Истории из жизни Воспитательница плюнула в стакан и сказала: — Пей чаёк, сиротка. Ну, что не пьёшь, не хочешь?

Воспитательница плюнула в стакан и сказала: — Пей чаёк, сиротка. Ну, что не пьёшь, не хочешь?

Девочка плачет

Арина лежала на кровати отвернувшись к стенке и читала книжку.

Эту книгу принесла ей в больницу добрая Любовь Ивановна, чтобы не скучно было одной среди чужих людей. И сегодня она придёт, занесёт врачам её медкарту и может и Арине не заглянет. Не успела девочка так подумать как дверь палаты открылась.

— Ариша, я к тебе. Как ты тут? Успела по мне соскучиться?

Девчушка вскочила с кровати и бросилась к ней в объятья.

— Ах, да.

— Не спеши так, руку побереги Аришка.

Любовь Ивановна помощник воспитателя, добродушная, смешливая.

Женщина присела к девочке на кровать и стала расспрашивать.

— Ну, как рука? Ещё болит?

— Нет тётя Люба, прошла.

— Значит скоро тебя выпишут. Гипс снимут в пятницу, а в обед я за тобой заеду. Только ты больше не прыгай так на физкультуре.

— Ладно, —  девчушка радостно закивала, а женщина положив на тумбочку сок и фрукты протянула арине письмо.

— Это тебе. Оля написала, всё утро за мной бегала, чтобы я передать его не забыла. Ладно побегу я, а ты лечись хулиганка.

Она ласково погладила девочку по голове и ушла.

Арина развернула конверт склееную из бумаги.

«Привет без тебя в группе скучно, скорее бы ты вернулась. У нас тут новости есть, тётя Галя уволилась и у нас новый воспитатель, её зовут Марина Олеговна. Она такая классная! Умеет причёски делать красивые и меня научила. Приезжай скорей. Она тебе понравится.»

Ариша лишь улыбнулась. Как хорошо, что у неё есть Оля, единственный ей родной человек.

После того, как мама и папа разбились на машине жизнь Арины перестала быть светлым, ярким праздником. Тётка от неё отказалась и девочку отдали в детдом. В тот год она повзрослела будто на 10 лет и глаза всегда такие светлые, радостно взирающие на мир завалокло горем. Ариша помнила, как её семилетнюю завели в комнату с рядом железных кроватей вдоль стен, велели спать. Она легла, отвернулась к стенке и тихо заплакала, и никто её не жалел, а чего жалеть то, тут все такие. Казённые, лишенные родительской ласки и любви. И лишь одна девочка присела к ней на кроватку и стала гладить по голове.

— Не плачь, тут не так уж плохо. Скоро обед, я тебе всё покажу.

Это была Оля. Она также, как и Ариша лишилась родителей из-за роковой случайности. Девочки подружились, играли вместе, ели вместе и даже спали в одной кровати. Галина Ивановна гасила свет ворча, что давно пора спать и Аришка только услышав, как воспитатель отходит от двери, пробиралась в кровать Оли и вместе они засыпали. Утром их конечно ругали, но девочки ни на миг не хотели расставаться.

— Вы может сестрёнки? — шутила воспитатель и девчушки радостно кивали.

И дали друг другу клятву, никогда не расставаться, а когда вырастут жить в одном доме.

Арина вышла из больницы с радостным нетерпением. Оля столько ей писала про новую воспитательницу, и весёлая она, и красивая и всякие конкурсы придумывает. И когда Ариша вошла в группу она увидела молодую модно одетую женщину, та стояла в середине комнаты, а напротив неё сидели дети и слушали, как та рассказывает в ролях сказку. Девчонки не сводили с неё глаз, смеялись глядя, как Марина Олеговна изображает хитрого купца и простодушного Балду. Арина тихонько подошла к ним и села в круг.

