Красивая расчетливая девушка

—Ну что, косострел, радуйся! Лялька у тебя будет!

Валя спустилась по лестнице, и выйдя на улицу, нервно засмеялась. Вот ведь, судьба какая, обхитрила всё-таки. А как всё красиво складывалось!..

Сказал бы кто, что в 32 она будет бегать по детдомам и в срочном порядке искать себе ребёнка – расхохоталась бы и назвала идиотом. А теперь, найти бы любого! Кривого, косого, главное чтоб светленький был и с голубыми глазками. А родинки она сама ему пририсует!

Затренькал телефон. Валя посмотрела на экран и чертыхнулась. Опять эта бабка!

— Да, Людмила Григорьевна.

— Валюша, ты уж прости меня за назойливость, но вы точно с Сёмочкой к нам придёте?

— Да, Людмила Григорьевна, конечно придём. За неделю сопельки пройдут, мы успеем.

— Спасибо, Валечка, храни вас Господь!

Валя попрощалась, нажала на отбой, и обреченно вздохнула…

Ищи теперь этого Сёмочку! Трёх лет, с милым носиком и ласковым, мелодичным смехом!..

Когда ей позвонила бабка Аркадия, и сказала, что тот погиб, она и не расстроилась. А потом разговор принял очень жаркий оборот.

—Одни мы остались, Валенька, я да дед, Михаил Иванович. Куда нам столько денег?

—В смысле, денег?

—А, ну вы же с Аркашей не поддерживали отношения… Он разбогател. Коттедж себе трехэтажный построил, машину – как танк, купил. А куда нам? Ты приезжай с правнучком, мы поделимся. Куда нам, старым, столько. Вон дом соседний продаётся, вам бы с Семочкой купили. Ты не серчай на нас, что мы не звонили тебе. Мы и не знали, что у Аркаши сын есть.

Валентина так крепко прижимала телефон к лицу, что, казалось, синяки останутся! Вот так подарочек ей жизнь приготовила! Аромат халявы туманил её алчный ум, и конечно, она наобещала им с три короба. Заливалась соловушкой про маленького мальчика Семёна. И буквы он знает, и ласковый. А уж как поёт! Вот же ляпнула, бабка аж чуть не прослезилась на том конце трубки! И Аркашенька у неё петь в детстве любил, и ласкался, что котейка малая. А теперь вертись, как уж на сковородке, доставай им правнучка! Не скажешь же, что оставила его в лесу 3 года назад…

Их роман с Аркадием длился часов 12. С первой бутылки Охоты Крепкое и до тех пор, когда он бодренько застегнул ширинку, бросив её, лежащей на старом диване:

—А ты ниче так, старательная!

—Денег дай. Как я буду до дома добираться?

—Э… А у меня нет. Я всё на пиво потратил.

—Нищеброд.

—Коза блудливая.

Так их роман и кончился. Аркадий, молоденький, быковатого вида парнишка, ушёл на кухню, распинывая себе дорожку среди валявшихся по комнате пакетов и пустых бутылок. Она встала, натянула на свои тощие бедра джинсы, собрала волосы в хвостик и пошла в коридор. Заметив в зеркале потеки туши а лице, показала зеркалу язык. И так хороша!

Вышла на шоссе, стала ловить машину. Перед ней припарковалась серенькая иномарка. Опустилось стекло и выглянул приличный такой паренёк, в чёрном бомбере и голубых джинсах.

— Девушка, куда вас подвести?

— К себе домой, красавчик!

Странно, но он резко дал по газам и уехал. Никакого почтения к женщине!

Потоптавшись у дороги, Валя нехотя достала телефон. Вот и кончились её римские каникулы…

Приключения – так себе, и принц был хамоватый. Но что поделать? Придётся возвращаться домой. К Кольке.

— Я от Лены вышла. Забери меня с фонтанов.

— Сейчас, моё солнышко! Через 10 минут буду.

Сев в его старую десятку, Валя загрустила. Опять сейчас начнётся…

Как чуяла…

— Валь, ну всё-таки, давай поженимся. Меня весной заберут, я там метаться буду, как волк в клетке. А так ты – жена, всё спокойнее. И над тобой смеяться не будут. Ждёшь, типа, не пойми кого. А так – мужа.

