Красивая девушка блондинка шикарная

Я спасу тебя, держись…

На дворе был конец июня. Солнце поднималось высоко над небосклоном и за день сильно прогревало землю. Вечера стали долгими и тёплыми…

Маша и Димка, в этот субботний день, валялись на диване. Они уставились в экран ноутбука, который поставили на стул, для лучшего обзора. Молодые люди смотрели уже пятую серию ситкома. Мария уютно устроилась на груди парня, прижавшись к нему щекой. Каждый раз, когда Дима смеялся над шуткой из сериала, его девушка жмурилась от удовольствия…

Смех бурлил в груди парня, словно он был большим мурчащим котом. Звук этот Маше нравился.

В дверь постучали. Маша хотела отпрянуть от Димы, по привычке, но он, удивлённо на неё посмотрев, приобнял за плечи:

-Открыто! – Весело объявил парень, лукаво глядя на покрасневшую Марию. — Все одеты и ведут себя пристойно! Пока что…

Маша стукнула хихикающего парня по лбу. Дверь открылась и в комнату заглянула Светлана Игоревна:

-Ой, Димка… — Покачала она головой. – Договоришься ты, болтун. Смотрите мне, детки… Я слишком молода и красива, чтобы стать бабушкой.

Затем женщина приветливо посмотрела на Машу:

-Машенька, будешь с нами ужинать? Всё уже готово. Да и папа пришёл. – Спросила гостью Светлана Игоревна.

В животе Марии было пусто. Она не ела ничего с утра, когда, после очередной ссоры с мамой, сбежала из дома. Поэтому на вопрос хозяйки дома ответил её живот. Он издал печальный вой кита. Девочка густо покраснела, испытав стыд.

-Здорово, мам, а то у меня уже желудок стонет. Слышишь? – Заявил внезапно Димка, поглаживая свой живот, а затем добавил: — Мы с Машей сейчас придём. Кстати, пахнет с кухни просто превосходно.

Женщина, снова подарив молодым людям улыбку, ушла, прикрыв за собой дверь.

Маша сначала поцеловала парня в подбородок, в качестве благодарности за спасённую репутацию, а потом снова посмотрела на дверь. Она, в который раз удивилась тактичности матери Димы…

Вот родители Маши вообще запрещали ей заводить отношения. Диму они терпеть не могли. А когда Маша приглашала кого-то в гости, то они запрещали ей закрывать двери в комнату. Родители Марии были уверены, что если подростки закрылись, то делают что-то непристойное. Например, курят, пьют или пытаются зачать ребёнка в раннем возрасте, чтобы стать звездами программы «Беременна в шестнадцать».

-У тебя мама такая добрая… — Негромко заметила Маша, пытаясь скрыть тоску.

-Наверное. – Ответил Дима, пожав плечами. – Не задумывался, если честно… Она просто классная и понимающая. Так всегда было.

Мария вздохнула. Она вспомнила, как тётя Света относилась к своим детям. У неё было два ребёнка: старший сын Димка и младшая дочка Дашка, что училась в девятом классе. Однажды у Дарьи внезапно упала успеваемость в школе. Тётя Света, вместо того чтобы наорать на ребёнка, сказать, что дочь – лентяйка и идиотка, которая ничего в жизни не достигнет, поступила иначе…

Она взяла на работе несколько отгулов и посветила всё время дочери. Они гуляли, ходили по магазинам, отдыхали и обсудили Дашины проблемы. Мама узнала, почему оценки её дочки снизились. Дело было в подростковых неприятностях, которые казались Дарье трагедией. Тётя Света над этим не стала смеяться, а поддержала дочь…

Вскоре Даша исправила оценки.

