Одинокий дедушка в парке в очках

– Не оставляй меня, прошу тебя, – плакал старик

– Клаша! Эй, Клаша! – окликнул Иван Иванович свою соседку, Клавдию.

– Ааа, Иваныч… Привет…

– Клаша, я хочу спросить у тебя, ты что, пустила к себе на квартиру студенток?

– Да, это Катюша и Лена. Они учатся в педагогическом институте. Это совсем рядышком от нашего дома, пешком десять минут. И им хорошо, и мне тоже. Какая-никакая всё-таки прибавка к пенсии. А почему тебя это интересует?

– Да я бы тоже пустил к себе кого-нибудь. Так тяжело жить одному.

– Что, твои так и не приезжают?

– Нет, Клаша. И сын, и дочери меня напрочь забыли. У каждого из них свои дела, своя жизнь, свои семьи. И никому из них я совсем не нужен. А мне бы так хотелось почувствовать чью-то заботу. И ночами очень страшно. Вдруг плохо станет. Смерти-то я не боюсь, а вот уходить страшно.

– Да ну тебя, старый. Что за тему завёл!

– Ну а как ты хочешь? Мне всё-таки уже за восемьдесят. Много ли осталось? Жизнь уходит. А я вот сижу вечерами и думаю о том, что прожил её напрасно.

Иван не обманывал соседку. Он и в самом деле считал, что ничего хорошего в своей жизни не сделал, жил как все, плыл по течению, не меняя того, что у него было. И вот что странно, когда-то ему казалось, что он вполне счастлив…

Вырос Иван в обыкновенной семье, его родители были рабочими и не хватали звёзд с неба. Таким же они воспитали и единственного сына. Отучившись в школе, Иван поступил в училище, окончив которое стал дипломированным строителем. Потом его призвали в армию, и он отслужил там 2 года, вернувшись в родной город с молодой женой Валентиной. Родители только всплеснули руками, увидев нежданную сноху, но приняли её. С тех пор стали жить вместе.

Иван устроился работать на ту же стройку, где трудились его отец и мать. А Валентина занималась домашним хозяйством: стирала, готовила, убирала. К тому же, после свадьбы она очень быстро забеременела и разговор о её трудоустройстве отпал сам собой.

Через девять месяцев на свет появилась Любаша, сразу же ставшая любимец всей семьи. Дедушка и бабушка в маленькой внучке души не чаяли, ласкали, баловали, делали для неё всё, что она просила. Родители тоже любили дочку, мечтали, что она вырастит добрым и умным человеком, и обязательно будет счастлива.

— Послушай, Валя, — сказал как-то Иван жене, глядя на пятилетнюю Любашу, игравшую в песочнице, — а может нам сходить ещё за одной дочкой? Смотри, какая замечательная малышка у нас получилась.

— Я не знаю,- покраснела Валентина и опустила глаза. — Но мне кажется, что я уже… ну ты понимаешь, беременная… Я на днях собиралась сходить к врачу…

— Хочешь, я пойду с тобой? — обрадовался Иван. — Вот только отпрошусь с работы.

— Не надо, — улыбнулась мужу Валентина. — Я прекрасно справлюсь без тебя. А ты работай, потому что скоро нам понадобится больше денег. Ведь у нас растущая семья.

От врача Валентина пришла очень довольная. Она и в самом деле ждала ребёнка.

— Давай в этот раз, у нас будет сын, — сказал ей Иван, обнимая и целуя.

— Кого положили, того и достанем, — ответила Валентина. — Будем надеяться, что это и в самом деле сынок, тем более, что ты так этого хочешь.

— Мне всё равно, — покачал головой Иван. — Пусть только родится здоровым… А девочка или мальчик, неважно.

Валентина родила девочку, и родители решили назвать её Надеждой. Все были рады её появлению на свет, кроме маленькой Любаши. Она никак не могла принять, что перестала быть маленьким семейным божком, перед которым поклоняются все. И делала всё, чтобы досадить сестрёнке. Люба постоянно щипала и обижала крошечную девочку, доводя её до слёз.

И даже когда Надя подросла, всё стало только хуже. Так уж получилось, что Надюша была настоящей красавицей, а Люба просто симпатичной. И старшая сестра не могла ей этого простить. Особенно она злилась, когда все вокруг начинали восхищаться миловидный личиком маленькой Надюши и забывали при этом похвалить Любу. Не в силах сдержать себя, она ломала игрушки сестры, портила её вещи, вредничала и проказничала, а когда родители начинали ругать её за это, говорила, что во всём виновата не она, а Надя.

