Мачеха. Высокомерная женщина красивая на улице

Мачеха

Аня вытерла влажный лоб о предплечье, тяжко вздохнув. На кухне было так жарко, что пот стекал по лбу и спине девочки. Не смотря на то, что на улице было «бабье лето», коммунальщики начали топить, как в минус двадцать. Да ещё и газовые конфорки работали, а в духовке запекался яблочный пирог.

Девушка уже три часа трудилась на кухне, не покладая рук. Сейчас она чистила картофель, чтобы положить его на противень и запечь с маринованной курицей.

Открывать кухонное окно, или, хотя бы, приоткрывать форточку, Анне не разрешала мачеха, Диана. Дело в том, что прямо напротив кухни располагалась их с мужем спальня. Окна в ней всегда были нараспашку, потому что того требовала её кожа. Ну, по крайней мере, так утверждала сама Диана Николаевна. А сквозняк в их доме не допускался. Хотя, её мачеха слишком много чего говорила, и слишком малая часть её слов была правдой. Только вот отец упорно этого не замечал.

Разгибая затёкшую от неудобной позы спину, Аня недовольно охнула и бросила озабоченный взгляд на настенные часы. Короткая стрелка подбиралась к пяти вечера, значит, уже через час отец вернётся домой с вахты.

Сегодня семья праздновала странную, по меркам Анны, дату. Самому младшему члену семьи, Саше, исполнялось полгода. Организацию праздничного стола повесили на Аню, хотя её сводная сестра давно вернулась из Москвы и могла бы помочь. Только вот Ольга заперлась в комнате и не выходила.

-Ты работаешь или спишь? – фыркнула мачеха, появляясь на кухне за спиной девушки.

Аня вздрогнула от неожиданности, бросая на Диану короткий взгляд. Мачеха была одета «с иголочки», чтобы встретить мужа во всей красе. На ней было чёрное новехонькое платье на тонких бретелях, а в ушах – тяжёлые изумрудные серьги.

«Для домашнего ужина – самое то, только туфлей на шпильках не хватает,» — мысленно закатила глаза Анна.

Вслух же она ответила:

-Я уже почти закончила, сейчас шарлотка испечётся, и поставлю «горячее» в духовку. Салаты и закуски готовы.

Мачеха хмыкнула и продефилировала к холодильнику, распахивая дверку:

-Что тут, оливье? – подняла она крышку на одной из кастрюлек. – Вроде сейчас не Новый год.

-Это любимый салат папы, – вяло откликнулась Анна. – Могла бы выучить за столько лет.

Женщина никак не ответила, продолжая изучать содержимое мисок и кастрюлек:

-Стоит ещё нарезать «греческий салат», Оля его обожает. А эти все майонезные она не ест, для фигуры плохо. Она следит за внешностью, в отличие от некоторых, – заметила женщина, пробегаясь придирчивым взглядом по тарелке с брускетами и рыбными рулетиками.

-Так почему Оля не на кухне? Я бы ей выделила нож и торжественно вручила самую красивую тарелку, под стать, – не сдержалась Анна. – Даже фартук готова презентовать, от широты душевной.

Диана тут же сузила глаза, бросая взгляд на падчерицу:

-Дерзишь мне? – Мигом ощетинилась мачеха. — Деточка, не забывай, пожалуйста, где твоё место и как тебе следует вести себя при отце. Иначе вылетишь отсюда, как пробка из шампанского.

Аня мысленно фыркнула, подумав, что лишь об этом она и мечтает. До её совершеннолетия оставалось три месяца, а там она сама уйдёт. Лишь получит доступ к счетам, чтобы было на что жить.

-Я и так уже вещи собираю. – Напомнила Анна. – Но ты, наверное, скучать будешь. Некому будет убирать в доме и следить за твоим сыном. Надеюсь, с бедным Сашей ничего не случится.

Диана вновь побагровела от досады.

-Закрой свой поганый рот. – Прошипела она ядовито. – Помни, что ты здесь давно никто. Даже твоему отцу на тебя наплевать.

Аня не верила в слова мачехи, точнее, не желала верить. Но они больно полоснули по сердцу.

Отец давно отдалился от неё, а с рождением маленького Саши и вовсе забыл о существовании старшей дочери. Когда Аня поступила в университет, причём на бюджетное отделение, он её даже не поздравил. А вот когда у Саши прорезался первый зуб, мужчина был вне себя от радости. Анна пыталась реагировать на это, как взрослая. Ей тоже нравился милый и пухлый карапуз. Ревновать к нему было бы глупо. Но сердцу всё равно не прикажешь. Ей было очень обидно, ведь она была лишена любви отца и в детстве, и в юности.

-Знаешь, я тебя не виню. – Внезапно заявила мачеха, надменно глядя на Аню сверху вниз. – Немудрено, что ты выросла такой мерзкой девчонкой. Твоя мать умерла, бабка тоже… Тебя никто не любил.

-Диана, я бы на твоем месте не говорила таких слов человеку с ножом в руках. – Жестко бросила Аня.

Перед её глазами красная пелена появилась, а в лицо ударила кровь.

Маму она не помнила, а вот упоминание о бабушке из уст этой женщины было для неё, как красная тряпка для быка.

В этот момент из детской донесся плач – проснулся Саша и сразу напомнил о себе. Одарив падчерицу ещё одним злобным взором, мачеха устремилась к ребёнку. Девочка же, пару раз глубоко вздохнув, вернулась к овощам. Кинув последнюю картофелину в тарелку с водой, Аня бросила взгляд на руки.

Короткие ногти, под которые забилась грязь с картофельной кожуры. Сами пальцы огрубели от игры на гитаре. Сок молодого картофеля оставил на коже тёмные пятна, от которых трудно избавиться. С лёгкой обидой девушка подумала, что уж у её мачехи, или сводной сестры, таких рук никогда не будет. Те готовы выливать на себя множество уходовых кремов, лишь бы сохранить молодость и свежесть кожи. Может, Аня и не заметила бы этих пятен на пальцах, либо не предала особого внимания, если бы не её сестричка – Ольга. Та, едва вернулась в отчий дом, бросила брезгливый взгляд на руки сестры, да не сдержала колких слов:

-Женские руки, Аня, созданы для того, чтобы их кавалеры целовали. – Прокомментировала она вид пальцев своей сестры. – А твои конечности можно только в карманах спрятать. Ну, или гитару мучить. Только это тебя не накормит.

Аня тогда ничего не ответила. Не потому что не могла за себя постоять, нет! Просто в какой-то момент она поняла, что ввязываться в споры или ссоры – лишняя трата собственных сил и энергии. Они никогда ни к чему хорошему не приводили. Да и знала Олька прекрасно, что Аня не по своей прихоти трудится, то занимаясь стиркой, то готовкой. Все домашние обязанности на неё взвалила мачеха, сделав личной служанкой в собственном доме.

Началось это не сразу. Когда Диана и Оля переехали в их с отцом квартиру, женщина играла роль хорошей хозяйки. Даже пыталась сюсюкать с Аней, набиваясь в роли новой матери. Только вот хватило её актёрских навыков ненадолго.

