Истории из жизни Завещание бабушки

Завещание бабушки

Бабушка

Рассматривая журналы, Антон и не услышал, как сзади к нему подошла его мама.

Но если честно, то она уже как пять минут наблюдала за тем, как её сын штурмует истёртые до дыр страницы. И когда ей это надоело, она не выдержала:

— Хватит, Антон, лучше делом займись. И в кого ты такой пошёл, а? Как увалень, вечно ноешь и не знаешь, куда себя приладить.

Сын от неожиданности чуть не подскочил:

— Мам, ты зачем так пугаешь? Не видишь, я читаю, могла и подождать, а не кричать на всю квартиру.

Склонившись над ним, Татьяна Олеговна нахмурила брови и произнесла:

— Оно и видно, что за талмуд у тебя в руках. Ох, сынок, и что у тебя в голове происходит? Давно пора с девушкой меня познакомить, а не вот этих, фурий из журнала разглядывать. Ты меня в последнее время очень сильно беспокоишь.

Антон хотел что-то возразить матери, но она его остановила жестом руки:

— Всё, мне объяснять ничего не надо. Это твоё личное дело, а вот то, что забываешь бабушку навещать, так за это буду ругать. Сегодня же к ней сходи, иначе лишу всяких поблажек. Ты пока ещё студент, и заработка у тебя, как такового, тоже не имеется. Вот и слушай меня, а то живо придумаю, как поставить на место. И обязательно спроси, как она себя чувствует, а то по телефону я так и не поняла, что у неё со здоровьем. Надо потом у неё связь проверять, вдруг плохо ловит, а может мне так показалось.

Отдав распоряжение, Татьяна Олеговна отправилась на кухню. И уже оттуда громко произнесла:

— И долго не задерживайся Антон, поднимайся с кресла и вперёд. Ужинать будем, когда вернёшься обратно.

С недовольным лицом Антон стал собираться. Не хотелось ему тащиться в такую даль, зная, что бабушка снова будет рассказывать о своих болезнях.

Но, на то, они и пожилые люди: им нужно с кем-то поговорить, а иначе одиночество быстро доведёт их до проблем со здоровьем. И кто знает, какой будет жизнь у подрастающего поколения. Сын Татьяны Олеговны вряд ли это понимал, ведь у него в голове один ветер гулял. Он и учился-то через пень колоду, лишь бы отметки были хорошие, и преподаватели не доставали.

Качаясь в маршрутке, как маятник, Антон только и думал о том, что же ему там бабушка в наследство оставит. Надо же, старушка ещё живая, а внук уже глаз на её добро положил. Совсем, похоже, у парня совести не было. Да и откуда ей взяться, если он, фактически, сидит на шеи у матери. И даже не думает как-то иначе устраивать свою жизнь. Наконец, маршрутка остановилась и Антон, словно мешок с тряпьём, вывалился наружу. Вдохнув полными легкими воздуха, он посмотрел на окна третьего этажа и пробурчал себе под нос:

— И угораздило же её в конец города поселиться, могла бы и к нам переехать.

Вот он и первый звоночек того, что внук всеми фибрами души ждал, когда бабуля отправится к праотцам.

Но, как оказалось, Зинаида Семёновна на тот свет не торопилась. Мало того, руками и ногами цеплялась за то, чтобы хоть на какое-то время продлить своё существование. Она хоть и чувствовала себя, в последнее время, не важно, но держалась, стараясь не унывать. Но увидев внука в дверях своей квартиры, как-то сникла:

— Проходи, Антош, но говорю сразу, что денег тебе не дам. Иди и заработай, мы тоже студентами были, но с родителей, ни копейки не тянули. А ты готов с матери последнюю рубашку снять. Эх, внучек, жил бы ты в наше время, давно бы узнал, что такое ремень и наказание. Да, ладно, пусть мать тебя воспитывает, а, кстати, чего она сама не приехала? Мне бы с ней следовало основательно поговорить, чтобы взялась за твоё воспитание.

Антон пожал плечами:

— Не знаю, она только сказала, что вы вместе созванивались. Но ей было непонятно, что у тебя со здоровьем, вот меня и отправила всё разузнать.

Присев на диван, Зинаида Семёновна искоса посмотрела на внука и с иронией произнесла:

— Ну, да, я же совсем зачахла, а вы спите и видите, как бы по мне поминки справить.

