Пожилая женщина несчастная бабушка

Иногда чужие люди ближе родных

Максим, как обычно, задержался в редакции – вначале никак не мог согласовать материал с героем статьи, потом редактор придирался по мелочам, а под конец зависла сеть – пришлось ждать, пока Гоша-программист всё исправит. Но это мелочи! Так всегда бывает – особенно когда вторник, а завтра с утра сдавать номер в печать…

Вообще Максим свою работу любил. Заполошная, но интересная. Может быть, не слишком денежная, но Максим верил, что все у него впереди – ведь ему только двадцать пять лет…

А вот возвращаться вечерами в пустую квартиру было тяжело – год назад от тяжелой болезни умерла его мама. И теперь он остался совсем один. Даже девушки не было. Нет, романы у него случались. Но как-то всё несерьёзно…

И, кстати, квартира была не совсем пустая – его там ждал Барик, рыжий огромный кот, любимец мамы. Максим, что уж скрывать, тоже любил этого пушистого бармалея.

— Так, себе – пельменей, Барьке – корму! – сказал сам себе Максим, припарковав старенькую «Тойоту» у небольшого супермаркета по дороге домой.

Был уже десятый час вечера. Максим отметил, что надо поторопиться, до закрытия магазина было около получаса. Да он пулей! Максим устремился к холодильникам, по дороге он заметил старушку, которая стояла у стеллажа с фруктами и любовалась на бордово-красные небольшие яблочки, даже дрожащей рукой гладила их, при этом что-то шептала и улыбалась.

Максиму на секунду показалось, что он знает эту старушку. Хотя, действительно показалось! Парень выбрал пельмени, вспомнил про кота и направился к кормам. А там ещё игрушки всякие для животных. Максим решил побаловать своего шерстяного товарища, тем более старую пластмассовую мышку Барик куда-то загнал или сожрал… Ему уже десятый год идёт, а всё как котёнок балуется.

Максим улыбнулся, вспомнив проказы своего питомца. Что уж и говорить – балованный! Мама вначале баловала, теперь он. Выбрал ему новую мышь, какую-то дурацкую палку с перьями и про корм любимый не забыл. Потом хлопнул себя по лбу – а пельмени он с чем будет есть? Опять метнулся в ту сторону, где всякие соусы. И вот, гружённый пельменями, майонезом, кетчупом, кормом и всякими забавами для кота он пошёл к кассе. И тут он услышал крики. Вначале не понял, в чём дело. Встал в конце очереди и начал слушать. Кассирша и охранник вопили так, что уши закладывало. Перед ними у кассы стояла та самая старушка, которую Максим увидел при входе в магазин.

— Ах ты, старая карга, воровка! – кричала толстая кассирша, — ты что думаешь, здесь тебе на халяву что ли все? Ты яблочко утащила, другой схватил. А рассчитываться я буду? Совсем обнаглели!

— Деточка, — робко отвечала старушка, — да я не воровала. Честное слово! Просто загляделась на яблочки. Красивые такие… У меня раньше такие в саду росли. Одно в руках подержала… Да я сама не понимаю, как я его в карман положила. Задумалась. Ты не считай его мне. Вот только булочку и кефир.

— Нет, вы на неё посмотрите! – заорала кассирша, — она ещё и диктует мне, что делать! Что ты ещё украла?

— Ничего…

Тут охранник бесцеремонно схватил её за плечо, развернул к себе.

— Так, старая вонючка! Ну-ка выворачивай карманы!

— Сынок, да я не брала я ничего, говорю, задумалась просто… — губы у старушки задергались, по морщинистым щекам побежали слезы.

Она стала выворачивать кармана под крики охранника и кассирши. А вся очередь, человек десять, стояли и смотрели. И молчали осуждающе. И все осуждали старушку – воришку поймали…

— Полицию вызывайте, и отходите уже от кассы, — недовольно проворчала дама в дорогом пальто, — что мы тут стоим. Магазин уже скоро закроется.

— Сейчас вызовем! – отозвался охранник.

Максим до этого момента молча наблюдал, а в душе его бушевала буря негодования – из-за кого-то яблока столько крика…

Ну убрала бы в сторону это яблоко кассирша, посчитала покупки старушки и всё. Нет же! Надо унизить человека. То, что от этой ситуации толстуха за кассой получает удовольствие, прям читалось на ее лице – глаза победно горели, губы то и дело слегка улыбались, пока охранник требушил ветхие карманы старушки.