После свадьбы Дианы и Алексея она всё чаще стала скидывать домашние дела на Аню. Сначала по мелочи: там протереть пыль, там убрать полы. В этом Аня не видела ничего плохого. Девочка и сама хотела наладить отношения с новыми родственниками, да и трудолюбивая была. Так её бабушка воспитала, с которой она жила с рождения.

Мама Анны умерла при родах. Папа её ходил в рейсы, поэтому не мог взять на себя воспитание маленькой дочери. Так девочка переехала в дом к бабуле по маминой линии, Ольге Львовне. Старушка с детства учила её тому, что сама умела: как тесто для пирожков замесить, чтобы были мягкие и воздушные, как в доме прибрать, да какие грибы в лесу собрать, чтобы получился вкусный и, конечно, не ядовитый суп.

Жили они в посёлке, в маленьком домике. У бабушки был небольшой участок в садовом товариществе, с огородом, где она выращивала овощи и ягоды, да сад с яблонями, грушами и сливами.

-Вот, Аня, гляди, как я грядки пропалываю. – Учила её бабушка. – Потом тебе эта земля достанется, ты, смотри, не запусти её.

В детский садик Анна не ходила, её обучением тоже занималась Ольга Львовна. Надо сказать, она старалась сделать из внучки достойную будущую первоклассницу. Они вместе учили сначала цвета и формы, а потом уже цифры и буквы. Девушка была не по годам болтлива, а ещё прекрасно пела частушки.

Тут заслуга уже лежала на их соседе по участку – Игоре Никитиче. Бородатый старичок, с добрыми светлыми глазами, частенько захаживал к соседям с аккордеоном. Именно он научил маленькую девочку петь забавные частушки. Сначала ради смеха, чтобы бабушку и знакомых повеселить. Отрадно им, старикам, было слушать, как Анечка, покраснев от старания, растягивает что-то из взрослого репертуара:

— По деревне ходит слух, Что мой милый любит двух. Люби, милый, люби их, Я сама люблю троих! У-у-ух! – Пела девочка, когда Никитич растягивал аккордеон.

Много улыбок и смеха вызывала наивная исполнительница во время застольев в поселке. Да только чем больше старалась Аня вытягивать ноты, тем больше диву давались её слушатели.

-У девочки талант от Бога! – Восклицали гости бабушки Оли. – Вы её в хор отдайте обязательно.

А Агафья, закадычная подружка Ольги, добавила авторитетно:

-У нас в Доме культуры как раз поют русско-народные песни, кружок есть фольклорный, бесплатный. «Росиночка» называется. Я там людей знаю, давай и за Аньку словечко замолвлю. – Предложила женщина.

-А, давай попробуем! – Кивнула Ольга, накатив наливочки. – Аня, хочешь песни петь?

Аня пожала тонкими плечами и вытерла нос кулаком. Ей было всего пять, и своего авторитетного мнения на этот счет у девочки не ложилось. Так, за столом, взрослые и решили растить из девочки певицу-народницу.

В кружке талант Анны оценили по достоинству. Учительница, Ирина Николаевна, даже стала заниматься с ней индивидуально, распознав у девочки особенный дар. Вскоре Анне стали давать роль запевалы, или «заводилы», в детском фольклорном ансамбле. Позже у девушки даже появились сольные песни. Аню наряжали в красивые, яркие платья, заплетали тугие косы и румянили щеки, давали в руки ложки…

Так она и выступала перед публикой. Конечно, слушателями детей были их же родственники, да жители поселка, но для юных артистов концерты были значимым событием. Но Аня, как ни странно, не испытывала волнения, когда стояла перед публикой. Она с детской простотой делала то, что умела и любила – пела.

-Голосище у Казаковой Ани, ух, за душу берёт! – В сердцах восклицали слушатели, после окончания детского концерта. – Такая маленькая, худенькая, как кузнечик, а как петь начнёт, так глаз не отвести!

Бабушка Ани слышала их слова, с трудом сдерживая набегающие слёзы. Её сердце наполнялось гордостью за внучку. Жаль ей было лишь, что её мать не увидит, какая красивая и талантливая её дочь.

Там же, в посёлке, Аня пошла в первый класс. Красивая и гордая она стояла со своими одноклассниками. Девушка была в нарядном сарафане, с белыми большими бантиками в косах, что заплела ей бабушка. Да в руках держала огромный букет из розовых гладиолусов, что старушка вырастила в своём саду.

Она тогда во все глаза смотрела по сторонам, надеясь увидеть в толпе чужих родителей своего отца. Только напрасны были её надежды. Он не приезжал на концерты своего ребёнка, не был и на днях рождениях, отделываясь присланными с курьером дорогими подарками. Так с чего бы ему появляться на Первое сентября?

Так продолжалась жизнь Анны в посёлке Лесное. Тихая, монотонная и вполне счастливая.

Но однажды, весенним погожим днём, случилось горе. Бабушка Оля умерла. Ане тогда исполнилось девять лет. Случилось это резко. Старушка не болела, ни на что не жаловалась. Просто вышла в сад, чтобы цветы полить, да села на лавочку, почувствовав, как сердце прихватило. Встать старушка больше не смогла. Обнаружил её сосед, тот самый, с аккордеоном. Он же вызвал скорую помощь, врачи которой констатировали смерть от сердечного приступа.

Игорь Никитич тогда встретил Анну после школы, и девушка впервые увидела, чтобы их задорный, весёлый старичок, был столь печальным. Сразу девочка поняла, что стряслось непоправимое, едва глянула в его потухшие голубые глаза.

После этого жизнь Анны Казаковой круто поменялась. Она вернулась в город, к папе. Странной была их встреча, словно два чужих человека были вынуждены жить вместе, а не родные отец с дочерью. Нет, папа никак не обижал Аню, да только и любви его она не чувствовала. При этом девочка не понимала, отчего отец так холоден с ней. Она изо всех сил старалась понравится ему, заслужить любовь, услышать слова одобрения…

Аня корпела над учебниками, чтобы показать папе наивысшие оценки в дневнике. Она готовила пироги, как учила бабушка. Убирала свою комнату, а потом и квартиру. Да только всё было тщетно.

Отец смотрел на девочку с болью, тоской во взгляде. Словно скучал он, да не по ней. А по тому, кого видел в её чертах.

Гораздо позже поняла Анна, что папа винил её в смерти матери. Винил родную дочь в том, что потерял любовь всей своей жизни. Но тогда, будучи одиноким и потерянным ребенком, она чувствовала груз вины на своих плечах, только не понимала, в чем провинилась.

Однако девочка не сдавалась. И со временем её искренность и доброта дали свои плоды. Корка льда, покрывавшая сердце мужчины, покрылась трещинами, начала таять. Алексей стал уделять дочери больше внимания, проводить с ней время. Его стала интересовать ее жизнь, увлечения. Он даже купил ей гитару, узнав, что Аня интересуется музыкой и хочет научиться играть на этом инструменте.

Едва их жизнь наладилась настолько, что Анна вновь почувствовала себя счастливой и любимой, как появилась Диана. Алексей и Дина познакомились случайно, в общей компании. Лешу пригласил на свой день рождения друг, Диана оказалась подругой его жены. Не заметить красивую, эффектную брюнетку было сложно.