День был замечательный. Эта Марина Олеговна и правда не походила на строгих и вечно занятых воспитателей. Всем улыбалась, не ругала, когда кто-то громко разговаривал и даже почитала сказку им перед сном.

— Спите деточки, спокойной ночи! — пожелала она девочкам и вышла.

Оля скользнула к подруге под одеяло и зашептала:

— Ариш, ты видела как она на тебя смотрит?

— Кто?

— Ну, Марина Олеговна. Нет, больше не буду её любить, — сжала губы Оля. — Она злая.

Девочки поболтали и уснули. Но утром вспомнив разговор Арина стала внимательно наблюдать за воспитателем. Ничего не было странного, но вечером, когда пошла в туалет увидела, как женщина что-то делает с её кроватью, а когда легла в неё почувствовала что лежит на крошках.

— Арина, ты что ёрзаешь? — спросила воспитательница.

— У меня тут крошки.

Всегда добрая женщина вдруг заговорила строгим голосом:

— Вам говорят уже много лет не таскать еду из столовой! Зачем ты украла хлеб Арина?! Тебя что на ужин не кормили?! Ты плохо поступила и вот тебе наказание! Будешь спать на них и не вздумай к Патаповой спать уйти! Я сегодня с вами лягу в комнате и прослежу!

Ариша ворочалась и тихонько, чтобы женщина не видела собирала крошки в уголок постели.

А утром её вызвали к старшему воспитателю.

— Ты что творишь Сомова?! Марина Олеговна давно на тебя жалуется! Зачем ты украла хлеб из столовой?! Сказала бы, тебе и так бы дали. Ведь ты уже взрослая, тебе десять лет!

— Я этого не делала, это не я.

— Ещё и врёшь! А воспитателя ты зачем укусила?! Она же носится с вами как с родными, что она тебе сделала?!

— Я никого не кусала, правда…

Тут в кабинет вошла Марина. Она робко встала в уголке и обратилась к женщине:

— Пожалуйста не ругайте Арину сильно. Может она сама и не виновата, а то падение на физкультуре, ведь был удар головой. Кто знает, что там за повреждения.

— Но врачи же смотрели её, ничего не нашли, — отмахнулась старшая. — Так зачем ты укусила Марину Олеговну?

Ариша застыла, она ведь никого не кусала.

— Что молчишь?! — повысила голос старшая. — Марина Олеговна покажите ей.

Та закатала рукав и Ариша увидела на руке женщины багровый синяк.

— Я никого не кусала, — заплакала бедняжка.

Она смотрела в глаза воспитателю не понимая, что происходит.

— Всё с тобой понятно. Три дня будешь сидеть в комнате, ходить только в туалет и столовую, а будешь ещё хулиганить, переведу в другую группу!

Ариша вышла из кабинета вместе со своим воспитателем и не понимающе заглянула ей в глаза, потом прижалась, думая что как всегда добрая женщина погладит её утешит, как других деток. Но та грубо оттолкнула руки девочки и со злой улыбкой прошипела.

— Не жди от них защиты. Тебе никто не поможет.

Развернулась и пошла по коридору, а девочка опустив глаза побрела по коридору в комнату.

С тех пор она стала тихой и старалась прятаться от воспитателя. Сидела в уголке, рисовала и только Оля чувствовала неладное. Она садилась рядом с подругой и с опаской поглядывала на странную женщину. Они надеялись, что та успокоиться и перестанет вредить, но не тут-то было.

Ариша простыла, её перевели в отдельную комнату для болеющих. Олю к ней не пускали и только врачи, воспитатели заходили её проведать.

— Что горло болит? — ласково спросила Марина Олеговна. — Сейчас я тебе чай схожу налью. Ты какой любишь? Чёрный или зелёный?

— Зелёный, — робко ответила девочка.

Воспитательница ушла и вернулась с кружкой.

— Я сахара по-больше положила, чтобы вкусно было.

Она поставила кружку на тумбочку, а когда девочка потянулась за ним, громко плюнула в напиток.