— Ничего нет, — разочарованно произнёс он, — а может, ты в магазине что сожрала? Надо по камерам посмотреть. Таня, ты её держи пока здесь!

И охранник направился к монитору видеонаблюдения. Очередь вроде бы и возмущалась, но при этом было интересно – а что там ещё украла старуха.

— Может сырокопченки пару палок слопала, — хихикнул школьник.

— Ага, и пивасиком запила, — отозвался мужик с огромным животом.

— Зачем пиво? Есть мартини! – хохотнула необъятная тётка.

Старушка стояла у кассы, бледная, как смерть. Её трясло, она плакала. Но кому это было интересно?

Больше Максим не мог быть безучастным. Он отодвинул народ впереди себя и подошёл к кассе.

— Я это яблоко покупаю! – спокойно сказал он, — а ещё посчитайте эту булочку, кефир, и вот это всё!

Он выложил на прилавок свои покупки. Кассирша хотела было что-то возразить, но Максим так на нее посмотрел, что она так и присела, молча начала пробивать товар. Очередь хмыкнула – мол, защитник…

— Ничего больше не взяла! – крикнул охранник, — Тань, я не буду уже полицию вызвать. Пусть валит и благодарит, что так легко отделалась.

Кассирша только кивнула в ответ. А Максим, собирая свои покупки, посмотрел в чек.

— Это яблоко стоит тридцать рублей, — произнёс он и посмотрел на кассиршу, на людей, стоящих рядом, — и вы за тридцать рублей устроили тут показательную порку? Кому? Старушке, которая и так концы с концами еле сводит, это же понятно. Вам не стыдно? Вы как шакалы накинулись. Люди, вы забыли, что вы люди?..

Народ у кассы дружно опустили глаза, кассирша покраснела. Охранник, услышав эти слова, уткнулся в свой монитор. А Максим подхватил старушку под руку и вышел с ней из магазина. Пожилая женщина всё время плакала и пыталась что-то объяснить.

— Я, правда, не воровала этого яблока. Задумалась просто и в карман сунула, а охранник увидел и на кассе меня ждал… — разобрал Максим сквозь рыдания.

— Так, успокойтесь! – сказал он, — всё нормально. Забудьте это! Вот ваши покупки.

Он протянул пакет, потом опомнился и вытащил игрушки и корм для Барика.

— А это я всё же заберу.

— Мне ничего не надо! Что вы! – испуганно пробормотала старушка, — это же вы всё купили. А я… Я не попрошайка, и не воровка…

— Я вам верю! Простите, как вас зовут? – Максим внимательно посмотрел на женщину, — мне почему-то кажется, что я вас где-то уже видел.

— Бабой Валей, — вздохнув, ответила старушка, — а видеть ты меня, мил человек, вряд ли где мог. Я в городе недавно. А так всю жизнь в своей Петровке прожила.

— В Петровке? – удивлённо приподнял брови Максим, — Точно! Вы же баба Валя! У которой был самый роскошный сад в деревне. Ваш муж вроде агрономом был. После его смерти вы его так обихаживали. У вас же и сливы, и яблоки были. А малина какая… Баба Валя, я же Максим Скворцов! Тот самый, который у вас в саду ранетки воровал!

— Максимка! – ахнула старушка, — ты… Какой взрослый стал…

И они потом сидели в машине Максима, вспоминая прошлое…

В начале двухтысячных Максим с мамой Аллой Леонидовной жили в деревне Петровка – они туда перебрались после того, как отец выгнал их из своей городской квартиры. Обосновались они в стареньком домике покойной мамы Аллы. Тяжело им было. Работы в деревне толком не было. Отец алиментов не платил. Пришлось Алле на почту работать, хотя имела консерваторское образование, пианисткой была. Максимка ходил в деревенский садик, потом в школу…

В свободное время с мальчишками болтались по деревне – нечем было заняться, а родители у всех были в делах – копеечку зарабатывали. Мальчишки облазили все окрестности, все заброшки были им знакомы. Но больше всего их привлекал сад бабы Вали. К осени там зрели яблоки нескольких сортов, нежились на солнце пара тройка полукультурок , желтели сливы. А ещё там были настоящие абрикосы! Как они росли в чуждом для них климате – удивлялись все в округе. А баба Валя лишь таинственно улыбалась: её покойный муж-агроном знал толк в саженцах, ездил по всяким сельскохозяйственным ярмаркам. И абрикос этот однажды приобрёл — районированный для их местности.