— Да кто посмеет? Пусть только хрюкнут в мою сторону – дам в рыло. Ну что ты с этой свадьбой! Сейчас же не совок, штампы ставить.

Коля привычно замолчал. Разве уговоришь её? И хотя ему всего 20, женится на ней очень хотелось!

Смелая, бойкая, с ней ему интересно. Она, как яркий непоседливый вихрь, ворвалась в его жизнь два месяца назад. И своей живостью, непосредственностью, так его влюбила, что аж мурашки по кожам, от одного её взгляда. Да, он не пара такой девушке: обычный, скучный парень. И он очень переживал, что она его не дождётся. Хоть и обещает…

Когда Коля ушёл в армию, Валя осталась жить в его тесной малосемейке на окраине. В первый день она аж плясала от радость! Одна, делай что хочешь! Жаль, свекровушка, хитро-сердабольная женщина, собралась её навещать. Ходит, белящи с пирожками носит, а сама глазами рыщет по углам: нет ли в квартире присутствия мужского? Носков в углу, или бритвы? Но Валя глупой не была. Амуры свои подальше от дома крутила.

—Валюша, Коленька просил, чтоб кормила тебя получше. А то у тебя гастрит.

—Вы, Тамара Валентиновна, даже перестарались. Животища прёт, в штаны не лезу.

—А от белящей ли? – хитро улыбнувшись, спросила женщина.

И Валя чуть язык не прикусила: и правда, от еды ли? Когда у неё там женские дела были? Мама дорогая, не помнит! Выпроводив свекровь, девушка рванула за тестом. Две полоски! Побежала к врачу. Тот посмотрел и спросил:

—Что ж ты затянула так, милочка? Четвертый месяц пошёл.

Валя глазами захлопала. Вот она кретинка!

Врач объяснил: ничего сделать нельзя. Рожай теперь, забывчивая…

Эх она и разозлилась тогда! Сразу поняла: Аркадий! Говорил: я мимо, мимо. Снайпер, блин. Нашла его номер в телефоне, и позвонила.

—Ну что, косострел, радуйся! Лялька у тебя будет!

—Ты кто?

—Конь в пальто! Валя, которой ты даже денег на проезд не дал.

—А, эта… Ты что несёшь, какая лялька?

—Беременна я. И буду рожать.

—Слушай, но мне ребёнок не нужен. Может, тебе денег дать? Чтоб избавиться?

—Нет уж. Отвечай теперь по полной!

И хихикнув, бросила трубку.

Ещё три месяца она жила спокойно. Взяла у матери старых кофт побалахонистей, и никто не замечал её выпирающие формы. А потом, уволившись со склада, уехала к бабке в деревню. Та старая, подслеповатая, не заметит.

И там, лишённая привычной суеты и веселья она задумалась о жизни. Ребёнок ей не нужен. Молодая ещё, угла своего нету. Можно, конечно, на Кольку повесить. Тот уписается от счастья, вместе со своей мамашей. Хотя, мамаша у него не проста, хоть и елейная. Углядит наверняка, что ребёнок – не от её дражайшего сыночка. Попрут из квартиры, вместе с приплодом. Да и ей, к чему обуза? Столько в жизни клёвого, а дети – ещё успеется…

Она не решилась идти в местный роддом. Разнесут кумушки сплетницы по всему посёлку. И на девятом месяце пошла домой к акушерке:

—Тётя Вера, помоги. Родить мне надо.

—Так идём.

—Не, не в больнице. Тайно. У тебя дома.

Женщина прищурилась и строго не неё посмотрела.

—А потом куда денешь?

—В дом малютки отдам. Тётя Вера, только никому не говори! На вот – цепочку золотую. Мало? А вот серёжки с камешком, фианиты, и колечко золотое.

Валя снимала с себя все свои золотые украшения, кладя перед женщиной на стол.

—Ну, возьмёшься?

—Ладно, уговорила. Только смотри, чтоб в малютку отнесла, а не в под забором выкинула.

