух ты… — всплеснули руками женщины. — Так и сказала, прямо за столом?

— А что тут такого? — пожала плечами Ирина. — Её мамка всегда так говорит.

Кто-то из сослуживец сочувственно охала, только начальница Валентина Ильинична пожала плечами.

— Ну… Трагедия века, не так девчонка слова сказала. С кем не бывает, не всем же быть интеллигентами в пятом поколении. Кому-то надо коров доить и хлеб растить. Главное, что у них ведь любовь, — подала голос самая молодая Наденька.

— Вот именно! — поддержала Валентина Ильинична. — Да пусть она что хочет говорит и кого хочет доет…

— Но ведь я для Мишки не о такой мечтала. Он же с такой женой сам скоро хлеборобом станет. Ни образование толком не получит, ни карьеры не сделает. Все мои старания прахом пойдут.

Не понимали её подруги, да и Ирина и сама себя не очень понимала. Просто не полюбилась ей девушка, который предстояло вероятно на долгие годы стать главной женщиной в жизни сына. Но изменить ничего мать не могла…

Вскоре заявление в ЗАГС было подано. Начались приготовления к свадьбе и решено было Машу переселить в дом пока ещё жениха. Миша жил в самой маленькой комнатке в их квартире, но с молодой женой ему предстояло переселиться в более просторную. Передвигали мебель, переносили вещи. Ирина Сергеевна принимала в этом мало участие не скрывая от сына своего недовольство. Замечала это и Маша, хотя она была увлечена скорыми переменами в своей жизни. Переехать к жениху из общежития было решено ещё до свадьбы.

И как не оттягивала мать этого момента, в первое же утро они с будущей свекровью встретились на кухне. Не накрашенные, не прибранные в халатах. Но молоденькая Маша и в таком виде было свежей и цветущей. Ирина же Сергеевна предпочла бы не показываться в своём утреннем состоянии никому.

— Я вас теперь мамой буду называть, хорошо? — робко сказала девушка, после обмена приветствиями.

— Это ни к чему, — ответила свекровь, — мама у тебя есть, а меня зовут Ирина Сергеевна.

— Извините, а кто будет готовить завтрак?

— Ну, раз у вас Михаилом уже семья, то приступай, а я уж как-нибудь сама для себя. Вместо здесь хватает.

Она поставила чайник и вышла из кухни. Первый день в коммуналке начался не очень радостно. Есть совсем не хотелось.

«Выпью чая и ладно,» — подумала Ирина Сергеевна, выйдя через несколько минут, чтобы заварить чай.

Она мысленно ухнула. Невестка жарила бекон с яйцами, картошкой.

— Машенька, я не знаю ваших вкусовых пристрастий, но вот вкус моего сына, а также его нужды мне знакомы. Нельзя ему такую жирную и жареную пищу с утра. Да и днём ни к чему. Я бы не хотела, чтобы его гастрит через пару лет превратился в язву. Ну и о печени надо подумать.

На кухне появился бодрый и весёлый Михаил.

— Это мне моя будущая жена готовит? О как здорово! Хоть на сытый желудок в институт пойдём.

— Ты испортишь желудок Миша! — воскликнула мать. — Ну нельзя такое есть, пойми ты!

Растерянная Маша стояла у плиты глядя то на жениха, то на его мать, то на сковородку.

— Куда же мне это теперь? Ведь это вкусно…

— В нашу комнату Машунь. Это очень вкусно. У меня самый здоровый желудок и всё, что ты приготовишь пойдёт ему на пользу. Захвати хлеб. Мамочка, овсянок и омлетиков я наелся на сто лет вперёд.

Молодые удалились завтракать в свою комнату, а Ирина Сергеевна стояла растерянно над своим чайником. Уже и чая не хотелось…

«Ну что получи мамочка. Ты оказывается всю жизнь держала сына впроголодь. Он устал от твоих кашек и прочего. Не волнуйся, теперь молодая жена за год-два откормит его жареным салом и вернёт тебе на лечение,» — думала она…

Маша тоже была огорчена. Она с сомнением смотрела, как любимый с удовольствием поглощает её еду.

— Мишь у тебя и правда гастрит? Может это вредно?