Внук явно был застигнут такими обвинениями врасплох и, чтобы выпутаться, он ответил:

— Бабуля, мы все тебя любим и желаем только крепкого здоровья. Живи сто лет, и вот, что, не переживай по всяким пустякам.

После таких слов Зинаида Семёновна немного раздобрела, но всё равно держала ухо востро. Уж кому, как не ей знать, что внук может лисой обернуться, лишь бы выпросить себе что-то взамен. Вот и сейчас, заводя разговор о её здоровье, он намеренно подводил его к тому, чтобы она расщедрилась на деньги. Ну, а как же, в аптеку-то всё равно надо будет сходить? А там можно и сэкономить, в крайнем случае, списать всё на доброе дело. И никто не подумает, что он нарочно так сделал. Наоборот, похвалят, и скажут, какой заботливый внучок у нас. Зинаида Семёновна тоже была не лыком шитая:

— Ты как раз вовремя, Антоша, сходишь мне за таблетками. Я дам тебе рецепт, строго по нему, без всяких аналогов.

Пока бабуля ходила в комнату за деньгами, внук успел внимательно изучить сервант. Что ни говори, а старушка любила старинные вещи. Антон это заметил и положил глаз на несколько ценных предметов. Но, видимо, не услышал шорох шагов:

— Чего там забыл, не про твою честь положено. Вот, деньги и рецепт, и давай скорее, нечего на улице ворон считать. Ох, чует моё сердце, что мать с тобой не справляется.

В этот раз сэкономить не получилось, потому, что бабушка дала ему ровную сумму. Антон купил лекарства и вскоре вернулся обратно. Но не успел он переступить порог зала, как у него истошно запиликал телефон. Взяв его в руки и включив вызов, тот стал, чуть ли не кричать на звонившего абонента:

— Что опять, нет, не хочу я это обсуждать, сама выкручивайся, это теперь твои проблемы.

Кто это мог быть? Непонятно, к тому же, Антон никаких имён не называл. Просто отрешённо поставил точку в разговоре, не желая его продолжать.

Вспомнив, что у неё оставались пирожки, Зинаида Семёновна решила угостить внука. Тот с радостью отправился на кухню, а в это время бабуля взяла в руки его мобильник.

Что она с ним делала, так и осталось загадкой. Однако Антон, когда вернулся, ничего предосудительного не заметил. Телефон лежал на том же месте, куда он его и положил. И лишь украдкой, чтобы как-то уточнить подробности, бабушка спросила:

— У тебя какие-то проблемы, внучек? Если что, то я могу помочь, правда, пока не знаю, каким образом. Ты говори, не стесняйся, я ведь не такая грозная старушка, как тебе кажется.

Антон не стал перед ней отчитываться и только лишь отстранённо буркнул:

— Да так… одна девушка мне мозги постоянно пудрит. Вот я её и отправил куда подальше. Нечего на меня свои проблемы вешать, пусть сама выпутывается как хочет.

Глянув ещё раз на сервант, Антон, как лиса произнёс:

— А ведь они красивые, эти старинные статуэтки. Вот бы мне, хоть одну, на память, а то вдруг пропадут.

Зинаида Семёновна чуть не опешила от такой наглости:

— Всё Антош, иди, не надо думать о том, что тебе не принадлежит. Вот, не станет меня, тогда делайте, что хотите.

Обескураженный таким ответом, Антон выскочил из квартиры. Домой он возвращался в полном унынии: денег выпросить у бабушки не получилось, ещё и застала его за разглядыванием старинных вещей. Вот подумает, что внук хотел их утащить, и матери всё расскажет.

Но нет, Зинаида Семёновна не стала этого делать. Она проявила мудрость и решила, что придёт время, и внук сам на чем-нибудь погорит. Её сейчас волновало другое обстоятельство: с кем на повышенных тонах Антон разговаривал? Кто ему дорогу перешёл, если это так, а может, обстоятельства намного сложнее. Именно это она и решила выяснить в ближайшее время.

Однако уже на следующий день ей стало плохо, и скорая помощь едва успела приехать, чтобы забрать Зинаиду Семёновну в больницу. Татьяна узнала об этом в тот же день, отпросившись с работы, сразу же помчалась к матери.