А как тётя Света относилась к Диме? Просто чудо какое-то! Она растила юношу, искренне ему доверяя. И Дима попросту не желал расстраивать мать, поэтому и не влипал в неприятности. Наоборот, он часто убирался дома, не считая это исконно женским делом. Он не стеснялся того, что старается помочь маме и даже не ждал, что его об этом попросят. Сейчас Дима уже учился в институте, заканчивал первый курс. При этом он сам выбрал свой путь…

Парень хотел стать программистом. И пусть отец его был столяром, а мать продавщицей, сына они поддержали. А вот жизнь Маши не была такой же радужной…

Проблема была не только в пубертатном периоде, который таил в себе подводные камни. Родителям Маши, по большому счёту, всегда было на неё плевать. Они оба были бизнесменами, поэтому удачные сделки интересовали их куда больше, чем проблемы ребёнка. Детство Маша провела в обществе нянечек. Она часто шалила и даже доводила нянек до слёз…

Причина в этом была простой: каждый раз после её истерик появлялась мама. Устроить скандал было самым простым способом, чтобы провести время с родной матерью. Однако её мама этого не видела, а просто считала дочь избалованной и противной девчонкой.

Маша росла, ситуация в доме не менялась. Однако требований к ней стало больше. Оказалось, что Мария должна прекрасно учиться. Только на одни пятерки, ведь оценка «четыре» — слишком низкая для её идеальных родителей.

К четырнадцати годам характер Марии, по сути робкой и милой девушки, окончательно сломался. Родители довели своего ребёнка до предела. Они говорили Маше как ей надо одеваться, как вести себя в обществе, чтобы не позорить их. Они выбирали круг её общения, открыто унижали друзей Маши, если те были им не по душе…

И никогда, никогда они не пытались поговорить с Машей и узнать, чего хочет их дочь…

В какой-то момент Мария совсем замкнулась в себе. Она, растеряв подруг, стала безвылазно сидеть дома, у компьютера. Девочка находили себе виртуальных друзей, которым жаловалась на тяжелую жизнь. Только из-за этого она попала в неприятную историю. Влюбилась в какого-то идиота в сети, начала доверять ему свои секреты. А когда он попросил скинуть фотографии, на которых Маша была бы более открыта его взору, чем на аватарке, то девочка согласилась. Она думала, что влюблена и любима. После этого её стали шантажировать и обещали слить фотографии в сеть. Когда мама с папой об этом узнали, то едва душу из Маши не вытрясли. Они обзывали свою дочь, говорили, что она их только позорит…

Однако ситуацию с фотографиями родители уладили. Как? Маша не знала, но тему предпочитала не поднимать. Хватало и того, что мама постоянно напоминала ей о дурости и наивности, вставляя в разговоры едкие шпильки. Позже они на целый месяц засунули Марию в специальный лагерь, где лечили подростковую зависимость от компьютеров. Зависимости у Маши не было, они просто хотели её наказать.

Когда Мария вернулась домой, то чувствовала себя опустошённой. Может, играть в компьютерные игры и сидеть в чатах ей больше не хотелось, но и жить стало противно. Она была сильно обижена на родителей…

И вот, в это тяжелое время, во время прогулки в торговом центре, она встретила Дашу, а потом и её старшего брата…

Сначала они просто подружились, а затем Мария влюбилась в Димку…

К счастью, это было взаимно. Конечно, родители были недовольны. Дима был из простой семьи, нечета их дочери. Они были уверены, что мальчик на неё ужасно влияет, даже не понимая, что именно Димка спас их дочку из депрессии.

Шло время.

Мария перешла в одиннадцатый, выпускной класс. После школы она мечтала поступить на филологический факультет, чтобы освоить писательское дело. Однако не тут-то было…

-Пойдёшь на экономический. – Заявил отец, едва начался учебный год. – Оценки твои, конечно, хромают… Но это ничего. Мы наняли тебе репетиторов по математике, будешь заниматься весь год. Так что забудь о всякой ереси и постоянных гулянках после школы.

Мария тогда ахнула:

-Но я ненавижу математику! – Взвилась девочка, становясь пунцовой. — Я же гуманитарий на все сто процентов… Я талантлива в творческих предметах, например, в писательстве… Учительница по русскому говорит, что у меня дар!

Отец её поморщился:

-И что? Какие планы на жизнь, Ахматова ты недоделанная? – Со скепсисом спросил он. — Будешь писать стихи на юбилеи за «три копейки»? Или станешь писателем, без гроша в кармане? Успокойся, Маша, не дури. В нашей семье нет и не было «гуманитариев». И ты тоже не такая… Ты просто лентяйка. Слушай, что тебе говорят родители, мы желаем, чтобы у тебя было хорошее будущее. Получишь диплом, а мы тебя к себе пристроим.