— В голове у моей мамы гастрит, — ответил парень. — Да правда Маша, очень вкусно. Наконец-то настоящая еда. Не вздумай каши варить. Я на них смотреть уже не могу. Ну может такое жирное тоже не надо… Хотя это очень вкусно. Но вообще я предпочитаю вкусную, мужскую еду, а не младенческую…

Так началась не очень мирная жизнь свекрови и невестки ещё до того, как они официально стали таковыми…

День свадьбы приближался. Маша сообщила родным о приближающемся торжестве. Её мать, сестра и брат приехали. Жить они остановились не в квартире у новых родственников к великому облегчению Ирины, сняли номер в отеле. Но ей хватило и приезда гостей с кучей вещей, приданным собранным Натальей Степановой для дочки. Куча деревенских лакомств зачем-то привезённых в дом громогласной, говорливой сватьей.

— Мы уж в гостинице поночуем. Я же понимаю Сергеевна, молодым комната нужна и ты вся устанешь. Да и квартира у вас хоть и большая, а нас тоже много. А нам что, мы на свадебку, да на второй день. Домой же надо, хозяйство там. На куму всё оставила, а у неё своих забот полон рот.

— Ну да, конечно. Вы приезжаете как-нибудь, когда посвободнее будете, — пыталась быть любезной хозяйка.

— Обязательно. И ты сватюшка, всегда добро пожаловать на лето к нам. У нас там отдых получше будет, чем на Канарах всяких.

— Ну да конечно, — чуть не плакала Ирина Сергеевна.

Она думала, куда бы рассовать все те банки и свёртки, которые привезла родня…

Свадьбу отгуляли. Родственников проводили. Началась жизнь, каждый день которой был, как хождение по минному полю для всех участников конфликта. Сложнее всех было Маше. Ирина Сергеевна старалась при сыне не показывать характер и своё вечное недовольство. Маша не жаловалась мужу, но Михаил постоянно чувствовал и недовольство матери, и обиду жены. Молодые жили очень хорошо, в отношениях была полная гармония, а вот отношения с матерью оставляли желать лучшего. Ирина Сергеевна и себе бы не призналась, что ревнует сына к его молодой жене и новому счастью, но так оно и было. И дело даже не в том, что Маша была молода и хороша собой. Ирину ранило то, что сын изменился к лучшему. Значит с ней, с мамой ему жилось хуже? Теперь он не засиживался с друзьями неизвестно где, а спешил домой к своей Машеньке. Маме:

— Привет мамуль…

А с Машей сразу обниматься-целоваться, запираться в комнате, поболтать, шептаться. Мимо матери проходит, как мимо пустого места. Нет её в новой жизни. Так, призрак прошлого. Маша же царила не только своей комнате, но и на кухне. Готовила изысканные блюда, роставляла всё по своему вкусу. И всё, всё делала не так. Не просто по незнанию, а буквально на зло свекрови. Так казалось Ирине Сергеевне.

Вот нельзя готовить жирное, острое, жаренное, а она говорит:

— Мише так нравится.

Ну да. Как будто мать не знает, что Мише нравится, а скажешь ей что-нибудь, тут же отвернётся, слёзы вытирает. Обидели её бедную. А маме не обидно, когда они сидят и шепчутся, а её будто и нет в доме.

Михаил пытался как-то наладить отношения между двумя любимыми женщинами.

— Мама, ты кажется несправедлива к Маше. Она же старается угодить, полюбить тебя. Даже мамой хотела называть тебя. А ты к каждому шагу, каждому слову придираешься.

— Не надо меня любить и угождать. Мне надо, чтобы у вас всё было хорошо, а получается наоборот. Почему всё надо делать мне на зло?

— Между нами как раз всё замечательно и Маша никогда, ничего на зло не делает. Мне кажется, что это ты хочешь нас развести.

— Не хочу, но если это произойдёт не особо расстроюсь.

— Не надейся, мне легче из дома уйти, чем от Маши.

— Вот так то… Вырастила, вынянчила, выучила. Иди куда хочешь, больше в твоих услугах не нуждаемся. Спасибо сыночек!

Все надеялись на целительную силу времени. Но прошёл год, другой, а ситуация только усложнялась. Сперва Михаил, потом и Маша окончили институт. Сын уже работал. И вот невестка в один из дней сообщила мужу и свекрови радостную весть: у неё будет ребёнок. Михаил был счастлив, Ирина Сергеевна тоже в какой-то мере. Но в тоже время это означало, что Мария окончательно укоренилась в их доме. Свекровь всё же надеялась, что сыну надоест семейная жизнь с девушкой, которая всё дела от не так. А теперь же у неё будет ребёнок, значит их будет трое против неё одной…

Их стало четверо. Машенька родила двойню. Их семья и весь мир обогатился сразу двумя мальчишками. Отец был счастлив, молодая бабушка тоже. Хотя к её радости примешивалось и немалая доля беспокойства.

