Красивый добрый храбрый парень с голубыми глазами

— А зачем мне тебя убивать? — усмехнулся мужчина. — Я с твоей семьи начну.

Александр ехал в рейсовом автобусе и смотрел в окно. Скоро пункт ГИБДД, возможна проверка.

— Водитель, остановите, пожалуйста! — крикнул он седому мужчине за баранкой, — меня укачало.

Автобусник было заворчал — опять эти непредвиденные остановки, потом перед начальством оправдывайся. Его ведь автобус глонассом оборудован, сразу видно, где стоял, сколько. Начальству не нравится такие вот остановки не по маршруту. Но мужчина глянул на щуплого солдатика и сочувственно вздохнул:

«Да, такого укачает по ухабистой дороге. И какой с него солдат? Килограммов шестьдесят в нём — почти бараний вес. Вот защитнички Родины пошли. А если война? Да такой пацан еле автомат удержит.»

Водитель притормозил.

— Иди, дыши, мы тебя подождём, парень, — он дружелюбно улыбнулся.

— Нет-нет, не надо! — закачал головой Саша, — я немного приду в себя, а потом пешком доберусь, я ведь на следующей выхожу.

— Да тут еще километров пятьдесят, — возразил водитель, — к ночи только до дома доберёшься. А у тебя увольнительная на сколько?

— Да нормально, успеваю, — покачал Саша головой, — дойду.

И сделал вид, что ему очень плохо, выскочил из автобуса и — в ближайший лесок.

— Вот болезненный! — вздохнула старушка на первом сидении, глядя, как парень улепетывает к берёзам, — видать, сильно прижало его, — и обратилась к водителю, — да поехали, мил человек. А то меня внуки ждут.

— А у меня электричка через час, — беспокойно добавила женщина с чемоданом, поглядывая на часы.

Делать нечего — семеро одного не ждут, водитель тронулся с места. И уже потом, на посту ГИБДД, когда в салон зашли военные в поисках беглого из части, все поняли, кто с ними ехал. Дезертир, значит.

А Саша, дождавшись, пока автобус скроется за поворотом, пошёл вдоль леса тем же маршрутом, избегая людских глаз. Ему надо срочно домой. К завтрашнему утру должен успеть. А если не успеет — то ему и жить не зачем.

Пройдя с десяток километров, он присел отдохнуть на пеньке, достал пачку помятого печенья. И, запивая водой из фляжки, думал, как ему выпутаться из сложившейся ситуации. Да, за побег из части его по головке не погладят. Он ответит за это. Но чуть позже, сейчас у него другая цель.

В армию он сам вызвался служить. Была у Саши отсрочка по учёбе, но парень решил идти служить со своим возрастом — так проще. И попал он в часть недалеко от дома. Хорошо! К нему несколько раз родители приезжали. И Катя…

Катя — его девушка. Вместе они в школе учились, вместе в один и тот же техникум поступили — в торгово- экономический. Вместе думали дальше строить свою жизнь. Но пожениться они решили после окончания техникума, когда работать пойдут, чтобы денег на свадьбу у родителей не клянчить. Сами заработают! Потом вот армия. Катя была полностью согласна с любимым — раз надо отслужить, значит надо. А она ничего, дождётся. Тут всего один год какой-то.

Часть у Александра была что ни есть самая образцово — показательная. Срочникам служились спокойно, офицеры требовали только по существу, никакого самодурства.

— Сыночек, вас молодых здесь не обижают? — с тревогой спрашивала мама. — Говорят же в армии это, как её. Дедовщина бывает.

А Саша только смеялся. Какая там дедовщина? Прошлый век. Все у них спокойно. Месяц назад Катя обещала приехать вместе с Сашиным родителями. Но…

Выйдя на свидание, солдат не увидел любимой. Не предупредила даже, не позвонила, а он так ждал. На вопрос, где же любимая, родители только глаза опускали. А потом мать не выдержала.

— Да продал её отец Гришке- коммерсанту! — выпалила она.

Отец с упрёком посмотрел на неё, головой покачал — мол, зачем так уж прямо. А Саша от таких слов замер на секунду:

«Как так продал? Отец? Дядя Паша, который в дочке души не чает и его, Сашу, давно как зятя принял?»