Надежда тоже не любила старшую сестру, не чувствовала с ней никакого родства, а когда стала постарше, быстро нащупала её слабые места и не оставляла случая досадить ей. Злости Любы не было границ, когда она узнала, что мама снова ждёт ребёнка. Она прекрасно понимала, что теперь со второго плана отодвинется на третий. И всё будет ещё хуже. Надежда только посмеивалась над опасениями сестры.

Но когда родился Паша, она поняла, что Люба была права. Семья и её окружение не уставали восхищаться долгожданным мальчиком, а обе сестры с плохо скрываемой ненавистью смотрели на маленького брата.

Валентина и Иван ничего не замечали. Они считали, что живут вполне счастливо, что у них замечательная семья и ни о чём другом мечтать не приходится. Много времени они проводили на работе, подолгу откладывали деньги, чтобы купить новый холодильник или телевизор. А летом всей семьёй выезжали на море, где две или три недели проводили, отдыхая на побережье. У них никогда не было возможности арендовать дом или хотя бы несколько комнат, поэтому Иван всегда брал с собой старенькую палатку и разбивал её на самом берегу. Валентина готовила простенькие обеды и ужины на костре, чтобы накормить всю свою семью, но это никого не смущало, ведь рядом было великолепное море.

А время шло.

Давно не стало родителей Ивана, а он сам и его жена потихоньку старились. С возрастом Валентина стала часто болеть и однажды ночью навсегда оставила своего 54 летнего супруга. На похоронах Иван горько рыдал, а друзья успокаивали его и говорили о том, что он никогда не будет одинок, ведь у него трое детей и даже есть уже внуки.

— Это так, — кивал Иван, — а всё-таки без Валентины мне будет очень плохо!

Да, уже тогда он чувствовал, что ждёт его тяжёлая, одинокая старость. И он, всю свою жизнь положивший детям и семье, будет никому не нужным больным стариком.

Ивану очень хотелось рассказать обо всём этом своей соседке Клавдии, но она не стала бы его слушать. В конце концов у неё было много своих дел и забот. А потому он просто спросил, где бы ему тоже найти студентку, которая хотела бы поселиться вместе с ним в одной квартире. Клавдия кивнула:

– Узнаю, конечно. И сразу же тебе скажу. А ты куда собрался?

– На кладбище. Сегодня годовщина у моей Валентины, надо проведать могилку. Куда денусь, совсем травой зарастёт. Дети не разгонятся приехать ни ко мне, ни к ней.

– Ладно тебе, наговаривать-то. Что ж у них в душе вообще ничего человеческого нет? Всё-таки вы им мать и отец, родители…

– Вот тебе и родители, – вздохнул старик и пошёл прочь…

Он долго сидел у могилки жены, гладил рукой её портрет, разговаривал с ней как с живой, рассказывал о том, как сейчас живет. Жаловался и на детей, совсем забывших о нём. А потом с трудом поднялся и, опираясь на старенький батожок, направился домой. Он торопился, чувствуя, что вот-вот начнётся приступ, но дойти до дома так и не успел, упал прямо на тротуаре. К нему тут же бросилась какая-то молодая женщина.

– Дедушка… Дедушка… Что с вами?

Она помогла ему приподняться.

– Сейчас я вызову врача.

– Не надо, – прошептал Иван. – Я живу вон в том доме, просто помогите мне дойти до квартиры. Там есть лекарства. Я отдохну и всё пройдёт.

– Ну хорошо, – женщина покачала головой, но спорить со стариком не стала.

Однако когда он был уже в квартире, набрала номер скорой помощи.

– Как вас зовут, добрая незнакомка? – спросил Иван.

– Дарья, – ответила она.

– Спасибо, Дашенька, вы очень мне помогли.

– Нет, ещё не очень, – улыбнулась она в ответ. – Вы простите, но я вас не послушалась и всё-таки вызвала врача. Сейчас он приедет, осмотрит вас, скажет мне, что с вами всё в порядке и тогда я спокойно оставлю вас.

– Ну зачем же, – вздохнул старик. – Мне неловко перед вами.