Диана Старова умело подчеркивала достоинства: длинные ноги, пышный бюст, пухлые губы. Она громко смеялась над шутками Алексея, бросая на него заинтересованные взгляды весь вечер. Не удивительно, что через пару часов застолья девушка уже сидела на соседнем стуле и вела с ним задушевные беседы.

Алексей, будучи не самым разговорчивым мужчиной, поддался то ли её очарованию, то ли расслабляющему действию алкоголя, поэтому охотно отвечал на её вопросы. В какой-то момент их диалог прервал звонок мобильного телефона Алексея. Тот взял трубку, после чего коротко объяснился со звонившим:

-Да. Да. Нет, вы не понимаете… — Произнёс он, понизив голос. – Я ищу человека для постоянного проживания. Да. Полгода, но возможно задержка. Конечно. До свидания.

-Кто звонил? — Поинтересовалась женщина. – Выглядишь расстроенным.

-Соискательница. Я ищу женщину, которая будет следить за домом в моё отсутствие и помогать ребёнку. – Поведал он. – Что-то вроде няни, или домоправительницы. Но пока что звонят лишь молодые студентки, у которых есть пара часов свободного времени.

Алексей нахмурился. Может, он, действительно, перегибает? Однако в вопросах дочери мужчина чувствовал некую беспомощность. Он всё ещё не понимал, что делать с ребёнком. Как правильно о ней заботиться, что ей надо говорить.

-У вас маленький ребёнок? – Поинтересовалась женщина, отпивая коктейль из стакана.

-Нет. Моей дочери скоро двенадцать. Она уже самостоятельная, настоящая умница. Думаю, она разумнее многих совершеннолетних лоботрясов. – При упоминании Ани голос мужчины потеплел. – Только я всё равно переживаю. Не могу оставить её на полгода одну, сами понимаете. Мне нужен ответственный человек, который сможет с ней жить.

-Послушайте, это настоящая судьба! – Воскликнула женщина, хватая его за руку от наплыва эмоций. – Моей дочке тринадцать лет! Представляете? Наши дети почти ровесницы. Наверняка они подружатся, у них будут общие интересы.

Мужчина, оторопев от такой прыти, с удивлением посмотрел на свою ладонь, сжатую чужими нежными пальцами. Диана тоже опустила взор на сцепленные руки и, густо покраснев, пробормотала:

-Ох, простите, пожалуйста. – Скромно потупила она взор. – Я просто обрадовалась.

-Ничего страшного. – В свою очередь смутился Алексей.

Он давно не общался с представительницами прекрасного пола. Большую часть времени он проводил в море, его сил хватало лишь на лёгкие интрижки и отношения на одну, максимум пару ночей.

-Я имею в виду… — Начала объяснять причину своей радости Диана. – Я могла бы присмотреть за вашей дочерью. Мы недавно переехали в этот город с Оленькой, снимаем жильё. Я как раз ищу работу. Конечно, если вы мне доверяете! Но, будьте уверены, если я одна вырастила дочь, то смогу позаботиться и о двух девочках. Тем более, я обожаю детей!

Сначала Казаков воспринял идею со скепсисом. Диана, конечно, выглядела шикарно, да и говорила искренне, но он знал ее всего пару часов. Хотя, других кандидаток на роль компаньонки для дочери, он тоже видел впервые. И всё они ему не нравилась.

Тем временем, чем больше Диана говорила, тем больше Алексей поддавался её очарованию. Она всё щебетала про воспитание девочек, рассказывая тонкости их взросления и делясь советами, основанными на собственном опыте. А Козаков диву давался, неужели воспитывать дочь – так сложно?

-Это ещё у вашей Анечки переходный возраст не наступил! Вот, когда будет сложно! – Засмеялась в ответ Диана. – По себе знаю.

А её нежная рука вновь доверительно, и словно бы случайно легла на пальцы моряка. Тот не стал её убирать в этот раз, разомлев от алкоголя.

В итоге Диана с дочкой оказались в их квартире. Сначала Старова жила там на правах работницы, затем – любовницы Алексея, а потом и жены. Так сказать, женщина получила повышение по службе.

До свадьбы Алексея и Дины всё шло хорошо. Женщина очень старалась угодить своей падчерице. Но едва в её паспорте оказался заветный штамп, как она изменилась.

Аня тогда в сердцах подумала, что её мачеха – настоящий оборотень.

Кошмар для падчерицы начинался, едва отец уходил в рейс. Мачеха измывалась над Аней. Но едва девочка пыталась пожаловаться отцу, как натыкалась на стену непонимания.

-Аня, наверное, ты всё не так поняла. – Успокаивал Алексей родную дочь.

Мачеха же объяснялась перед ним так:

-Анна твоя от рук отбилась, Лёша. – Докладывала она уверенным тоном. – Я же говорила, её переходный возраст ещё наступит и нам всем придётся тяжко. Она просто ревнует тебя к нам, вот и всё. Сначала она была одна у бабки, потом одна у тебя. Все подарки были её, всё внимание – тоже. А теперь у неё сразу две соперницы. Она же не понимает, что ни я, ни Оленька не претендуем на всю твою любовь. Вот и ревнует.

Анна с таким поклёпом мириться не желала. Но чем больше девочка боролась, отстаивая своё честное имя, тем больше неприятностей наживала. Мачеха была хитра, словно лисица из русских сказок. И совершенно бессовестна.

Так, однажды Анна, после очередной ссоры с Дианой, решила остаться ночевать у подруги. У отца была смена на корабле, как он сам шутливо говорил, мужчина работал «охранником дивана». Прийти он должен был лишь к обеду следующего дня. Конечно, сбегать из дома, громко хлопнув дверью, Анна не планировала. Всё-таки она не растеряла остатки благоразумия, хотя последняя нервная клетка девочки давно держалась на «честном слове».

Придя к подруге, Катьке, Анна набрала отца, но телефон был вне зоны доступа, что было неудивительно. На корабль вообще редко можно было дозвониться. Скрипя сердцем, девушка позвонила мачехе.

-Чего тебе? – Ответила Диана, вместо приветствия.

-Я сегодня домой не приду ночевать. – Поставила её девушка перед фактом. – Останусь у Кати.

-Ну, а мне зачем эта информация? – Фыркнула в трубку Дина. – Можно подумать, я бы бросилась на твои поиски.

-У меня телефон разряжается. – Сообщила Аня, скрипнув зубами и теряя самообладание. – Просто передай папе, что всё хорошо, если он позвонит.

После такого «душевного» диалога Аня, с чистой совестью, осталась в квартире одноклассницы. Девочки веселились, набивали рты вредными вкусностями, запивая газировкой. Подруги залпом посмотрели новый молодежный сериал, да обсудили сплетни, блуждающие по кулуарам школьных коридоров. Аня и Катя легли спать далеко за полночь.