— Мама, ты говоришь страшные вещи! — наконец проговорил он и вопросительно посмотрел на родителей, — ну, рассказывайте уже.

И тогда они поведали сыну вот такую историю.

Павел решил в их посёлке небольшой магазинчик открыть — строительные материалы продавать. Задумал, что у него будут самые дешёвые и качественные товары. В принципе, об этом Александр знал — Катя рассказывала. Но это было только начало. Участок под магазин Павел оформил, здание построил, все документы необходимые подготовил. А тут раз — и взлетели закупочные цены на стройматериалы чуть ли не в два раза. Что делать? Денег на товар уже не хватало, а отступать от своей цели Павел был не намерен. В банк за ссудой он не пошёл, потому как уже был кредит и вряд ли бы ему ещё один одобрили. Подсчитал Павел, прикинул и обратился к местному авторитету, а по совместительству владельцу двух заправок и нескольких продуктовых магазинов, Григорию. То, что он с криминалом связан, все в посёлке знали. Но разве кто Гришке слово худое скажет, когда с ним за ручку глава района здоровается, а прокурор в баньке с ним парится? Уважаемый Григорий человек. Вот Павел и попросил его одолжить недостающую сумму.

Григорий денег дал, но предупредил, что если вовремя не отдаст, то проценты будут занебесные. А то, что он вытребует эти проценты, сомневаться не приходилось, учитывая возможности коммерсанта.

Паша и согласился. Закупил он материал, штат сотрудников набрал. Даже было торжественное открытие магазина, где всех посетителей шампанским угощали, а представители местной власти даже речь сказали — мол, это же замечательно, когда за сайдингом или утеплителем теперь не надо в область ехать — все в шаговой доступности, и цены вполне демократичные. И заработал магазин, спрос на товары приличный.

А потом ночью в магазине проводка коротнула. И все — и стены, и товар, вспыхнуло разом. Пожарные только горящие головешки смогли уже затушить. Схватился за голову Павел — застраховать ведь свой магазин с товаром он не успел. Все тянул. Думал, с первой прибыли это сделать. А тут раз — и остался ни с чем. И Гриша вскоре появился — мол, первый взнос по долгу вносить пора. А чем платить? Когда все, почти до копейки, было вложено в сгоревший магазин. Объяснил Павел ситуацию, только Григория это не убедило.

— Я, — говорит он, — благотворительностью не занимаюсь. Уговор был платить до десятого числа? Был! Так что выкручивайся!

Напрасно Павел просил об отсрочке, клялся отдать с ещё большими процентами, Григорий только головой мотал — не то всё…а потом Павла в переулке какие-то отморозки встретили, помяли его сильно, даже пару рёбер сломали. Привет от Григория передали.

Павел к Григорию после больницы пошел, сказал, что может хоть убить его, а с долгом он сейчас не может рассчитаться.

— А зачем мне тебя убивать? — усмехнулся Григорий, — мне надо, чтобы ты помучился. Осознал, так сказать, как серьёзных людей на бабки кидать. Я с твоей семьи начну. Сын у тебя школьник, жена-красавица. Дочка вон выросла, вся в Анну, в мать. С них и начну.

Упал Павел в ноги Григорию, умоляя пощадить его родных. Они ведь ни в чем не виноваты. Подумал Гриша, подумал…

— Я, — говорит, — уже два года как в разводе. Любовница на роль официальной жены не подходит. Вот думаю, дочка твоя как раз для этой роли сгодится.

— Гриша, — воскликнул Павел, — так ведь дочке моей только двадцать лет будет, а тебе уже за пятьдесят. Да и жених у неё есть, в армии сейчас.

— Я своё последнее слово сказал, — ответил Григорий, — или ты дочку свою за меня отдаёшь, и я долг тебе прощаю. Какие там долги с родственниками могут быть… Или присматривай места на кладбище. Вначале, для мальчонки своего.

Пошёл Павел домой, пошатываясь от горя. Что же ему теперь делать? А дома разрыдался как ребёнок, на глазах жены и детей. Катя, тогда как раз на выходные приехала. Рассказал Павел условия Григория. Вся семья с ужасом слушала, понимая, что управы на этого Григория не найдётся. Везде у него свои люди.

— Папа, раз нет другого выхода, то перестань так изводиться, — вытерев слёзы, — сказала Катя, — пойду я за этого Григория замуж, что теперь поделать.