– Ничего, успокойтесь. Знаете, вы мне напоминаете мне моего дедушку. Мы жили с ним в деревне, он сам воспитал меня после смерти моей мамы. Я очень любила его. Кстати, его тоже звали Иваном, представляете?

– Звали? – переспросил Иван.

– Да, его не стало шесть лет назад. С тех пор я переехала сюда, и только пару раз в год езжу на родину, чтобы проведать родные могилки.

– Молодец, – улыбнулся Иван. – Значит, ты не забываешь свою семью. Это очень хорошо. Ты добрая.

– Обычная, – пожала плечами Дарья и услышав звонок в дверь, поднялась со стула. – А вот и врач…

Доктор осмотрел Ивана, выписал ему кое-какие лекарства и уехал, посоветовав Дарье обеспечить дедушке полный покой. Дарья кивнула и улыбнулась старику:

– Отдыхайте, Иван Иванович. Я больше не буду беспокоить вас. Но, если позволите, на днях навещу.

– Даша, – он удержал её за руку, – а может, ты останешься? Побудешь ещё немного?

– К сожалению, я не могу. Мне нужно на работу, а потом ещё забрать из детского сада сына. Никитке всего четыре года и с ним вам точно не будет никакого покоя. Но мы с ним как-нибудь обязательно вас навестим.

– Пожалуйста, миленькая, приходи, – попросил Иван. – И сынишку своего приводи…

Дарья ушла, а Иван Иванович поднялся с постели и стал ходить по квартире, думая о своих детях, внуках и правнуках, которых он почти никогда не видел…

Раньше он часто звонил им, просил приехать, они обещали, говорили, что скоро обязательно проведают его. Но даже не перезванивали, чтобы узнать, как у него дела. Иван обижался, тоже переставал звонить, но потом не выдерживал и снова набирал то дочерям, то сыну. Однако и это ничем не заканчивалось…

И вот теперь он снова взял телефонную трубку в руки и позвонил старшей дочери.

– Любаша, я заболел, – сказал он ей. – Приезжай, пожалуйста. Мне очень нужна твоя помощь.

– Да, папа, обязательно. Скоро у меня будет отпуск и я, конечно, навещу тебя.

– Люба, ты не поняла, мне плохо. Я умираю! – воскликнул Иван.

– Папа, не говори ерунды! Ты ещё всех нас переживёшь! Сказала приеду, значит, приеду!

Иван вздохнул и отключил вызов. А потом сразу набрал номер Надежды.

– Папа, я сейчас не могу приехать, – сказала она.– Понимаешь, мы с мужем впервые за долгое время выбрались на море. Всё оплатили. Разве я могу бросить мужа и уехать? Тут же курорт, ну ты понимаешь…

Сын Павел и вовсе ничего не стал объяснять.

– Я всё понял, пап, – сказал он. – Мы что-нибудь придумаем.

Но что он мог придумать, так и не пояснил.

Прошло ещё полгода.

Всё это время Дарья и маленький Никита навещали Ивана Ивановича. Иногда они даже оставались у него ночевать, но делали это не очень часто, Дарья не хотела надоедать старику и боялась, что Никита утомит его своей болтовней. Однако ему их присутствие было только в радость и он просил Дарью не стесняться и чувствовать себя как дома. В благодарность за такое отношение, Даша наводила в квартире старика порядок, готовила ему еду и вообще ухаживала за ним, не требуя за это никакой платы.

– Даша, но ведь ты живёшь на съёмной квартире. Оставайся у меня и всё тут, – говорил Иван Иванович.

– Нет-нет, я не могу, – отвечала Дарья. – Не хочу, чтоб вы обо мне думали плохо.

– Но почему ты так говоришь?

– Ах, Иван Иванович. Сейчас люди стали другими. Раньше всё было не так. Знаете, я вышла замуж по любви, но его родители не приняли меня. Называли нищенкой и неотесанной деревенщиной, я ведь приехала из деревни, вы помните, я рассказывала вам, как жила со своим дедушкой. Ну вот. А родители моего мужа решили, что я просто хочу забрать у него квартиру. И даже Никитку не пожалели.

– А что же он?