Как там молодая мать, как малыши, только что появившиеся на свет? Какова будет теперь их жизнь в четвером? И неужели теперь уже никогда, никогда не будет возврата к прежней жизни?

Думать об этом было больнее всего.

Рождение внуков не изменило к лучшему отношение к невестке. По началу Ирина Сергеевна волновалась за девушку, была и благодарна. Но всё изменилось, когда Машу выписали из роддома.

Вскоре после выписки семья встретила дорогую гостью, вторую бабушку Наталью Степановну. На этот раз ни о каких отелях речи не шла, Сватья приехала полюбоваться на внучат и помочь дочери. Навезла понятное дело кучу своих солений, варений, мясо, яиц.

— Всё своё. Всё чистенько и без всяких консервантов и е-шек этих в которых яд один, — хвалилась она.

«Зато с ботулизмом и сальмонеллезом,» — брезгливо думала Ирина Сергеевна.

С не меньшей брезгливостью она наблюдала и то, как её родственницы квохчут над младенцами. Бабушка Ирина было сразу отодвинута даже не на второй, а на бесконечно далёкий план. Пробиться к детям через крепкую спину сватьи не удавалось.

«Ну и пожалуйста. Не нужна я вам, так и вы мне без надобности. Ехала бы ты Натальюшка восвояси и доченьку свою с приплодом забрала.»

Но Наталья Степановна конечно уехала одна. Маша осталась и оказалось несмотря ни на что довольно толковой матерью. В помощи она конечно нуждалась, но от забот свекрови отказалась бы с удовольствием.

Ирина Сергеевна конечно помогала, но Мария от такой помощи с радостью бы отказалась совсем. Свекровь делала всё, чтобы отравить молодой женщине первые и самые чудесные месяцы материнства. Маша, по мнению Ирины Сергеевны, всё делала не так. Питалась не тем, чем положено кормящим матерям. Кормила детей не так, пеленала неправильно, разговаривала с ними плохо.

— Вот такая небрежность ведёт к любым бедам. Дети тебе спасибо не скажут ни за сколиоз, ни за проблемы с поджелудочной. Зачем ты вообще рожала, если детей ты не любишь и погубить хочешь? Их счастье, если тебя как можно скорее лишат материнства. Это дети, а не поросята у вас в деревне…

Приходя на работу она щедро делилась своими бедами с подругами, чем в конце концов утомила и их.

— Вообще-то у каждой женщины должна быть личная жизнь, — сказала наконец одна из коллег. — Ты Ирина, молодая ещё женщина. Замуж тебе выходить надо, а не за невесткой следит целый день. До добра такая жизнь не доведёт. И девочку из дома выживешь, и сына потеряешь.

— Выживешь её. Таких и дустом не выкуришь. Двоих родила. Они ещё ходить не начнут, как она о третьем заговорит, а после и о том, чтобы меня выселить. Не представляю только, куда они меня определят? Для дома престарелых я не созрела ещё, а замуж… а это уж извините, только этого мне не хватало…

Вскоре наступило лето. И усталая, издёрганая Маша засобиралась на родину к маме. Михаил не получил отпуск, а потому отвёз жену с детьми в деревню и вернулся в город. Мать встретила его заплаканной, но просветлейшей.

— Почему ты плакала мама? — встревоженно спросил сын.

— От счастья Мишенька. Это ж сколько… Три месяца покоя меня ждут. Даже не верится. Я наконец могу убраться в своём доме так, как мне хочется. Так, как привыкла. Выкинуть все эти банки-склянки с их компотами или что там…

— Выкидывать-то зачем? — удивлялся мрачный Михаил.

Он уже скучал без Машеньки и малышей.

— Это вкусно. Да и не грязно у нас совсем, наоборот…

— Это невкусно, отрава. Хоть три месяца поешь нормально. Как человек поспишь без помех. Неужели ты не рад этому мишенька или просто в дороге утомился?

— Утомился мама от твоих слов. Я больше всего устал от твоего брюзжания. Я надеюсь ты не переключишься на меня выпроводив Машу?

— Миша опомнись, что ты говоришь я не верю, что ты стал таким.

— Ну вот начинается… Всё я пойду отдохну, а тебе придётся немного помолчать или позвони подружкам расскажи, какой я плохой, какую жену нашёл ужасную.

И Михаил удалился в свою комнату.

