Хорошая красивая милая девушка простая добрая родная скромная на улице зимой

— Внученька, как хорошо вы сказали… Будьте моей бабушкой… — проглотив комок в горле ответила Ольга

Ольга возвращалась одна по тёмной улице. Уже был второй час ночи. Да, задержалась она сегодня на работе, так бы такси вызвать, но как назло в кармане гулял ветер, а в свете последних событий Оля понимала, что в ближайший месяц ей придётся поясок затянуть ещё потуже. Дело в том что Ольга работала продавцом в небольшом супермаркете и сегодня там была ревизия, три раза всё пересчитали и вот вылезла недостача в 100.000. Откуда они взялись? Воришек не было, камеры регулярно проверяют, коллектив у них в магазине дружный, честный. Никто не может красть. Или всё-таки завелась крыса? Девчонки все как узнали сумму, так и поникли, это ведь теперь на них всех раскидают. Начальство чего, они разбираться не будут. Вот их четверо продавцов-кассиров, значит каждая по 25 тысяч отдай, а у них зарплата такая за месяц. Начальник смилостивился, разрешил на два месяца растянуть, но ведь тоже много, от зарплаты смех останется, но делать нечего, придётся платить, иначе в полицию заявит хозяин.

Оля тяжело вздохнула, поёжилась. Холодно, да зима уже на подходе. Первый снег оказался в этом году таким настырным, выпал в конце октября и таять не собирался, а уже середина ноября. Теперь точно тепла не будет. Девушка получше закуталась в свой тоненький палантин, поглубже засунула руки в карман старенькой куртки и ускорила шаг. Нет, ей было нисколько не страшно идти по тёмной улице, как назло там только один фонарь светил где-то вдали. Казалось после сегодняшних потрясений уже ничего не случится и тут Оля увидела, как впереди от стены дома отделилась тень и направилась к ней. Сердце предательски ёкнуло почему-то. Вдруг захотелось повернуться и побежать назад. А куда только? Магазин закрыт, знакомых на этой улице у неё нет, а закричи, никто не услышит, все спят.

Оля встряхнулась. Чего это всякие ужасы в голову лезут и смело шагнула навстречу. В темноте она не сразу разглядела, кто стоит перед ней. И вдруг тяжёлые тучи разошлись и на небе показалась луна. Её мутноватый, желтый свет тут же устремился вниз осветив Олю и ещё кого-то. Девушка увидела старуху. Дряхлая с клюкой, одетая в непонятное тряпьё. На секунду ей показалось, что это баба Яга из детских сказок. Мурашки поползли по спине. И тут старуха заговорила:

— Девушка, милая. Помоги мне, — хрипло произнесла старуха, — сил моих нет самой дойти. Доведи меня пожалуйста.

— Куда? — Оля кое-как смогла пошевелить губами.

— Да тут рядом на кладбище, живу я там.

Услышав это у Оли волосы дыбом встали. Кто стоит перед ней? Оборотень? Оля лихорадочно соображала что делать. Да, она смотрела фильмы ужасов и помнила, что там герои втыкают осиновые колья, стреляют серебряными пулями, вот в таких как это… бабка. Но где Оля всё это возьмёт сейчас? У неё даже газового баллончика нет. Да и разве поможет он в борьбе с оборотнем.

«Главное её не рассердить.» — пришла спасительная мысль.

— Бабушка, какое кладбище? — стараясь казаться спокойной спросила Оля. — Я не знаю, где оно.

Хотя хитрила, знала, если тут через переулок пройти на другую улицу, выйти потом к пустырю, а за ним и старое городское кладбище. Вот так случилось, что кладбище в городе было совсем рядом и все к нему привыкли, не обращали внимание, тем более оно старое и там почти уже никого не хоронят.

— А я покажу тебе милая, — не унималась бабка, — ты только помоги мне дойти, — и она протянула к девушке свою костлявую руку.

— Прочь! — закричала девушка, — Изыди! Господи помоги!

Оля которая сроду не умела креститься вдруг осенила себя крестом. Не смогла она казаться спокойной, настолько ей было страшно. Она попятилась от старухи понимая, что не сможет убежать. Ноги от страха словно прилипли тонкой подошвой осенних ботинок к асфальту.

