Красивая девушка

– Мамочка… Папочка… Я умираю… Я иду к вам…

В конце октября воздух в северном регионе особенно холоден и прозрачен, осень диктует здесь свои правила: постепенно, без резких скачков температуры, природа начинает плавно погружаться в свой очередной зимний сон. Деревья по утрам покрываются тонким слоем инея, который к полудню уже успевает растаять и превратиться в крошечные капли воды, поблёскивающие в последних лучах редкого, готовящегося к долгой зиме, солнца.

Жемчужно-серый «Лексус» плавно скользил по уходящему всё дальше от города шоссе. Со всех сторон, автомобиль обступали высокие сосны и ели, возвышавшиеся гордыми громадинами. Деревья, которым, возможно, было больше сотни лет, давали понять любому забредшему в эти края путнику – тайга вам не «игрушка»: тут свои хозяева, и они не пощадят никого, кто захочет просто войти в их владения, чтобы «прогуляться налегке». Достигнув неприметного поворота, машина свернула – и почти сразу же затормозила, оказавшись на маленькой аккуратной поляне, скрытой от любопытных глаз проезжающих, густой листвой. Из салона молча вышли двое – мужчина и женщина.

– Ну, вот, отсюда и пойдём, – водитель вытащил из внутреннего кармана утеплённой куртки сложенную вчетверо карту местности.

Развернув её, он сверился с какими-то координатами, а потом посмотрел поверх карты – перед ними расстилался глухой хвойный лес, темнеющий вдали опасной изумрудной зеленью.

– Ты уверен, что это единственная дорога до кемпинга, Влад? Женщина куталась в такую же тёплую куртку, попутно натягивая на нежные руки тонкие шерстяные перчатки.

– Конечно, уверен, — с лёгким раздражением в голосе произнёс мужчина, после чего, с видом опытного гида, указал куда-то вглубь леса. – Сейчас по тропинке пройдём пару километров, там дальше как раз сторожка лесника будет. А там уж, недалеко и до турбазы…

– Ой, не знаю, мне кажется, зря мы сюда приехали…, — женщина неуверенно ступила на узкую тропинку, стараясь идти за своим проводником «шаг в шаг».

– Инна, что ты как маленькая? – недовольно пробурчал мужчина. – Если бы ты только знала, какая красота тебя ждёт, ты бы сама впереди меня, вприпрыжку бы поскакала. И потом, кто хотел на «годовщину» свадьбы устроить что-то невероятное, запоминающееся?..

Супруга чувствовала, как с каждым шагом по жухлой промёрзлой траве, под одежду к ней пробирается сырой холод. Молодая женщина инстинктивно подняла воротник куртки и поправила свой объёмный вязаный шарф.

– Вообще-то, когда я говорила про нашу «годовщину», то под «запоминающимся» –имела в виду поезду в Рим. Помнишь, как нам тогда было хорошо? Это же было в наш первый, «медовый месяц» …

– Ну, на Италию сейчас денег нет, сама понимаешь… Я все накопления вложил в новый филиал нашей клиники, — пробираясь сквозь густые заросли, ответил Влад. – А потом, там сейчас такая лютая жара, что люди не знают, в какой фонтан залезть – только бы не подохнуть…

– Зато у нас здесь сейчас просто «бархатный сезон», — не удержавшись, подпустила «шпильку» жена.

Они с мужем продолжали углубляться по тонкой тропинке в лес, а местность вокруг становилась всё более болотистой и зловещей: красивых елей больше не было, повсюду виднелись лишь редкие, искорёженные деревца.

– Мне здесь не нравится. — Поёжилась Инна.

Влад, тем временем, продолжал разглядывать карту: мужчина нервно водил по ней пальцем, пытаясь определить – в правильном ли направлении они двигаются. Нужное ему место было отмечено скромным крестиком, второпях накарябанным серым карандашом прямо перед поездкой – чтобы не увидела жена.

Популярный дзен рассказ: - Маааама!!! Крик дочери всё стоял в ушах, рвал барабанные перепонки

«Не будем портить любимой сюрприз», — подумал тогда он.

– Дорогая, ты стала очень привередливой за годы нашего чудесного брака, — откликнулся он на слова жены. — Поверь, тебя ждёт нечто незабываемое… Ты только держись позади меня, не отставай – мы уже почти пришли.

Последнюю фразу, мужчина произнёс как-то особенно волнительно – словно и вправду, хотел сделать для своей жены что-то приятное. Чем дальше продвигалась пара – тем непроходимее становилась местность, оправдывая свою репутацию настоящей «таёжной глубинки»: казалось, деревья и колючие кустарники смыкались за супругами прежде, чем те успевали сделать очередные пару шагов.

Постепенно, пейзаж вокруг них начал всё больше напоминать классическую гиблую топь. Высокие ботинки Инны всё чаще проваливались в хлюпающую от воды землю, ведь под ногами у неё была густая, травянисто-болотистая жижа.

– Что-то мы совсем в глушь забрались, — нахмурилась она. – Ты уверен, что мы не сошли с маршрута? Сторожка, по идее, должна была уже показаться… Как-то не похоже это всё на туристическую тропу, ты не находишь? Ещё машину, как назло, так далеко оставили…

Инна остановилась и вытащила телефон, решив, на всякий случай, проверить уровень сигнала:

– Ну, естественно, — пробормотала она, глядя на совершенно пустую шкалу. – Влад, тут не ловит… Влад!

Мужчина незаметно ушёл на пару десятков метров вперёд, пока супруга замешкалась: конечно, он знал о том, что в этой зоне у их сотовых нет ни малейшего шанса поймать хоть какой-нибудь сигнал связи. Поэтому-то, он заблаговременно прихватил с собой спутниковый телефон – не хватало ещё самому тут заплутать.

– Всё под контролем! – Крикнул он жене, затем обернулся и показал ей большой палец, поднятый вверх – мол, «всё отлично».

«Дура», — процедил Влад сквозь зубы, но за натянутой «до ушей» улыбкой, Инна этого не заметила. Последние несколько дней, он часами изучал эту местность, выбирая самый глухой и заболоченный участок «в подарок» для любимой жены. В последний раз сверившись с координатами на карте, Влад довольно произнёс, показывая рукой куда-то вперёд:

– Вот и пришли, а ты говорила… Вон сторожка, прямо по курсу стоит, родимая. При этом, мужчина чуть сошёл с тропинки, моментально исчезнув из поля видимости своей супруги.

– Где? Я не вижу… — Продираясь через заросли, спрашивала женщина.

– Да вон, вон – прямо посмотри, вот – ещё чуть-чуть влево глянь… Влад подал жене руку, и нарочито вежливо пропустил её вперёд себя, дабы та могла разглядеть несуществующую сторожку.

– Да где же она…, — только и успела произнести Инна.

Мощный и неожиданный толчок в спину, заставил девушку потерять равновесие – но вместо того, чтобы удариться лицом о твёрдую землю – Инна ощутила, как её тело начало медленно погружаться во что-то холодное, мягкое – и ужасно вязкое.

– Ну, вот и всё, дорогая моя – приплыли! Пункт назначения – «термальные воды!».

Мужчина резко засмеялся – очевидно полагая, что его шутка в данном случае уместна. Инна в ужасе хватала ртом воздух, точно рыба, выброшенная на лёд. Шок заставил её разум на секунду затуманиться, прежде чем она услышала собственный, ни на что не похожий крик:

– Владик, постой!! Нет!!! Не уходи!!!

Влад стоял вполоборота, и лишь насмешливо улыбался своей тонущей супруге:

– Теперь, ты не сможешь мне помешать… Надеюсь, тебе понравилась наша «годовщина», любимая…

Мужчина развернулся, и мелкой рысцой двинулся в обратную сторону, с каждой секундой уходя всё дальше и дальше.