«Ну вот я брюзга, я сплетница и я там кого-то там выпроводила. Ладно, он привыкнет… Ещё поймёт все преимущества жизни без такого балласта,» — обиженно думала Ирина Сергеевна…

Лето пролетело быстро. Михаил очень скучал по семье, при каждом удобном случае навещал жену и детей. Ирина Сергеевна не выбралась ни разу. Маша была рада этому. Только дома, под родным кровом, рядом с любимой мамой девушка в полной мере осознала, как вымотала её жизнь со свекровью. Даже дома, где ей ничто не угрожало, она первое время всё делала с оглядкой. Порой испуганно вздрагивая от резких звуков.

«Да я стала просто неврастеничкой, — с досадой думала девушка. — Нельзя так честное слово, ведь мне ещё детей растить.»

За летние месяцы она окрепла, успокоилась и потому, когда муж приехал убеждая, что пора переезжать в город, отказалась наотрез.

— Маша ты что? Ты хочешь развестись? — испугался Михаил.

— Нет Мишенька, ни минутки. Я люблю тебя больше жизни, но и жизнь терять не хочу. Ведь у нас дети. Я не могу больше жить с твоей мамой. Пойми… Она же мне дышать не давала. Разве ты не видел? Давай поживу здесь со своими. Ты ведь тоже можешь переехать к нам. Работу здесь найдёшь или в областном центре. Это же не такая уж проблема…

— Ты с ума сошла мария? О чём ты говоришь? Моя мать тебе мешает? Да она только и думает, как бы помочь. А ты предлагаешь всё бросить, поселиться здесь. Зачем?

— Чтобы жить спокойно. Я из города больная приехала, от каждого шороха вздрагивала. Я не говорю, что это из-за твоей мамы, но и не без её участия. А здесь я свободна, понимаешь? И дети стали куда спокойнее. Короче, ты как знаешь, а я остаюсь пока здесь.

— Ну хорошо. У меня знаешь ли работа и мать тоже имеется. Я не вижу смысла всё бросить и переселиться в деревню.

На том они и расстались. Маша поплакала, но без отчаяния. Она была уверена, что муж ещё приедет.

Михаил же ехал домой в очень неоднозначном состоянии, об окончательном расставании с Марией он и думать не хотел, но был серьёзно обижен.

Да, он видел, что Ирина Сергеевна не всегда справедлива к его жене. Что обстановка в доме с каждым днём всё хуже, но это был его дом и его мама. А Мария так и не смогла понять, что это и её дом тоже. Она осталась дочерью своей мамы.

«Ну что ж, пусть поживёт, там поймёт где и с кем ей лучше.»

Домой он приехал в самом мрачном настроении.

— Поздравляю мама, ты своего добилась. Маша отказалась возвращаться.

Он надеялся, что мать хотя бы для приличия охнет, скажет чтобы он не расстраивался, что всё наладится, что она сама поговорить с невесткой. Но ничего такого не случалось. Ирина Сергеевна даже не попыталась скрыть свою радость.

— И я тебя поздравляю! Это надо отметить. Теперь-то ты видишь всю сущность своей бывшей супруги. Чуть что не так сбежала от мужа под мамину юбку. Не расстраивайся сынок. Наконец мы заживём как прежде. И жену ты себе ещё найдёшь получше прежней. Без всех вот этих…

— Этих что? И как это мы заживём как прежде? Мне опять будет 10 лет? Ты изобрела машину времени? Ну давай, давай, отметим это! Свари манную кашу, ванили двойную порцию туда бахни в честь праздника!

— Перестань грубить мне!

— Ты мою жизнь разрушила! Так что не жалуйся, придётся выслушать некоторые неприятные слова. Короче… отмечай, пляши, делай что хочешь, а я пошёл.

Хлопнув дверью сын ушёл. Ирина Сергеевна села и задумалась…

«Впрочем, пока всё нормально. Он огорчен — это естественно. День другой и сын придёт в себя. Оценит все прелести своего нового положения, а там глядишь и в правду найдёт новую девушку, куда более содержательную.»

Михаил пришёл через несколько часов, пьяный. Такого с ним не было никогда. Но мать, как бы не была расстроена, не сказала ни слова. Помогла сыну раздеться и лечь в постель молча.

«Ну ладно… Это только сегодня. Он расстроен…» — думала она.

Но расстройство Михаила не проходило. Он выпил и на следующий день, и через день…

Ирина Сергеевна пыталась сказать ему, что пора прекращать, надо начинать новую жизнь. И сын больше не огрызался, не пытался спорить. Он без всякого интереса смотрел на еду и чаще всего всё то, что ему предложено оставалась в тарелке.