Когда школьница пришла домой утром, дверь в квартиру была открыта. Аня, не раздеваясь, осторожно прошла по коридору внутрь, слыша чужие голоса. Картина, представшая перед её глазами, была странной и даже пугающей. Диана плакала, сидя на диване в скорбной позе. На отце Анны лица не было. Мужчина был бледен и мрачен. В гостиной, вместе с родителями, было два сотрудника полиции. Один из них, тот, что был постарше, допрашивал Алексея. Аня сразу похолодела, не понимая, что происходит. Странные мысли лезли в ее голову. Может, их обокрали? Или с Олькой чего стряслось? Её не видно, а сводная сестра – мастер влипать в неприятности. Так, ещё недавно мачеха среди ночи ездила в какой-то клуб, выручать дочь, чтобы та не попала в отделение. Кажется, Диана давала крупную взятку сотрудникам полиции, но отцу, конечно же, об этом не рассказала.

-Пап, что случилось? – Обратилась девочка к отцу, испуганно взирая на присутствующих.

Её руки так и замерли на красном шарфе, не стягивая его с шеи. Отец поднял на прибывшую дочь взгляд, и она изумилась. Веки его были припухшие, а белки покраснели. Он явно не спал всю ночь. Все в комнате замерли, воссоздавая знаменитую немую сцену из «Ревизора». После затянувшейся паузы, отец тяжело встал, зло глядя на дочь:

-Ты где была, Аня? – Со сдерживаемой яростью произнес он, сжимая кулаки.

Пальцы девочки дрогнули и сжались на мягкой ткани шарфа. Её отец никогда так с ней не разговаривал. И никогда не смотрел на неё столь злым, нелюбящим взглядом.

-У… У Кати… — Пробормотала она, моргая.

-Так-с… — Подал голос один из полицейских. – Это и есть наша пропажа, верно? Я же говорил, рано беспокоиться. Подросткам свойственно бунтовать и показывать характер. Некоторые убегают из дома на неделю, живут у друзей, а потом возвращаются, когда устают питаться чипсами и лимонадом.

Не смотря на то, что голос стража порядка был весёлым, словно он пытался разрядить обстановку, выходило плохо. Алексей и вовсе, кажется, не слышал мужчину.

-Иди в свою комнату, Анна. – Сцедил папа девочки. – Немедленно. Не выходи, пока мы не поговорим. Ясно?

Аня открыла было рот, чтобы возразить, спросить, что всё это значит, но сдержалась. Папа уже повернулся к полицейским, что-то с ними негромко обсуждая. Выходя из гостиной, Аня поймала на себе победоносный взгляд мачехи. Той самой, что только что лила крокодильи слёзы, собирая их в кружевной платочек.

Когда отец зашёл в детскую комнату, Анна сидела на компьютерном кресле, чинно сложив руки на коленях и выпрямив спину. Она вся подобралась, ожидая гнева папы. Вот только его не последовало. Конечно, сначала он побушевал. Кричал, как за неё испугался, какая она бессовестная, что заставила всю семью волноваться.

Оказалось, Диана наплела отцу, что Аня сбежала из дома. Рассказала, что они поссорились из-за пустяка, и Анна позвонила, сказав, что больше не вернётся.

Аня попыталась в паузах между упреками объяснить свою версию развития событий, но отец не верил.

-Я не понимаю, когда ты такой стала? – Покачал он головой удрученно. – Наверное, я сам виноват, упустил тебя…

Аня лишь крепче сжала кулаки на коленях. Она промолчала, хотя в душе её кипела обида. Ведь она такой не была! Но откуда папе знать? Он ничего, совсем ничего про нее не знал! Он слушал лишь свою жену, слепо веря в её слова.

В какой-то момент Алексей вздохнул, взъерошил светлые, как и у дочери, волосы, да сел перед ней на корточки. Он поднял на девочку усталые глаза и попытался быть мягче:

-Послушай, я не понимаю, почему тебе так не нравится Диана. – Осторожно начал он, беря руки дочери в свои. — Она любит тебя, как родную! Ты не представляешь, что с ней было, когда ты не пришла домой. Она места себе не находила, ночь не спала! До последнего ждала тебя, а потом позвонила на корабль! Мне пришлось нестись домой, вызывать полицию… Дина пила успокоительные и твердила, что если с тобой что-то случится, то она себя не простит. Ты хоть понимаешь, сколько проблем принесла твоя выходка?!

-Я звонила ей, папа! У меня даже есть исходящий вызов! – Попыталась вновь достучаться до отца девочка. – Я сказала, что вернусь утром!

-Она рассказала про ваш разговор, Анна. – Сухо ответил мужчина, отпуская руки дочери и выпрямляясь. – Про то, что ты заявила, что больше не вернёшься домой и бросила трубку. А затем отключила телефон.

-Это неправда! У меня села батарейка! – Возмутилась девочка, краснея.

-Хватит лгать, Аня! – В ответ повысил голос отец. — Ты просто не видела, какая истерика была у Дины! Ты будто не понимаешь, к чему приводят твои детские выходки!

Анна поджала губы так, что они побелили и уставилась в стену, покрытую светло-персиковыми обоями. Она старалась сдержать подкатывающие слёзы, но они вот-вот должны были хлынуть из глаз сплошным потоком. От обиды, от бессилия, от злости.

Итогом их разговора и выходки Дианы стали натянутые отношения между отцом и дочерью, а ещё домашний арест для Ани на следующие два месяца.

Мачеха же не унималась. Зацепившись за трещину, пробитую в отношениях Ани с папой, она всеми силами пыталась расковырять её, сделать глубже. Ей помогала и дочь.

Оля всегда брала вещи Анны без спроса, а когда девочки ругались, Аню обвиняли в том, что она жадничает, либо врёт. Был ещё один случай, после которого у Анны совсем опустились руки. Хотя она часто корила себя за наивность, думала, что сама виновата в том, что попала в ее ловушку.

Ольга в тот вечер пришла домой с очередного свидания в приподнятом настроении. Она плюхнулась на живот и растянулась на кровати, уставившись в экран телефона с самой влюбленной улыбкой. Ответив на пару смс, она отбросила аппарат и уставилась на сестру.

Аня сидела за рабочим столом, перед ноутбуком. Она заканчивала презентацию по истории, которой была увлечена. Их комната напоминала помещение общежития. Девочки разделили её на две половины невидимой линией, и старались не забредать на чужую территорию без необходимости.

-Всё трудишься, Анька? – Весело поинтересовалась девушка, устраиваясь ухом на подушке. – Думаешь, в этом есть толк?

-Труд сделал из обезьяны человека. Фридрих Энгельс. – Парировала девушка, процитировав немецкого философа. – Но ты можешь не стараться, в твоем случае эволюция бессильна.

Ольга фыркнула, но не была задета таким замечанием. Они всегда общались с помощью взаимных пикировок. Однако сегодня девушка была настроена миролюбиво.

-Нет, серьёзно, Анька. – Настаивала она. – Ты же понимаешь, что никто тебя за мозги не полюбит?

Старшеклассница вздохнула, отвлекаясь от работы. Она глянула на словоохотливую сестрицу:

-А я не хочу, чтобы меня за внешность любили, Оленька. Это как выбрать конфетку по красивому и блестящему фантику. Открываешь, а внутри – гадкий леденец, – ответила она девушке.