Никакие споры, мольбы, уговоры и истерики родителей не переубедили. Маша, которая была членом писательского школьного клуба, была вынуждена его покинуть. Потому что время репетиторства совпадало с их собраниями. Не смотря на то, что Маша уступила, конфликты не прекратились. Любые разговоры Марии и родителей заканчивались ссорами. Так, мама настаивала, что Маше слишком рано встречаться с парнями:

-Тебе надо думать о поступлении! Потом успеешь нагуляться! – Ругалась она, когда Мария снова приходила от Димки. – У тебя этих парней ещё будет много! Или думаешь, что этот оборванец тебе на всю жизнь Богом послан? Как бы не так…

Мария тогда сильно злилась и срывалась на мать. Диму она обижать не позволяла…

И вот, сегодня утром, на кухне в их частном доме, произошёл очередной конфликт. Пришли результаты экзаменов. Родители узнали, что втайне от них Мария сдавала ещё и литературу и историю. Причем получила наивысший балл. Однако успехами дочери они были недовольны:

-Как это понимать, Маша! – Орала на неё мать. – Зачем ты тратила время и силы на бесполезные предметы?! Ты могла сдать алгебру лучше! Но нет… Вместо этого ты решила писать сочинения! А теперь нам придётся думать, как засунуть тебя в университет. Хорошо, что у нас остались связи с ректором…

Мария, сжав кулаки, попыталась сдержать слезы, что душили её:

-Я бы не смогла сдать алгебру лучше, мама! Это мой предел, слышишь? Максимум! Я старалась, но всё равно не могла в ней разобраться… Потому что я ненавижу все эти числа и формулы. Я не такая, как вы с отцом! Может, меня в роддоме подменили, а? Это бы многое объяснило…

Тут Ирина подскочила к дочери и отвесила ей пощечину:

-Не смей говорить с матерью в таком тоне. – Зашипела женщина. – Ты живёшь под моей крышей, значит должна подчиняться моим правилам!

Мария, отпрянув, зарыдала:

-Знаешь что? Плевала я на ваш экономический! Даже документы туда не понесу! Когда мне исполнится восемнадцать, я вообще уйду из дома! – Кричала Мария, растирая слёзы по лицу. – Я буду жить у Димки, и вы мне ничего не сможете сделать!

Сказав это, она сбежала из дома прочь…

Девочка не сразу пошла в гости к своему парню, ведь в этот день Дима сдавал последний экзамен в университете. Она погуляла, лишь к вечеру придя в дом Дмитрия.

Сейчас, сидя за общим столом и поедая горячий домашний ужин, Мария едва не плакала. Все за столом шутили…

Отец Димки, дядя Толя, старался больше других. Маша же не помнила, когда хоть раз вот так сидела за столом с родителями. И когда они обсуждали что-то помимо рабочих дел и того, какая она ужасная дочь.

После ужина Маша и Дима получили по порции мороженого и снова смотрели сериал. Когда за окном стало совсем темно, Мария стала собираться домой. На её телефоне было слишком много пропущенных от матери, которые чередовались с сообщениями, в которых Ирина обещала дочери небесную кару, если та не вернётся домой.

-Ты уверена, что не хочешь остаться? – Спросил Дима. – Мама не будет против. Завтра проснёмся, вместе нажарим блинов. Нам бабушка столько варенья передала, что мы теперь каждые выходные масленицу устраиваем.

Маша печально улыбнулась, но покачала головой:

-Очень хочу… — Прошептала она, прижимаясь к парню. – Но надо поговорить с мамой. Слишком много я ей наговорила перед уходом… Наверное, она волнуется.

-Тогда я провожу тебя. – Сказал Дима, хватая ветровку.

-Нет, не надо. Я доеду на такси. Напишу, как буду дома. – Пообещала девушка.