Шли дни. Положение не менялось или менялось худшую сторону. Михаил действительно начал быстро опускаться, как бы не старалась мать следить за ним. Изменения были разительными. За пару месяцев молодой, полный сил мужчина постарел на 10 лет. Весь его внешний вид говорил о пристрастии к алкоголю. Не говоря уже о запахах.

В конце концов он начал прогуливать работу, а этого терпеть никто бы не стал.

«Что же я наделала… Отбила у сына деревенщину. Но для чего? Чтобы он превратился в алкоголика? Жену же он уже потерял, скоро останется без работы, без денег… Скоро начнёт настаивать на продаже квартиры. Нет, надо что-то делать. Ведь это мой сын!»

— Миша, я вижу как тебе плохо… Давай что-нибудь придумаем… Давай съездим к Маше, попросим её вернуться.

— Ни за что! Слишком легко она от меня отказалась! А ты что соскучилась? Грызть некого? Ну давай меня что ли, мне всё равно.

Ему действительно всё стало неинтересно. Потерять работу? Ну и ладно. Не будет здоровье, а зачем она нужна?

— Оставьте меня, я устал и хочу выпить! — Вот и все разговоры.

— Ну что, как всё испортила, так и исправляй, — сказала себе Ирина Сергеевна, — пока в конец сына не погубила. Какое там в село? Воздвиженское? Ну и поеду сама. Брошусь к Маше в ноги, пусть возвращается.

Путь до села был не близким и нелёгким. Обо многом пришлось подумать по дороге. Очень не хотелось унижаться перед девчонкой, тем более, что вины своей Ирина Сергеевна не видела.

«Ну сделала замечание, дала совет и что? Но сына спасать надо. Так что в чём бы её не обвинила невестка, надо признать и извиниться…»

И вот она уже перед калиткой незнакомого дома. Чей-то серебряный голосок выводит колыбель.

«Неужели Маша? Ну да…»

Невестка во дворе баюкала детей в коляске и пела. Дома, то есть у свекрови, ей было видимо не до песен… А поёт волшебно…

Ирина Сергеевна вошла во двор подошла к девушке.

— Здравствуй Машенька, а я к тебе, за тобой.

— Добрый день, — встревоженно откликнулась Маша. — Что-нибудь случилось с Мишей?

— Да, то есть пока нет. Но он погибнет, если ты не вернёшься. Плохо ему без тебя.

— А я …

— Да ты от меня больше слова не услышишь, а хочешь так и вовсе уеду сама, квартирку маленькую сниму и буду жить одна, как того и заслуживаю. Да множество вариантов: продать, купить, разменять.

— Да что вы Ирина Сергеевна… А что с Мишей? Я вернусь конечно, если я нужна ему и вам…

— Нужна, необходима… Машенька вернись…. Очень тебя прошу, иначе пропадёт наш Миша.

Маша собственно не прочь была вернуться. Она сама очень скучала по мужу, беспокоилась за него…

Начались сборы…

Новый год они встречали уже вместе всей семьей. И зажили они и в правду хорошо. Ирина Сергеевна сдержала обещание. Квартиру они разменяли очень выгодно без потерь. Молодые смогли жить отдельно хотя не очень далеко от матери.

Так прошло 15 лет. Это были счастливые, редко чем омрачаемые годы. Михаил и Мария сделали неплохую карьеру, растили прекрасных сыновей. На очередной годовщине свадьбы семья вновь собралась вместе. Постаревшая Ирина Сергеевна не могла налюбоваться на сына, невестку и внуков, уже подростков.

— Какие же вы молодцы, милые мои. Какое счастье, что смогли сохранить свою любовь.

— За это и вам спасибо, мама, — сказала Маша. — Благодаря вам мы многое поняли о самих себе и своих отношениях, и многое смогли исправить.

— Ну что ты доченька… А давай ты споёшь нам, у тебя такой голос волшебный, я когда слушаю обо всём плохом забываю.

— С удовольствием, а давайте все вместе споём настоящую песню про счастье. Ведь мы по-настоящему счастливы все вместе…

Следующий пост

1 Комментарий

Елена1502

Вроде с одной стороны хорошо, что получилась новая семья.Но почему молодежь не стремится решать жилищный вопрос сама? Проживи всю жизнь в квартире, вложи деньги и на старости лет уматывай неизвестно куда.

Напишите комментарий

Вы должны, войти в систему, чтобы оставить комментарий.

Вы сейчас не в сети

Добавить в коллекцию

Нет коллекций

Здесь вы найдете все коллекции, которые создавали раньше.