— Детка, я тебя напугала? Ой Милая, прости, — всплеснула руками незнакомка. — Ты меня за мертвика что ли приняла? Да живая, живая. Не померла ещё и из ума не выжила, просто живу на кладбище, там старый дом смотрителя остался. Меня баба Валя зовут. Господи, да ты сейчас в обморок упадёшь. Ой батюшки. Да что же я дура старая наделала, — старушка запричитала, закачала головой, что-то ещё говорила и говорила.

Оля наконец начала приходить в себя. Вроде бы живая. Действительно меньше надо было в детстве с ребятами фильмов ужасов смотреть. Оля ведь в детдоме росла и они втихаря иногда пробирались в фойе, включали телевизор по ночам, когда старый сторож дядя Ваня накатив очередной чуток храпел у себя в каморке. А дежурная воспитательница убегала домой, также втихаря. И иногда по телевизору ночами показывали истории про таких вот старушек в ночи. Жуть одна. Но это была другая история и другая старушка.

— Простите, — вздохнула Оля, — Вы так неожиданно появились, вот мне и привиделось непонятно что.

— Да я сама виновата, — улыбнулась старушка, — не с того разговор начала, просто замерзла очень, не соображаю что несу.

И тут Оля разглядела в свете Луны, что никакая эта баба Валя не страшная, просто обычная старушка одетая в потрёпанную куртку с деревянной палочкой в руке.

— А почему вы на кладбище живёте? — удивилась девушка. — Где ваш дом, родные?

— Есть у меня сын и квартира есть, только выгнал меня сын на улицу. Я с горя к мужу на могилу пошла, думала там и останусь, но нет не нужна я ещё Богу. Меня там и увидел бывший смотритель. Его ставку сократили, больше не работал он там, а домик на территории кладбища остался. Вот этот добрый человек поняв, что мне идти некуда и предложил в нём пожить. Я там уже три месяца. А что там нормально, печка даже есть, худая, но всё же.

— Ужас какой, — пробормотала Оля, — а ночью почему вы здесь оказались?

— Ой милая, да мозгов у меня совсем нет. В магазин я пошла, вон в продуктовый ларёк. Я же кошку подобрала, выбросили её, как и меня. Вместе уже месяц. И тут молоко кончилось, а моя Мусенька так жалобно мяукает. Я и пошла за молочком в часов 8 наверное. Пока дошла, купила, вышла из магазина и так мне дурно стало, по стенке у дома на асфальт сползла и сидела всё это время. И никто даже не подошёл, не спросил, что со мной. Шарахались от меня, как от прокажённый. Сейчас вроде получше стало. Вижу девушка идёт. Ты прости, что я тебя напугала. Я просто понимаю, что через пустырь сама не дойду, сердце так колотится и дышать тяжело.

Оля предложила вызвать скорую, но баба Валя отказалась. Не заберут они её, скажут старая, чего вы хотите.

— Я уже деточка их вызывала раньше, знаю, — грустно улыбнулась старушка.

— Ну что же, — встряхнув голову ответила Оля, — раз мы всё выяснили и вы не привидение, пойдёмте на кладбище. Я там правда никогда не была, страшно.

— А чего там страшного, — усмехнулась баба Валя, — здесь надо живых бояться, а там уже все смирные лежат.

Оля наконец решилась и протянула руку старушке…

Дул ледяной ветер, крепчал мороз, скрипел под ногами снег. Луна на небе то появлялась, то исчезала. Две женщины, молодая и старая шли к кладбищу. Со стороны это выглядело немного странно и даже жутко. А на самом деле ничего страшного не происходило, просто один человек помогал другому.

Баба Валя у главных ворот кладбища завернула за угол ограды. Они немного прошли по тропинке. Старушка откинула щеколду небольшой калитки и они вошли во внутрь царства мёртвых. С непривычки Оле было жутко. В темноте вырисовывались кресты, памятники, на могилах шуршали искусственные цветы. Неподалёку стояла сторожка. В неё женщины и зашли.

Это был небольшой домик, холодный коридор и небольшая комнатка. Баба Валя щёлкнула выключателем лампочка под белённым потолком осветила нехитрое жильё. Печка, диван, стол, шкаф. На стареньком кресле спала трехцветная кошка.

— Ух ты какая, — улыбнулась Оля.

— Красавица, красавица, — согласилась баба Валя. — Трёхцветная кошка к счастью, непонятно кто смог выбросить такое чудо. Иди Мусенька, принесла я тебе молочка.