Мария просто не хотела, чтобы мама видела её с Димой. Она бы лишь сильнее разозлилась…

Попрощавшись с семьёй возлюбленного, Мария села в машину и уехала…

Когда таксист высадил её у их дома, было уже темно. Впрочем, за городом всегда было темнее. Девушка вышла из салона, проводила машину взглядом. Она посмотрела на горящие окна дома, переступив с ноги на ногу…

Входить в дом не хотелось. Ощущение было, словно она готовится нырнуть со скалы в ледяную воду. Однако это было необходимо…

Маша набрала полную грудь воздуха, а затем сделала шаг в сторону калитки. Только не успела она зайти на территорию дома, как дёрнулась от неожиданного звука. Совсем рядом завёлся мотор. Она обернулась в тот момент, когда некто включил фары у припаркованного в паре метров чёрного микроавтобуса. Маша его сначала даже не приметила. Фары ослепили её…

Они светили ярко, словно два прожектора. Маша, испугавшись, дёрнула на себя дверь ворот, но она оказалась запертой. Мария ахнула, понимая, что в спешке даже не взяла ключи от дома. Она начала трезвонить в звонок, отвернувшись от мрачного автомобиля. Только никто не спешил ей открывать…

-Ну же… Пожалуйста… — Пробормотала Маша, с силой давя на звонок, а затем крикнув. — Мама! Папа! Откройте, это я!

Только вот на её зов отозвались не родители…

Кто-то, подкравшись сзади, схватил её за пояс. Девочка хотела крикнуть, но сильная рука зажала её рот. Мария вырывалась, но тщетно, держали её крепко. Девочка молотила ногами по траве, упиралась в неё, но её волокли к открытой двери микроавтобуса…

Машу почти затолкали в салон, когда она, с облегчением, заметила, что ворота дома открываются…

Последним, кого она увидела, прежде чем дверь машины захлопнулась, был отец. Он даже не смотрел в её сторону. Мужчина лишь пожал кому-то руку и сунул конверт…

А потом Маша погрузилась во мрак…

Девочка очнулась в незнакомой комнате. Она лежала на матраце. Помимо него не было ничего. Разве что ведро, заменяющее, по всей видимости, унитаз. Комната тускло освещалась лампочкой Ильича. Вещей у Маши не было, телефон отобрали. Девочка, дрожа от страха, встала на ноги и огляделась. Она подкралась к двери и прислушалась…

За ней было тихо.

-Где я… Что происходит… — Пробормотала Мария, вытирая слёзы.

Она стала осматриваться. Маша увидела, что стены не совсем голые. На них были выцарапаны надписи. Имена, фамилии, даты, цифры… Некоторые напоминали отсчёт: ряд из палочек, которые кто-то зачёркивал по три. Маша коснулась палочек и затряслась ещё сильнее.

-Один, два, три… Четырнадцать… — Шепотом сосчитала она. – Я что, буду здесь две недели? Но зачем? И что потом?..

Маша стала придирчиво изучать стены. Они напомнили ей страшную газету, написанную душевнобольным человеком. Кто-то выцарапал стихи, где-то она нашла бурые пятна и отпечатки пальцев. В дальнем углу она прочитала нечто вроде правил:

«Будь спокойным, тихим, послушным и дверь откроется».

Маша снова рухнула на матрац, чувствуя, как болит её голова. Перед внутренним взором встал образ отца, что тянет пухлый конверт незнакомцу…

-Неужели, это их рук дело? – Пробормотала Мария, съежившись.

Мысль обижала, пугала, но вместе с тем и успокаивала. Если это выходка родителей, может, они просто хотят её напугать? Они же не могут всерьёз сделать ей плохо…

-А ведь сейчас я могла ночевать у Димы, а утром жарить блины. – Пробормотала Маша.

Она больше не хотела спать, но из-за стресса организм девушки вновь отключился. Словно пытался защитить её от реальности, пряча в царстве Морфея. Однако реальность накрыла её ушатом ледяной воды…

В прямом смысле слова. Маша крикнула, ощутив, как её облили водой со льдом. Она вскочила, тяжело хватая ртом воздух, озираясь по сторонам:

-Добро пожаловать в школу «Горный пик». – Раздался безразличный женский голос над ее головой. – У тебя есть выбор. Либо поваляться тут ещё пару деньков, либо быть послушной девочкой и выполнять всё, что скажут. Что думаешь?

Мария, вспомнив правило, нацарапанное на стене, решила смириться:

-Я… Я не буду ничего делать. – Выдохнула она.