– Опомнись!!… Влад!!… Помогите!!!…

Медленно погружаясь в грязную ледяную воду, Инна на мгновение зажмурилась – и в этот миг, перед внутренним взором женщины, промелькнула пёстрой лентой моментов вся её недолгая жизнь.

***

Инна Снегова родилась в семье потомственных бизнесменов: её родители являлись продолжателями одной древней купеческой династии, представители которой, согласно семейной легенде, служили ещё при царском дворе. В нынешние же дни, Геннадий Романович и Вероника Аркадьевна владели крупным холдингом в сфере тяжёлой промышленности, а потому предметом их торга зачастую становились заводы и крупные компании по производству и переработке чёрных металлов.

Сколько себя помнила, маленькая Инна всегда была окружена любовью и заботой. В их огромном доме не было ни одного человека, кто бы не относился к ней уважительно, и в то же время ласково и по-доброму. Дело здесь было даже не в том, что Инна – дочка влиятельных хозяев, а просто персонал у них подобрался такой, где абсолютно все люди вызывали неподдельную душевную теплоту и доверие. Собственно, работники в их доме не менялись вот уже много лет: основной «костяк», включая садовника и начальника службы безопасности – оставался там с тех самых пор, как Инне исполнилось семь. Конечно же, из-за постоянной занятости родителей (они оба были задействованы в делах компании), забота о здоровье и воспитании девочки, зачастую ложилась на плечи её любимой няни – Дарьи Михайловны.

Однако женщина давно была среди них, точно ещё один член семьи, а потому с удовольствием посвящала маленькой резвой девчушке всё своё время. Вероника Аркадьевна – мать Инны, как могла, старалась участвовать в жизни любимой дочери, но у неё, к сожалению, это не всегда получалось. Тем не менее, Инна прекрасна понимала, с чем связана усталость матери и её частое отсутствие дома, поэтому никогда на неё не обижалась.

Когда же девочка подросла и закончила школу – то сразу же уехала учиться в Америку, где закончила престижный университет и стала дипломированным экономистом с международной лицензией. С Владом Скарабейниковым – своим будущим мужем и губителем, Инна познакомилась во время учёбы в Штатах. Это была одна из тех громких студенческих вечеринок, которые принято показывать в американском кино: огромный дом богатых студентов, представителей местной ученической элиты, носящих гордое звание сестринства «Бета-Тета-Альфа».

На таких праздниках, литры алкоголя льются рекой, громкая музыка разрывает барабанные перепонки, а риск нарваться на штраф от местного полицейского патруля выше – чем, если гонишь на полной скорости по трассе, где проезд разрешён не больше восьмидесяти километров в час.

Инна оказалась на той тусовке совершенно случайно – соседка по университетскому кампусу пригласила её, в числе прочих друзей, посетить так называемый «вечер группы поддержки», на котором девушки-чирлидеры должны были собрать благотворительную помощь для местного детского приюта. Что ж, помощь в тот вечер, они и правда, собрали довольно немаленькую – но и повеселились от души тоже, что было – то было. Моника, подруга Инны по университету, попросила помочь ей со сбором средств, и отправила юную экономистку, в конце «официальной» части, «по рядам» — предварительно всучив Инне большой деревянный ящик для пожертвований. Девушка постоянно пыхтела, пытаясь удержать этот ужасно тяжёлый предмет в своих худеньких хрупких руках – но, в конечном итоге, ящик всё-таки «победил»: в какой-то момент, Инна неудачно наклонилась за очередной банкнотой, которую следовало опустить в прямоугольную прорезь на ящике – и тот просто «перевесил» девушку. С грохотом упав на пол – ящик развалился напополам, а вывалившиеся купюры и мелочь стали достоянием общественности, рассыпавшись по линолеуму гостиного зала.

В тот момент, дочери бизнесмена хотелось буквально «сквозь землю провалиться» — только бы перестать быть объектом всеобщих насмешек и переглядов. Девушка чувствовала себя особенно неловко, ведь многие из присутствующих знали о том, что Инна приехала сюда учиться из России, так же, как и то – что она из семьи влиятельных дельцов-промышленников. Во время падения, ящик увлёк за собой и девушку, так что та чуть не придавила себе обе руки. Сидя на полу, Инна чувствовала, как стремительно краснеет до корней своих каштановых волос, рассыпавшихся по плечам из-под ленты. Пытаясь заправить гладкие пряди за уши, и одновременно собрать «сбежавшие» деньги в подол собственного летнего платья (в тот день, на студентке был длинный широкий сарафан в бохо-стиле), Инна неожиданно услышала его. Голос, навсегда изменивший её жизнь.

– Мисс, я могу вам помочь? – спросил низкий бархатный голос, от которого по спине Инны тут же побежали мелкие колючие мурашки.

Девушку удивило, что незнакомец обращался к ней на прекрасном русском языке: хотя в университете, где училась дочь бизнесменов, встретить русских студентов не было чем-то диковинным – всё же, Инна не общалась ни с кем из них достаточно близко. Да и разговаривали все вокруг преимущественно не английском – так, представителям разных национальных групп было легче понимать друг друга и преподавателей.

– Да, если можно. Этот ящик для денег меня окончательно «добил» (хотя я понимаю, что говорить такое в приличном обществе неприлично), — шутливо-доверительным тоном сообщила она внезапно появившемуся спасителю.

– Вряд ли, кто-то из здешнего «приличного общества» понимает русский также хорошо, как мы с вами, — с улыбкой в голосе, произнёс незнакомец.

Только тут, Инна, наконец, подняла глаза на своего собеседника – и замолчала: парень, возвышавшейся рядом с ней, явно не принадлежал ни к одному из типов мужчин, которые встречались ей в студгородке. Обычно, молодые люди из её местного окружения делились на два типа: либо это были молодые богатые пижоны, предпочитавшие кичиться своим «знатным» происхождением и брендовыми джемперами от итальянских кутюрье – либо, ребята из серии «американский футболист», широкоплечие рослые добряки, больше всего на свете любившие пиво и хорошеньких блондинок в мини. Хотя Инна не была сторонницей шаблонов, ежедневно крутившихся в популярных молодёжных сериалах на экране её компьютера – однако не могла не признать, что некая доля правды в изображении киноперсонажей всё-таки присутствовала. Именно по этой причине, у неё так и не получилось за всё время учёбы «закрутить» сколько-нибудь серьёзного романа – парни из универа ей просто не подходили.

– Вы позволите? – вежливо спросил между тем незнакомец, после чего, не дожидаясь разрешения девушки, присел рядом с ней на корточки и начал складывать деньги в половинку ящика, уцелевшую в неравной схватке между Инной и силой Земного притяжения.

Инна же продолжала заворожённо смотреть на молодого человека: весь его внешний вид словно «кричал» о том, что он не из этой «тусовки»: расслабленная рубашка-поло, с аккуратно подвёрнутыми до локтей рукавами, простые, светло-бежевые брюки из хлопка, белые кеды на мягкой пенистой подошве. Светло-русые волосы парня не были напомажены гелем, или как-то, по-особому модно, подстрижены – но при этом лежали так соблазнительно-небрежно, точно были обязательным элементом его ежедневного стиля. Невероятной красоты, серо-зелёные глаза незнакомца сияли как два полудрагоценных камня, а идеально ровный загар говорил о том, что тот, как минимум, четыре часа в день проводил на пляже. Инне казалось, что этот удивительный молодой человек ей только привиделся: ей представлялось, что такие красавцы обитают лишь на страницах столь любимых ею романтических книг, или же всё в тех же сериалах. В жизни ведь всё было куда прозаичнее…

Обладая романтическим складом натуры, девушка тут же поняла, что этот неординарный юноша её по-настоящему заинтриговал.