Однажды пацаны решили попробовать этих абрикосов. Но вот незадача – баба Валя абрикосы никому не давала даже попробовать. Мало их было, как она говорила, только на заготовки сыну и набирала. Но мальчишки решили всё равно полакомиться южным фруктом. И ночью забрались к бабе Вале в сад. Но не знали они, что старушка по ночам плохо спит, часто на крылечке сидит, на звёзды смотрит. Воришек она сразу заметила и погналась за ними. Все мальчишки ловко перепрыгнули назад через забор и наутёк кинулись. А вот Максим зацепился штанами за гвоздь в штакетине и повис…

Ох, и прилетело ему тогда лозиной от бабы Вали по пятой точке! Хлестанула она его от души, а потом сама помогла с забора спуститься. Максимка кинулся вслед за ребятами.

Утром проснулся. Слышит, во дворе мама с кем-то разговаривает. Прислушался и обомлел – баба Валя к ним пришла! Это же сейчас всё расскажет! Максим, тогда ему было десять лет, ни жив ни мёртв был – как же стыдно перед мамой, которая его всегда воспитывала быть честным, чужого не брать. Что будет!..

В комнату мама тогда заглянула, улыбается.

— Сынок, вставай! Там баба Валя нам целую корзину фруктов принесла! – сказала она.

— Зачем? – Максим так и обомлел.

— Сказала, что тебе гостинец. Просила, чтобы ты с друзьями поделился. Хорошая она бабушка!…

Максим побежал на кухню…

Он никогда не забудет ту корзину, которая стояла на столе. Там и яблоки, и сливы, и грушки маленькие были. И те самые абрикосы…

Пировали они тогда с мальчишками, вспоминая свой неудачный поход. И больше ни разу в сад не полезли – стыдно было.

А баба Валя всегда улыбалась, когда Максиму на улице встречала. А он глаза опускал. Неудобно было ему. Хотя был очень ей благодарен за то, что не рассказала маме о его проделке…

И вот много лет прошло с той поры. Максим с мамой перебрались назад в город, когда отец умер. Оказывается, он оставил жене и сыну свою квартиру – всё-таки что-то было в нём порядочное. Максим на журфак поступил, потом в газету устроился, мама в музыкальной школе работала. А год назад она заболела, а потом умерла. Даже Барик, которого они захватили из деревни, не помог, который преданно лежал все время рядом со своей хозяйкой, словно пытаясь забрать её боль…

— Значит, Аллочка умерла, — вздохнула баба Валя, — жаль, ещё молодая… Эх, жизнь. Такая несправедливая! Сыночек ведь мой тоже на небе – погиб в автомобильной аварии. Он же меня к себе забрал. Дом и сад продали. Думала, буду с сыном и его семьей потихоньку жить. А оно вот как вышло. Нет моего Игоря. А сноха словно мегера стала, и внучка ей под стать…

Старушка вытерла слезинки и рассказала, что после смерти сына пришлось ей остаться жить со снохой Светланой. Деваться же некуда…

А Светлана свои порядки установила. Отобрала банковскую карту старушки, куда пенсия приходила. Давала ей три тысячи на расходы, а остальное, как она говорила, шли в семейный бюджет. Только из бюджета этого бабе Вале тоже мало чего перепадало. Светлана зорко следила, сколько старушка ест и пьет. А месяц назад даже замок на холодильник повешала, чтобы без ее ведома баба Валя чего не утянула. Внучка Настя была на стороне матери – раздражала ее пожилая женщина: ходит, шаркает, когда есть, крошки роняет…

— Я ведь всё для них! – рассказывала баба Валя Максиму, — а они после смерти Игорька как чужие мне стали. Обидно очень. Даже поесть вволю не могу. Но ты не думай! Я не воровала в магазине! Просто так получилось.

— Я вам верю! – в какой раз повторил Максим и задумался, — это что получается, ваша сноха пользуется вашими деньгами, а за вами толком не ухаживают, голодом держат?

— Ну не то, что голодом… Утром могут колбаски с хлебушком отрезать, супчик на обед. А вечером они не ужинают, фигуры берегут.

— А холодильник на замке, — подытожил Максим, — безобразие! Значит так, баба Валя, едем сейчас ко мне! Сварим эти пельмени, поедим нормально! Переночуете у меня, а там решим, что делать.