Старушку разместили в палату, где кроме неё было ещё трое пациентов. Но в целом, апартаменты оказались просторными и в них, при случае, можно было даже танцевать. Правда, сейчас был не тот момент, чтобы говорить о послаблениях. Да и Зинаиде Семёновне, если честно, было отнюдь не до веселий: она с большим трудом передвигалась по палате. Присев на край кровати, Татьяна провела рукой по её волосам и произнесла:

— Ну, что же ты себя не бережёшь? Я так и знала, что у тебя опять случится приступ. Скажи честно, это Антон виноват, он что-то ляпнул, а ты снова перенервничала?

В ответ Зинаида Семеновна покачала головой:

— Нет, доченька, Антоша тут не причём, он как был истуканом, таким и останется. Дело в моём организме, он настолько изношен, что уже никакие пилюли ему не помогают.

Татьяна склонилась над матерью и заплакала, а Зинаида Семёновна в это время пыталась её успокоить.

Наконец, когда дочь могла контролировать свои эмоции, старушка произнесла:

— Вот здесь номер телефона, созвонись и договорись о встрече.

Удивлённо посмотрев на мать, Татьяна переспросила:

— А кто это, ты хоть имя назови?

Однако Зинаида Семёновна только лишь пожала плечами:

— Я и сама не знаю, кто это, но очень хочу увидеть. В общем, скажешь, что беспокоит бабушка Антона. И я думаю, что, кто бы там, ни был, он или она, но согласится на разговор.

Заинтригованная, Татьяна взяла у матери листок с номером телефона. Помимо, всего прочего, она попросила её ничего об этом не говорить Антону. Дочка так и сделала, кроме того, созвонилась и договорилась о встрече.

Таинственным собеседником оказалась молодая девушка. Но Татьяна не стала её спрашивать, кто она и какое отношение имеет к её матери. По крайней мере, так сама Зинаида Семёновна хотела. А желание матери – закон, тем более, когда она в таком состоянии. Тут наперекор строгому мнению не пойдёшь, особенно, в чётком следовании духу почитания старшего поколения. Девушка осталась у старушки в палате, а Татьяна тем временем отправилась домой. И только она вошла в подъезд, как столкнулась с сыном:

— Вот он, лёгок на помине. И где ты пропадал-то, сынок, куда тебя носило? Бабушка в больнице лежит, а он и ухом не ведёт.

Отдышавшись, словно десять лестничных пролётов пробежал, Антон ответил:

— Да, мам, я как раз и собираюсь её навестить.

Мать махнула ему рукой, однако сказать о том, что у бабули уже есть посетители, как-то и не подумала, а может, не посчитала нужным отчитываться перед сыном.

До больницы Антон добрался быстрее, чем это делал, когда собирался на учёбу. Ему, похоже, не терпелось узнать, как чувствует себя бабуля, но только он зашёл на территорию больницы, как увидел знакомую женскую фигуру. Даже немного поперхнулся, когда девушка помахала его бабушке, которая в это время выглядывала из окна. Странное обстоятельство и не менее странное ощущение скрытности, которое передалось во все уголки его тщедушной и коварной души. Интуиция подсказывала ему, что здесь что-то не чисто. Но как узнать, напрямую, ведь не будешь, же, об этом спрашивать? Антон даже пригорюнился, потому что не ожидал такого поворота событий. Ему казалось, что если дела у бабушки плохи, то пора и о наследстве поговорить.

Но не тут-то было: Зинаида Семёновна, когда увидела перед собой внука, то сразу подбоченилась, словно на базаре:

— Ого, явился, не запылился! Ну, Антош, хвала и честь твоим стараниям. Ты в прошлый раз купил не те лекарства, вернее, взял то, что тебе подсунули, вот меня и скрутило на раз-два.

Этими словами Зинаида Семёновна никоим образом не пыталась зацепить внука за живое. Наоборот, ей хотелось пристыдить внучка, чтобы он задумался о своём равнодушном поведении. Однако Антон, своей репликой, всё испортил:

— Вот и проси других людей бегать за таблетками, а я тебе не нянька.

После этого внук громко хлопнул дверью и выскочил из палаты. Зинаида Семёновна снова присела на кровать, с которой встала из последних сил, и, схватившись за сердце, упала на подушку без чувств. Врачам стоило больших усилий, чтобы вернуть пожилую женщину в стабильное состояние. Но доктор заявил, что это ненадолго, потому, что сердце работает из последних сил. Когда об этом сообщили Татьяне, то она места себе не находила. Что же до Антона, то он где-то беззаботно гулял с дружками, не интересуясь, что происходит в их семье. И никто тогда и предположить не мог, как дальше будут развиваться события.