– Спасибо вам огромное, — поблагодарила она его, когда все пожертвования были аккуратно уложены обратно в коробку и переданы Монике (та безмерно удивилась, увидев разбитый ящик, но, взглянув в магнетические глаза помощника Инны, тут же заулыбалась и заметно оттаяла). – Честно говоря, я немного устала таскать за собой повсюду эту «махину», так что – если бы не вы, всё могло закончиться гораздо хуже…

– О, да – я успел заметить, — загадочно вымолвил парень и хитро подмигнул студентке. – Я Влад. Влад Скарабейников.

В качестве приветствия, Влад протянул Инне руку, а когда она хотела её пожать – тот, к неожиданности девушки, легко прикоснулся к её пальцам губами.

– Ого, — не удержавшись, выдохнула студентка. – Какой вы джентльмен… А меня зовут Инна. Инна Снеговая, — в такт его загадочности, произнесла девушка.

– Та самая Инна? Дочь Геннадия и Вероники Снеговых? – с притворным удивлением уточнил парень. – Не думал, что встречу такую жемчужину здесь, среди дешёвой бижутерии…

– Вы слышали о моей семье? – удивилась девушка. – Я раньше не видела вас на подобных мероприятиях.

Инна предпочла не думать о странном комплименте, сделанном ей Владом, решив, что это просто часть его способа самовыражения.

– Я учусь в медицинском колледже на Западном Побережье, — ответил ей Скарабейников. – Сейчас, как раз, прохожу интернатуру в одной частной клинике.

– Ух ты, и на кого же вы учитесь? – кокетливо поинтересовалась девушка.

– На хирурга, — просто сказал Влад.

– Серьёзный выбор, — одобряющим тоном откликнулась Инна.

– Скорее, это был выбор моих родителей… Они оба – потомственные врачи, вот и захотели, чтобы их сын продолжил благородное дело династии… Но я не жалею. Спасение жизней, это важно, — торжественно закончил он, и на мгновение умолк, довольный впечатлением, которое произвёл на девушку.

Инне не стоило знать, что таланта в области хирургии, у Влада не имелось совершенно никакого, и, по сути – его интернатура была полностью «проплачена» состоятельными родителями. Впрочем, гораздо менее состоятельными, чем родители Инны.

О том, что дочь металлургических магнатов учится в том же городе, что и он – Скарабейников узнал совсем недавно. Раньше, ему часто попадались красивые семейные фотографии Снеговых в светской хронике интернет-портала, который он так любил посещать на досуге, выискивая там богатых претенденток на роль своей «второй половинки». Зачастую, многие юные «львицы» из тех, что привлекали его корыстное внимание – были или уже заняты, или же имели настолько серьёзную охрану – что к ним, попросту, было не подобраться. Когда же выяснилось, что девушка находится буквально на расстоянии нескольких километров от него – Влад решил не упускать шанс, и попытать счастья познакомиться с богатой наследницей.

Слухи в студенческой среде распространяются быстро – так Влад и узнал, что Инна будет присутствовать на благотворительной вечеринке чирлидерского сестринства. Остальное – самая настоящая удача. Скарабейников всегда мечтал о больших деньгах – перспектива «резать» людей на хирургическом столе двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю – за мизерную зарплату – никак не вписывалась в его планы. Будучи хитрым и дальновидным молодым человеком, Влад решил пойти самым коротким путём – через ЗАГС. Проблема крылась в том, что на родине осталось не так-то много молодых и привлекательных (с материальной точки зрения) невест – поэтому-то, парень упросил своих родителей оплатить ему обучение за границей. Мол, там и качество образования лучше, и практики – настоящей, интересной для его будущей профессии – гораздо больше.

Надо отдать юноше должное – он честно пытался выучиться, и прилежание дало свои плоды: парня пригласили в одну из ведущих клиник Западного Побережья, пройти интернатуру. Но, так как профессия, сама по себе, его не интересовала – он и не прикладывал особых усилий, дабы выделиться среди других интернов.

Когда же, на той вечеринке, Влад впервые увидел Инну, с этим её огромным ящиком для пожертвований – парня будто осенило:

«Бинго! – подумал он тогда, – Вот девушка, которая идеально мне подходит…».

Мало того, что дочь Снеговых оказалась очень скромной и приятной в общении – она, оказывается, была совершенно не искушена в вопросах любви. Скарабейников решил задействовать всё своё обаяние и природную привлекательность (которую прекрасно осознавал в себе), чтобы очаровать молодую и невинную девушку. Упускать свой шанс на безбедную жизнь, он точно не собирался, тем более что Инна ему действительно понравилась, и парню захотелось лучше узнать свою будущую невесту (а затем и жену).

В тот вечер, Влад вызвался проводить Инну до корпуса общежития, где жила студентка. Молодые люди очень много разговаривали и быстро поняли, что между ними присутствует некая таинственная связь.

«Волшебство, да и только», — думала Инна, поднимаясь по ступенькам общежития в свою комнату.

Она дала Владу номер своего телефона перед тем, как они с парнем расстались у ворот здания. Инна тогда практически сразу поняла, что влюбилась – а вот Влад испытывал лишь очень сильный «практический» интерес, и вполне конкретное влечение. Из того, что он успел узнать про девушку – Скарабейников сделал вывод, что они идеально подойдут друг другу в браке: Инна была умна, красива, но самое главное – она была романтически-увлекающейся личностью, и, к тому же, легко поддавалась чужому влиянию.

Именно эти качества позволили Владу немного расслабиться, когда он возвращался к себе домой (парень снимал небольшую квартиру в одном из отдалённых районов города). Если он всё правильно рассчитал – уже через год, Инна Снегова станет его законной супругой, и вот тогда её родителям придётся «подвинуться» в своей «железной империи», чтобы своё место в ней смог занять «чужеземный принц».

***

– Ты действительно готов пойти на такое ради меня?..

Инна не могла поверить своим ушам: Влад предлагал ей вместе покинуть Штаты, чтобы вернуться в родную столицу. У девушки как раз подходил к концу последний учебный год, и парень решил лететь вместе с ней, дабы официально представиться её родителям.

– А как же твоя интернатура? – озабоченно поинтересовалась Инна.

Скарабейников только махнул рукой:

– Не думай об этом. Я договорился с доктором Джефферсоном, чтобы меня заочно перевели в один из крупных российских госпиталей, с которыми у них имеется договорённость в плане обучения. Только представь: теперь, я смогу всегда быть рядом с тобой!

– Боже мой! – Инна прижала руки к разгорячённому лицу, всё это было для неё внове, и очень волнительно. – Надо предупредить маму с папой, они, наверняка, не ожидают тебя увидеть. Я ведь им столько про тебя рассказывала! Но они думали, что это всё не серьёзно, я имею в виду – у нас с тобой…

Парень лукаво улыбнулся – его серо-зелёные глаза тут же заиграли миллионом оттенков, во всяком случае, так казалось влюблённой студентке экономического факультета.

– Вот и покажем им, что у нас всё серьёзно, всё по-настоящему…, — вымолвил томно Скарабейников.

Ему нравилось дразнить свою девушку, пусть и встречались они всего несколько месяцев – этого оказалось вполне достаточно, чтобы Влад успел убедиться в действенности своей теории: Инна готова была пойти за ним хоть на край света, хоть и не смела признаться в этом самой себе (всё-таки женская гордость ещё говорила в ней). Так что, будущий хирург решил сам облегчить возлюбленной задачу: его «билет в золотую жизнь» – не должен был просто так взять, и улететь на другую сторону океана.

Нельзя было выпускать Инну из поля своего влияния ни на минуту, если Влад хотел добиться нужных ему результатов. Полететь вместе с ней – было отличной идеей, небольшие сложности возникли лишь с переводом на новое место прохождения интернатуры, да и родители не сильно-то обрадовались тому, что сын хочет неожиданно прервать своё обучение раньше срока. Однако на всё это, Скарабейникову было глубоко плевать: ещё никогда он не чувствовал себя настолько близко к желанной цели.

– Ты для меня очень много значишь, Инна, — серьёзным голосом произнёс Влад. – Я не могу потерять тебя. Не хочу, и не могу.