— Доченька, да как же так! — заплакала мать, — это что же получается, мы своими руками волку этому своего ребенка отдадим! Отец, ну чего ты молчишь?

А Павел действительно не знал, что сказать. И с дочкой не мог он так поступить, и сына с женой жалко. Про себя он не думал. Но Гришка ведь так и сказал — чтобы помучился.

— Катя, решай сама. Я тебя не заставляю, — проглотив комок в горле сказал Павел, — ты только подумай хорошо.

— И думать нечего, — вздохнув, ответила Катя, — звони ему, говори, что я согласна.

— Дочка, а как же Саша? — заплакала мама.

— Саша меня поймёт, когда узнает. И, надеюсь, простит. Только сейчас ему ничего не говорите, пусть спокойно дослужит.

Когда в посёлке заговорили о предстоящей свадьбе Григория и Кати, мама Саши тут же побежала к Павлу и Анне, чтобы все им высказать. На богатство их Катька позарилась, а они её с Витей почти дочкой уже считали. Не знала ведь Мария всех подробностей. А Анна ей и рассказала всю историю. Долго Мария плакала. И больше всего ей сына своего было жалко. Он ведь так Катю любит. Что же с ним будет, когда узнает, что его любимая девушка не дождалась. Решили с Виктором ничего Саше не говорить. А вот на тебе — приехала в часть, увидела его глаза, полные вопросов, и ляпнула сгоряча. Саша тогда все выслушал, ничего толком не сказал по делу. Лишь заметил, что правильно родители сделали, что все ему рассказали. А вечером он смог до Кати дозвониться.

— Милая моя, любимая, — говорил он, — я знаю все. Ты не думай, что я тебя осуждаю. Я всё понял. Ты только не торопись. Не подпускай к себе этого Григория до свадьбы.

— Сашенька, да я его убить готова. Я не смогу быть с ним, — плакала Катя, — и отказаться не могу. Прости меня, я люблю тебя!

— И я тебя люблю! Я скоро буду!

— Как это ты скоро будешь? — закричала Катя, — Саша, не думай даже! Не смей! Тебя же никто не отпустит, тебе два месяца осталось служить! Саша, ты что задумал?

— Любимая, успокойся, ничего страшного. Вот увидишь, всё будет хорошо… — сказал это Саша, а через неделю сбежал из части.

Он домой направился. Подсчитал как раз, что до свадьбы успеть должен. Когда родителям сообщили, что их сын дезертир, они так перепугались. Расстроились. А потом поругались меж собой. Виктор во всем Марию обвинял, что не сумела рот на замке держать.

— Ты же понимаешь, что он сюда направляется? — кричал он на жену, — Гришку, наверное, убить решил.

— Ой, Витенька, я же не хотела всего этого. Ну не смолчала, не могла сыну врать, — плакала Мария.

— Вот теперь получай! Убьёт Гришку и сядет лет на десять, а то и больше! — всё больше кипятился Виктор.

Ему тоже было очень жаль сына, и как ему помочь теперь, он не знал. Главное, чтобы перехватить его, к Гришке не пустить. Да как это сделать? У дома Гришки караулить что ли?

В общем, Виктор так и решил. Собрался уже к дому коммерсанта, как вдруг — стук в окно. А на улице ночь уже.

— Кто? — осторожно спросил мужчина.

— Папа, это я! — услышал он голос сына.

Распахнул двери, обнял Виктор своего ребёнка. Мария выглянула, руками всплеснула, тоже обняла…

Потом на стол побежала собирать. Саша с жадностью ел яичницу, а родители смотрели на своего непутевого сына — ну что же он натворил? Теперь суд будет, а там ему дисбат…

Но главное к Гришке сейчас не пустить. Остальное переживут!

— Батя, где у нас лопата штыковая? — насытившись, спросил Александр.

— Зачем тебе лопата? — со страхом спросила Мария. Саша улыбнулся, увидев, как напряглись родители.

— Мама! Папа! Да успокойтесь вы уже! — засмеялся он, — я никого убивать не собираюсь. Ну, да! Пришлось сбежать из части, и за это я отвечу. Но у меня дело есть. Мне клад один откопать надо.

Родители недоуменно уставились на сына.

— Помните, у нас на краю посёлка старушка жила. Баба Дуня?