Женщина, облачённая в серую грубую форму, кивнула и вышла из камеры. Дверь осталась открытой и Мария юркнула следом за неизвестной женщиной.

-Где я? – Спросила она.

-Всё узнаешь. – Рявкнул та, толкая девочку в спину.

Вскоре Маша оказалась в просторной душевой. Сначала она обрадовалась, ведь вымыться очень хотелось…

Но радость была недолгой. Девочку помыла эта же женщина, прямо из шланга, словно Маша была преступницей в тюрьме. Её одежду отобрали и выбросили, вручив взамен нечто серое, похожее на пижаму.

-Твоя новая форма. Следи за ней. – Сцедила женщина. – На уроки будешь ходить в другой, она ждёт в спальне. Ужин ты уже пропустила, так что потерпишь до утра.

После этого Марию, которая дрожала от испуга и еле волочила ноги, привели в комнату. Там, не говоря ни слова, готовились ко сну девочки в такой же одежде.

Маше выделили кровать в дальней части комнаты. Лишь когда женщина вышла, остальные девочки обратили на Марию внимание. Они смотрели на неё с сочувствием и явно знали больше. Маша посмотрела на кровать с серым колючим одеялом, а затем на девушек:

-Куда я попала? Что происходит?

Ответила та, чья кровать была рядом с местом Марии:

-Ты попала в летнюю школу, дорогуша. – Сказала девочка с некой неприязнью, не то к новенькой, не то к самому заведению. – Мы окружены высоким забором, сосновым лесом и, судя из названия, находимся где-то в горах…

-Школу? – Нахмурилась Маша. – Я её уже закончила…

Девочки негромко засмеялись, но затем резко смолкли и синхронно посмотрели на дверь. Они притихли, как зайцы, ожидая, что внутрь ворвётся волк. Однако этого не произошло. Соседка Маши, принявшись расчесывать тёмные волосы, ответила:

-Тут не простая школа… А школа для трудновоспитуемых подростков. В общем, тюрьма. – Буркнула она и кивнула на тумбочку Маши. – Там у тебя должна быть брошюра.

Мария бросилась к тумбочке, в которой обнаружила разные вещи. Расчёску, зубную щётку, резинку для волос…

Всё дешевое и невзрачное…

Там же она увидела обещанный буклет. На нем было красивое здание, а внутри манящее описание:

«Ваш ребёнок отбился от рук? Он не слышит вас? Не ценит то, что вы ради него делаете?! Выход есть! Наша частная школа для трудновоспитуемых подростков, может помочь вашему ребёнку исправиться! Наши педагоги, благодаря уникальным методикам, помогут вашим детям обрести мотивацию, побороть плохие привычки, научиться дисциплине. Наши выпускники – это гордость вашей семьи»!

В брошюре было ещё много чего интересного. От упоминания команды педагогов, коучей, психологов и тренеров, до описания насыщенной жизни. Детям обещали конные прогулки, занятия плаванием и спортом, топографической ориентирование, танцы и теннис, а также миллион прочих досуговых занятий.

-Интересно, мытьё из шланга относится к чему? – Пробурчала Маша. – К водным развлечениям?

Девочки снова фыркнули, но затем помрачнели. Соседка, подумав мгновение, представилась Катериной и сказала:

-Послушай, всё, что там написано – бред собачий. – Сцедила она. – Мы просто попали в ловушку… Здесь нас за людей не считают. Никаких занятий йогой не будет. Только показательная порка, если ты ослушаешься и нарушишь правила…

-Что? Но наши родители… — Начала было Маша.

Однако Екатерина её перебила:

-Они нас сюда и отправили, очнись, принцесса. Да ещё и подписали документы, что претензий не имеют. – Проворчала она. — Нашим родителям льют в уши о хорошем обращении. Сюда их почти не пускают, говорят, что это помешает нашей адаптации. Сказать им правду по телефону невозможно. Да они и верить не хотят… Те, что приезжают, видят, какими степенными стали их дети, радуются и ахают. Их кормят деликатесами и говорят, что нас кормят также. Однако всё это – фуфло. Будешь есть овсянку на воде и рис, непромытый от камней. У нас Васька так недавно зубы сломал…

-Но за что родители вас сюда отправили? – Спросила Мария, пытаясь осознать происходящее.