В глазах влюблённой наследницы многомиллионного состояния сверкнули слёзы. В тот момент, девушка считала себя самой счастливой на свете…

В аэропорту, Инну с Владом встречали родители девушки – Геннадий Романович и Вероника Аркадьевна немало удивились, что их любимая дочь приезжает из далёкой Америки не одна, а с женихом, да ещё полностью русским. Пока супруга с нежностью обнимала Инну, Геннадий Романович обменялся приветствиями с Владом:

– Ну что ж, добро пожаловать обратно, в «родные пенаты», так сказать, — пожимая руку молодому человеку, сказал отец девушки, — Вы к нам надолго? Инна говорила, что вы – будущий хирург, проходите интернатуру в одной из лучших клиник…

– Совершенно верно, — вежливо отозвался Скарабейников, — Правда, та информация немного устарела: сейчас я перевёлся в местную больницу. Буду лечить людей в своей стране – так что, пожалуй, я тут останусь надолго.

Геннадий Романович посмотрел на Влада, и тихонько ухмыльнулся – было в этом парне что-то такое, что подсказывало бизнесмену – этот наглец своего не упустит. Да и улыбка у него была какая-то, слишком уж, радостная – будто он «натянул» её на лицо ещё с прошлого вечера, да так и ходил с ней весь день. В сердце отца Инны закралось первое, пока ещё очень зыбкое, но всё же подозрение.

– Чем планируете заняться после окончания интернатуры? – поинтересовался бизнесмен, когда они ехали в просторном лимузине по дороге в их особняк.

В тот вечер, всё семейство решило собраться вместе, и Влад был приглашён Инной в качестве «особого» гостя, но сначала, молодой человек попросил «подкинуть» его до собственного дома, чтобы он смог привести себя в порядок и освежиться с дороги.

– Я, то есть… Мы, — поправил сам себя Влад, при этом нежно сжимая руку возлюбленной, — Мы ещё не решили: скорее всего, я устроюсь врачом в какую-нибудь частную клинику, или же открою собственный бизнес, а Инна будет мне помогать.

– Кххе! – Геннадий Романович аж крякнул от такой самоуверенности.

Мужчина поспешил распустить на шее тугой узел галстука, так как ему вдруг резко стало не хватать воздуха.

– А не слишком ли быстро, вы распланировали будущее моей дочери, молодой человек?

– Дорогой, прекрати эти свои допросы, — примирительно погладила супруга по руке Вероника Аркадьевна. – Вот вечером, за ужином – наговоритесь вдоволь. А сейчас дай мальчику отдохнуть с дороги…

Снегов на это ничего не ответил. Инна смотрела на него умоляющими, полными любви к этому странному типу глазами, и отец не мог продолжать «лезть под кожу» к её ухажёру, во всяком случае – не в присутствии любимой дочки.

«И что только она нашла в этом прохвосте?», — подумал Геннадий Романович, нервно поправляя янтарную запонку на рукаве своей рубашки.

Когда Скарабейникова высадили у ворот коттеджа его родителей, бизнесмен всё-таки позволил себе отпустить «шпильку» в адрес молодого человека:

– Хорош жених – не может на собственную машину заработать. Мы у него сегодня вместо такси поработали, да к тому же бесплатно! Каков щегол, а?..

– Папа! – Укоряюще одёрнула его дочь. – Что ты такое говоришь? Мы просто очень долго летели, да и потом, откуда у него здесь может взяться машина – если он четыре года провёл в Америке?

– Не знаю! Но так дела не делаются. – Насупился отец. – Ишь ты какой, «мы с Инной», как будто он на тебе жениться собирается. Да кто б ему ещё позволил это «мы» …

Инна густо покраснела. Вероника Аркадьевна, видя чувства дочери и реакцию отца на её парня – попыталась узнать у девушки, насколько у них с Владом серьёзные отношения.

– Очень, очень серьёзные, мама, — запинаясь, смогла произнести дочь, — Мне кажется… Кажется, я люблю его. По-настоящему, понимаешь? У меня никогда такого раньше не было…

– Ну, вот и «приехали», — недовольно покачал головой отец. – Дочка, ну почему же сразу «люблю»? Вы с ним знакомы «без году неделя», а ты уже готова с ним свою жизнь связать?

– Т-три месяца, папа. Мы встречаемся уже три месяца, — заикаясь от волнения, произнесла девушка, – И, да, если Влад сделает мне предложение, я с радостью выйду за него замуж. Ты себе даже не представляешь, на что он готов пойти ради меня… На что уже пошёл. Он ведь отказался от интернатуры в Штатах, только чтобы быть рядом со мной…

– Конечно, отказался, — кивнул утвердительно Геннадий Романович, — Ещё бы ему не отказаться от неопределённости в будущем, когда под носом у него такая обеспеченная невеста созрела! Ты же просто «джекпот» для него!

– Гена, прекрати немедленно! – прикрикнула на мужа Вероника Аркадьевна. – Что ты раньше времени, как всегда, выводы делаешь? Дай мальчику шанс – может, наша дочь его не просто так выбрала. Разве ты не видишь? Чувства у них, любовь…

Снегова-старшая мечтательно посмотрела в окно, куда-то вдаль, очевидно, вспоминая свои собственные первые чувства.

– Ладно, так и быть, — поколебавшись немного, произнёс бизнесмен. – Посмотрим, как он себя вечером покажет, этот ваш Влад. Но тебе, дочь, я предлагаю всё-таки серьёзно подумать над тем – так ли уж нужны тебе эти «отношения» … Не пара он тебе. Я всё сказал.

Вечер в доме Снеговых прошёл крайне напряжённо: Геннадий Романович постоянно норовил «задеть» Влада, пытаясь, как можно аккуратнее, вывести того на «чистую воду». Бизнесмен ненавязчиво расспрашивал молодого человека о родителях, годах учёбы в школе и колледже, а также о том, какие у него интересы в целом. Отцу очень хотелось раскрыть перед строптивой дочерью истинные мотивы сближения с ней Скарабейникова, однако всё было тщетно. Влад предвидел подобное развитие событий, ещё когда начал общение с Геннадием Романовичем в роскошном салоне его авто. Он умело «лавировал» между опасными темами, которые подкидывал ему для совместного обсуждения за столом отец семейства. В конце концов, даже Вероника Аркадьевна была вынуждена признать, что «Этот Владик – точно дикий лис: хитёр до невозможности, а между тем, в курятник сам не лезет – знает, что лучшую курицу и так из него утром вынесут».

Когда Скарабейников покинул дом супругов – те стали решительно отговаривать дочь от встреч с парнем, но любовь настолько «застила» Инне глаза, что она совершенно не понимала, откуда у её всегда любящих, и таких понимающих родителей – настолько предвзятое отношение к её кавалеру.

– Но это же просто смешно, мама! – возмущалась Инна. – Мало ли, что вам показалось! Мало ли, как он на меня смотрел – любит сильно, вот и смотрит всё время. Да вы радоваться должны, что я с таким хорошим парнем познакомилась. Влад – настоящий мужчина, он никогда не обидит меня и не поступит со мной неподобающим образом…

– Инна, дорогая, прости – но ты не права. Поверь, я знаю этот взгляд, — настаивала на своём мать, — Так смотрит альфонс на богатую невесту, когда точно знает, что её расположение уже находится у него «в кармане», и их будущему браку ничего не грозит.

– Да что вы всё заладили – «альфонс» да «альфонс»! – Продолжала злиться девушка. – Какой же он мошенник, если относится ко мне так искренне, с такой нежностью! Да и я, вроде бы, далеко не старая дева, чтобы за мной только ради денег увиваться. Но я такой вполне могу стать, если вы запретите мне встречаться с Владом!

От бессилия, Инна топнула ногой: вообще-то, она всегда была рассудительной, и никогда не позволяла себе в адрес родителей столь враждебного поведения, но сила её чувств была настолько велика, что Снегова-младшая ничего не могла с собой поделать.