Анна кривила душой. Иногда она немного завидовала старшей сестре. За привлекательной брюнеткой всегда ходила толпа поклонников. Они, как служители какого-то культа, носили на её парту подарки, словно на алтарь.

Оля пошла в мать, умела себя преподнести в выгодном свете. Она надевала стильные вещи, грамотно их сочетала и не выходила из дома без макияжа.

Аня, в основном воспитанная бабушкой и отцом, которые не умели обращаться ни с тушью, ни с помадой, в этом плане отставала. Девушка она была скромная, предпочитала надевать на себя удобную одежду, а не короткие платья. Волосы цвета пшеницы по привычке заплетала в косу, потому что так было удобнее. Да и парни на неё внимание обращали лишь тогда, когда надо было помочь с домашним заданием.

-Ты так говоришь, словно нельзя быть красивым и внутри, и снаружи. – Резонно заметила Оля. – Вот ты, что, умрешь, если хоть раз накрасишься или платье наденешь? А то ходишь в своих свитерах и балахонах, как пугало.

Аня отвела глаза, пожав плечами. Крыть было нечем. Однако её удивило предложение, озвученное Ольгой:

-Хочешь, я тебя накрашу?

-Зачем? – Напряглась девочка, чувствуя подвох.

-Да просто. Настроение хорошее. Да и посмотрю хоть, как ты можешь выглядеть. – Хмыкнула девушка. – Ну, так что?

Аня посмотрела на слайд с заданием по истории, затем перевела взгляд на сторону комнаты, что принадлежала сестре. Там стоял красивый туалетный столик, с подсветкой. Девочка внутри Ани, та самая, что мечтала когда-то о настоящей маме и даже сестре, победила голос разума. Она согласилась.

Спустя час, который девочки провели прекрасно, Оля разрешила Ане глянуть в зеркало. Девушка ахнула. Она действительно выглядела иначе. Как куколка фарфоровая. С блестящими розовыми губами, огромными глазами с черными, изогнутыми ресницами, румяными щечками на бледной коже…

Оля была довольна своей работой и изумлением, что читалось в лице сестры.

-Знаешь что? – сказала она задумчиво, глядя на отражение сестры в своем зеркале. – Я тебе эту косметику подарю. Хочешь?

-Что, правда? – Удивилась Аня, не веря ни своим глазам, ни своим ушам.

-Да, у меня всё равно её слишком много. А тебе идет. Может, хоть краситься научишься, и мне не стыдно будет называть тебя своей сестрой. – Закатила Оля свои глаза, бросая некоторые средства в пустую косметичку.

Подарок она вручила Ане, которая потом ещё долго рассматривала своё лицо в зеркале.

В тот вечер девочке было жалко смывать макияж. А ещё внутри её наивного сердца снова затеплилась надежда, что они с Олей ещё смогут поладить. Только не успела она порадоваться изменениям, как вновь встряла Диана.

-Аня, нам надо поговорить. Неужели тебе мало денег, что дает отец? – Трагичным голосом спросила она у девочки.

-Вы о чём? – Не поняла девушка её загадочного вопроса.

-Верни вещи, что ты украла у Оли. – Заявила женщина категорично. – Иначе я расскажу все твоему отцу.

-Какие вещи?

-Косметику. – Сказала Диана, скрещивая руки перед собой. — Ну, может ты и ещё что прибрала к рукам, я же не знаю.

-Она подарила мне её! – Возмутилась девочка.

-Она просто сжалилась над тобой и один раз накрасила, это не значит, что подарила, Аня! – Закричала Диана. – Ты и в детстве такая была. Хотела всё отобрать у Оли.

Разозлившись, Анна достала и бросила косметичку прямо на кровать сестры. Косметика высыпалась на покрывало, а раскрывшаяся коробочка с тенями испачкали его.

-Теперь возьми постельное белье сестры и постирай его. Руками. – Сцедила мачеха, одаривая девушку презрительным взглядом.

Конечно, когда вернулся отец, в доме был очередной скандал. Дина заламывала руки, рассказывала Алексею про переходный возраст и клептоманию, про зависть Анечки к такой успешной и красивой Оле, а он…

Он верил. Каждому слову. И на плечи Анны опустились новые обязанности – стирать одежду. Сначала это было временным наказанием, а затем стало чем-то вроде постоянной работы. Со временем к этому добавилась еженедельная уборка, а затем и готовка на всю семью.

В итоге Аня смирилась, понимая, что правоту свою никак не докажет. Не начинать же каждый раз скандал? Девочка стала жить в доме, как служанка. Она просто считала дни до совершеннолетия, надеясь на светлое будущее, в котором ее мачехе места не было.

Будучи ученицей уже десятого класса Анна заикнулась о том, что неплохо было бы разделить домашние хлопоты, да мачеха едва в обморок не упала, от такой «вопиющей наглости» падчерицы:

-То есть ты хочешь, чтобы Оля вместо репетиторов и подготовки к поступлению в институт стояла у плиты и картошку жарила? А я ищу работу, ты же знаешь! – Изумленно вопрошала она. — У тебя совести нет, Аня! Тебе что, сложно, что ли, семью порадовать? Помочь нам? Такая девка здоровая, а палец о палец лишний раз ударить не хочет!

-Нет, мне не сложно. – Искренне отвечала девушка, которая никогда труда не боялась. – Просто я тоже должна учиться.

-Тебе поступать только через год. – Заметила женщина, вскидывая черные, графичные брови, над которыми какой-то бровист трудился ни один час. – А Оле уже летом. Она постоянно занимается.

-Прямо сейчас она лежит на кровати в комнате и ничего не делает. – Сделала ещё одну попытку отстоять свободное время Анна. – А могла бы помыть за собой посуду, хотя бы. Она после обеда все в раковину бросила!

-Да что ты знаешь! – Ещё больше ярилась мачеха, вступаясь за родную «кровинушку». – Ей плохо, у неё жуткие мигрени из-за учёбы. Ты понимаешь, какой это стресс, сдавать выпускные экзамены? Она переживает, ночами не спит! А ты не можешь за ней тарелку помыть, что ли? Руки отсохнут?!

Тут мачеха не лгала, Олька действительно не спала по ночам, мешая Ане. Только вот причиной её бессонницы были не учёба и попытки сломать зубы о гранит науки, нет! Как и многих одиннадцатиклассниц, Олю гораздо больше волновали сплетни и мальчики. Поэтому она предпочитала хихикать, уставившись в экран смартфона, отвечая на сообщения своих поклонников.

-Чтобы это не стало таким стрессом, стоит учиться в школьные годы, а не наверстывать всё за последний месяц. – Разозлилась Анна.

Такой упрёк в адрес Ольги стал последней каплей для мачехи. Когда со службы вернулся отец Ани, Диана мгновенно доложила мужчине о «хамском поведении его дочери». В то утро Аня впервые поняла, как верна старая, но не потерявшая актуальность поговорка:

«Ночная кукушка дневную перекукует».