– Ничего. Послушал их и выгнал нас с сыном на улицу. Вот и всё. Мы приехали сюда, я нашла работу, сынишку устроила в детский сад. Несколько дней мы провели на вокзале. Потом, когда освободилось место в дешёвом хостеле, мы жили там, а когда получила первую зарплату, сняла комнатушку в общежитии. Уже почти год мы с Никитой снимаем целую квартиру. Она очень маленькая и находится в хрущовке, которую готовят под снос, но нам всё равно. Мы не притязательные… Вот с вами подружились и это очень здорово, потому что мы с Никитой вас любим!

– Я тоже люблю вас, девочка… – улыбнулся Иван.

А когда она ушла, долго сидел за чашкой чая, о чём-то думая. А потом отправился к Клавдии.

– Ооо, Иваныч, привет, – кивнула ему соседка, вытирая испачканные мукой руки. – Что случилось?

– Клаша, я к тебе с просьбой.

– Рассказывай…

– Клавдия, я хочу, чтоб ты позвонила моей дочери и сказала, что я умер.

– Совсем сдурел! – воскликнула Клавдия и хотела закрыть дверь, но Иван удержал её.

Он с жаром заговорил, объясняя Клавдии, что очень хочет увидеть детей и внуков, и что услышав о его смерти они обязательно приедут. А он обрадует их тем, что жив. Все посмеются, а им наконец-то станет стыдно, что они совсем о нем забыли.

Клавдия долго не соглашалась, но потом все-таки решила подыграть Ивану и набрала номер Любови.

– Люба, девочка моя, ваш папа умер. Приезжайте, пожалуйста, скорее!

В трубке послышались крики и рыдания, но Клавдия уже отключила вызов, не желая отвечать на её вопросы.

А Иван Иванович, поблагодарив её, отправился к себе и, надев свой единственный парадный костюм, стал ждать дочерей и сына. Они жили в разных городах, и приехать могли только к позднему вечеру, но старика это не расстроило. Он улыбался, представляя, как они будут счастливы, узнав, что он жив. Однако час шёл за часом, наступила ночь, а к Ивану никто так и не приехал. Он не спал почти до утра, много раз брал в руки телефон, но так и не набрал знакомый номер. А под утро, утомленный ожиданием, крепко уснул, лёжа на кровати.

Разбудили его голоса Надежды и Любы. Дочери приехали только утром и, заглянув в комнату отца, зарыдали, но близко к нему не подошли. Они прикрыли дверь и стали разговаривать, сидя в гостиной на диване. Иван Иванович хотел подняться, но тут услышал голос приехавшего сына.

– Ну что там?

– Ничего, лежит! – ответила Надежда. – Хочешь, иди, посмотри.

– Не, – ответил Павел, – терпеть не могу покойников. Ты звонила в похоронное агентство?

– Да, скоро они будут здесь.

– С ума сошла? Зачем так быстро? – накинулся на нее Павел. – Надо было сначала обыскать тут всё. Может где-то завещание лежит. Надо же знать, что нам осталось.

– Точно! – воскликнула Люба. – Где-то должны быть документы на квартиру и дачу. Всё продадим и поделим деньги. Трёшка в таком районе будет хорошо стоить. А вот за дачу много не дадут, там один хлам.

– Ничего, что ни дадут, всё наше. А тут ещё где-то было материнское золото, помните?

– Так оно же советское, сейчас такое не носят! – фыркнула Надежда.

– Не волнуйся, я себе его возьму, раз тебе не надо! – злобно рассмеялась Любовь.

– Ага, сейчас! Держи карманы шире!

Пока сестры ругались, Павел уже приступил к поискам и выворачивал ящики старенького серванта.

Иван Иванович не выдержал, встал и подошел к двери, а потом тихонько приоткрыл её. Обе дочери и сын не заметили его: они рылись в комоде, поднимали стопки постельного белья, проверяли карманы пальто.

– На шкафу искали? – спросил Иван.

– Нет ещё, – машинально ответила Надежда и, обернувшись, замерла с открытым ртом, увидев отца.

Павел и Любовь проследили за её взглядом, и тоже застыли на месте.

– Вон отсюда! – дрожащей рукой отец указал им на дверь. – Убирайтесь! И больше никогда здесь не появляйтесь, понятно?!

– Папа… Папочка… – начала Надежда, но Иван не стал её слушать и выгнал всех из квартиры, а когда они ушли, захлопнув за ними дверь.

Вечером, когда Дарья пришла проведать его, она нашла его в очень плохом состоянии и, испугавшись, вызвала врача.