— Была такая, — кивнула Мария, — ее еще детвора ведьмой дразнила. А она бедная немного головой поехала ещё с молодости, когда у неё единственного сына какие- то гады убили. И муж потом на машине разбился. Она всё ходила, бормотала себе под нос, в одежде чёрной всегда. Но ты вроде её не обижал, мы тебе объяснили, что это несчастная женщина.

— Да, это так, — кивнул Саша, — я ей иногда ещё помогал: то огород копал, то воды приносил из колонки. Хорошая она была бабушка, только несчастная. Я ведь вам не рассказал, что она мне подарила за месяц до своей смерти.

И Саша рассказал, как перед выпускным старушка зазвала его к себе и достала из подпола какой-то мешок, раскрыла его. А в мешке — сундучок небольшой. И в сундучке том полным-полно всяких драгоценных украшений. Рассказала старушка, что эти богатства ей от прабабушки достались, муж которой промышлял не добрыми делами, грабил торговцев на дорогах. Вот и насобирал целый сундук богатств.

— Баба Дуня мне тогда сказала, что её потомки не решились сдать эти богатства потом куда следует, потому, как если бы выяснили, откуда драгоценности, то проблем было бы много. А у них в семье потом многие к большевикам ринулись. Вот и передавался этот сундучок втихаря от поколения к поколению. Поверье в семье такое было, что он от беды великой спасти может, только нельзя те драгоценности продавать.

Саша вздохнул и дальше рассказал, как баба Дуня однажды ослушалась наказа предков и продала колечко — сыну хотела мотоцикл купить. А после и сына убили, и мужа не стало.

— Вот она и отдала мне этот сундук, наказав, ничего в нем не трогать. А если вдруг беда придёт, то тогда только воспользоваться. Только так он поможет. — закончил свой рассказ Саша.

— Вот дура старая! — ругнулся Виктор, — ребёнку моему сунула сундук проклятый.

— Папа, ты не понял? Драгоценностями теми нельзя воспользоваться. Их нельзя продавать, а нужно просто отдать всё сразу, когда не будет другого выхода. Я поэтому вам тогда ничего и не сказал про сундук, чтобы вы не ругались, в саду его закопал, — Саша выразительно посмотрел на родителей, — а теперь думаю его Григорию отдать в счёт долга. И тогда он на Кате не женится.

— Это получается, что ты ему передашь это проклятие? — усмехнулась Мария, — он, конечно, гнилой человек, но желать ему смерти тоже как-то неправильно.

— А угрожать дяде Паше правильно, а Катю мою силой на себе женить правильно? — закричал Саша, потом успокоившись, добавил, — я ему скажу, что сундук его от бед беречь будет, если он богатства при себе сохранит. В общем, предупрежу, а там он сам как знает.

Согласились с ним родители, и под покровом ночи все трое отправились в сад. У старой яблони Саша выкопал деревянный ящик, а в нём — небольшой железный сундучок, полный драгоценностей.

— Никогда в жизни такой красоты не видела, — ахнула Мария, разглядывая украшения.

— И не надо! — резко сказал Виктор и захлопнул сундучок.

А утром Саша вместе с отцом отправились к Григорию домой. Увидев незваных гостей, Григорий удивился и потянулся было к телефону. Он ведь знал, что Сашка дезертировал из части, весь посёлок об этом гудел. Но Виктор остановил его.

— Ты послушай моего сына вначале, — сказал он.

Гришка даже брови приподнял от такой наглости — кто-то ему что-то указывать ещё будет. Но решил послушать.

— Вам дядя Паша задолжал, говорят, — сказал Саша, — вот в этом сундуке в тысячу раз, а может и больше. Я вам его отдам. Только вы долг дяде Паше простите и от Кати откажитесь.

И парень раскрыл сундук. Увидев драгоценности, у Григория глаза загорелись.

— Ворованные? — спросил он, облизнув губы.

— Нет, от прабабушки достались, — соврал Саша.

— А сам почему не воспользовался?

— Всё случая ждал, просто так ведь такие цацки не продашь. Да и бабка говорила, что нельзя их продавать, а то проблемы могут быть.

— Много твоя бабка понимала, — засмеялся Григорий, — проблемы тогда, когда нет вот таких богатств. Но что-то я не помню твою прабабку. Это кто?