– Смотри дочь, мы тебя предупреждаем: ты ещё, с этим своим прохвостом, бед не оберёшься, и вдоволь наплачешься. У него на лице написано, что он за «сладкой жизнью» гонится, а ты – прямёхонький его трамплин, в это море удовольствий…

Несмотря на то, что Снеговы были категорически против, Инна и Влад продолжали встречаться. Бурный и трогательный роман продлился ещё полгода, после чего Скарабейников, наконец, сделал девушке предложение. Случилось всё в лучших традициях тех модных женских романов, что порой так любила читать сама Инна: они с Владом отправились в небольшой отпуск на горнолыжный курорт. Там, проносясь над заснеженными вершинами в крохотной кабинке фуникулёра – Инна услышала от Влада те самые, заветные слова:

– Инна, окажешь ли ты мне честь, и сделаешь ли счастливейшим из смертных мужчин? Ты выйдешь за меня замуж?

Парень вытащил из кармана маленькую коробочку из синего бархата. Инна хорошо помнила, как «перехватило» у неё в тот момент дух: взяв из рук любимого коробочку, она медленно открыла её. Удивление, радость, счастье – всё это за доли секунды отразилось на её лице, ведь внутри лежало прекрасное кольцо, выполненное из белого золота: в центре сияющего ободка покоился огромный, дымчато-розовый бриллиант, обрамлённый ещё несколькими крошечными камнями. Казалось, розовый гигант будто «парит» над кольцом – настолько искусно было выполнено украшение.

– Господи, Владик – какая красота! – Ахнула Инна, — Конечно же, я согласна! Милый, я так тебя люблю!

Инне казалось, что её сердце вот-вот разорвётся от счастья – настолько прекрасен был тот момент. Влад же, чьё лицо в этот миг осветила самая настоящая горделивая улыбка, с видом истинного победителя – медленно надел кольцо на пальчик своей невесты.

– Я тоже тебя люблю. Больше всего на свете! – Промурлыкал он, и со всей страстью и нежностью, на какую был только способен – поцеловал девушку прямо в кабинке…

Ровно через месяц, молодые сыграли такую свадьбу, позавидовать которой вполне могли бы даже голливудские звёзды. Город был поражён размаху торжества, сравнимого, разве что, с юбилеем столицы. Самые состоятельные друзья и знакомые семейства Снеговых, приглашённые на свадьбу, были по-настоящему шокированы тем шиком и роскошью, которые им довелось увидеть. Одно только платье невесты, расшитое натуральным жемчугом и стразами Сваровски – стоило как самые дорогие столичные апартаменты, и было сшито на заказ у одного из самых модных и дорогих дизайнеров Испании.

Естественно, организовать столь масштабное торжество пара никогда не смогла бы – не будь у невесты настолько богатых родителей. Практически всё было оплачено с их резервного счёта, где Снеговы-старшие откладывали деньги на будущее их любимой дочери. Хотя от жениха они, мягко говоря, остались не в восторге – бизнесмены решили, что если их дочь выбрала себе в мужья Скарабейникова – то этот выбор был продиктован всё же чем-то большим, нежели его красивые глаза. Что же до родителей жениха, то те были невероятно счастливы, что их мальчик «отхватил» самую завидную невесту столицы.

– Выше брать – только на дочке президента жениться! – Со слезами счастья на глазах, произнесла мать Влада, поднимая тост за здоровье молодых.

Она уже успела изрядно «пригубить» вина, а потому её язык не всегда успевал за мыслями женщины. Геннадий Романович и Вероника Аркадьевна молча переглянулись: боже, и вот с этими людьми, им теперь придётся ходить «в родственниках»? Утешало только то, что супруги Скарабейниковы оба работали врачами, и имели определённый авторитет в медицинских кругах. Что же до Влада и Инны – они наслаждались праздником в свою честь, что называется, «от души»: смеялись, танцевали, участвовали во всех конкурсах, и внимательно следили за гостями, многих из которых до этого – Влад видел только в телевизоре, или на экране компьютера. Примечательно, что Влад, к всеобщей неожиданности, разрешил невесте оставить свою фамилию – это сильно удивило родителей девушки.

– Все эти формальности – это уже давно отжившие свой век реликты. Сейчас жене совсем необязательно брать фамилию мужа, особенно, если она хочет сохранить свою индивидуальность, – деловито пояснил жених.

Геннадий Романович недоумевал: с одной стороны, он был рад, что его дочь не будет носить фамилию этого типа, а с другой…

Как-то всё это странно. Вероника Аркадьевна же спокойно отреагировала на такое решение молодых, посчитав, что в случае развода (а втайне женщина надеялась, что это случится в скором времени) – Инне не придётся повторно переделывать документы, так что, в любом случае, у этой ситуации были свои плюсы.

Инна тогда решила, что её муж и возлюбленный – очень прогрессивный мужчина, раз не заставляет девушку брать его фамилию. На самом же деле, всё обстояло куда проще: этим поступком, Влад рассчитывал продемонстрировать родителям невесты свою независимость, и бескорыстие в отношении их дочери. Мол, хотел бы я захватить вашу компанию – тогда бы обязательно заставил Инну взять мою фамилию, или ещё лучше – взял бы её! Но я так не поступаю, потому что меня интересуют не ваши деньги, а моя ненаглядная жена, и своим решением – я даю ей полную свободу выбора.

«До поры, до времени, конечно», — уточнил про себя Скарабейников, глядя на Инну тщательно отрепетированным влюблённым взглядом.

***

Первое время, жизнь молодожёнов больше напоминала сказку, а не обыденную реальность двух людей, только-только вступивших в брак. Обладая от природы незаурядными обаянием и харизмой, Влад делал всё для того, чтобы его молодая жена чувствовала себя по-настоящему любимой и желанной. Ни одно утро в их общем доме, подаренном паре на свадьбу родителями девушки, не обходилось без того, чтобы Влад не принёс Инне завтрак в постель, или не порадовал её роскошным букетом роз, которые неизменно оставлял на прикроватном столике супруги. Инна от подобных знаков внимания буквально «таяла», с каждым днём всё крепче влюбляясь в своего красивого и ласкового мужа.

Каждую неделю, они с Владом ездили на уик-энд в какое-нибудь новое место. Будь то экскурсия по историческим местам, или поход в гористую местность – супруги неизменно испытывали прилив самых ярких эмоций. Вдвоём им было интересно, и хотелось каждый день открывать для себя нечто, неизведанное ранее.

Раз в месяц, Инна с Владом обязательно летали на частном самолёте её родителей в какой-нибудь знаковый город, чтобы посетить там самые красивые места, или попасть на уникальный концерт одного из знаменитых оперных певцов. При этом, Влад установил негласную традицию – дарить жене в такие моменты милые подарки, «со смыслом». Так, на концерте оперной дивы, парень подарил супруге изящный кулон в форме скрипичного ключа – а в путешествии на воздушном шаре над городом, Инна обзавелась ещё одной очаровательной подвеской из серебра и эмали для своего любимого браслета.

В такие минуты, Инна искренне считала себя самой счастливой женщиной в мире, и, в прямом смысле, благодарила небеса за такого замечательного мужа – каким был Влад.

Счастье пары длилось ровно три года. К сожалению, постепенно, пылкие чувства супруга начали угасать: всё чаще он задерживался на работе, уставал, и их приятные семейные традиции медленно сошли «на нет», навсегда исчезнув из жизни Инны. Девушка долго не могла понять, почему это происходит, ведь с момента их бракосочетания – она оставалась всё такой же стройной и привлекательной, да и эрудиции своей ничуть не растеряла. Однако муж продолжал стремительно отдаляться от неё, и бедную Инну это терзало, как ничто другое.