—Обещаю, тёть Вер. Честно-честно!

Когда пришло время, и живот схватывало всё сильней и сильней, Валя поплелась в дом акушерки. Хоть и отчаянная была, и вместо страхов – в голове гулял шальной ветер, а всё равно боялась.

—Ну, девка, смотри не ори. У меня муж спит после смены, проснётся – ругаться будет. Вон, ложись, я чистую простынь постелила.

Указав на кровать в углу, Вера поставила на плиту кастрюлю с инструментом. Прокипятила все нужное, покосилась на худые ноги Вали и на всякий случай бросила к инструментам щипцы.

— Как бы не присесть мне с тобой… Что не так пойдёт – говори что сама ко мне пришла, когда головка показалась. Поняла?

— Поняла, тёть Вер. А когда всё закончится? А то я кофту в тазу замочила…

— Ох дурында… — вздохнула акушерка и села ждать.

Валя разрешилась от бремени под вечер. Мельком взглянула на малыша, спустила ноги с кровати, чтоб подняться.

— Полежи хоть с часок, успеешь к своей кофте. Смотри, какой мальчонка у тебя! Красавчик! Может, оставишь?

— Не, баб Вер, я так решила…

Она ушла от женщины по темну, пряча малыша под старой курткой. Дома положила в коробку, укутав полотенцем, и пошла к мосту. Прошла затон по песчаной насыпи, вышла к берегу реки. Вдоль леса стояли палатки. Валя не решилась везти ребёнка в детдом. Запищит ещё в автобусе, и все про него узнают. И понесла его к туристам.

Тишина, под утро все палаточники задрыхли. Ну ничего, проснутся – и увидят его. Вот она какая молодец! Хоть не хотела его, а заботится! Выбрала самую модную машину, белый джип, и, сама не зная зачем, запомнила её номера. Положив коробку на пенёк, она поспешила домой. Через час светает, рыбаки на речку вылезут. Вернулась в Колькину квартиру, и мамаша его через день припёрлась. Живот ещё не опал, косится на Валины формы под майкой.

— Как отдохнула, Валечка?

— Да какой отдыхать, бабке с огородом помогала. 70 лет, а всё как в молодости – и капусту солить ей надо, и помидорчики.

А когда та ушла, набрала Аркашу.

—Поздравляю тебя! Ты теперь — папаша.

Тот аж закашлялся, видно, поперхнулся чем-то.

—Опять ты. Что тебе надо? Я ж сказал – мне ребёнок не нужен.

—Трёшку гони, на кроватку. А не дашь – в суд пойду, на признание отцовства.

—Ну ты и дрянь.

—Язык свой прикуси, а то под алименты загремишь. Номер карты в смс скину, жду три тысячи.

Он перевёл деньги вечером. Валя даже удивилась, как всё просто…

И когда на душе было особо паршиво, звонила Аркадию. Пугала отцовством, вышибая денежки, и слушала его унылые речи про то, что она его по миру пустит. Даже на душе становилось приятней. То на коляску пятёру, то две на врача…

Пусть теперь знает, как честных девушек обижать!..

***

Двое отдыхающих, Марина и Андрей, мирно спали в своей палатке. Пёс, немецкая овчарка Рекс, дремал в ногах, на небольшом собачьем матрасе. Вдруг он завозился, повел ухом.

— Рекс, спи давай… — сонно пробормотала Марина.

А тот раз гавкнет, два.

— Андрюш, выпусти его в туалет.

Мужчина поднялся, сквозь сон расстегнул молнию на палатке и брякнулся обратно на матрас. Пёс рванул в кусты, и через пару минут вернулся.

— Ну что ты лаешь? Ну Рекс, дай поспать!

Но пёс не унимался! Схватил Андрея за шорты, и тянет.

— Ты ж щас стянешь их. Ай, хватит!

Но пришлось подняться. Андрей нашарил сланцы, строго глянул на пса.

— Ну идём, что там у тебя?

И через минуту залетел в палатку как ошпаренный. Сна – ни в одном глазу, а в руках – коробка открытая!

