Бездомный мужчина на улице бомж бородатый

Прошлая жизнь

Возле загородной мусорной свалки собралась компания бомжей, которые решили эту ночь провести у костра вдали от полицейских нарядов. В тёплое время года здесь было довольно сносно. Ведь даже пропитание при желании можно было найти в свежих кучах мусора, привезённых из города и расположенных рядом посёлков. А с учётом близости реки, где обычно мылись эти слившиеся с первозданной природой и вышвырнутые из социума бедолаги, место было просто идеальным.

— Сивый!.. – хриплый женский голос бомжихи был обращен к своему товарищу, который сидел у костра на деревянном ящике и что-то кашеварил.

— Что, Лютик?.. – бездомный бродяга был сосредоточен на своем занятии.

— Тут прикол такой хитрый нарисовался!.. – женщина в лохмотьях протягивала коллеге замызганную газету.

Удивительно, но представительница прекрасного пола даже в этих немыслимых для обычного человека обстоятельствах оставалась носителем прекрасного. Лютик была одета в норковую шубу зелёного цвета. Причём по подкладке этого когда-то изысканного и модного изделия было видно, что оно имеет отношение к Италии, а не Китаю или Греции. По всей видимости, её старая хозяйка была из, как говорится, «высшего общества» и после первых признаков старения очистила свой гардероб от «пенсионера», в пользу новой коллекции.

— Я уже давно не застилаю свою постель газетами. Мне даже коробки из-под холодильника не сильно интересны!.. – из-за хронического бронхита «профессионального» характера голос Сивого был похож на звук электроинструмента.

— Не лажай!.. Тут один крендель на тебя похож до полной идентификации!.. – по последнему произнесенному слову бомжихи становилось ясно, что она в своей прошлой жизни не имела отношение ко дну пищевой цепочки.

— Мало ли на свете тождества!.. – философски заметил мужчина, на руки которого были надеты когда-то белые перчатки.

Видимо, в поле его зрения совсем недавно попали вышедшие из употребления мужские аксессуары, принадлежавшие ранее морскому офицеру.

— Не-а! Тут не просто похожесть, а конкретно твоя рожа отсвечивает!.. – Лютик продолжала настаивать на внимании товарища.

— Блин, ты приставучая!.. – бомж протер слезящиеся от дыма глаза и принял протянутую ему газету.

После тщательного изучения фотографии и прилагающегося к ней текста Сивый шмыгнул носом, и презрительно сплюнул в сторону. Затем он снова уставился на содержимое котелка, издающего аромат съедобного варева.

— Надо обмозговать!.. – буркнул он себе под нос.

— Это ты или двойник?.. – не унималась подруга.

— Говорю же, думать нужно!.. – Сивый пытался понять, каким образом полученная информация может повлиять на его текущее положение.

Этой ночью он так и не смог сомкнуть глаз. Зато утром в его голове созрел совершенно чёткий план на перспективу. Когда Сивый несколько раз перечитал статью под фотографией с изображением Григория Сивцева, бывшего несколько лет назад успешным предпринимателем и уважаемым в городе человеком, память унесла его в прошлое…

***

— Милый, ты заехал в турбюро?.. – в грудном голосе супруги слышалась вселенская любовь.

— Конечно, дорогая!.. – Григорий подошел к жене и, обняв её, поцеловал в губы.

— Покажи путевки!.. – Любовь оторвалась от ласк и пристально посмотрела на супруга.

— Смотри, Греция!.. Всё, как тебе нравится. Отель на первой линии, апартаменты люкс… — молодой человек положил на журнальный столик два конверта.

Сивцева присела в кресло и стала внимательно изучать путевки. Муж с недоумением смотрел на благоверную.

«Иногда мне кажется, что Люба безумно обожает меня. А временами складывается впечатление, как будто для неё важнее развлечения и комфорт. Неужели, все женщины ищут свои половинки, не исходя из душевной близости, а именно из-за удобства. Ясно, что должна быть симпатия друг к другу. Но ведь этого так мало!..» — Григорий задумчиво покачивал головой, смотря, как его супруга с блеском в глазах смотрела на прямоугольники из плотной бумаги, содержащие данные о туре.

Вспомнилась и недавняя фраза тещи:

«Гришенька, ты же понимаешь, что рай в шалаше не для нашей Любоньки!..».

Эта женщина вбила себе в голову, что её дочь достойна принца. Хотя все родственники жены, включая и самых дальних, в своём максимуме принадлежали к среднему классу. Причём даже не к его высшей прослойке.