-За разное… За зависимость алкоголя или весёлых таблеточек. За непослушание и матерные словечки, не достойные звания леди. За татуировки даже… За беспорядочные половые связи, драки, побеги из дома… Вон, Сашка приехала сюда сразу после аборта, на который её тоже насильно отвели. – Рассказала Катя, кивая на свою соседку.

Тогда Мария обратила внимания на девушку с высоким лбом, на котором явно было что-то лишнее. Сначала Маша подумала, что это татуировка в духе реперских тусовок, о когда она прищурилась, то увидела, что на девичьем лбу криво и размашисто написано: «потаскуха». Маша смутилась и хотела отвести взгляд, но не успела. Саша коснулась лба и потёрла надпись:

-Это сделала психолог. — Пробормотала девушка. — Мои родители — помешанные христиане. До брака я должна была быть чиста, а они застали меня с парнем. Психолог спросила, жалею ли я о том, что спала с Мишей и всё такое… Я ответила, что нет. Снова. Вот, меня решили наказать, назначили терапию стыдом. Так что роль вавилонской блудницы моя, ищи себе другое клеймо, новенькая.

Не смотря на шутки и улыбки, было видно, как Саше тяжело носить на себе позорную надпись.

-Да ей самой лечиться надо, этому психологу. – Ошарашенно заявила Мария.

Саша благодарно ей улыбнулась, но затем нахмурилась:

-Ты с ней ещё познакомишься…

-Таких школ, на самом деле, много. – Внезапно заявила бледная девочка в очках, которой, казалось, тут точно не место. – Существуют даже лагеря для подростков, в которых тем приходится выживать, в условиях дикой природы… Я читала про это. Дети пытались оттуда сбегать, но погибали. Да и совсем недавно был громкий скандал, когда узнали об издевательствах над детьми в подобной академии… Кажется, дело было в Японии или Китае… О, а ещё, вы знаете про Пэрис Хилтон?

Девочки переглянулись и покачали головами. Умница в очках поправила косу и заявила:

-Она одиннадцать месяцев провела в подобной школе, смогла сбежать только после того, как ей исполнилось восемнадцать. Её туда засунули родители… Она рассказала, что там их били, душили, даже что похуже…

Мария опустилась на кровать, вцепилась пальцами в волосы. Мысли её были тяжёлыми, неразборчивыми. Однако больше вопросов она задать не успела. Снова появилась женщина, рявкнула, чтобы все ложились спать.

Девочки мигом юркнули под одеяла. Маша последовала их примеру…

Однако она не могла сомкнуть глаз. Поэтому, повернувшись на бок, девушка тихо позвала соседку:

-Катя… А почему ты здесь?

Сначала она подумала, что Екатерина её не расслышала и уже спит. Но тут раздался шепот:

-Потому что сказала правду. – Нехотя ответила девушка. – Моя мамаша нашла себя богатого мужика, который оказался отморозком. Он смотрел на меня с тех пор, как я стала носить лифчик… А потом начал приставать. Вместо того, чтобы защитить меня, мама заверещала и обвиняла во лжи. Ещё в конце сказала, что я сама виновата, хвостом крутила перед мужиком… Запихнула сюда, с глаз долой. Сказала, что тут меня научат манерам… Однако я им не по зубам.

-А сколько здесь надо находиться? – С замиранием сердца спросила Мария.

-Не знаю. Пока не сломаешься. Добро пожаловать в ад, новенькая. – Буркнула Катя и отвернулась от новенькой, накрывшись одеялом с головой.