И вот, роль дневной птицы досталась ей, Ане. Она никак не могла объяснить папе свою правоту, он слепо верил словам своей избранницы. А уж та была рада стараться наплести ему с «три короба». В её истории Аня не просто попросила Олю помочь ей с уборкой, а пыталась взвалить на плечи будущей абитуриентки все тяготы этого мира. Конечно, чтобы самой плевать в потолок и пойти погулять.

-Аня, я понимаю, что ты молодая девушка, хочется больше веселиться, но мы же семья. – Завёл тогда с дочкой разговор отец, поддавшись влиянию жены. – Мы должны поддерживать друг друга, помогать. Оле сейчас трудно, она часто болеет. Вот справится с учёбой, поступит, так и вернёмся к этому вопросу.

Анна хотела ответить, что единственное, чем болеет Оля – «воспаление хитрости», но прикусила язык…

Настоящим ударом в спину для девушки стала другая новость. Тогда, июльским летним вечером, вся семья собралась за праздничным столом. Поводов для праздника было много. Они только что переехали в новую квартиру, тоже с старом фонде, но больше предыдущей. Оля поступила в университет, а сама Диана была беременна.

-Сегодня мы поздравляем нашу Олю, которую теперь можно назвать студенткой университета! – Срывающимся от волнения голосом начала свой тост Диана, придерживая бокал с соком.

Она с любовью и гордостью глядела на дочь, продолжая петь дифирамбы в ее честь. Анну же терзал червячок сомнения. И как Оля смогла поступить в университет? Она видела результаты её экзаменов, когда убиралась в комнате, и баллы были явно не проходные. Особенно большие трудности у девушки вызывал иностранный язык. Тем не менее, Ольга действительно собиралась учиться в ВУЗе по специальности «Торговое дело». Да не абы где, а в столице! Чудеса, да и только! Но Аня была не против такого расклада. Как говорится, «меньше народу – больше кислороду». Теперь она ждала сентября, как праздника, потому что сводная сестричка свалит в Москву, а она снова станет полноправной владелицей собственной комнатки. Поэтому семейным торжеством Аня наслаждалась искренне, уплетая угощения, которые заказали из местной траттории.

Только через пару минут после начала застолья, итальянская еда стала комом поперек горла.

-Спасибо и тебе, Аня, что помогла будущему своей сестры. – Неожиданно заявила мачеха. – Я так счастлива, что у нас получилась крепкая и дружная семья!

Её слова заставили Анну отвлечься от куска пиццы и напрячься:

-Чем же я помогла? – Поинтересовалась она, чувствуя подвох.

Конечно, ей приходилось убирать весь дом и готовить, чтобы прокормить прожорливую ученицу, но вряд ли мачеха стала бы её за это благодарить.

Так и было. Диана растянула ярко-алые губы в приторной улыбке:

-Ну, как же, милая! В университет же не за бесплатно берут. И, к сожалению, не за красивые глазки, иначе моя Олечка бы сразу в МГИМО поступила. – Начала объяснять она, коротко рассмеявшись. — Вот нам и пришлось взять часть из твоих денег, что в наследство достались от бабушки. Они же тебе всё равно без надобности. Живём мы вместе, ты одета, обута, накормлена. Так что тратить тебе их не на что. Да и нельзя было бы до совершеннолетия. А так ты пользу сестричке принесла!

-Но я впервые об этом слышу! – Изумилась девушка, резко бледнея. – Это же незаконно! Как вы могли взять мои деньги?!

Её бабушка, Ольга Львовна, действительно оставила наследство внучке. Это был тот самый небольшой клочок земли в дачном сообществе, с маленьким одноэтажным домиком. Место, где прошло детство Анны. Когда Ане исполнилось тринадцать, на связь с новыми владельцами земли вышла организация-застройщик. Они покупали земельные участки, чтобы в дальнейшем на этой земле осуществлять строительство многоквартирных жилых домов. Аня тогда даже расплакалась, когда отец объяснил ей, что участок придётся продать. Ей было жалко землю, словно она продаёт своё детство, предает память о бабушке. Но мачеха вновь вставила свои «пять копеек»:

-Ты ничего не понимаешь, ещё мала. – Заявила она расстроенной Анне. – Если сейчас его не продашь, то потом ни копейки не получишь. Землю всё равно отнимут, застройщики – люди ушлые, своего не упустят. Так что соглашайся. Потом эти деньги тебе ещё пригодятся, например, потратишь на высшее образование.

С такой же речью она обратилась и к Алексею, говоря, что заботится о будущем Анечки. В итоге Диана убедила всех в верности продажи участка.

Когда землю продали, Ане открыли счёт в банке, куда положили деньги от продажи дома, как наследство. Всеми тонкостями занималась Диана, взвалив на себя это дело по доброте душевной, разумеется. В итоге, распоряжаться вырученными деньгами Анна могла бы после наступления восемнадцати лет, чего и ждала. Она надеялась, что сможет с помощью этих денег съехать из квартиры отца. Начнёт снимать своё жильё, учиться, подрабатывать. А средства с продажи бабушкиного наследства стали бы отличным подспорьем и эдакой «подушкой безопасности» в её взрослой жизни.

Только вот её мечты разбились в осколки, от заявления мачехи. Оказалось, что до совершеннолетия ребёнка, её наследством могли бы воспользоваться как отец, так и мачеха, потому что оба были опекунами. Об этом заранее позаботилась Дина, оставив свою падчерицу «с носом».

-Анна, тише. – Остудил пыл дочери отец, но затем перевел взгляд на жену. – Диана, ты утверждала, что Аня в курсе и ничего не имеет против.

-Я… Я… — Женщина захлопала ресничками, а её губы натурально задрожали. – Я точно говорила с тобой об этом, Анечка. Даже если не так, сама подумай, как я должна была поступить? Просто мы все накопленные сбережения вложили в покупку и ремонт новой квартиры. Откуда мы можем взять деньги на обучение Оли?

Покупка «трёшки» – тоже была идея Оли. Она настояла на ней, аргументируя это своим положением. Мол, её будущему ребёнку нужна детская комната, а в квартире Козаковых было «не развернуться». В её словах была правда, только вот Аня не могла понять, почему сама Диана не пыталась заработать на покупку квартиры, а повисла на шее мужа. Она всю жизнь была в поиске работы, да только в итоге никуда не устроилась.

-Оля могла бы сама заработать на своё обучение, а не забирать деньги моей бабушки! Или поступить через год, а пока побегать официанткой и подучиться, чтобы поступить на бюджет! – В конец разозлилась Аня.

-Лёша, скажи же ей что-нибудь! Мне нельзя волноваться! – Напомнила она, демонстративно хватаясь руками за живот.

-О-о, да. – Сцедила Аня, сверля взглядом мачеху. – Ещё скажи, что все наши проблемы из-за беременности, да? Говорят, что повышенный уровень прогестерона, окситоцина может провоцировать забывчивость и рассеянность. Ты же поэтому забыла мне сообщить, что сунула руку в моё наследство?!

Аню начала душить обида, в горле было жарко и тесно.

-Анна, успокойся. – Оборвал её отец резким тоном. – Должно быть, произошло недоразумение. Мы все в последнее время были заняты ремонтом. В любом случае, сделанного не вернешь. Обучение оплачено.