— Марин, вставай! Нам ребёнка подкинули!

— Ребёнка? – жена резко поднялась, отряхивая с мыслей сон.

Заморгала от удивления, увидев в коробке младенца.

— Андрей, что делать? А с ним всё нормально? А почему он не плачет?

Малыш лежал, и спокойно смотрел на двух испуганных взрослых. Моргнул голубыми глазёнками, помахал ручкой. И, кажется, уснул.

Марина прислушалась: дышит! Она была так напугана, что не сразу сообразила набрать свою бабушку. Первым очнулся Андрей.

— Я вещи быстро покидаю, палатку тут оставим. А ты пока из коробки его вынь.

Она боялась сделать что-нибудь не так. Где-то она слышала, что новорожденным нужно придерживать головку. Но как это сделать? Осторожно, как с самой хрупкой драгоценностью, она просунула руку под нежные волосики младенца. Он был легенький-легенький! Марина прижала его к своей груди и удерживая одной рукой, нащупала свою кофту. Накинула на свое плечо, укрыв малютку.

Муж завел двигатель, бросил в багажник их вещи. Придерживая Марину, посадил её на заднее сидение.

Оба долго молчали, не решаясь произнести свои мысли вслух. Первым заговорил Андрей.

— Марин, ты же понимаешь, что это наш шанс?

— А нам ничего не будет?

— От кого? Только историю нужно придумать, чтоб все поверили.

— Как думаешь, он здоровый?

— Не знаю. Елена Владимировна дома? Поехали к ней.

В 5 утра они зашли в обычную панельную пятиэтажку и стали звонить в дверь. Бабушка, увидев их, сначала разволновалась:

— Что вы в такую рань?! Что-то случилось?

— Да, бабуль…

И Марина откинула свою кофту с личика малыша…

Через десять минут Елена Владимировна привычными движениями проверяла рефлексы ребенка.

— Всё с ним хорошо. Здоровый, ну, что на глаз определить можно. Даже не замёрз, смотри-ка! Ты голодный, да? Ах ты, хулигашка, в лесу решил поспать. Ну ничего, мама Марина с папой Андрюшей тебя теперь не отпустят!

— Бабуль, а как нам всё устроить? Если мы его в детдом отнесём, то пока все документы оформим, пока справки соберём… Вдруг его заберут?

— Заберут конечно! Таких ладненьких мигом разбирают. На, подержи пока, а я записную книжку поищу.

Бабушка Марины всё устроила. Хоть она и вышла на пенсию, а старые знакомства и связи остались.

— Ты, Мариш, приложи его к груди. А Андрюша с утра в аптеку сгоняет, молокоотсос купит.

— Баб, а зачем? У меня же всё равно молоко не появится… я же не рожала.

Бабушка улыбнулась.

— Знаешь, а раньше и не рожавших расцеживали. Было дело. Сейчас я, проглажу полотенца, и пупочек обработаю. Поживите пока у меня…

Марина не верила, что молоко может прибыть. Она лежала с Сереженькой, прижав его, голенького, к себе. Так велела бабушка.

— Лежи, и чаще к груди прикладывай.

И случилось чудо! Через три дня её грудь набухла, из неё посочились редкие, молочно-белые капельки.

— Вот, что я говорила! Сама и выкормишь!

Бабушка учила её ухаживать за младенцем. Ошарашенный свалившейся на голову радостью, Андрей скупал распашонки, погремушки, и всё-всё, что было нужно крошке. Хоть он и не был набожным, но теперь шептал про себя: «Господи, спасибо тебе!».

Они с Мариной жили вместе 3 года, и уже отчаялись. Жена не беременела, как они не старались. А тут – такое чудо! Ну точно, Бог послал.

Марина с Серёжей жили у бабушки 2 недели. Андрей продал свой навороченный компьютер, чтобы купить справку из роддома. Пока жена гостила у бабушки, съездил в соседний город, нашёл им съёмную квартиру. И работу на первое время: менеджером в автосалон. Перевёз их вещи, и заехал за Мариной с сыном.