— Вот тебе чайок сиротка, — и засмеялась глядя, как на глаза девочки наворачиваются слёзы. — Ну, что не пьёшь, не хочешь? Но тогда я на тебя пожалуюсь!

Она открыла дверь и позвала медсестру.

— Вера Андреевна, помогите нам пожалуйста. Я тут Арише чай принесла, а она говорит, что я ей соль вместо сахара насыпала. Попробуйте пожалуйста, пусть Ариша знает, что я не вру и попьёт. Горло же лечить надо.

Медсестра отхлебнула и стала отчитывать девочку:

— Кого из себя строишь?! Марина Олеговна забегалась с тобой, пей давай!

Девчонка замотала головой и оттолкнула чашку, и та разбилась упав на кафельный пол. И тут начался скандал, вызвали директора. И тот не слушая бредни дурной девчонки о том, что в стакан плюнули, велел:

— Как поправиться везите её к психиатру и про тот укус расскажите!

Ариша не могла уснуть разглядывая в окно тёмное небо. Она очень боялась, почему она так с ней, за что. Девочка смотрела на небо, моля маму с папой помочь ей, но тут услышала не громкие шаги в коридоре, замерла, накрылась одеялом оставив маленькую щёлку. Дверь открылась и она увидела на пороге воспитателя.

— Что спряталась?! Я знаю, что ты не спишь!

Марина Олеговна села на краешек постели и спросила:

— Хочешь психушку?

— Нет…

— Тогда садись и пиши то, что я скажу. — Она протянула девочке листок. — Пиши. Я отрекаюсь от своего отца. Я его ненавижу.

Ариша уставилась на женщину.

— Зачем это писать? Я его люблю. Он же умер давно.

— Не твоё дело! Пиши давай!

Но та отложила ручку. Женщина посмотрела на неё и брезгливо бросила:

— Вижу ты такая же глупая, как и мамаша твоя! Что хочешь психушке загнуться?!

Но Арина удивлённо посмотрела на неё.

— Вы знали мою маму и папу?

Но та хмыкнула:

— Ближе чем хотелось бы. Ну так что? Будешь писать? Ты зачем ручку кинула? Ну, погоди! Будет ещё хуже!

Женщина вышла хищно улыбнувшись и Арина скорее спряталась под одеялом.

А через два дня к ней пробралась Оля.

— Тебя через три дня повезут в психушку. Эта злыдня ходит и всем внушает, что у тебя с головой проблемы.

— Что мне делать? — испугалась Арина. — Почему она всё это делает?

Оля пожала плечами.

— Я не знаю, но тебе надо спасаться.

— Но как? Было бы мороженое, я бы съела много-много и сильнее заболела. Но где его взять?

— Тебе не мороженое нужно. Бежать надо. Давай вдвоём сбежим.

Арина удивлённо посмотрела на подругу.

— И что мы там будем делать? Деньги нужны, а у нас нет. Помнишь Вера Ивановна говорила, что если кто сбежит его милиция поймает и посадит в камеру с крысами. Я очень их боюсь Оль.

Подруги задумались. Оля обняла подругу и стала гладить по голове.

— Ты не бойся, я что-нибудь придумаю.

Когда Ариша осталась одна она стала размышлять:

«Эта злая женщина говорит, что знала папу и маму. Может они её обидели, но они же такие хорошие. Мама добрая была и папа тоже. Папа работал мастером на заводе, мама бухгалтером. Что они могли сделать плохого?»

С этими мыслями она задремала, а проснулась от скрипа двери в комнату. Проскользнула Оля и по её сияющим улицу было понятно, что девочка что-то придумала.

— Сегодня у тёти Любы день рождения и они будут праздновать на втором этаже, а я зайду к дяде Грише в подсобку, он там запасные ключи хранит и возьму их, и мы сбежим.

Девочки обнялись и стали обсуждать план побега.

Провожая Олю Ариша просила её остаться, но не получилось.

