Хорошая красивая милая девушка простая добрая родная скромная любимая бездомная

— Не бойся, всё будет хорошо, — прошептала девушка

— Бабушка как же я?

— Ничего Маша, ты уже большая. Ты совсем справишься, не сразу конечно, но всё у тебя получится…

Маша плакала глядя на бабушку, но видела, что бабули уже нет. Она знала, что её час пришёл и сопротивляться нет смысла…

Они с бабушкой жили вместе с того самого дня, как Маша родилась. Она знала, что ни мамы, ни папы на свете уже нет, но что с ними случилось девочка никогда не спрашивала. Сначала, потому что не хотела расстраивать бабушку, а потом… Потому что и сама чувствовала, что родители её не ждали, не хотели. У них были совсем другие ценности в жизни…

К бабушке часто приезжали люди. Разные люди, добрые и не очень. Маша всегда терпеливо дожидалась в своей комнате, пока бабуля с ними поговорит. Она знала, что мешать нельзя, потому что она им помогает.

Время шло и к 12 годам Маша стала понимать, что мир, который она видит, как и все остальные, это далеко не всё, что есть что-то большее, что знает бабушка и не видят другие. Теперь же это начинало видеть и она. Машу это страшно пугало и она частенько плакала закрывшись в своей комнате.

Однажды за этим занятием её застала бабуля.

— Машенька, что случилось? Почему в последнее время я всё чаще вижу тебя в слезах?

— Бабушка, мне страшно.

— Почему внученька?

И Маша всё ей рассказала. Бабуля прижала её к себе.

— Не хотела я конечно, чтобы мой дар к тебе перешёл, но видно уж ничего не поделаешь…

А теперь…

Бабушки не стало и Маша растерялась. Ей всего 15 лет и наверное её заберут в детский дом. Она очень этого не хочет.

Маша решил убежать. Сама не понимала, почему так решила. Как-нибудь проживёт, а дальше видно будет…

***

Василий Карпович погладил дочку по волосам.

— Не скучай без меня Свет, хорошо?

Молодая девушка вздохнула.

— Ну ты же знаешь, что не буду.

— Знаю, но всё равно не скучай. Я постараюсь сегодня пораньше.

— Пап…

— Что дорогая?

— Может мы найдём кого-нибудь снова? Нет, ты меня не понял. Не того, кто меня будет кормить и делать уколы, а просто человека с которым можно поболтать. Только не из агентства.

Василий Карпович посмотрел на дочь.

— А вот с этого места поподробнее. Почему тебе так не нравится женщина из агентства? Если мне не изменяет память мы уже человек шесть сиделок сменили.

— Пап, они все такие не настоящие, говорят только то, что по инструкции положено.

Он поцеловал дочь в макушку.

— Хорошо Свет, я постараюсь что-нибудь придумать…

По дороге на работу мужчина в который раз думал о том, что жизнь странная штука. Ещё пять лет назад у него была счастливая семья, а сейчас сейчас…

Жена на кладбище, а дочь болеет. Причём несмотря на то, что Василий не жалеет никаких денег болезнь прогрессирует. Доктора не дают никаких хороших прогнозов. Все твердят одно:

«Этот процесс разрушения не остановить.»

Первое время всё было не так страшно. Света проходила курс лечения и месяца три была как обычный, нормальный человек. Она конечно принимала лекарства, но об этом никто не знал. При этом девушка стала катастрофически худеть, потом слабеть…

Вот уже год она едва встаёт с постели. Иногда только сидит опершись на подушки. Совсем недавно прибавились боли. Он видел, как тяжело Свете и просто сходил с ума, потому что не мог ничем ей помочь…

Машина плавно становилась у офиса.

— Василий Карпович, а можно мне сегодня в обед уйти? У меня жену из роддома выписывают, — водитель смотрел на него в зеркало.

— Да ты что? Ну тогда конечно можно. Деньги нужны?

— Нет, спасибо большое. Ты тогда ключи оставь Вале и завтра отдыхай.

Водитель улыбнулся.

— А вот за это отдельное спасибо.

— Кто хоть родился?

— Девочка. Машей назвали.

Василий грустно улыбнулся.

— Хорошее имя. Ну отдыхай. Жене мои поздравления.

Он направился в офис.

Жизнь вокруг продолжается. Люди женятся, рожают детей, становятся счастливыми или несчастными. Только у него дома всё замерло в ожидании чёрного горя.

Самым сложным во всей этой ситуации было не сломаться самому. Он как мог поддерживал дочку, старался и улыбаться, но Свете не пять лет и она прекрасно владеет интернетом, так что иллюзии не строят. Ему было тяжело, но он понимал насколько тяжело ей, вот так быть прикованной к постели и понимать, что впереди только конец и никакой надежды.

— Василий Карпович, нужно подписать бумаги.

Он остановился, посмотрел на секретаря.