Дочь бизнесмена, закончив своё обучение, работала теперь в компании отца, всё глубже погружаясь в особенности процессов управления предприятием. Грандиозные сделки, которые Геннадий Романович проводил с подлинным искусством дипломатии – каждый раз оставляли его дочь под большим впечатлением. Ей казалось, что сама она никогда не сможет научиться вести семейный бизнес с таким же хладнокровием и, в то же время, блестящим рационализмом, с каким это удавалось её отцу. Она часто сокрушалась по поводу того, что не обладает достаточной интуицией в подобного рода делах:

– Папа, это было просто потрясающе! – восхищалась она, после проведения бизнесменом очередной сделки. – Знаешь, я действительно не понимаю, как ты это делаешь: шведы вели себя настолько закрыто, что я бы никогда не подумала, будто они всё решили уже заранее, и притом в нашу пользу! Я честно думала, что они сейчас поднимутся, развернутся – и уйдут от нас, так и не сказав ни слова! А ты вывел их на такую душевную беседу… Поразительно, — покачала головой девушка. – У меня так точно никогда не получится.

– Глупости всё это, — возразил отец, — Дочка, не забывай – ты, в первую очередь, Снегова! Родом из потомственных купцов, а это значит, что умение вести выигрышные переговоры – уже у тебя в крови. Успех обеспечен, если владеешь своей головой и сердцем – эмоции на второй план, дело – на первый. Чуть больше практики, и ты сама вскоре сможешь проводить все эти сделки не хуже меня. Главное – терпение. Я ведь не случайно беру тебя с собой на каждый «контракт»: в следующем месяце, я хочу поручить тебе один очень важный проект…

Они ещё некоторое время обсуждали дела, прежде чем Геннадий Романович, наконец, спросил:

– Ну, а как там лоботряс этот? Зятёк мой?

Инна сделала вид, что её не задевают слова отца – он всё также терпеть не мог Влада, и, по возможности, свёл с ним все контакты к минимуму.

– Да как…, — тяжело вздохнула Инна, – Работает, что тут скажешь? Устаёт очень – у него, иной раз, по шесть операций в сутки, еле на ногах стоит, когда домой приходит…

– Ну, а он как хотел? Думал, деньги на все ваши развлечения из воздуха браться должны? И то, в лучшую клинику его, можно сказать, «посадили»: место хлебное, денежное, пациенты сплошь все люди обеспеченные, уважаемые… Не знаю, как он так у тебя «упахивается», дочка, народу-то там, не так много лежит. Все из элиты. Не должен он так сильно уставать, по идее…

Инна только нервно дёрнула головой. Она не хотела обсуждать семейные проблемы с отцом – из-за этого, они лишь каждый раз ссорились. Вместо этого, она сказала:

– Ты слишком к нему жесток, папа. Влад старается ради семьи, и всё делает для того, чтобы я была счастливой.

Бизнесмен, в ответ на это, иронично приподнял свои густые брови:

– Счастливой? Ну-ну, то-то ты такая печальная в последнее время ходишь… Инна, ты бы заглядывала к нам почаще, а? Уж два месяца, как только на работе и видимся. Мать ужасно по тебе скучает. Приезжай как-нибудь, чайку вместе попьём, поговорим…

– Спасибо, отец. Мне действительно пора. Влад сегодня обещал вернуться с дежурства пораньше.

Девушке было стыдно перед родителями – она и вправду почти перестала у них бывать, но, с другой стороны – так получилось исключительно из-за неприязни отца к её мужу. Будь он с ним поласковее – всё могло быть иначе.

Протекция Геннадия Романовича и Вероники Аркадьевны действительно помогла Владу устроиться в престижную частную клинику, где лечились исключительно богатые и уважаемые в светском обществе люди. Однако особых успехов в карьере, Скарабейникову это не принесло: он честно отрабатывал свои часы в смене, и старался внимательно выслушивать все жалобы пациентов, чтобы как можно точнее и успешнее проводить плановые операции – но на этом, его интерес и заканчивался. Особенно сложные случаи, Влад перепоручал другим, куда более талантливым хирургам, и это его ничуть не смущало. Молодой мужчина получал на своём месте достаточно приличную зарплату, параллельно думая о том, как же ему проникнуть в компанию его дражайшей жены. Пока что, родители Инны делали всё возможное, чтобы молодые супруги ни в чём не нуждались – но это было ничто по сравнению с тем, что Влад мог бы получить, имей он доступ к семейным акциям…

Незаметно пролетело ещё два года, в течение которых, супруги продолжали отдаляться друг от друга всё больше. Инна винила в происходящем себя: за пять лет совместной жизни, они так и не смогли зачать ребёнка, и это обстоятельство лишь усугубляло, ставшие и без того непростыми, отношения мужа с женой. Инна без устали сдавала анализы и проходила всевозможные обследования – но врачи только разводили руками: с медицинской точки зрения, молодая женщина была совершенно здорова. Влад же считал, что у них с ним ничего не получается потому, что жена сама этого не хочет, а все эти её анализы – просто отговорки.

Родители Инны страшно злились из-за нападок зятя на их дочь, и постоянно советовали им развестись – мол, этот брак оказался абсолютно бесперспективным. Однако Инна продолжала верить, что они ещё смогут решить все свои проблемы – в конце концов, пять лет – не такой уж и серьёзный срок для супружеской пары, не так ли?..

Вскоре, пришедшая в дом Инны беда – расставила всё по своим местам. Геннадий Романович с Вероникой Аркадьевной возвращались поздно вечером с важного совещания, когда в их машину, на полной скорости, внезапно врезался какой-то пьяный лихач, решивший «срезать» путь, вырулив сразу на встречку. Автомобиль Снеговых тут же вспыхнул – как потом уверял Инну следователь, её родители погибли мгновенно. Чудовищная автокатастрофа в один миг унесла жизни самых близких для молодой женщины людей. Теперь у неё остался только муж – единственный человек, с кем она могла разделить боль от своей утраты.

Влад воспринял новость о кончине родителей жены очень достойно: всячески соболезновал Инне, и делал вид, что сам держится из последних сил. Похоронили отца и мать девушки с присущей случаю печальной торжественностью.

Новость о смерти легендарной четы Снеговых, на несколько недель прочно обосновалась во всех выпусках новостей. Журналисты строили догадки – действительно ли то был несчастный случай, или же всё произошедшее – происки коварных конкурентов? Инна старалась не давать голодным до сенсаций «писакам» никаких комментариев: личная жизнь Снеговых всегда держалась вдалеке от любопытных глаз, и женщина хотела, чтобы так оно дальше и оставалось.

Теперь, когда она осталась единственной наследницей многомиллионного состояния Снеговых и полноправной владелицей их компании, её жизнь полностью изменилась, разделившись на «до» и «после». Если раньше, она могла только восхищаться деловой хваткой своего отца – то теперь была вынуждена применять на практике все те уроки, что успел ей оставить в наследство Геннадий Романович.

Очень скоро, из наивной романтичной девушки – Инна начала превращаться в хладнокровную и расчётливую бизнес-леди, всегда точно знающей цену себе и своему делу. Вместе с тем, Инне тяжело было в одиночку управляться со всей корпорацией: в конце концов, у папы была мама, которая всегда помогала ему в решении организационных вопросов и храбро несла на своих хрупких женских плечах данный сектор их семейного бизнеса. У Инны же не было никого, кто мог бы помочь ей справиться с большей частью «бумажной рутины», поэтому, она решилась начать потихоньку привлекать к своим делам мужа. Влад же был только рад помочь безутешной, после смерти родителей, супруге: он также начал замечать происходившие в её характере перемены, и боялся, что с новым – рациональным и несколько «стервозным» имиджем – Инна захочет избавиться, прежде всего, от непутёвого мужа – исполнив, таким образом, последнюю негласную волю её родителей. К огромному облегчению мужчины, этого не произошло: Инна, по-прежнему, хранила в своём сердце остатки любви к Владу – они были как потухшие угли, стоило лишь правильно их разжечь, и тогда костёр любви (Инна была в этом уверена) – воспылал бы с новой силой. Чем быстрее вникал Скарабейников в дела компании, тем больше чувствовал в своих руках неограниченные финансовые возможности. Давняя мечта Влада, наконец-то, сбылась: теперь он стал частью компании Снеговых – не просто зятем погибшего хозяина, а полноправным акционером, имеющим свою долю от общего пакета акций. Такое положение дел, неожиданно позволило мужчине почувствовать себя по-настоящему богатым человеком, и Влад всерьёз решил, что настал его «звёздный час». Отныне, мир должен был вращаться исключительно вокруг его интересов и потребностей, и перспектива обычного хирурга, пусть и работающего в престижной частной клинике – Скарабейникова больше не устраивала.