Утром Мария поняла, что девочки не шутили и не утрировали. Она попала в ад. Внешне казалось, что в школе всё было стандартно. Подъём и отбой в определенное время. Приемы пищи по расписанию. Были и уроки, пусть немного странные. Например, этикет, психотерапия, половое воспитание и изнуряющие уроки физкультуры…

Однако обращение с воспитанниками было хуже, чем с преступниками, что сидели за особо тяжкие преступления. В школе был огромный свод правил, которые нельзя было нарушать. Также можно было попасть под наказание за любую оплошность. Например, не заправленную рубашку, растрепанную косу, плохо застеленную постель или косой взгляд. Нельзя было смеяться. Нельзя было дружить, влюбляться, поднимать глаза на воспитателей, перечить, злиться, плакать…

Конечно, правила нарушались. Девочки пытались шептаться, особенно перед отбоем. А одна из них постоянно рыдала по ночам, не в силах успокоится. Её, среди ночи, отвели в медицинское крыло. Маша увидела девушку через три дня, с абсолютно тупым и равнодушным взглядом. Больше она не плакала…

Наказывали подростков разными способами. Например, голодом или изоляцией. Порой девушек и юношей оставляли в одиночной маленькой камере с громкой, орущей музыкой. Иногда отправляли в медицинское крыло и давали таблетки, после которых было дурно и не хотелось двигаться. Иногда, даже в холод, выводили во двор, заставляли раздеваться до гола и поливали из шланга, сбивающего струей с ног. Порой заставляли работать, например, мыть полы во всей школе, с утра до ночи…

Единственное, что воспитатели не делали – не били провинившихся, потому что не могли оставлять явные следы на теле воспитанников. Кормили учеников ужасно. Из-за скудной пищи у некоторых едва душа держалась в теле. О каком-то бунте и непослушание не было и речи…

Воспитанники были измучены. Порой их приводили в кинозал, на просмотр ужасного и отвратительно документального фильма, после которого хотелось помыться. Обычно там рассказывали про пороки людей. Тогда Маша смотрела на послушное и молчаливое стадо девочек, что глядели в экран, и вспоминала знаменитую сцену из фильма «Заводной апельсин». Там, пятнадцатилетнего героя, тоже насильно лечили от зла. Методика строилась на том, что человеку вводили какой-то препарат и заставляли смотреть кадры насилия, внушая органическое отвращение к злу. Кажется, местный создатель терапии тоже вдохновился этой методикой.

Наверное, Маша не сошла с ума только из-за Катьки. Девочка оказалась бойкой, сломать её не удавалось. Она постоянно получала наказания, но не опускала голову. Она стала для Марии лучиком света.

Спустя месяц, однако, Маша начала ощущать, как её сознание постепенно угасает. Поэтому, когда она внезапно увидела перед собой Диму, то подумала, что свихнулась. Девушки и юноши, а они тут тоже были, не имели право общаться между собой. Однако Мария, увидев лицо Дмитрия, побледнела и сделала шаг к нему. Было время завтрака, воспитанники из обоих корпусов находились в одной столовой. Дима, увидев Машу, слабо кивнул, но не стал привлекать к ним внимания. Проходя мимо столика девушки, он осторожно передал ей записку. Маша спрятала её в рукаве и открыла лишь тогда, когда спряталась в одной из кабинок женского туалета. Она была не уверена, что здесь нет камер, поэтому всматривалась в знакомые буквы исподтишка.

«Я вытащу тебя, держись». – Писал Дима.

Сердце Марии сжалось, в нём, ослабшем и измученном, снова появилась надежда…

Ночью случилось нечто страшное…

Катерина, та самая строптивая соседка Маши, попыталась сбежать. Она пробиралась через окно женского туалета, что находилось на третьем этаже. Девочка сорвалась и упала. К счастью, она не погибла, но пострадала…

К ужасу Маши, врачей не вызывали. Школе не нужны были неприятности. Поэтому Катю лечили в местной больнице…

Однако суетой, которую навела беглянка, воспользовался Дима. Сначала он заставил сработать пожарную сигнализацию. Пока воспитатели были отвлечены, он поймал свою девушку в коридоре академии.

-Дима! – Зарыдала Маша, падая на грудь парня. — Но как… Что ты здесь делаешь?!

-Некогда объяснять. Нас с тобой будут ждать… Давай поспешим. – Прошептал парень, целуя Машу, куда придется: в глаза, в лоб, в скулы.

Мария доверилась ему, хотя понимала, если их поймают, то накажут. Она уже наслушалась о попытках девочек бежать. Вокруг школы был лес, поэтому выбраться было невозможно. Но Дима же как-то сюда попал, значит, она могла ему доверять.

Они пробрались на кухню. Там их действительно ждали…

Молодой повар, который сочувствовал воспитанницам школы.