— Ты моя сестра. Я тебя не брошу.

Оля пришла за ней ночью, когда все уснули, одетая в кроссовки, взрослую тёплую куртку. Она протянула подруги свёрток с одеждой.

— Я взяла тебе пуховик тёти Гали. На улице холодно, а он тёплый.

Они вместе посмотрели на ноги Ариши обутые в простые шлёпки и загрустили. Но Ариша полная решимости сказала:

— Я не замёрзну, главное выбраться, а там возьмём у кого-нибудь ботинки.

Они вышли в длинный коридор и не включая свет пошли к лестнице. Спускались замирая от каждого шороха и чуть не пустились наутёк, когда в дальнем туалете кто-то хлопнул дверью, но им везло, никто не заметил. Как девочки подкрались к задним воротам и открыв их выскочили за калитку.

Впереди была свобода. Они не знали куда идти и просто пошли прямо.

— Ой, а как мы будем жить, чтобы купить еду нужны деньги, а у нас их нет.

— А вот и есть, — девочка достала из кармана горсть монет и одну чистенькую, приятно пахнущую купюру. — Я у Марины Олеговны из кармана стащила.

— Ой, но это же плохо, — огорчилась Ариша.

— А поступать так с тобой хорошо? — упёрла руки в бока Оля. — Мы пойдём в полицию, расскажем какая она злая и её арестуют. Вот увидишь. Тётя Галя говорила, что в милиции все честные, они всех защищают.

Бойкая Оля смело шла по ночной улице, уверяя Аришу, что скоро они дойдут. Но они всё шли и шли, и уверенность девчушки стала таять.

— Надо было попросить Лёшку посмотреть, где тут милиция. Ему опекуны телефон подарили с интернетом.

Топая уже час девочки совсем загрустели. Как на зло начал капать дождик и девочки не знали куда спрятаться. Они подходили к домам и дёргали ручки на дверях подъездов, но те были закрыты. Лишь в стареньком двухэтажном домике им повезло. Они забрались в тёплый подъезд и прижались спинками к батарее.

— Смотри, там дверь наверх, — мотнула головой Арина, — давай туда залезем, погреемся, а утром пойдём в полицию.

Они залезли по железной лестнице наверх и оглядели пыльную, заставленную коробками помещение. На полу валялись какие-то тряпки. И пройдя в глубь Оля вскрикнула:

— Смотри, тут кого-то лечили. Вон шприцы валяются.

Они сели в угол на валявшиеся на полу одеяло и в тепле разамлели, девочек сморил сон и они прижавшись друг другу уснули.

Утром их разбудили громкие шаги.

— О какие девки тут сидят, прикинь Колян. Сами пришли.

Вошедший парень был худой и какой-то неопрятный, из заляпанный майки виднелись татуировки и большой синяк. Он пошёл к девочкам, но его остановил второй.

— Оставь их Серёг, не видишь что ли, они совсем мелкие.

Серёга скуксился и сплюнул на пол, а второй, которой Коля, подошёл к ним и спросил:

— Это вы что ли из детдома удрали?

Девчушки прижались ближе в уголок и Оля взмалила:

— Дядя, не выдавай нас. Мы сейчас уйдём, только не рассказывай никому.

— Я-то не выдам, только по улицам шмон вовсю идёт. Участковые лично все подвалы да чердаки обшаривают. Чего удрали то? Макароны невкусные?

Ариша смотрела на него и не знала, что делать. Он тоже был некрасивым, заношенной одежде и худой-худой. Но ей чувствовалось, что он не злой и она решилась:

— Меня хотят отдать в психушку. Марина Олеговна врёт всем, что я кусаюсь, делаю плохие вещи, а я этого не делаю. Я не хочу в психушку.

— Да, — перебила её Оля. — Мы сбежали, я тоже с ней пошла, мы сёстры.

Мужчина почесал затылок и вдохнул.