— Валь, скажи, где можно взять человека, который согласился стать компаньоном, сиделкой? Ну, чтобы не робот из агентства, а нормальный, обычный человек.

— Ну, Василий Карпович, вы вопросы задаёте… Это только, если искать. Ну не знаю, какую-то сироту, чтобы она без проблем у вас в доме постоянно жила или человека, которому уже не интересно ничего. Хотя нет, такого нельзя, нужен позитив для Светы, а не убитая горем тётка.

— Соображаешь. Ладно буду думать…

Василий пораньше завершил свои дела, обещал же Свете. Он решил заехать в магазин и купить каких-нибудь сладостей. Домработница, да и доктор конечно ругаться будут, Свете сладкое было запрещено, но он знал как сильно она обрадуется.

Уже выходя из магазина заметил одинокую девичью фигурку, чем-то привлекла его эта девушка, то ли надеждой в глазах, то ли тем, что стояла, никому не подходила, хоть и понятно было, что сейчас она переживает не лучшие времена. Василий Карпович шагнул к ней.

— Простите, вам помощь нужна?

Девушка сначала испуганно отшатнулась, а потом улыбнулась.

— Если вас не затруднит, у меня совсем кончились деньги, а очень кушать хочется.

Василий оглянулся.

— Вот смотрите кафе, пойдёмте, я вас покормлю.

Пока они шли, он всё думал:

«Сколько же ей лет? Судя по фигуре 15-16, а по взгляду, по глазам намного больше.»

Девушка с аппетитом уплетала всё, что он ей заказал. Ей было так вкусно, что даже Василию захотелось. Вот бы такая зажигалка рядом с его дочкой была.

— Скажите Маша, — он улыбнулся, — сегодня прям день Маши. Скажите Маша, а вы с кем живёте?

Девушка отложила вилку.

— Уже ни с кем… Раньше жила с бабушкой. Семь месяцев назад она умерла и я приехала в город.

— И как же вы живёте?

Маша пожала плечами.

— Ну вот как-то так. Вы не подумайте, я не попрошайка. Я пять месяцев жила у одной доброй старушки. Мыла полы, убирала, готовила. А недавно её дети забрали к себе.

— Так… — Василий барабанил пальцами по столу, — то есть, пойти тебе некуда?

— Нет.

— А ты бы не хотела пожить у нас? У меня есть дочь.

— Она больна?

— Откуда ты знаешь? — ему показалось, что Маша смутилась.

Но потом она ответила:

— Ну догадаться не сложно. Вы подавлены, оживились, когда я сказала, что почти сиделкой была, а потом сказали про дочь и всё стало на свои места.

Он улыбнулся.

— А ты умная девочка. Сколько тебе лет?

— Через неделю будет 16.

— Документов наверное никаких?

— Почему? У меня всё есть. Я не ношу с собой вещи, мою пол на вокзале в камере хранения, а мне за это разрешает там вещи хранить.

Василий с интересом смотрел на девушку. Она определённо ему нравилась.

— И много вещей?

— Не очень, пара сумок.

— Ну так что, не согласишься пожить, попробовать у нас. Понимаешь все врачи, домработница, всё это есть, но Свете не хватает общения.

— Я понимаю. Я согласна.

Василий поднял брови.

— Даже не спросила, сколько я буду платить.

Маша махнула рукой.

— Это совсем не важно.

Он никогда не видел настолько искреннего и даже немного наивного человека…

Маша смотрела из машины на город и то и дело ахала:

— Как красиво, какой большой. Ой, а это что?

И мужчина с удовольствием давал пояснения.

— Мне наверное нужно рассказать тебе, что с моей дочерью?

— Нет, не нужно, если Света захочет она сама всё расскажет.

В который раз Василий покачал головой:

«И откуда взялась такая девушка?»

Сначала он показал Маше комнату, где та будет жить. Она была снова в восторге:

— Как красиво! А это моя кровать будет?

— Твоя.

— Я никогда не спала на такой большой кровати.

Он рассмеялся.

— Ну что пойдём знакомиться.

— Пойдёмте…

Света с грустью смотрела в окно.

— Светочка.

Она повернулась, посмотрела на отца, улыбнулась.

— Папа.

— Я не один. Знакомься, это Маша.

Света с интересом всматривалась в девушку.

— Маша?

— Да, Маша. Очень хорошая девушка. Я уверен, что вы подружитесь. Ну, вы познакомтесь, а я пойду переоденусь…

Маша подошла к Свете внимательно посмотрела на неё.

— Привет.

— Привет.

Свете показалось, что взгляд Маши проник куда-то внутрь её, ощущение было странное и она испуганно посмотрела на девушку. Маша улыбнулась.

— Не бойся, всё будет хорошо.

Постепенно скованность прошла и они разговорились.