– Не оставляй меня, прошу тебя, – плакал старик, удерживая её за руку. – Очень тебя прошу…

Дарья согласилась, не решившись огорчить Ивана.

Прошло ещё два года.

Всё это время Даша была рядом с Иваном Ивановичем и заботилась о нём как о родном человеке. Но однажды утром, когда она пришла, чтобы разбудить его и накормить завтраком, поняла, что Иван Иванович не дышит. Он тихо ушёл во сне, и на его губах застыла благодарная улыбка. И снова Клавдия позвонила Любови, чтобы сообщить горестную новость.

– Опять, да? – усмехнулась Люба.

– На этот раз правда, – вздохнула Клавдия. – Приезжайте и сами во всём убедитесь.

Люба, Павел и Надежда приехали быстро и к своему удивлению застали в квартире отца незнакомую им женщину.

– Ты кто такая? – спросила её Люба.

– Никто, я просто помогала Ивану Ивановичу, – ответила Дарья.

– Ааа, социальный работник… – усмехнулся Павел. – Ну всё, больше мы в ваших услугах не нуждаемся.

Даша кивнула.

– Я уйду, мне только нужно собрать вещи, мы с сыном последнее время жили здесь.

– Пожалуйста, – согласилась Надежда и по пятам ходила за Дарьей, следя, чтобы та не прихватила ничего лишнего.

И на похоронах, когда Дарья пришла проститься с добрым стариком, Надежда не сводила с неё настороженного взгляда.

– Ишь ты, пришла… – шепнула она Любе.

– Ну и что? – отмахнулась та. – Она с ним работала. Вот и захотела проститься. Оставь её… Всё равно ей ничего не достанется… Кто она такая?

– Не знаю, – пожала плечами Надежда. – Но вокруг столько хищниц, охотниц за чужим добром…

Дарья ничего не знала об этом разговоре и просто плакала, вспоминая Ивана Ивановича, к которому привязалась всей душой.

Прошло девять дней и Даша вместе с Никитой пришли на кладбище проведать могилку Ивана Ивановича. Даша рассчитывала увидеть здесь его детей, но их там не было. И только когда Дарья собралась уходить, увидела спешившую к ней Клавдию.

– Так и знала, что ты сюда придешь, Дашенька! – сказала она ей. – Вот тебе визитка нотариуса, позвони ему срочно, он хотел тебя видеть.

– Зачем? – удивилась Дарья. – У меня нет никаких дел с нотариусами.

– Этого я тебе сказать не могу. Позвони и сама всё узнаешь.

Даша позвонила и пришла на встречу, о которой он попросил, а там увидела Павла, Надежду и Любовь, которые сидели у кабинета. Они окинули её насмешливыми взглядами, а через полчаса выбежали на улицу, оглашая её криками и оскорблениями.

– Ничего, так бывает, – улыбнулся нотариус растерянной Дарье. – Итак, вы единственная наследница Ивана Ивановича и теперь вам принадлежат не только трёхкомнатная квартира и дача, но и его сбережения, которых накопилось немало. Поздравляю вас с этим.

– Но как же они… – Дарья показала рукой на дверь, в которую только что выбежали Надежда, Любовь и Павел.

– Каждый в этой жизни получает то, что заслуживает,– сказал адвокат. – И многие люди только с возрастом понимают это. Ведь перед старыми и слабыми молодые и сильные всегда сбрасывают маски. Даже, если это родные дети. Иван Иванович успел увидеть это и сделал правильный выбор… И это очень хорошо… Вы подарили ему спокойную старость, он был счастлив с вами. А значит, вы заслуживаете подарок, который он вам сделал…

– Он был очень добрым, – кивнула Дарья. – Я его любила как родного дедушку…

– И он вас тоже, – улыбнулся нотариус. – Он любил вас как родную внучку и сам говорил мне об этом. А ещё желал вам счастья…

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

Следующий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Красивая стройная милая скромная добрая женщина
— Как ты меня нашёл? И почему так долго искал? – женщина бледнеет, она не говорит, она шепчет

Преградой для Никиты и Милы стали их родители. Разные по социальному положению, но с одним общим возражением: влюблённым едва исполнилось...

Преградой для Никиты и Милы стали их родители. Разные по...

Читать

Вы сейчас не в сети