Муська услышав голос хозяйки открыла глаза, потянулась и лениво спрыгнула с кресла. Потом понюхала свежее молочко в блюдечке, фыркнула и отвернулась.

— Вот зараза, — безлобно выругалась баба, — я из-за неё чуть Богу душу не отдала, а она ещё фыркает.

Оля улыбнулась и тут же улыбка сползла с её лица. Она поняла, что ей сейчас одной возвращаться в город с кладбища и что случится именно на этот раз никому не известно.

— Олечка, — словно угадав мысли девушки сказала баба Валя, — раз так случилось, что завела я тебя сюда, то и отвечать мне теперь. Ты у меня переночуй. Или дома волнуется кто?

— Если бы волновались, то разве шла бы я одна в ночи, — покачала головой Ольга. — Я одна живу. Детдомовская я.

— Ну, так вот и оставайся сегодня, а завтра утречком уйдёшь. Тут вон диван, раскладушка ещё есть. Согласна?

Оля только пожало плечами. Всё так странно вышло, шла с работы, оказалось на кладбище. Хотя баба Валя дело советовала, лучше тут ночь переждать.

— Может чайку? — предложила старушка.

Оля кивнула в ответ…

А потом они сидели за маленьким столом, пили чай с пирогом. Баба Валя его сама днём на печке пекла и разговаривали. Старушка рассказала о своей жизни.

Был у неё муж Василий, работал в АТП. Валентина там же в конторе работала. Сына они вырастили. Степан окончив школу пошёл в армию, после на север уехал на заработки. Там и жил, женился. А два года назад умер Василий, его на этом кладбище похоронили шесть месяцев назад. Степан решил в родной город перебраться. Матери сказал, что устал в суровом климате жить. Валентина понимала, что не климат виноват, а горло больное у сына, в запои он уходил.

Так и оказалось, с работы его на севере просто-напросто выгнали. Вот приехал он с женой в родительскую квартиру. Светлана, жена его, тоже непутёвая, от рюмки никогда не откажется. Детей они не нажили.

Первые два месяца Валентина ещё терпела их попойки, а потом ругаться начала. Так сын нет, чтобы к матери прислушаться, жене своей вторить начал. А Светлана одного добивалась, чтобы Валентина ушла из квартиры.

— Да куда я пойду? Моя квартира! — ругалась баба Валя.

Но потом сын с невесткой ей такую жизнь устроили, что она сама ушла из дома. Степан на неё руку поднял, ох как обидно было. Пришла она на кладбище, упала на могилу мужа и рыдала. И как же они такого сына вырастили? За что такое наказание?

Смотритель её тогда успокоил немного и предложил здесь пожить. Успокоиться. Временное конечно жильё, всю зиму здесь не проживёшь, дров немного есть, но это на месяц, а потом как быть…

А ещё недавно из городской администрации приходили, ругались на бабу Валю, мол незаконно здесь живёт и вообще тут жить нельзя. Баба Валя тогда в приют попросилась. Обещали подумать, но до сих пор думают. Никто больше к старухе не приходил. Вот и живёт она тут на птичьих правах с кошкой Муськой. Оба бездомные. День прошёл и слава Богу.

— Ну, а ты, — спросила баба Валя Ольгу, — родителей своих хоть знаешь?

— Нет, — вздохнула Ольга. — Меня в мусорном баке нашли. Мать родила и выбросила. Кто она так и не установили. Да я на неё уже не обижаюсь. Пусть живёт, если жива конечно, как хочет. А я… Мне в детском доме было хорошо. Мы там, как одна семья были. До сих пор иногда езжу туда к воспитателям повидаться. С девчонками общаемся по телефону больше, у всех своя жизнь. Я даже благодарна детскому дому. Меня воспитали там правильно. Не пью, не курю, не гуляю. Мне государство квартиру дало однокомнатную, но всё же. Я смогла курсы продавцов закончить, в супермаркете работаю. Хорошо всё, только… — и тут Ольга замолчала и всхлипнула.

Вдруг вспомнила о недостаче. Обидно, ни в чём не виновата. Рассказала бабе Вале и об этой ситуации.

— Ничего детонька, всё наладится, — успокоила её старушка. — Давай лучше спать. Тебе же на работу завтра?

— С обеда, — ответила Оля зевая и разместившись на раскладушке.