— Обещай, что мы на пару-тройку дней отправимся в круиз по островам!.. – супруга в мыслях уже пребывала на Лазурном берегу.

— Как скажешь, дорогая!.. – мужчина прекрасно понимал, что сейчас у Любы в уме строятся только планы походов по магазинам, в преддверии отдыха…

В тот год предприниматель Сивцев начал расширение бизнеса. У него был партнёр Руслан Сажин. Молодые люди вместе учились в школе, а потом и в лучшем вузе города на экономическом факультете. Они ещё на старших курсах организовали свой небольшой, но достаточно прибыльный бизнес, связанный с торговлей автозапчастями. Основные деньги на первом этапе внёс Григорий. Он же и генерировал идеи по продвижению продукции. После окончания института их оборот довольно быстро позволил охватить весь регион проживания, выйдя за пределы города. Сивцев никогда не требовал от товарища и партнёра соразмерного участия. Он дорожил дружбой и во всем доверялся ему. Однако сам Руслан очень скоро стал буквально сорить деньгами и завёл сомнительные знакомства, с представителями криминальной среды.

— Рустик, мне кажется, что ты слишком безответственно относишься к нашему бизнесу!.. – Григорий просмотрел последние отчеты по бухгалтерии и увидел, что из оборота в очередной раз были выведены крупные суммы.

— Что ты имеешь в виду?.. – Сажин делал вид, что он не в курсе событий.

— Мы же обсуждали с тобой план расширения. Сейчас нам нужна оборотка, как никогда! После твоих необоснованных трат нам придётся искать дополнительные источники инвестирования! Это разве нормально?.. – в голосе Сивцева не было и намека на то, что он беседует формально.

— Подожди! Я такой же партнёр, как и ты. Мне нужны деньги, и я их беру! Заметь, не ворую, а именно пользуюсь своими финансами!.. Наши расширения и реорганизации уже стали самым обычным делом. А когда жить-то?.. – Руслан не чувствовал своей вины и сделал абсолютное бесстрастное выражение лица.

— Рустик, окстись! – Григорий вдруг почувствовал пропасть между собой и товарищем, в понимании перспектив развития совместного предприятия, — Так нельзя!..

— Повторяю, мне нужны свои же деньги! А планы всегда можно скорректировать. На то они и планы, что бы их менять!.. – ехидная улыбка озарила лицо Сажина.

Тогда Сивцев впервые понял, что их дорожки расходятся. До этого момента Руслан всё-таки не позволял себе такой дерзости и нахальства.

— Если ты не изменишь своего отношения к нашему предприятию, то… — в голосе предпринимателя звучали металлические нотки.

— То что?! – с вызовом перебил партнёр.

— Мне придётся произвести раздел бизнеса. Легче всё начать сначала, чем наблюдать, как наступает известный конец!.. – Григорий внимательно посмотрел на Руслана.

— Я подумаю над твоим предложением!.. – компаньон вышел из кабинета, где происходил разговор, не попрощавшись и шумно хлопнув дверью.

В тот день Сажин встретился со своими новыми товарищами и заключил с ними «сделку дьявола», предав друга на заклание криминальным авторитетам города…

Не прошло и недели, как Сивцева задержали за отмывание денег и уклонение от налогов. А «контрольным выстрелом в голову» стал подброшенный оборотнями в погонах пакет с кокаином. Теперь Григорию предъявлялись обвинения в нарушении статей уголовного кодекса, связанных и с незаконным оборотом наркотиков, и с финансовыми махинациями. Государственный адвокат нисколько не облегчил приговор суда, и Сивцева «упаковали» по полной программе на десять лет.

— Григорий, как же ты мог?.. – выразила негодование супруга, пришедшая единственный раз к нему на свидание в следственный изолятор.

— Не говори глупости, Люба!.. – Сивцев не верил своим ушам.

— Мне следователь и Руслан всё рассказали!.. – в голосе жены слышались обвинительные нотки.

— Это подстава! Неужели ты и сама не понимаешь?.. – Григорий смотрел на сидящую напротив него женщину и не понимал, как он мог любить её все годы, проведенные вместе.

— Я развожусь с тобой!.. Русланчик мне поможет!.. – это были последние слова, которые услышал бывший предприниматель от своей супруги.

Уже через месяц ему сообщили в колонии, куда он прибыл после вынесения судебного приговора, что он разведён, предъявив соответствующее свидетельство из ЗАГС.