Девушка сморгнула накатившие слёзы. Почему он опять на стороне мачехи? И, что самое главное, на стороне Ольги? Порой у Ани было ощущение, что именно она здесь приёмная дочь! Она здесь лишняя!

-Мы вернём деньги на твой счёт. – Внезапно сообщил отец. – Не переживай, до твоих восемнадцати лет вся сумма будет на месте. Всё равно мы планируем продавать эту квартиру.

От такой новости Диана резко побледнела, открыла свой рот, как рыба, но быстренько его захлопнула. Очевидно, такой расклад ей был неугоден. Но Аня немного успокоилась…

***

С того момента минуло полтора года. Аня и мачеха объявили временное перемирие, ведь та занималась новорожденным. Оля была в столице, папа в рейсах. Пятеро людей из одной семьи не пересекались друг с другом, и это было спокойное для девочки время. Хотя, едва отец возвращался на твёрдую землю, Диана тут же «садилась ему на уши», сообщая, что Анна вела себя неподобающе. Однако девочка уже не обращала на это внимания. Она много училась, намереваясь поступить на бюджетное отделение.

Также девушка не забрасывала свои занятия музыкой, даже начала сама писать песни и музыку к ним. Получалось так хорошо, что друзья Анны настаивали, чтобы она начала выкладывать ролики в интернет. Они утверждали, что там Аня точно найдет поклонников и соберет много «лайков». Однако девушка стеснялась, оставляя это занятие для души, а не для популярности. Так текла их жизнь.

И вот, спустя время, вся семья вновь была в сборе. Александру исполнилось полгода. Саша, одетый в чистое боди, с имитацией галстука-бабочки, сидел на руках отца и единственным зубом пытался грызть столовую ложку. Ольга, сидевшая с ними за одним столом, выглядела непривычно бледной и молчаливой. Даже косметика на ней словно скаталась, делая ее лицо печальным.

-Оля, ты надолго вернулась? Учёбе твой отъезд не повредит? – Поинтересовался Алексей, накладывая в тарелку оливье.

-Я… — Неожиданно замялась девушка от столь простого вопроса. – О, у нас там в общежитии ремонт. Так что нас отпустили на неделю. Так сказать, устроили незапланированные выходные.

Аня удивлённо покосилась на старшую сестру. Где это видано, чтобы среди семестра студентов-второкурсников распускали по домам? Бред какой-то. Но влезать в спор у неё желания не было. Алексей же вовсе, казалось, не слышал слова Ольги, отвлекшись на Сашу. Полугодовалый малыш намеревался потрогать содержимое тарелки отца своими пухлыми пальчиками.

-Раз уж так вышло, мы можем провести время всей семьей. – Радостно предложила Диана. – Например, отдохнуть в отеле. Мне подруга советовала замечательный вариант, в сосновом бору у озера. Сашеньке полезен свежий воздух, а то в городе одни выхлопы. Жаль, конечно, что Аня с нами не сможет поехать. Первокурсникам не стоит пропускать лекции, верно? Тебе надо хорошо зарекомендовать себя в университете, остаться на бесплатном месте очень сложно.

Аня изобразила на лице подобие улыбки. Мачеха злилась, что её дочь училась по контракту, тогда как падчерица смогла поступить на бюджет.

-Не стоит переживать обо мне. – Заверила она женщину. – У меня действительно много дел в университете. Ты права, Диана, чтобы поступить на бюджет и удержаться на нём, надо приложить много сил и мозгов. Вот, стараюсь. Хорошо, что Оле не приходится так пахать, боюсь, она бы не выдержала.

Дина сцепила зубы, маскируя свой оскал в благожелательную улыбку. Однако в диалог вступил отец, отвоевав у наследника салат:

-К сожалению, у меня тоже не выйдет. Не хотел омрачать праздник, но я ухожу в рейс послезавтра.

-Как так! Ты же только два месяца, как вернулся! Неужели больше работать некому? – Запричитала Дина.

Пока родители говорили, Оля всё ещё сидела молча. Аня заметила, что сестра даже не притронулась к еде, уставившись в тарелку и тыкая вилкой в картофелину. Тогда она не придала поведению сестры особого значения. Мало ли, поссорилась с очередным бойфрендом. Однако вскоре тайна раскрылась, да только плохо от этого стало лишь Анне.

***

Алексей Казаков никогда не думал, что станет моряком. Раньше, ещё в молодости, он говорил, что пусть в море ходит тот, кто его копал. А он, Лёшка, будет на суше. Но жизнь решила иначе, посмеявшись над предпочтениями молодого мужчины. Сначала Лёша подался на торговое судно из-за денег, на должность моряка. На суше столько заработать он просто не мог. Потом он решил выучиться в Морской академии на судомеханика, так как всегда был заинтересован строением и принципами работы любых механизмов. Оказалось, что у Алексея дар в этом деле, да и руки золотые, которые позволяли ему держать судно на плаву даже в экстренных ситуациях.

Позже море стало его спасением. Когда он потерял любимую супругу, лишь волны его успокаивали, да тяжкий труд. Оно же, море, стало его отговоркой, чтобы не видеться с новорожденной дочерью. Он считал, что у него просто нет времени и возможности за ней ухаживать. Мужчина высылал деньги на её содержание, хотя позже оказалось, что большую их часть бабушка сохранила, оставив внучке.

Теперь Лёша постарел. Ему вновь опостылело море. Хотелось успокоиться, вернуться к семье, к маленькому сыну. Глядя на Сашку, он порой ловил себя на мысли, как много не дал Ане. Только вот как исправить ситуацию он не знал. Но он твёрдо решил проводить больше времени с ней, а потому завязывал с рейсами. Он пока не знал, чем займётся на суше, но надеялся открыть свой бизнес. У мужчины уже были идеи, наметки, осталось их реализовать. Такие мысли роились в голове мужчины, пока он стоял на палубе корабля, глядя в розовеющую полоску горизонта.

-Последний рейс. – Проговорил он вслух. – Последний, и пора что-то менять…

Вернувшись в палубу, он обнаружил несколько пропущенных вызовов от супруги. Перезвонить удалось не сразу, а лишь через день. Со связью на корабле были большие перебои. Но едва у мужчины выдалась такая возможность, он набрал номер жены. Та взяла трубку со второго гудка, словно только и ждала его звонка:

-Алло, Лёша! Лёша! Ты не поверишь! Ты можешь представить, что натворила твоя дочь?! – Завопила в трубку Диана.

На заднем плане плакал Александр, надрывно и визгливо. Он часто плакал в последнее время, то ли у него резался очередной зуб, то ли колики в животе беспокоили, то ли все и разом.

-Успокойся. – Поморщился он, потому что голос супруги буквально разрывал его барабанные перепонки. – Скажи спокойной, что случилось? Что-то с Аней? Она в порядке?

Женщина тяжело задышала и закашлялась злым смехом:

-О, твоя дочь в полном порядке, Леша! А вот наша семья – нет! – Истерила женщина, и, всхлипнув, продолжила: — Ты не поверишь… Она потратила все деньги на… На… В общем, Аня связалась с дурной компанией в университете. Я замечала, что с ней что-то не так, но думала, что она просто устает из-за учёбы, понимаешь? Девочка стала бледная, нервная, усталая. Но она первокурсница, не могла же я подумать, что всё так!