-Быстрее давайте. – Ворчал он, открывая дверь черного входа, что предназначалась для персонала и вела на парковку. – Скоро водитель уже отправится за провизией… Сидите тихо, иначе я не смогу вам помочь. Дождитесь знака, что можно вылезать, ясно? Всё, как обговаривали.

Дима провёл Марию к припаркованному фургону. Они забрались в багажник, прикрылись пустыми мешками и притихли.

-Как ты здесь оказался? – Снова спросила Маша шепотом. – Я всё ещё не верю… Мне кажется, что я проснусь в комнате на матрасе…

-Той ночью, когда ты не позвонила, я понял, что что-то случилось. Конечно, не сразу стал бить тревогу… Но отправился к твоим родителям ранним утром. Они меня обругали, прогнали, но я был настойчив и сказал, что обращусь в полицию. – Рассказал Дима, прижимая возлюбленную. – Шума они не хотели, сказали, мол, отправили тебя учиться… Вскоре я смог выяснить, где ты. Увидел у них брошюру этого заведения. Подступиться к нему было сложно. Я звонил, делал вид, что родственник, но меня вежливо отбривали. Потом я стал гуглить информацию о школе, сначала все казалось идеальным. Фотки подростков на лошадях, за пианино, танцующих вальс… Но потом я стал лазать по чатам и ужаснулся. Люди писали, исключительно анонимно, что это ужасное место. Не имеет ничего общего с картинкой. Я решил действовать… Познакомился с Пашкой, поваром. Затем, с его помощью, проник сюда… Сделал вид, что привёз хлеб. Ну и прикинулся учеником, достав форму из стирки. Чудом меня не поймали. Повезло, что для местных учителей все подростки на одно лицо…

Вскоре машину тронулась…

Спустя пару часов езды автомобиль остановился. Через минут пять Дима и Маша услышали, как Павел барабанит по стенке.

-Пошли… — Прошептал он, потянув Марию за руку.

Они, озираясь, выбрались наружу. Мария тряслась и не верила, что все закончилось…

Впрочем, для неё ничего и не закончилось. Маша поняла, что не сможет оставить всё, как было. Набравшись сил, она начала искать тех, кто пережил жизнь в этой злосчастной школе…

К счастью, таких нашлось много. Вскоре девушка, вместе с заявлениями других пострадавших, отправилась в полицию и потребовала разбирательства. Она рассказала в участке про Катерину, которую не лечат. Она рассказала о том, как в школе обращаются с детьми…

Сначала Маше не поверили…

Тут ей и пригодился писательский дар. Она написала в газету и там за интересную историю вцепились. Завертелось расследование…

Вскоре правда выплыла наружу. Увы, но школу не закрыли сразу. Директор заведения утверждал, что родители знали, на что обрекают детей, ведь у него были подписанные бумаги…

Однако на школу обрушилась волна общественного гнева, штрафы, иски от бывших выпускников, которые нашли в себе смелость открыться…

Так что закрытие заведения и сроки для директора и причастных было лишь вопросом времени.

Мария же стала жить обычной жизнью…

Она поступила на писательское дело. А тётя Света и дядя Толик приютили будущую невестку в своем доме.

Домой Маша вернулась лишь один раз, забрать документы и некоторые вещи. Родителей она так и не простила. Зато в будущем она сама создала прекрасную и крепкую семью. Она построила её вместе с Димой, человеком, который однажды спас её, словно верный рыцарь. И своих детей она всегда слушала и слышала…

А главное – любила. И они любили ее в ответ.

А однажды Мария села за ноутбук и начала писать книгу, ещё не зная, что она станет очень популярной…

Начиналась она так:

«На дворе был конец июня. Солнце поднималось высоко над небосклоном и за день сильно прогревало землю. Вечера стали долгими и тёплыми…»

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

Предыдущий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Женщина хорошая красивая милая простая добрая родная скромная любимая доверчивая
Что скрывает муж?

Альбина взглянула на часы: до поезда оставалось ещё много времени и она ещё может немного отдохнуть перед дальней дорогой. Ей...

Альбина взглянула на часы: до поезда оставалось ещё много времени...

Читать

Вы сейчас не в сети