— Да я её не знаю, это с маминой стороны, — пожал плечами Саша, продолжая уверенно врать, — но мы с вами договорились? Претензий к дяде Паше больше нет? От Кати откажитесь?

— Да нужна мне эта соплюха, — засмеялся Григорий, — и отец её балбес! Ладно, договорились, давай сундук.

Саша отдал драгоценности, предупреждать второй раз, что продавать их нельзя, не стал. Он ведь и так предупредил…

Какие к нему претензии?

А потом он к Кате побежал. Дома же она, лето ведь, каникулы в техникуме. Увидев любимого, Катя побледнела, растерялась, на шею ему бросилась.

— Сашенька, что же ты натворил? Зачем? Зачем? Тебя же всё равно поймают.

— Милая моя, а я и не скрываюсь теперь! — улыбался Саша, — всё, что нужно, я уже сделал.

— Что? Что ты сделал? — закричала Катя.

— Теперь вам никто не угрожает! И никто не помешает нам быть вместе!

Катя, услышав это, не знала, радоваться или плакать. Неужели Саша убил Григория? А в следующую секунду она увидела, как к дому подъехала полиция, военные. Подъехал и Григорий. Сашу скрутили и увели военные. Катя кинулась было за ним. Но остановилась в страхе рядом с Григорием.

— Свободна ты, студентка! — подмигнул ей Григорий, — иди учись! И жениха своего жди. Теперь долго придётся.

Катя подбежала к машине, прижалась к стеклу.

— Сашенька, я тебя дождусь! — шептала она, вытирая слёзы.

Саша только грустно улыбался в ответ. Тут и родители прибежали — и Кати, и Саши, умоляли не наказывать парня сильно строго, ведь из-за любви он на этот побег пошёл. Да и нашёлся же! И никто не пострадал при этом.

После этой истории был трибунал. Дали Саше год. Хотя и жалели парня, понимая, что он сделал это ради спасения своей любимой. Конечно, про сундук Саша никому ничего не сказал. Объяснил, что просто поговорил с Григорием. Все удивились, но поверили. Тем более что и Григорий говорил то же самое.

А как раз через год, как выйти Саше, в тюрьму загремел Григорий, надолго сел. Посадили его, нескольких районных начальников, прокурора сняли. Областная проверка была. И много мошеннических схем было раскрыто. И Гриша во всех был участником. Имущество его арестовали, среди прочих вещей нашли пустой сундучок. Что это был за сундучок, так никто и не понял. Ни про какие сокровища Гриша не сказал. Говорили потом, что видели много удивительных украшений у одного из ювелиров в городе. Только через некоторое время ювелир тот погиб в огне в собственной лавке, со всеми своими богатствами.

А Саша, отбыв наказание, вернулся в родной посёлок. Вместе с Катей вернулся — она ведь его прям к воротам тюрьмы приехала встречать. Теперь они были больше чем уверены, что никто и ничто их больше не разлучит. Родители Саши и Кати за это время еще больше породнились. А чего тянуть? Дети ведь всё равно поженятся. И в своём посёлке они открыли небольшое кафе. Доход стабильный. Конечно, деньги лопатой не гребут, но понемногу крутятся, чтобы и им, и детям на жизнь хватило.

Саша восстановился в техникуме, сейчас доучивается заочно, а сам в автомастерской работает. Вечерами спешит домой — к жене Катюшке и дочке Алёнушке. На съёмной квартире они пока живут, про ипотеку вот думают. Да, расписались они с Катей сразу после его освобождения, потому как поняли, что незачем откладывать на потом важные события в жизни. Потому как жизнь — она одна, и неизвестно, что завтра может произойти.

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

А вы знали? Если написать комментарий к любому посту, то реклама исчезнет для вас на 72 часов на сайте. Просто напишите комментарий и читайте без рекламы!

0 Комментарий

Напишите комментарий

Хорошая красивая милая девушка простая добрая родная скромная любимая блондинка страстная
— Прости. Знаю, что оправдания мне нет…

- Костя! Ну постой. Ну нельзя же так. - Ань, давай обойдёмся без этих киношных сцен. Веришь, так противно, что...

- Костя! Ну постой. Ну нельзя же так. - Ань,...

Читать

Вы сейчас не в сети