— Ой, неудобно.

— Неудобно жить впроголодь, — отрезал Максим…

Барик встретил их у дверей. Он радостно мяукнул, увидев хозяина, вопросительно посмотрел на гостью.

— Неужели это тот самый котёнок, которого Алла выловила в овраге? – ахнула баба Валя, — она тогда так переживала, выходит ли…

— Выходила, — улыбнулся Максим и тут же тень пробежала по его лицу, — только вот мамы больше нет.

— Да, Максимушка, тяжело все это.

Они немного помолчали. Потом пошли на кухню, варили пельмени. Баба Валя настрогала по-быстрому салатик из овощей, которые нашла в холодильнике. А потом они со вкусом отужинали. Барик тоже смачно хрустел свои кормом…

И так было хорошо, уютно. Словно они уже тысячу раз вот вместе втроём ужинали. Максим уложил свою гостью в гостиной, а потом долго не мог заснуть, поглаживая Барика. Всё думал…

— Мне кажется, мама бы одобрила мою идею, как ты думаешь? – спросил он кота, засыпая.

Барик что-то мякнул и свернулся рядом клубочком…

Утром Максим проснулся от запаха чего-то печеного. Оказалось, баба Валя блинчики пекла на кухне!

— Я тут немного похозяйничала, — смущенно произнесла старушка, — ты уж прости.

— Это же замечательно! Давно я не ел блинчиков! – засмеялся Максим, — а извиняться вам не за что. Хозяйничайте на здоровье!

А после завтрака он, наконец, озвучил идею, которая не давала ему заснуть этой ночью.

— Баба Валя, а живите у меня! – предложил Максим.

— Как это? – растерялась старушка, — зачем? Мы ведь чужие совсем.

— Иногда чужие ближе родных, вы ведь это точно знаете. Ну, куда вы пойдёте? К снохе, которая вас ненавидит или к внучке, которая под стать своей матери. А у меня места много. Три комнаты – выбирайте любую. Я ведь дома только по ночам и бываю. Барик всё время один. А так ему будет не скучно. И вам тут спокойнее будет.

— Но, Максимушка, как же… А вдруг ты девушку приведёшь, а тут я старая карга.

— Поверьте, мы разберёмся! – подмигнул Максим, — и вовсе вы не карга. А бабушка! У меня ведь никогда не было бабушки.

Баба Валя растерянно теребила в руках платочек. Ей понравилось это предложение. Жить со снохой было невыносимо. Наконец она согласилась. Максим радостно улыбнулся, засобирался на работу, попутно выяснил адрес снохи.

— Хочу нанести ей визит вежливости! – подмигнул он баба Вале.

— Ой, Максим, ты не ругайся с ней! Она такая скандальная.

— А я и не буду. Я только карту вашу заберу. И вещи. Много там вещей ваших?

— Да две сумочки. Они так и стоят у дивана. Игорь ведь погиб через три дня как меня перевёз. А Света потом так мне никакого места в шифоньере не выделила…

— Вот зараза! Я не пойму, а деньги после продажи вашего дома где?

— Да бог их знает! Светлана сказала, что теперь всё её. А я и не спорила. Спасибо, что на улицу не погнала.

Максим только головой покачал. В тот день он отпросился пораньше с работы, а потом заехал в отделение полиции, где следователем работал его знакомый. Максим рассказал историю бабы Вали. Следователь долго объяснял, что получить деньги от продажи дома старушка может, но надо запастись терпением, и адвоката хорошего надо найти. И это тоже не бесплатно. Максим решил для начала хотя бы карту бабы Вали забрать….

Дверь квартиры открыла развязная девица.

— Чего? – спросила она.

— Светлану позови, — сказал Максим.

— Ма, тебя! – крикнула она вглубь квартиры и пошла прочь.

Появилась полноватая женщина, этакая базарная хабалка.

— Кто вы? – приподняла она брови.

— Вам привет от бабы Вали, — ответила ей Максим, — она у меня сейчас.

— У тебя? – бесцеремонно смерив его взглядом, хмыкнула Светлана, — а я думала, морги обзвонить.

— Живая она, и вполне себя нормально чувствует. Я за её вещами и банковской картой.

— Чего? – усмехнулась Светлана, — раскатал губу!

— Слушай, ты… — Максим шагнул на женщину и угрожающе навис над ней, — если ты не отдашь карту, то сейчас сюда придет участковый. И он уже будет разбираться, в каких условиях у тебя живёт пожилой человек.