«Эх, жизнь моя жестянка!.. Был у меня друг и не стало. Была и жена, но и та сбежала от меня как от прокаженного!.. И это не самое страшное. Потому что десятка на Северах в колонии может поставить на мне могильный крест!..» — мысли Григория были не самыми утешительными.

Первые три года в колонии прошли как в тумане. Голова отказывалась анализировать происходящее, вытесняя из мыслей память о прошлом и сетования о настоящем. Дни проходили чередой, оставляя в мозгу только те зарубки, от которых было уже невозможно отмахнуться. К таким негативным моментам относились разборки с блатными и пару раз госпитализации с колото-резанными ранами, полученными от заточек. Молодой человек не лез на рожон, но и прогибаться перед авторитетными зеками тоже не собирался. Короче говоря, у него появились заклятые друзья. Среди них были Хруст и Кислый. Именно эти рецидивисты, которым, как говорится, и терять-то было нечего, решились на рывок. Операцию с побегом поддерживали с воли, поэтому та часть плана, которая относилась к «халатности охранников» была проплачена их корешами на свободе. А вот сам рывок по бескрайним просторам Сибири нужно было организовывать изнутри.

— Слышь, фраерок!.. – желчное лицо худосочного Хруста склонилось ночью над Григорием, — Зенки разуй, на рывок идёшь с нами!..

— С чего бы это?.. – Сивцев ничего не понимал.

— При других раскладах тебе не прожить и двух дней!.. – к корешу присоединился Кислый.

— Убедил!.. – молодой зек встал с койки и стал быстро обуваться в темноте.

Он прекрасно понимал, почему ему поступило такое «выгодное» предложение, от которого невозможно отказаться.

«Хотят сделать меня «консервой». Зима и отсутствие хавчика заставила их взять с собой именно меня. Ведь ко мне накопились у блатных вопросы. Вот и спросят по полной! Буду на чеку, может и удастся соскочить. В любом случае, мне с моим бронхитом здесь не пережить ещё семь зим. А так появляется шанс, хоть и маленький!..» — логическая последовательность завершилась настройкой на вероятный положительный исход.

И действительно, побег с зоны прошёл как по маслу. И только на пятый день, когда прихваченные с собой продукты закончились, а до ближайшего населённого пункта было ещё более двухсот километров, Сивцев выбрал удачный момент и отделился от Хруста и Кислого. Эти ушлые зеки даже не поняли, как вдруг из-под их носа практически испарился их шанс не умереть, в тайге от голода и холода.

— Консерва ноги сделал!.. – в ужасе просипел корешу на ухо утром Кислый.

— Он же сдохнет один в этой глуши!.. – в голосе Хруста была обида, смешанная с желанием отомстить обидчику.

Однако Григорий проявил невероятную живучесть и добрался-таки до населённого пункта, где ему ещё и удалось избежать обнаружения со стороны преследователей. А вот Кислый и Хруст не были такими везунчиками и сгинули в сугробах, не дойдя до спасительного места всего несколько десятков километров.

Зиму Сивцев пересидел в небольшом сибирском городке, ловко уйдя от преследования. Тогда ему помогла одна одинокая женщина, которая увидела в нем такого же бедолагу, как и её собственный сын. Тот парень также находился на отсидке и присылал матери слезливые письма.

— Я тебе помогу, а моему Витюше какая-нибудь другая добрая женщина!.. – железобетонная логика матери придавала и Григорию смысл в жизни.

А уже с наступлением весны беглый зек решил перекладными добираться до родного города. За зиму он успел подлечиться и отъестся. А что бы его пребывание на постое не было накладно для небогатой женщины в возрасте, молодой человек помог ей по хозяйству. Сивцев обладал золотыми руками, поэтому для него не было трудным починить забор, хозяйственные постройки и крышу в частном доме, где он «квартировал».

Вернувшись на малую родину, он узнал, что за ним по-прежнему охотится полиция. Его физиономия отсвечивала на каждом фонарном столбе. Пришлось прибиться к группе бродяг и стать бомжом…

Вспомнилось первое знакомство с Шнуром и Лютиком, которые впоследствии и стали его новой семьей.

— Лютик, смотри сюда!.. – молодой бомж указывал грязным пальцем в сторону спящего в кустах мужчину, — Ты его знаешь? Вроде не из наших!..

— Глазастый ты у меня!.. – бомжиха постарше явно была главной в их компании.