Все, кто видел их на новом месте, считали что Серёжа – их родной сын. Свою медицинскую карту Марина предусмотрительно потеряла, а что на учёте не стояла – отболталась, что религиозная и не хотела медицинского вмешательства.

Конечно, они его обследовали. К счастью, мальчик оказался здоров. И сел вовремя, и заговорил. Иногда Марина думала: кто же его мать? Может, она была хорошая? Бабушка сказала, что биологическая мать малыша врядли была маргиналкой с зависимостями. И Марина решила, что девушка просто попала в беду. Муж не одобрял ребёнка или от родителей скрывалась. Но почему тогда в лесу бросила? А, может, не бросила а специально им подкинула? Сплошные загадки…

В три года они отдали Сережёньку в садик. И вдруг – как снег на голову, звонок в дверь. Худая крашеная блондинка на пороге, и её слова:

— Здравствуйте. Верните мне моего ребёнка.

У Марины пробежал холодок по позвоночнику.

— Вы наверное адресом ошиблись.

И потянулась закрыть дверь.

— Нет я не ошиблась. Это мой ребёнок! И я написала заявление в милицию.

От шока Марину затрясло. Она силой вытолкала женщину в подъезд и захлопнула дверь. И скорей набрала мужа.

— Андрюш, приезжай скорей! У нас беда!

Пронырливая Валя всё продумала. Она ходила в милицию и написала на Марину с мужем заявление. Нашла их по номеру машины. И придумала такую историю. Она, бедная, брошенная всеми девушка, очень не хотела отдавать ребёнка в детдом. И попросила Марину, свою знакомую, присмотреть за малышом, пока Валя встанет на ноги. А та – украла младенца и не хочет отдавать. Догадавшись, на что давить, она сделала приписку в заявлении: прошу провести гинекологическую экспертизу, и генетическую. Чтобы доказать, что именно Валя – мать ребёнка. Так то, задним умом, она понимала что позиция её – шаткая. Конечно, эта тётка с бульдожьей мордой будет с ней спорить. Но, блин, не рескуя – денежки не урвёшь. А бабка Аркаши через день названивает.

Через пару дней к Марине пришёл мужчина в форме.

—Старший сержант Никифоров Артем Палыч. Можно зайти?

—Да, конечно, проходите. Вы по поводу той сумасшедшей женщины?

—Ну, может и сумасшедшей, но заявление она написала по всем правилам. И я обязан вас опросить. Вы записаны в свидетельстве о рождении?

—Да. Сейчас принесу его.

—Справка из роддома есть?

—Да. – чуть помедлив, ответила Марина.

—Эта женщина утверждает, что отдала вам малыша на временное проживание. Что вы сами её уговорили, что ребенку так лучше будет.

—Это не правда. Она даже не знает как его зовут.

—Нас тоже это рассмешило, – улыбнулся сержант. —Но, сами понимаете, такое заявление мы не можем оставить без внимания. Мой вам совет: если не хотите долгих разбирательств, сделайте платно экспертизу, и все обвинения Марины Игоревны разобьются. Сейчас психов всяких – уйма. И со справкой, и без. Она в суд собирается идти, чтоб вас на экспертизу принудить.

—Спасибо. Мы, наверное, так и сделаем.

Оперативник ушёл, оставив женщину с щемящим чувством надвигающейся катастрофы.

На следующий день они отпросились с работы и рванули к бабушке в свой родной город.

— Бабуль, что делать? Нельзя идти на экспертизу.

Пожилая женщина вздохнула.

—Да, вляпались так вляпались… Так сразу не решишь, подумать надо.

Но ничего они не придумали. Экспертизу – не подделать. А если и купить, правда, ещё неизвестно, у кого и как, то при суде назначат новую. И тут уж они точно погорят.

—А вы попробуйте поговорить с ней. Зачем ей вдруг ребёнок понадобился. Может, она денег с вас взять хочет?

—Если раз дадим, то всю жизнь откупаться придётся.

—Но если мы расскажем, как на самом деле было, то бабушку подставим и ту женщину, которая справку нам дала.

—Обо мне не думайте, – успокоила их Елена Владимировна. —В тюрьму меня не посадят, а справку скажу что сама подделала. Но, надеюсь, до этого не дойдёт.