— Вот дела… Ладно давай я вас спрячу, идёмте ко мне, посидите в квартире до вечера, а ночью я вас в другое место отведу.

— А вы врач? — спросила Оля видя, как мужчина набирает что-то в шприц. — Вы болеете?

Тот в ответ усмехнулся и велел посидеть тихо с полчаса, а потом весёлый, оживленный повёл девочек вниз по лестнице. Они зашли в пустую обветшалые квартиру и Коля показав на лежащий в центре кухни матрас велел:

— Сидите пока тут, а я за хлебом сгоняю.

Вышел за дверь и вернулся с большим батоном.

— Ешьте, а вы к кому идёте? К родне?

— Нет, мы же сироты. Мы в милицию идём, расскажем всё и Марину Олеговну посадят в тюрьму.

Мужчина расхохотался дивясь наивности беглянок.

— Да вас сразу в детдом вернут или сразу в психушку. Вот вы дурёхи.

— Ну, а что нам делать? — чуть не плача спросила Арина, но Коля им не ответил.

В дверь громко постучали и раздался крик:

— Смирнов, открывай я знаю, что они у тебя! Серый уже признался! Не откроешь впаяю тебе срок за похищение.

Мужчина вздохнул, посмотрел на девочек, как бы извиняясь и подчинился. Вошли люди в форме, а с ними Марина Олеговна. Она бросилась обнимать девочек притворно улыбаясь и причитая, те отпрянули, но их усадили в машину и повезли в детдом.

Оля рыдала, просила отпустить их. Ариша молчала, смотрела перед собой и не реагировала на вопросы мужчин форме. Её отвели в отдельную комнату и заперли на ключ. Тут же пришедший директор ругал, качал головой. Когда директор ушёл девочка легла в постель, накрылась одеялом и смотрела в окно, а потом встала опустилась на колени и сложила руки в мольбе:

— Боженька, я знаю что ты есть. Мама говорила, что ты добрый. Пожалуйста помоги мне. Я не делала плохого этой Марине Олеговне, помоги мне пожалуйста…

Она села на кровать и глазки заволокло слёзами.

Нет нельзя плакать, надо быть сильный. Она сжала руки в кулаки сдерживая рыдания, но потом сдалась и расплакалась уткнувшись лицом в подушку. Потом лежала глядя в окно. но тут её взгляд упал на тень в щёлке двери.

Кто к ней пришёл и не хочет заходит? И догадалась, кто к ней пришёл.

Потом дверь скрипнула, Марина Олеговна смотрела на неё пустым, отстраненным взглядом, а насмотревшись сказала:

— Вот ты попалась жалкое отродье. Плохо тебе? И мне было плохо. — Она посмотрела в потолок и продолжила. — Ну что Серёжа, видишь что с твоим ребёнком? А виноват в этом ты. Думал ты можешь делать что угодно? Теперь я тоже могу, как ты.

Арина ошарашенно взирала на поведение женщины и ей стало страшно, а та обведя комнату теми же пустыми глазами подошла к двери и вышла.

И тут же в коридоре раздался шум, хлопнула дверь, раздался топот и голос тёти Любы.

— Ловите её Андрей Вадимович! Куда бежишь змеища?! Там заперто!

Ариша прижалась к двери, чтобы понять что происходит, но поняла лишь что директор ругается с воспитателем и ловит Марину Олеговну.

Через полчаса дверь открылась, на пороге стояла тётя Галя и Олечка. Девчушка бросилась к подруге не скрывая слёз счастья, а тётя Галя подошла и гладя их по голове объяснила:

— Всё плохое кончилось. Идём Ариш я тебе постелила в детской, рядом с Олечкой.

Утром их не разбудили к завтраку, дали выспаться. Ариша проснулась рядом с подружкой боясь поверить в то, что всё плохое кончилось.