Она вскоре уснула крепким сном…

Утром её разбудил запах свежей выпечки, открыла глаза. Баба Валя оладушки на печке пекла. В ногах у Оли Муська мурлыкала. И так здесь было уютно по домашнему, что если не смотреть в окно, то никогда не поверишь, что находишься на кладбище.

— Проснулась? Садись кушать, — улыбнулась старушка.

Умывшись у простенького рукомойника Оля села за стол…

Позавтракав и поблагодарив хозяйку за приют Оля собралась на выход.

— Сама дорогу найдёшь? — забеспокоилась баба Валя.

— Конечно, — успокоила Оля, — тут же всё рядом. Ой я и забыла совсем. Вы как себя чувствуете? Как сердце?

— Да стучит, что ему будет, — махнула рукой баба Валя.

А потом старушка протянула Оле пакет.

— Милая, я там тебе оладушки положила. Придёшь домой, ещё чай попьёшь.

— Спасибо! — искренне поблагодарила её Оля и уже в дверях обернувшись сказала. — Я к вам ещё приду.

— Приходи девочка, — улыбка осветила лицо бабы Вали.

Оля отметила, какая же она милая старушка и как родной сын мог так жестоко поступить с матерью. Оля решила, что обязательно надо пойти в полицию и всё им рассказать. Пусть прищучит этого гада, а лучше выгонят из квартиры. Оля не знала получится ли это, а попробовать стоит.

А дома её ждал сюрприз.

Первым делом она включила чайник, с дороги вновь есть захотелось, тем более в пакете ещё были тепленькие оладьи. Оля заварила чай, достала сметану, полезла в пакет, который передала баба Валя и вместе с оладьями достало какой-то конверт завернутый бережно в плотную бумагу. Оля открыла конверт и ахнула, там лежало ровно 25 тысяч. Именно столько она должна была в магазин. Это значит, старушка ей дала узнав про её беду. Нет, но зачем так? Ладно, если бы сама не нуждалась, но живёт на кладбище. Бездомная, а деньги раздаёт.

Оля твёрдо решила вернуть их завтра после обеда, как смена закончится зайдёт к бабе Вале. Сегодня просто опять поздно возвращаться, не хочется вновь по темноте по кладбищу бродить. Но всё вышло иначе…

Следующим днём не нашла она бабу Валю. В сторожке пусто, печка не топлена, лишь Муська голодная кричит. Оля не знала, что и думать, а тут какой-то старичок подошёл. Оказалось, это и есть бывший смотритель. Иван Николаевич сказал, что вчера вечером увезли бабу Валю на скорой. Хорошо, что он зашёл её проведать, а у неё приступ. Врачи сказали, что дело плохо. Даже мрачно пошутили, мол скоро назад сюда вернётся. Иван Николаевич вот пришёл сторожку закрыть, да с кошкой что-то делать надо.

«Я себе заберу,» — решила Оля.

Так Муська обрела новое жильё в благоустроенной, однокомнатной квартире, а Оля узнала, куда увезли бабу Валю и при первой возможности рванула к ней. Оказалось, что врачи со скорой ошиблись, рано ей ещё на кладбище в качестве постоянного жильца. Баба Валя пошла на поправку. Тем более, когда Оля стала ей носить домашнее бульоны и фрукты старушка совсем ожила. И однажды во время посещения Оля решилась на разговор:

— Баба Валя, зачем вы мне деньги положили в пакет с оладьями? — с возмущением спросила она. — Вам они нужнее. Это же пенсия ваша наверное.

— Нет, тебе нужнее, — твёрдо ответила старушка, — отдай их своему начальнику и всё. И ты права, да это я с пенсии откладывала, думала снять комнату какую на зиму.

— Так вот и забирайте их. А свои проблемы, я сама решу.

— Я тогда их решила тебе отдать и сейчас не передумаю, тем более мне они уже точно не нужны. Ко мне тут из соцзащиты приходили, сказали что нашли для меня место в приюте. Вот из больницы туда и поеду… А ты милая, деньги отдай начальнику, но с работы этой уходи, нехорошее это место. Мне так кажется, что начальник вас девчонок-продавцов и дурит, и наживается на ваших слезах.

— Если честно, мы тоже так с девчонками решили, — пробормотала Оля.

Она замолчала, задумалась…

Вспомнила то утро, когда она проснулась в сторожке. Баба Валя у печки, словно её родная бабушка, которая у Оли никогда не была. У девушки сердце защемило. Поняла она, что надо делать.