Андрей пошёл в участок и взял телефон Вали. Они назначили встречу в кафе. Валя опоздала на полчаса и вела себя, будто все ей должны. Марина еле сдерживала свои эмоции. Она всю жизнь старалась избегать таких людей: наглых, нахалистых и лживых.

—Зачем вы коробку забрали? Я на пять минут его положила, в кустики пошла по-маленькому. Пришла – а ребёночка нет.

—Так что ж вы в полицию не обратились?

—А это не ваше дело.

—А зачем в лес с ребёнком пошли?

—Я что, на допросе? — высокомерно спросила крашеная блондинка. —Может, я за грибами пошла. Мать-одиночка, никто не содержит, а есть надо.

—Валя, давайте честно. Зачем вам ребёнок? Вы же как-то жили без него три года. Почему сейчас? – как можно миролюбивее спросила Марина.

Она старалась сдерживать себя, чтоб договориться с этой женщиной.

—У нас есть небольшие накопления…

— Ну, так то я вас понимаю. Привыкли, наверное. А деньги мне не лишние. Давайте так: пусть он у вас живёт. А я его забирать буду. Иногда, не часто. На день, или на пару часиков. Согласны – заберу заявление, скажу что ошиблась. Только, чтоб он мамой меня называл. Он, кстати, песенки знает?

— Какие?

—Ну, какие-нибудь. Тили тили, трали вали. Или про ёлочку.

Андрей смотрел на неё, как на умалишённую.

—Вы что, выступать с ним хотите? Как со слоном в цирке?

Марина тоже не выдержала:

—Валя, вот вы всё требуете, договориться хотите. А вы хоть спросили, как его зовут? Здоров ли он, как ему живётся?

Супруги встали из-за стола, и молча ушли. Валя хлопала глазами, а когда поняла, что проиграла, стукнула кулаком по-столу.

—Ну я тебе устрою, коза щипаная!

Пришла домой и накатала заявление в суд. Старалась, расписывая, как Марина с Андреем обманули её, беззащитную мать-одиночку.

А те, тем временем, приняли своё решение. Они пойдут до конца. Все равно его не избежать.

«Прошу начать расследование по факту покушения на убийство, установить материнство пребывающего со мной ребёнка, и лишить его мать родительских прав.»

Так они написали в заявлении, и отнесли его в милицию.

Разбирательство было долгим. Много раз Марина жалела, что решилась на всё это.

—Мариш, ну ты же понимаешь, что пока Сережа не станет официально наш, мы так и будем жить в страхе. – утешал любимую муж.

—Понимаю… Но все эти допросы, экспертизы, опека… А если не получится? Если Серёжу решат отправить в детдом?

—Ну что они, звери что ли… Мы его любим, а он нас. Любая опека на нашей стороне будет.

По решению суда им назначили генетическую экспертизу. Андрей привел Серёжу в клинику, стараясь оградить его от общения с Валей.

—Сюси пуси, какой мужчинка!

Валя нагло схватила мальчика за ручку, но тот, отпрянул и захныкал. Валя обиженно отошла в сторону.

Марина ходила по врачам: к гинекологу, неврологу, психиатру. Собирала справки о своём здоровье. Андрея тоже таскали по обследованиям. А ещё к ним в квартиру зачастила опека. Проверяли, как живётся Серёже, есть ли в холодильнике еда, у него – игрушки. Раз в неделю осматривали ручки, ножки и животик ребёнка. Нет ли следов грубого обращения. И это было удачей! Сначала опека вообще хотела изъять Серёжу на время расследования! Марина чуть ли не на коленях стояла, упрашивая женщину из опеки не забирать Серёжу. И сердобольная женщина согласилась.

—Я вам верю. Видно, что вы мальчика любите.

Это была маленькая победа. Сложнее было с бабушкой Марины. Елена Владимировна взяла всю вину на себя. Она надоумила внучку оставить ребёнка себе. И справку она сама подделала. Пришла навестить бывших коллег в роддом, и печать со стола старшего акушера свиснула. Форму знала, подпись – подделала. Потому что пожалела подкидыша и семью внучки.