– Не понимаю, чего ты дожидаешься, Инна, — закатывал он жене очередной скандал, — Я же тебе уже сто раз повторял, что я готов принять пост исполняющего директора! Вам же нужен надёжный человек на эту позицию, а разве я, твой муж – не идеальный кандидат?

Инна медленно растирала виски, сидя в кабинете отца – в последнее время, она уже порядком устала от ежедневных истерик мужа. Тот настойчиво предлагал принять его кандидатуру в совет директоров корпорации, но Инна чувствовала, на каком-то подсознательном, прямо зверином уровне – что этого допускать никак нельзя. Она сама не могла до конца объяснить, с чем это связано, но предпочитала следовать совету Геннадия Романовича – и доверять своей интуиции.

– Влад, мы же уже это обсуждали – ещё не время, успокойся. Ты ещё половины не знаешь из того, что понадобится тебе на посту директора. Я очень благодарна тебе за помощь, но твоё место пока – быть рядом со мной, моим учеником, если хочешь. Работа хирурга приносит тебе достаточно денег, да и это же твой профессиональный профиль, разве не так? Ты ведь всегда хотел помогать людям, помнишь?..

Вместо ответа, Влад в гневе схватил степлер со стола супруги – и со всей силы запустил им в стену.

– Какая же ты стала… стерва. – Ледяным тоном произнёс Скарабейников, и вышел из кабинета.

Инна же беспомощно уронила голову на руки: между ними больше не было той духовной близости, что раньше соединяла их в единое целое. Теперь они казались друг другу совершенно незнакомыми, даже чужими людьми, и поведение Влада становилось всё более отчуждённым и жестоким по отношению к ней. Его прекрасные глаза потемнели – в них больше не было волшебных переливов молодости, и Инна очень боялась, что примерно то же самое, её супруг сейчас думает о ней…

***

Влад, хоть и работал хирургом в клинике, но сам «не скучал». Евгения Кострова, обольстительная медсестра из его отделения, стала для мужчины своеобразной отдушиной от супруги. Именно благодаря ей, Скарабейников вспомнил, что он, вообще-то, весьма привлекательный мужчина, и ещё может покорить сердца множества женщин. Евгения была красива той опасной женской красотой, которую мужчины очень часто воспринимают за «чистую монету», считая, что темноволосые красавицы с лисьим разрезом глаз и полными губами (а также соблазнительными формами) – легко влюбляются в специалистов «средней руки», имеющих за плечами неплохой старт, но туманные перспективы впереди.

Ошибка Влада, как и многих других до него, заключалась в том, что видимая доступность Евгении не равна была таковой на самом деле. Девушка очень тщательно подходила к выбору партнёров, и никогда не встречалась с теми, от чьего состояния не смогла бы урвать достаточно жирный кусок. Став любовницей Влада, Кострова очень хорошо знала, чьим мужем он был – она заранее «навела справки», и подготовилась к «захвату фронта», если можно так выразиться. Девушка рассчитывала не просто стать содержанкой, но «подвинуть» ненавистную жену Влада таким образом, чтобы всё состояние плавно перешло в руки её супруга, а заодно, и в цепкие коготки самой Евгении.

Именно медсестра была инициатором того дьявольского плана, который, в итоге, так безжалостно воплотил в жизнь Скарабейников.

– Я же не говорю о том, что ты должен пойти и сделать это прямо сейчас, — увещевала она хирурга, — Но ты только представь: больше никаких ограничений, никаких унижений и вымаливания должности у своей жены… Всё потому, что самой жены, к тому моменту, уже не будет в живых…

Влад часто делился с Евгенией своими проблемами, так что девушка была в курсе всего, что происходило «за кулисами» дома Снеговых-Скарабейниковых.

Вот и сейчас, в конце смены, медсестра уселась на колени к своему любовнику, пытаясь внушить ему вполне конкретные мысли, сдабриваемые литрами медовой лести:

– По-моему, будет справедливо, если такую огромную и сложную корпорацию – возглавит такой умный, расчётливый и, самое главное, красивый человек, как ты – мой котик, – мурлыкала Евгения, поглаживая мужчину по груди, – Между прочим, в случае смерти Инны, все активы будут целиком и полностью принадлежать тебе, как единственному законному наследнику компании – детей-то, у вас нет…

Влад колебался. Такое решение проблемы, хоть и выглядело довольно привлекательно, но всё же было сопряжено с изрядной долей риска:

– Женечка, а если у меня не получится? Всё, что ты говоришь – это, конечно, хорошо – вот только…

– Только что? – Надавила на него медсестра.

– Противозаконно это, вот что. – Отрезал Влад, и грубо столкнул с себя девушку.

– Ну и дурак, — надула губы Евгения, — Так и будешь всю жизнь на «вторых ролях» у своей жёнушки бегать. «Инночка – то, Инночка – это», — передразнила Кострова самого Влада, — А Инночка, между делом, подаст на развод, и ты тогда ни копейки из этих денег не увидишь!..

Скарабейников поджал губы и промолчал. Следующие несколько дней, его не покидала мысль о том, что он действительно может лишиться абсолютно всего, если надоест Инне. Самое ужасное было в том, что Влад чувствовал, что этот момент уже «не за горами», поэтому решать что-то относительно жены следовало именно сейчас, пока она окончательно не разорвала между ними всякие отношения.

В конце концов, соблазн получить всю корпорацию Снеговых «одним махом» перевесил в Скарабейникове доводы рассудка, и мужчина согласился на чудовищную аферу, предложенную его любовницей. Вместе, они разработали коварный план, согласно которому – Владу необходимо было заманить свою супругу в искусную ловушку. Так и родилась идея «отпраздновать» годовщину их с Инной свадьбы – в красивом лесном кемпинге, расположенном в глубине тайги. Там, мол, и пикник организуем, и на лошадях прокатимся:

«Отличное место, чтобы воскресить наши чувства», — заверил её муж.

Инна с неохотой, но всё же согласилась, хотя перспектива ехать несколько часов по плохой дороге, чтобы поесть сандвичей на природе – её не сильно впечатлила. Однако женщина надеялась, что супруг искренне решил разжечь в них былой интерес друг к другу, а экстремальные условия (пара жила в северном регионе нашей страны), как известно, очень хорошо способствуют взаимному сплочению…

***

И вот теперь, вместо кемпинга и лесных красот, Инна из последних сил барахталась в мутной жиже, куда её столкнул родной, и такой любимый некогда муж. Она навсегда запомнит его взгляд перед тем, как он ушёл – и оставил её «один на один» со смертью, в глухом болоте…

Травянистая мякоть болотных топей поглотила Инну уже по грудь. Молодая женщина в отчаянии прошептала:

– Мамочка… Папочка… Я иду к вам…

Закрыв глаза, Инна приготовилась навсегда распрощаться с жизнью, когда почувствовала, как в грудь ей упёрлось что-то очень твёрдое. В следующую секунду, женщина услышала крик:

– Эй, не засыпай! За палку хватайся, эй!!