— Баба Валя, а может быть вы ко мне жить пойдёте? Комната у меня большая, светлая, тепло, кухня, санузел. Всё есть. Муська уже вас ждёт.

Старушка удивлённо смотрела на девушку, потом вдруг её светлые глаза увлажнились.

— А зачем тебе, это внученька?

— Внученька, как хорошо вы сказали… — проглотив комок в горле ответила Ольга. — Я всю жизнь одна, а тут вы, такая домашняя, добрая. Будьте моей бабушкой…

И обе заплакали…

А потом обнялись. Да, теперь они самые родные друг другу….

Из больницы Оля забрала бабу Валю к себе и стали они жить дружно, словно бабушка с внучкой. Оля послушала старушку, отдала свою часть долга и уволилась. Через пару дней нашла другую работу в кафе, пошла официанткой. Только поработала она там всего три месяца. Хозяином кафе оказался молодой мужчина. Сергей сразу обратил внимание на симпатичную официантку и не было между ними никаких препятствий. Вскоре они поженились. Ольга переехала в просторную квартиру мужа, а свою однушку она отдала бабе Вале. Старушка поверить не могла, что вот так случайно она встретила ту, которая по сути спасла её и в приют не отдала, и смысл в жизни подарила. Оля ведь ждёт ребёнка и скоро Валентина прабабушкой станет. Но нет-нет и кольнёт больное сердце тревога. Как там живёт её непутёвый сын?..

И однажды они встретились. Просто на улице Степан, опухший от пьянки сразу и не узнал маму. Валентина его окликнула.

— О, мать! — удивился Степан. — Ты ещё живая?

— Как же тебе не стыдно сынок? — покачала головой Валентина. — А ты всё пьёшь и Светлана тоже?

— Да так для настроения… Ну и Света тоже, — качнувшись ответил Степан. — Слушай мать, раз такое дело… Займи на хлеб.

— На хлеб ли?

Степан опустил голову.

Валентина больше ни о чём его спрашивать не стала, достала из кармана 500 рублей и сунула сыну в карман. Знала что пропьёт, но вдруг что и поесть купит. Да, покатился её Степан по наклонной и не остановить, и Валентина ничем ему помочь не может здесь, если сам не поймёт. Но этот не поймёт, если он мать родную на улицу выгнал, чего от него другого ожидать…

Кстати Сергей узнав историю с недостачей на прежней работе Ольги, решил всё выяснить. Конечно для него, это были не деньги, 25 тысяч, но хотелось справедливости. По своим каналам он всё разузнал и выяснил, что хозяин того супермаркета имеет ещё два магазина и в каждом его продавцы регулярно платят недостачи, потом многие увольняются, а не честный хозяин новых дурочек берёт. Но совсем недавно за хитрого торговца крепко взялись налоговые службы, потом подключилась пожарная инспекция, санэпидемстанция. Заинтересовалась словом. Жизни у него не стало, вечные проверки, штрафы. Не выдержал он и закрыл свои магазины. Теперь пытается наладить автомобильный бизнес, но что-то не идёт у него.

Сергей с Ольгой живут душа в душу. Оля стала такой замечательной хозяйкой, такой любящей женой, что Сергей уверен, он нашёл настоящий бриллиант. Баба Валя глядя на их счастье, только тихонько приговаривает:

— Дай Бог мои хорошие.

Они для неё стали очень дорогими людьми. Сергей с Олей частенько бывают у неё в гостях и старушка всегда их балует какой-нибудь выпечкой. И за чаем Оля с бабой Валей вспоминают ту ночь, когда они познакомились. Смеётся Оля. Ведь всё начиналось, как в фильме ужасов, а завершилось всё, как в доброй сказке…

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

Предыдущий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Вы должны, войти в систему, чтобы оставить комментарий.

Хорошая красивая милая девушка простая добрая родная скромная стерва дорогая
— Я знаю, как доставить мужчине настоящее удовольствие. Тебе понравится

Антон взглянул на Романа, склонившегося над компьютером и, улыбнувшись, позвал его: - Ромка, пошли пообедаем. Все ушли на перерыв... Или...

Антон взглянул на Романа, склонившегося над компьютером и, улыбнувшись, позвал...

Читать

Вы сейчас не в сети