— Жалко!.. Сдохнет ведь!.. – Шнур сделал участливую физиономию.

Удивительно, что среди людей, которые потеряли в буквальном смысле всё, включая даже минимальную социализацию, встречаются не зачерствевшие сердца.

— Толкни его. Он вообще жив ещё?.. – Лютик наметанным взглядом осматривала окрестности в поисках чего-нибудь полезного, для их существования.

— Да, шевелится!.. – лицо молодого бродяги осветилось улыбкой, оголившей довольно белые зубы.

— Веди его сюда!.. – в голосе бомжихи почувствовалась участливость.

С этими словами у Сивого, появился ещё один шанс на выживание. С данного момента Григорий стал не только бомжом, но ещё и носителем детской клички. Так его звали в младших классах средней школы. И даже на зоне он избежал такой идентификации.

А потом начались обычные будни, в которых Сивцев не видел для себя физических проблем. Ведь за его плечами уже были три года лагерей и тот ужасный случай с побегом, когда он чуть не замёрз и не умер от голода. Конечно же, он не торопился полностью открываться своим новым товарищам. Для их ушей Григорий поведал лишь ту часть реальной истории, где присутствовал кидок бывшего друга и предательство бывшей же супруги.

— Да, этот мир достоин того, чтобы низвергнуться в тар-тара-ры!.. – констатировала Лютик.

Эта бомжиха и сама была несправедливо обижена судьбой. Бывшая балерина столичного театра Галина Лютова, афиши с изображением которой во время её гастролей были наклеены во многих городах страны, пребывала сейчас в унылом виде. Оказалось, что известная артистка получила однажды травму лодыжки и вынуждена была покинуть сцену. После тяжелой реабилитации, на которую у неё ушли практически все накопления, она была предана забвению со стороны театральной общественности.

Как это обычно и бывает, Галина поддалась депрессии. Она стала частым посетителем психлечебницы. Этим воспользовались чёрные риэлторы, которые отжали ее большую квартиру. С этого момента она лишилась всего. Сев в один из поездов, идущих на восток из столицы, она вышла на станции в этом городе. Именно здесь бывшая балерина и хотела пребывать на дне жизни, чтобы случайно не встретить кого-то из своих старых знакомых.

«Если они мне не стали помогать тогда, то и сейчас не будут! А смотреть на их якобы сочувственные рожи мне моя гордость не позволяет!..» — именно этот аргумент и стал решающим при выборе нового места прозябания.

Другая погубленная судьба, которая имела отношение к Сивому, принадлежала бывшему программисту Кириллу Шнурову. Да, нынешний Шнур попал под пресс жизни самым тривиальным образом. Парень был воспитанником детского дома, поэтому не имел родственников. А на улице он оказался после того, как подсел на наркотики из-за своей девушки. За один год он умудрился остаться без работы и жилья. А его подруга в один дождливый день просто исчезла с его горизонта. Возможно, она познакомилась с другим парнем, который обладал лучшей платежеспособностью для удовлетворения насущных потребностей наркомана.

Шнура, так же как и Сивого, вернула к жизни, если этот образ можно так называть, та же Лютик. Сердобольная женщина, хоть и обладала острым языком и довольно суровой внешностью, отличалась от многих «коллег» чувством справедливости и состраданием. Она была уважаемой персоной в своем сообществе и никогда не позволяла ни себе, ни другим обижать слабых и беззащитных.

Эта троица научилась выживать. Они каждый день делали обход своей территории, где в мусорных контейнерах умудрялись выискивать съестные припасы, одежду и другие полезные для обихода вещи.

А в последнее время в общине произошла реорганизация. Несколько «банд» устроили передел районов, в результате чего Лютик договорилась с «буграми» о том, что для их неразлучного трио будет выделено место на городской свалке. С этого момента жизнь стала более лёгкой. Потому что теперь уже не требовалось делать обход территории, чреватый и нежелательной встречей с полицией, и с агрессивно настроенными местными жителями.

— Прикинь, Сивый!.. – Шнур последние дни был в прекрасном настроении, — Теперь хавчик к нам сам приходит в гости. А вам, прекрасная Галина, у меня есть особенный презент!..

Молодой бомж нашел в куче мусора просроченную коробку конфет и с улыбкой на лице сразу же принёс её Лютику, которую иногда называл по имени, а не прозвищу.

— Спасибо, малой!.. – женщина с любопытством разглядывала подарок, — Похоже, сегодня будем чаевничать. Сивый, тащи наш самовар.