С трудом разлепив отяжелевшие веки, Инна увидела толстый берёзовый сук, упиравшийся ей в грудь. Его держал в руках высокий широкоплечий мужчина – настоящий гигант! Вот только одет он был в форму заключённого…

Инна сразу же поняла, что перед ней – беглый преступник. Однако мужчина предлагал ей помощь, и в тот момент, было уже абсолютно неважно, кто он. Остатки сил ушли у женщины на то, чтобы освободить руки из густой вязкой жижи. Инна, что было мочи, ухватилась за сук – тот оказался достаточно крепким, чтобы выдержать её вес. Мужчина медленно потянул палку на себя, и мало-помалу – вытащил несчастную из болота!

Бизнес-леди настолько замёрзла и устала, что была не в силах даже поблагодарить своего спасителя – её губы онемели от холода и шока. Мужчина, между тем, взял женщину на руки, и отнёс подальше от гиблого места – туда, где было относительно сухо и светло. С собой у беглого преступника был небольшой вещевой мешок, в котором, однако, оказалась кое-какая одежда и маленький чемоданчик с лекарствами. Переодев обессиленную Инну в сухое, и оказав ей первую помощь – беглец принялся разводить костёр, чтобы они оба могли согреться.

Инна отметила про себя, что преступнику на вид было лет тридцать пять: густая щетина покрывала лицо, оставляя на обозрение лишь ярко-голубые глаза, тёмно-русые волосы спутаны, на руках следы от земли, словно заключённый ими что-то усердно раскапывал…

Инна сделала вывод, что её спаситель скрывался в лесу, как минимум, пару дней. Заключённый перехватил взволнованный взгляд женщины:

– Да ты не бойся меня, я не убийца и тебя не обижу. — Сказал беглец, пытаясь просушить над костром собственную влажную куртку.

Инна невольно отметила, что беглец обладал превосходной мускулатурой. Ей стало страшно, хоть тот и обещал её не трогать. Но ведь сказать-то можно всякое…

– Меня подставили, обвинили в том, чего я не совершал, — продолжал меж тем арестант. – Я в офисе работал, в одной крупной фирме, номинальным директором был. Ну, как часто это бывает, когда фирма обанкротилась, и нужно стало срочно спустить на кого-то одного всех собак – «под нож» пустили меня. Теперь я хочу выяснить, с какой целью это было сделано, и кто именно превратил меня «козла отпущения» — потому и сбежал. Да только видно, не судьба мне теперь, уйти из лесу спокойно…

– С-спасибо, — слабым голосом поблагодарила Инна. – Вы… Вы мне жизнь спасли.

– Да бросьте, — махнул рукой преступник, — Видел я, как вас в болото столкнули, не мог же просто так женщину в беде бросить? Любой бы на моём месте так поступил.

Инна покачала головой:

– Нет… Не любой. Это был мой муж… Он… пытался меня убить.

Беглец на мгновение застыл с широко открытыми глазами, потом накинул на плечи подсохшую куртку, и произнёс задумчиво:

– Вот-те на… Не думал, что такое на самом деле бывает… Хотя, уж кому-кому, а мне ли удивляться… Слушайте, тут неподалёку есть сторожка лесника, я в ней схорониться хотел – пока то да сё… Разрешите, я вас туда отнесу? Всё-таки, там теплее, да и еда, может быть, у него какая-то, да имеется. Пойдёмте?

Инна, не в силах подняться, только кивнула. Почему-то она доверяла этому странному человеку, и это не было связано с переизбытком чувств, как в случае с Владом. Напротив, это была та самая, глубинная интуиция, которую так советовал слушаться её отец.

– Ну, вот и славно. — Получив разрешение, мужчина аккуратно поднял молодую женщину на руки, и понёс её в сторону лесной сторожки…

Следующие пару дней, они прожили в лесу, в той самой избушке егеря. Инне нужно было время, чтобы прийти в себя, и разобраться в произошедшем. За эти дни, они с Алексеем (так звали беглого заключённого) сблизились, лучше узнали друг друга, и Инна с удивлением обнаружила – что совершенно не боится этого большого, чуть потрёпанного, но такого заботливого мужчину. Да и Алексею очень понравилась несчастная бизнес-леди с трудной судьбой.

В череде долгих разговоров, они поняли, что многие из их жизненных принципов совпадают, а потому общение стало для Инны и Алексея приятным способом скоротать тягучее время.

На рассвете третьего дня, их нашёл поисковый отряд с собаками, взявшими след беглеца. Полицейские ворвались в сторожку, и арестовали Алексея на месте: Инна даже не успела толком ничего объяснить, как её тоже повалили на пол. Когда мужчину уводили, Инна кричала ему вслед:

– Алёша, держись! Я тебе помогу! Адвоката тебе найму самого лучшего! Ты только не сдавайся!

Последнее, что она успела увидеть перед тем, как Алексея посадили в служебную машину – были слёзы, блеснувшие в его небесно-голубых глазах. Удивлённый следователь спросил женщину, откуда она знает преступника, на что получил ответ:

– Он спас мне жизнь. Этот человек не мог совершить преступления, в котором его обвиняют, и я это вам докажу.

Вслед за этим, Инна рассказала изумлённым полицейским свою историю – то, как предал и хотел убить её собственный муж, и то – как храбро сражался за её жизнь заключённый Лисин, пытаясь вытащить девушку в полуобморочном состоянии из болота.

В тот же день, в клинику к Владу пожаловали следователь и полицейские – благодаря оперативному опросу свидетелей и самой Инне – негодяя смогли «расколоть» там же, на месте. Под давлением улик и свидетельских показаний – Скарабейникову не оставалось ничего иного, кроме как сознаться самому, и не забыть упомянуть свою «идейную вдохновительницу» — медсестру Кострову.

К сожалению, в отношении любовницы мужа – следователям не удалось возбудить уголовного дела, поэтому Евгения отделалась лишь лёгким испугом. Собрав свои вещи, она предпочла побыстрее убраться из города.

В отличие от неё, Владу теперь грозит очень серьёзный тюремный срок, и никакое его раскаяние и чистосердечное признание – не смогли убедить Инну забрать обратно заявление.

Не забыла бизнес-леди и об Алексее: она нашла в контактах отца очень грамотного и честного адвоката, который смог добиться пересмотра дела. Мужчину оправдали, и освободили прямо в зале суда, чему Алексей был несказанно счастлив. Более того, при помощи этого адвоката и частного расследования, Инне удалось выйти на след настоящих виновников банкротства фирмы, в которой работал Алексей. Теперь они понесут справедливое наказание. Общая беда сплотила бизнес-леди и бывшего заключённого. Они стали больше общаться, а вскоре поняли – что не могут жить друг без друга. Это не было бурной страстью или показной манерностью, совсем наоборот: чувства Инны и Алексея были подобны земной магме, что долго накапливает своё тепло, а потом столь же долго и медленно отдаёт его – но уже в десятикратном размере. С Владом, Снегову развели заочно, пока тот отбывал свой срок в колонии. Как и говорила Евгения – Скарабейников остался без каких-либо средств к существованию, владение им активами корпорации было признано недействительным – и доля вернулась обратно к её законной владелице.

Алексей и Инна решили не спешить со свадьбой. Сейчас они просто живут, наслаждаясь жизнью и пытаясь забыть всё плохое, что случилось с ними.

Через несколько месяцев после того, как пара стала жить вместе, Инна с изумлением обнаружила, что беременна. Это был самый большой подарок для женщины, обретшей в середине жизни свою истинную любовь и долгожданную гармонию с миром, и самой собой. Теперь пара готовится стать счастливыми родителями, а уже потом – отпразднует скромную домашнюю свадьбу. Инна очень надеется, что теперь – в её жизни всё действительно будет серьёзно и по-настоящему…

Оставьте свой голос

88 голосов
Upvote Downvote

Следующий пост

0 Комментарий

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите

Вы сейчас не в сети

Добавить в коллекцию

Нет коллекций

Здесь вы найдете все коллекции, которые создавали раньше.