Потом пришла медсестра и повела её к директору, тот улыбнулся и попросил:

— Присядь, я лишь хочу с тобой поговорить. Ты молодец, жаль что мы все тебе не поверили. Прости нас. Хорошо что Галина Петровна отвела тебя в комнату где видеокамера была и меня уговорила на ночь остаться, посмотреть за тобой. В общем завтра поедете с Олей в кино и подарок я вам куплю, а сегодня к тебе следователь придет. Ты его не бойся, расскажи всё как было.

— Андрей Владимирович, а почему она так делала?

— Ариш, она считала что твои родители её обидели и решила так им отомстить. Не бери в голову, всё уже закончилось. Иди в столовую, там тебя завтрак ждёт.

Следователь невысокий, усатый мужчина пришёл к вечеру. Расспрашивал, делал записи в толстом блокноте. Она послушно отвечала, а потом задала вопрос который её мучил:

— Скажите в чём виноваты мои мама и папа? Что они ей такого сделали?

Мужчина замялся.

— Знаешь, мне нельзя тебе много рассказывать. Руководство детдома решил, что тебе это ни к чему, но знай твои папа и мама не сделали ничего ужасного. Просто она очень злая и скорее всего сумасшедшая. Вот вырастешь, будет тебе 18 и я всё тебе расскажу.

Он ласково ей улыбнулся и вышел. И через три месяца в круговороте дел и преступлений забыл об этом случае, но девочка не забыла…

Она росла, менялась, но никогда не забывала имени этого следователя.

В тот день на улице ярко светило солнце. Молодая девушка вышла за ворота детдома с двумя большими сумками. К ней подошла такая же молодая девушка.

— Давай мне одну. О, какие тяжёлые. Идём, вон остановка. Сейчас приедем и я покажу тебе, как устроилась. Кровать уже привезли и торт я купила.

Девушка сияла радостью, но её подруга задумчиво стояла у ворот.

— Ариш, ну что? Пошли.

— Нет, Оль. Я хочу в одно место сначала съездить.

— Я поняла, к следователю? Поехали вместе.

Они нашли в интернете адрес отделения и сели на автобус.

Вошли в здание и подойдя к окошку спросили:

— Скажите, а Валерианов Антон Сергеевич у вас ещё работает?

— Да, а что вы хотели?

— Нам нужно к нему по одному делу, очень нужно.

— Идите в 30 кабинет, он там.

Мужчина их не узнал, но Ариша его сразу. Она напомнила ему о том случае в детдоме и попросила всё рассказать.

— Да я уж и забыл что и как. Ладно, сейчас в архив схожу, ждите.

Он вернулся с тонкой папкой из которой торчала 3 листка и диск, и велел им прийти завтра с флешкой.

— Я тебе перепишу часть допроса, сама посмотришь.

И следующим вечером они с Олей сели перед ноутбуком включив видео.

Марина Олеговна сидела на стуле безжизненная, осунувшаяся и рассказывала:

— Он хотел уйти к ней, но не ушёл из-за Кати, дочки. Я знала он так и ходит к этой Ире, но я любила его, понимаете. Больше жизни любила, а потом она забеременела и он ушёл. — Женщина замолчала, опустила голову, а когда подняла её глаза горели яростью. — Ушёл понимаете к этой шалаве от меня, законной жены. Как я её ненавижу, её выродка — эту Аришу. Он ещё пришёл ко мне один раз и говорит у вас обоих от меня дочки, но её я люблю, а тебя нет. Я его ещё видела, как он гуляет с этой стервой и коляску катает, а к моей Кате он больше ни разу не пришёл. Все вы мужики сволочи. Он думал, что я это забуду, а я не забыла. Бог его наказал за меня его и эту шалаву, но их девка осталась жива, жаль!

Ариша сидела как в ступоре, услышанное её поразило. Оля тоже была в шоке.

— Получается у тебя есть сестра сводная по папе, но кажется тебе лучше с ней не знакомится…

Читать на дзен рассказы, истории из жизни, реальные деревенские истории, юмор, смешные случаи!

Вы сейчас не в сети