—Ну сажайте меня, что ж поделать.

Следователь, который вёл допрос, покачал головой. И куда её, 68-летнюю бабушку?

Через три недели пришла экспертиза. Валентина – биологическая мать Серёжи. И дело приняло совсем другой оборот. Женщина, до этого строившая из себя жертву, вдруг поняла, что сама себе вырыла яму. И следователь, не проявлявший до этого своих чувств, теперь вцепился в неё, как бульдог.

—Почему рожали не в роддоме? А на учёт почему не встали? Зачем пошли в лес с новорожденным младенцем? Почему не в поликлинику?

Валя терялась, мямлила про грибы и трудные жизненные обстоятельства. Осторожно строила глазки, намекая, что женщина она одинокая, и квартиру снимает без подружки. Не помогло.

Мужчина брезгливо поморщился, и снова продолжил допрос. Нашли и ту соседку-акушерку, принимавшую у Вали роды.

—Так она мне сама обещала – в дом малютки отнести! Разве я знала, что она в лес его понесёт?

—А зачем вообще ей помогали?

—А вы бы что на моем месте сделали? Откажусь я помочь – она ж в роддом всё равно не поедет. Родит где-нибудь в сарае, а если покалечится? Уж лучше со мной.

—То есть, вы подтверждаете её тогдашнее намерение не оставлять себе ребёнка?

— Ну да. По крайней мере, она так сказала: отнесу в дом малютки.

Акушерку отпустили, не сочтя ее действия преступными. Дело стало ясным, кроме одного. Почему Валентина так резко решила вернуть себе малыша? Раскаялась? Взыграли материнские чувства? Следователь не верил в такое прозрение.

— Телефон её послушайте. – поручил оперативникам.

И те через три дня принесли ему разгадку.

— Валечка, ну как там Сёмочка? Бедный мальчик, три годика – и затяжная пневмония, – сетовал старческий голос. — А я с соседом говорила, он за 58000 свой дом отдаст. Там такой дворик хороший – качельки, яблоня. Сёмочке как раз свежий воздух после болезни. Ты приедь к нам с ним, а то дед совсем плох. Паспорт заодно привези, чтоб риэлтор договор оформил.

Пазл сошёлся! Узнав адрес стариков и допросив их, следователь узнал всю правду. И выписал ордер на арест Вали. Чудо-мать посадили в СИЗО. А после суда отправили по этапу.

Марине с Андреем удалось сохранить свое родительство. Им разрешили официально усыновить мальчика. Их страхи кончились! Теперь они – по закону родители Серёжи!

В субботу они устроили настоящий семейный праздник! Сережка носился со своей новой машинкой-трансформером, Марина с бабушкой накрывали на стол. Вдруг раздался звонок в дверь. Андрей пошёл открывать. На пороге стояла старенькая бабушка, держа под руку сухонького деда.

— Вы простите нас, мы телефон в милиции выпросили. Можно на правнучка одним глазком взглянуть!

Андрей почесал затылок, позвал Марину.

— Мы ничего ему не скажем, и тревожить вас не будем. Хоть посмотреть на мальчика!

Бабушка с дедом зашли в детскую. Встали у порога, глядя как мальчик строит гараж из конструктора. Бабуля вытерла салфеткой набежавшие слезы.

— Спасибо вам! Мы узнали историю про лес и Валентину. Какое счастье, что вы тогда отдыхали на берегу. Мы пойдём. Если будет желание, приезжайте с Сережей отдыхать к нам на дачу. По соседству – тоже наш дом. Мы вам его отдадим. Вам, и Сереженьке.

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

Предыдущий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Красивая счастливая женщина в возрасте блондинка в свекровь теща
— О, боже, как хорошо зятёк. Ещё, давай ещё, — шептала тёща зятю в бане

Валентина Петровна недовольно поджала губы и махнула рукой на дочь: – Прости, Юля, но я не ожидала от тебя такой...

Валентина Петровна недовольно поджала губы и махнула рукой на дочь:...

Читать

Вы сейчас не в сети