Когда Василий вошёл в комнату Света смеялась. Он замер, смеха дочери в этом доме было не слышно уже несколько лет. Оказывается Маша ей рассказывала историю, как сорока воровала у бабушки всё блестящее, а бабушка травки для памяти пила, потому что думала, что просто забывает куда кладёт.

— Ну как вы тут?

Света повернулась к нему.

— Хорошо пап.

Василий сказал, что ужин через час. Он уже готовился получить отказ от дочери, как это обычно бывало, но Света сказала:

— Пап, мне тут так скучно, а можно меня перевести в столовую? Я там хочу есть.

Он чуть в обморок не упал.

— Конечно, я сейчас за креслом схожу.

Кресло они купили давно, но Света категорически отказывалась в него садиться.

Василий вышел из комнаты, встретил домработницу.

— Накрывай на троих.

Она удивлённо посмотрела на него, потом улыбнулась и кинулась выполнять распоряжение…

Света съела немного, но всё-таки съела. Это был странно, необычно и Василий в очередной раз подумал, что бывает же такое, чтобы врачи ошибались, но внутренний голос противно подсказал, что врачи трёх стран ошибаться не могут.

Вечером перед сном Маша заметила, что Света скрючила от боли.

— Позови пожалуйста работницу, она укол сделает.

Маша подошла к Свете, положила ей на голову руку. Света почувствовала, что боль уходит. Такого никогда не было. Она хотела спросить, как это у Маши получается, но не успела, уснула. Маша тихо прикрыла за собой дверь и увидела домработницу, которая спешила с обезболивающим.

— Не нужно, Света спит.

— Как спит? У неё же вечером… — Женщина заглянула в комнату. — И правда спит. Чудеса, да и только…

Прошло всего две недели, а Свету было не узнать. Василий даже думать боялся о том, что у дочки какие-то неведомые улучшения. Он видел, что Маша вывозит её на прогулку в сад и не понимал, что происходит. Нет, он конечно радовался, но как-то боязно было, вдруг это перед ухудшением.

Как-то вечером к нему зашла домработница.

— Василий Карпович, где вы взяли эту девушку Машу?

— Не поверите, на улице. А что с ней не так?

— Даже не знаю я, вроде всё так, но она… Я даже не знаю, как это сказать… Она всё знает, понимаете. Знает, что через пять минут пойдёт дождь, что моего внука постоянно ангина. Сказала, что нужно делать и ангина, с которой мы постоянно боремся, отступила за два дня. А Света…

— Вы хотите сказать, что Маша типа колдунья?

— Да нет, что вы. Я не верю в такую ерунду, но ничего не понимаю.

Он конечно посмеялся про себя, но подумал, что взгляд у Маши и правда странный, такой пронизывающий…

Утром он собирался на работу. Маша вышла к нему из комнаты.

— Вам нельзя сегодня ехать на машине, отпустите водителя, поезжайте на метро.

— Маша…

— Пожалуйста…

Василий сам не понял, почему послушался. А когда приехал на работу, услышал в новостях, что как раз на их пути страшнейшая авария в которой сильно пострадали много машин. Причём произошла она именно тогда по времени, когда он должен был там проезжать. Ему тут же позвонил водитель, долго благодарил и чуть не плакал. Василий сразу развернулся и поехал домой. Он должен сказать спасибо Маше и спросить наконец, кто она.

Он вошёл тихо, откуда-то из комнаты доносились голоса. Василий на цыпочках двинулся туда, а когда подошёл к открытой двери замер. Маша ругалась на Свету:

— Вставай!

— Я не могу.

— Кто тебе это сказал!? Покажи мне этого человека!

— Но я болею.

— Но ты же не умерла, руку давай мне!

Василий замер, потому что дочь сняла одну ногу с подножки, потом вторую, а потом…

Потом она встала, правда покачнулась и он с трудом сдержался чтобы не броситься на помощь. Но Маша уже подставила Свете своё плечо.

— Ну вот, а говорила не можешь. Врушка ты Света.

И Света разразилась смехом.

— Да я врушка. Я стою, я хожу!

Василий тихо отступил назад. Пусть эта Маша будет кем угодно, хоть исчадием ада, но если она поставит его дочь на ноги, то он будет всю жизнь за неё молиться. Эта девушка, которую он подобрал на улице, ни в чём не будет знать нужды…

Через три месяца после очередного обследования доктор разводил руками:

— Я не знаю, что сказать… Ошибиться я не мог. Если только произошло чудо, но чудес же не бывает…

Последние слова он произнёс не очень уверенно….

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

Предыдущий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Альфонс. Красивая пара мужчина и женщина обнимаются на улице
Альфонс

Чудесным субботним утром Марина была на седьмом небе от счастья. Ведь сегодня скоро сбудется мечта всей её жизни, она станет...

Чудесным субботним утром Марина была на седьмом небе от счастья....

Читать

Вы сейчас не в сети