Светлана порядком струхнула. Но отдавать карту она не собиралась. И тогда Максим позвонил своему другому другу – он был актёром. По дороге к Светлане Максим уже предупредил его, что возможно будет звонить и надо изобразить отпетого бандита, беспредельщика. Телефон Максим включил на громкую связь…

Что там говорил Андрей – лучше не пересказывать. После его монолога Светлана отдала карту Максиму как миленькая, а Настя собрала все вещи бабушки.

— Там ещё деньги за дом? – уже у порога Максим повернулся к хозяйке.

— Нет денег! — закричала истерично Светлана, — я сейчас полицию вызову!

Максим только усмехнулся – эти деньги она точно не отдаст. Явно давно уже во что-то вложены или потрачены…

Баба Валя быстро обжилась на новом месте, хозяйничала по дому, о Максиме заботилась как о родном внуке. И ему было приятно возвращаться в непустую квартиру. Частенько вечерами они сидели и вспомнили жизнь в Петровке. Как-то вспомнили и тот случай, когда Максим повис на заборе.

— Если честно, я себя потом всю ночь корила, что хлестанула тебя лозиной. Дитё же совсем. Больно тебе было.

— Больно, — согласился Максим, — зато на всю жизнь стало уроком, что чужого брать нельзя. А Абрикосы у вас были самые вкусные. Мне кажется, я таких больше нигде не пробовал.

— Я тогда самые лучше выбрала, — призналась баба Валя и тут же пригорюнилась, думая о другом, — как там мой сад?

— Не кручиньтесь! Что уж теперь.

— Да. Сорвал тогда меня Игорек с места. Вот правду говорят, что не надо на старости лет покидать родные места. А я рванула. Вот и результат. Нет, был бы Игорек жив, он бы свою жену приструнил. А без него она совсем взбесилась.

— Но во всём надо видеть и положительный момент! – улыбнулся Максим, — иначе бы мы с вами не встретились. Не сидели бы вот так на кухне.

— И то верно!

А спустя какое-то время Максиму на несколько дней пришлось уехать в командировку. А тут беда – Барик выбежал во двор и подрался с дворовым котом. И всё было ничего, только через пару дней заметила баба Валя, как у Барика у уха огромная шишка вздулась. Не ест, горячий весь котейка. Старушка кота в охапку, и в ближайшую ветеринарную клинику повезла.

— Абсцесс, — сразу определила молоденькая докторша.

Она и сделала операцию. Объяснила, как потом за котиком ухаживать. Баба Валя слушала, волновалась. С возрастом такая неуверенная стала – боялась, как бы хуже не сделала животинке.

— Я к вам приду завтра вечером, помогу обработать рану, — пообещала девушка.

Наташей её звали. И не обманула – пришла! Обработала Барику рану, успокоила бабу Валю, что всё в порядке.

— Я переживаю, что Максимушка ругаться будет, не уследила за котиком, – призналась она Наташе.

— Вы все сделали правильно! – улыбнулась Наташа, — а коты – они такие! Им только дай подраться!

А тут возьми и Максим чуть раньше вернулся из командировки, увидел в квартире незнакомую девушку, удивился. Потом, когда всё понял, даже провожать пошел. А потом и ещё провожал, и ещё…

Словом, через полгода Наташа уже жила в квартире Максима на законных основаниях – свадьбу они сыграли! Вот так и живут теперь вместе с бабой Валей. Старушка им нисколько не мешает. Разве может помешать родной человек?

А Светлану, сноху бабы Вали, через год после всех этих событий арестовали. Оказалось, она бухгалтером работала, и деньги фирмы себе присваивала. Дочка ее куда-то на юга подалась. Когда баба Валя узнала обо всем этом, расстроилась немного – ведь жена и дочка сына… Её внучка… Что с ними будет? А потом решила: чего переживать? Они ведь про неё даже не вспомнили ни разу. Пусть живут, как знают.

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

0 Комментарий

Напишите комментарий

Красивый парень восточной внешности, китаец, казах, японец
– Он жив??? Мой сын жив??? – расплакалась женщина, ничего не понимая.

Назар поднялся на небольшой холм, находившийся как раз позади его аула и сел на землю, обхватив колени руками. Парень смотрел...

Назар поднялся на небольшой холм, находившийся как раз позади его...

Читать

Вы сейчас не в сети