Но вскоре Зинаида Семёновна попросилась домой:

— Хватит мне здесь прохлаждаться, если что-то и случится, то пусть в родных стенах.

Врачи были категорически не согласны, однако бабуля, твёрдо стояла на своём:

— Как хотите, а чтобы завтра я была у себя дома.

Ещё немного поворчав, доктора разрешили выписку, но под амбулаторное лечение и присмотр участкового терапевта.

Как и предвидели медики, вскоре приступ снова повторился, но на этот раз он оказался последним в жизни Зинаиды Семёновны. Она покинула этот мир, так и не сказав важные слова для своих близких. И то, о чем говорила она тогда с той девушкой, также осталось тайной.

Татьяна металась, как метеор по квартире, пытаясь в одночасье решить все проблемы. Ей некогда было думать о том, где Антон, но сын как-то сам неожиданно появился. И, не думая о последствиях, она вручила ему ключи от квартиры бабушки:

— Наведи там порядок, пока я буду заниматься похоронами. И смотри, ничего не трогай, всё должно оставаться на своих местах.

На всех парусах Антон мчался в квартиру бабушки, предвкушая найти что-то ценное. В голове то и дело крутилось:

— Ну, всё, теперь её добро мне достанется.

Мама ему как-то говорила, что ещё год назад обсуждала с бабушкой завещание. И вроде все моменты были учтены: имущество и всё то, что принадлежало на момент смерти Зинаиде Семёновне, перейдет полностью к Татьяне и её сыну, то есть, внучку, у которого совесть окончательно пропала.

Но кто бы мог подумать, что за последнее время сильно изменятся обстоятельства. Правда, ни Антон, ни тем более его мать об этом ничего не знали и не подозревали. Открыв квартиру, внук даже и не подумал о том, чтобы прикрыть за собой дверь. Обходя шаг за шагом каждый метр, он просто сиял от умиления. Все эти ценности и реликвии теперь у него в руках. Мама всё равно в них ничего не понимает, а он им быстро нового хозяина найдёт, и получит максимум выгоды. Оценивая имущество после бабушки, Антон вдруг обратил внимание на диван. На нём по прежнему лежал ортопедический матрас. Старушка любила подтыкать его под себя, тем самым смягчая неровности. Каким-то странным ему показался этот матрас, и Антон решил его перевернуть. Приподняв один край, он чуть не опешил, под ним лежала крупная сумма денег. По всей видимости, это были бабушкины накопления. Кроме того, рядом находилась какая-то записка, больше похожая на важный документ. Каково же было его удивление, когда он прочел на лицевой стороне «Завещание».

Вот это да, бабуля оставила под матрасом гербовую бумагу с последней волей. Но в него тут, же вселился ужас, потому, что в качестве наследника он не числился. Послышался скрип двери и Антон вздрогнул, подумав, что это дух бабушки. Но нет, в зал вошла та самая девушка, что приходила к Зинаиде Семёновне в больницу. Весь на нервах, Антон прокричал:

— Опять ты! Чего ты здесь делаешь, кто ты такая, чтобы приходить к чужой дом?

Показав на завещание, девушка произнесла:

— А ты внимательно прочитай, кого туда вписала твоя бабушка.

Оказалось, что Зинаида Семёновна, изменила завещание, и поровну разделила всё имущество между своей дочерью Татьяной и этой девушкой. Склонив голову на бок, Марина, так звали гостью, добавила:

— Вот видишь, твоя бабушка позаботилась о потомстве. Правда, я не догадывалась, что она найдёт меня и начнёт расспрашивать о наших с тобой отношениях. Извини, но мне пришлось рассказать, что ты решил бросить беременную женщину. Тем более что ребёнок от тебя. Какой же ты мерзкий, Антон, только алчность и корысть в твоей душе и ничего больше. Не хочу тебя больше видеть, ты мне не нужен!

Марина всё рассказала матери Антона и та решила, что так будет справедливо. После того, как бабушку похоронили, Татьяна прямо заявила сыну:

— Ну что, сынок, начинай зарабатывать себе на жизнь. Теперь кормить с ложечки и сдувать с тебя пылинки больше никто не будет.

Она сказала правильные слова, однако надо было это сделать намного раньше, тогда, возможно, сын взялся бы за ум и бабушка, разглядев в нём серьезного и целеустремленного человека, не оставила бы внука без наследства.

Читать на дзен рассказы, истории из жизни, реальные деревенские истории, юмор, смешные случаи!

Вы сейчас не в сети