Григорий недавно нашёл эту медную роскошь и уже успел очистить её от грязи, чтобы при случае использовать. И вот этот момент наступил, даже не заставив долго ждать.

— Ух, жить хорошо!.. – пытался продекламировать классика Сивый, метнувшись к месту хранения этого раритета.

— А хорошо жить ещё лучше!.. – продолжил неунывающий Шнур.

Лютик оторвалась от перебирания содержимого большого пакета с текстильными изделиями, который только что выудила из очередной кучи мусора, и с умилением смотрела на своих мужчин.

Этот день прошёл, как и многие до этого. Только чаепитие выделяло его из предшествующих суточных циклов. И вот Лютик сунула в руки Сивцева газету с его фотографией. Статья была посвящена разоблачению деятельности крупной криминальной группировки, в которую входил и его бывший друг, и партнёр по бизнесу Руслан Сажин. Но не акт возмездия предателя-Рустика стал причиной возникновения волнения у Григория.

Молодой человек несколько раз перечитал один абзац в газете: «Бывший предприниматель Сивцев Григорий Павлович полностью реабилитирован и восстановлен в правах. Сейчас он считается пропавшим без вести. Последние сведения о нем…».

Строчки расплывались перед глазами, а в голове стучали тысячи молоточков.

— Слушай, Сивый!.. – Лютик взяла бомжа за руку, — Тебе нужно восстанавливаться!..

Бездомная женщина со стажем прекрасно понимала, что в журналистском расследовании указаны все данные на её товарища.

— Думаешь, прокатит? Ты ведь не всё знаешь обо мне!.. – Григорий не обратил внимание на ту часть статьи, где говорилось о его побеге из колонии, а потому сомневался в самой идее.

— Мне и не нужно! В статье всё сказано!.. Ты до конца прочитал?.. – в голосе женщины было сожаление о том, что скоро придется прощаться.

Однако упускать такую возможность, чтобы полностью восстановиться в правах, было просто нельзя. Авторитет бывшей балерины сработал. Сивцев вспомнил ещё об одном своем друге со времен школьной скамьи Валерии Казакове, который в отличие он него самого строил профессиональную карьеру на юридическом поприще. Пока он был в статусе беглого зека, то обращаться к товарищу было бы безответственно. Ведь он автоматически ставил бы того под удар. Но сейчас это было обусловлено самой ситуацией.

И вот уже известный в городе юрист применил все свои связи и очень быстро восстановил документы на бывшего одноклассника. Причём арестованное в судебном порядке имущество компании, где ранее был партнёром Григорий, вернулось в его собственность.

С этого момента Сивцев вновь стал предпринимателем. Казалось бы, безвозвратно утерянный бизнес опять оказался в руках его полноправного хозяина. Но не только эти изменения стали венцом продолжительных испытаний Григория. Чудом выживший и возродившийся словно легендарная птица Феникс молодой человек всегда был благодарен людям, оказывавшим ему поддержку. Не собирался отступать от этого правила он и сейчас.

— Галина, Кирюха!.. – голос Сивцева дрожал от волнения, когда он на новенькой «японке» подъехал к лагерю своих друзей-бомжей, — Быстро в машину!..

— Чего ерунду несёшь!.. Наш фан потом не выветрить!.. – Лютик с любопытством смотрела на новый образ Григория.

— Прямо сейчас едем ко мне. А потом спа и стоматолог!.. У меня весь день расписан!.. – Сивый распахнул двери авто и стоял в полусогнутом положении, изображая полную покорность и готовность услужить.

И уже через месяц весь город обсуждал шумное свадебное торжество Григория и Галины, которые теперь оба стали предпринимателями. Семейный бизнес получил новый импульс. Причем в их организации «Мотор» системным администратором стал работать Кирилл Шнуров. Этот молодой человек отличался прекрасным профессионализмом и очень скоро вывел за счет грамотной рекламной компании их предприятие на новый уровень, превышающий пиковые показатели прошлых владельцев.

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

А вы знали? Если написать комментарий к любому посту, то реклама исчезнет для вас на 72 часов на сайте. Просто напишите комментарий и читайте без рекламы!

Предыдущий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Красивый брутальный мужчина
Одна ошибка в прошлом перечеркнула будущее

Карина приехала в столицу из маленького городка, и всё никак не могла привыкнуть к масштабам и немыслимой суете мегаполиса. Город...

Карина приехала в столицу из маленького городка, и всё никак...

Читать

Вы сейчас не в сети