-Да прекрати юлить, Дина! – Не выдержав, рявкнул мужчина, чувствуя беспокойство напополам с раздражением. – Говори, как есть!

Женщина тяжело выдохнула:

-В общем, оказалось, что она связалась с людьми, которые торгуют запрещенными веществами. Она вложила туда деньги, а потом стала зарабатывать. Не знаю, принимала ли сама. Не знаю, что именно они продавали студентам, какая-то синтетическая дрянь… Мол, говорили, что она дает бодрость, помогает сдавать экзамены. Может, врали, что это витамины… Но кто-то отравился, попал в реанимацию. Это дошло до ректора. Господи, Лёша, какого позора я натерпелась!

Алексей тяжело дышал, слушая слова жены. Он поверить не мог, что его Аня, славная девочка, пусть и с тяжелым характером, на такое способна.

-Но зачем ей это… — Высказал он свои сомнения.

-Из-за денег, конечно. Ты же помнишь, как она завелась, когда её наследство отдали на обучение и проживание сестры? Да и потом, у девочки отсутствует воспитание, ты же видишь. Мне кажется, я слишком поздно появилась в ее жизни. – Сразу нашлась с ответом Дина. — Но ты не переживай, я всё уладила. Правда, пришлось подключить связи и выложить много, очень много денег! Конечно, я взяла их из средств с проданной квартиры. Те, что ты оставил в наследство Анны. Надеюсь, ты понимаешь, что это ещё меньшее из возможных наказаний, что твоя дочь должна понести! Она обязана заплатить за свои ошибки. Её чуть ли не отправили в тюрьму, Лёша! Не знаю, что с ней теперь делать…

-Не трогай пока Аню. – С тяжёлым сердцем попросил Алексей. – Сделай всё, чтобы уладить конфликт. Пусть ждёт меня дома. Я вернусь, и мы с ней все обсудим.

Проблема была в том, что он сможет вернуться лишь через шесть долгих месяцев. В этот момент Алексей Козаков особенно остро и сильно ненавидел море. Черт возьми, ведь он же его не копал…

***

Аня последний раз провела пальцами по струнам гитары, оставляя руку на отработавшем на сегодня инструменте. Девушка прикрыла глаза на секунду, словно вбирая в себя отголоски затихающей мелодии.

-Ну, хватит на сегодня… — Вслух проговорила девушка и выпрямила спину, а затем с трудом вытянула из-под себя ногу. – Ой!

Она несколько часов не меняла положения и теперь правая нога затекла. Анна поморщилась, разминая конечность. Затем она притянула чехол, чтобы забрать заработанные деньги и убрать инструмент.

-Ну, что у нас сегодня? – Пробормотала девушка задумчиво, раскладывая добычу.

Мятые и сложенные вдвое купюры она аккуратно расправляла и складывала в ровную стопку. Звенящие монетки ссыпала в отдельный карман на рюкзаке. Сегодня она неплохо заработала, прохожие были щедрыми. Наверное, потому, что наступила пятница. Люди бежали из офисов по домам, в тепло и уют, чтобы провести выходные с семьей или друзьями. Девушка тяжело вздохнула, от осознания, что ей спешить некуда. И радоваться тоже нечему. Семья её не ждет, да и дома, кажется, больше нет.

Девушка уже неделю ночевала у подруги, Светланы. Только вот сегодня ей предстоит найти себе новое место ночлега, ведь не могла она оставаться в квартире Ивановой всегда? Родители подруги уже смотрели на Аню с подозрением, а признаться в том, что её выгнали из дома, как бродячую собаку, ей было стыдно.

Да, именно так. Мачеха прогнала её с громким скандалом. Девушка так и не поняла, что случилось. Оказалось, что она замешана в какой-то дурной истории.

-Неблагодарная дрянь! – Кричала на неё Диана, швыряя в её сторону вещи. – Собирай свои монатки, и проваливай!

-Да куда я пойду?! – Дрожащим от слёз голосом, спрашивала растерянная Анна. – Я не понимаю, в чем ты меня обвиняешь! Я ничего не делала!

-Ты опозорила нас, Аня. Так что убирайся на все четыре стороны! – Требовала Дина, под ор своего младшего сына. – И это не моё решение, а твоего отца! Он мне сам сказал, что такую дрянь, как ты, не потерпит в своём доме, ясно?

-Он не мог такого сказать! – Упорствовала Анна, уже открыто рыдая.

-Мог! Он сам мне сказал, что твоя мать из-за тебя померла! – Выдала Диана, победным тоном. — И с тех пор он смотреть на тебя не может! Думаешь, он любил тебя хоть немного? Ему просто жалко тебя, дура! Навязали ребёнка и вот результат.

-Я позвоню ему. – Решительно заявила Аня, бросаясь к своей кровати. Там валялся смартфон.

Да только Диана была быстрее. Она схватила телефон и с остервенением бросила его о стену.

-В этом доме больше нет твоих вещей, ясно? И про деньги забудь! – Требовала Дина.

За всё время их сожительства Аня впервые видела Диану в таком бешенстве. Она действительно её боялась в тот момент. Девушка схватила свою гитару, рюкзак с некоторыми вещами и бросилась прочь из квартиры. Она не знала, куда податься. На небе уже начали появляться первые звезды, а денег у неё хватило бы разве что на пару ночей в гостинице. В итоге Анна постучала в дверь к подруге, Свете Ивановой, что жила в соседнем дворе. Та была удивлена, когда увидела у себя Аню в столь поздний час, но в дом пустила. Родителям наплела какую-то правдоподобную историю, что Казаковой Конечно, девушка сразу одолжила телефон у подруги, пытаясь дозвониться до отца:

-Пожалуйста, пожалуйста… — Умоляла она в трубку, по памяти набирая номер.

Но равнодушная к её отчаянию женщина отвечала:

-Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Аня пробовала звонить на следующий день, снова и снова, но ответа не было.

-Ты поживи у меня, с родителями я договорюсь. – Предложила подруга, пытаясь утешить Аню.

Девушка помощь приняла, но без дела решила не сидеть. Вернуться домой она не могла, денег ей не видать, пока не вернётся отец. Значит, надо решать, что делать дальше. Сначала она пришла в университет и с ужасом узнала, что её отчислили. Оказалось, что и тут расстаралась её мачеха. Но подробностей ей не рассказывали. Аня была в шоке, но не собиралась сдаваться.

Идея, как заработать себе «на хлеб» пришла в голову случайно, когда она завтракала вместе со Светой. На кухне был включен маленький телевизор, что стоял на морозилке. И там шёл мультфильм – «Бременские музыканты».

-Я его в детстве просто обожала. – Прокомментировала подруга, собирая пальцем хлебные крошки с тарелки, оставшиеся после бутербродов. – Все мечтала сбежать с каким-нибудь бродячим артистом и петь песни. Думала, что это жутко романтично.

Аня так и замерла, не донеся до рта кружку с крепким чаем:

-Точно, Света! Я же могу песни петь! – Заявила она, обрадованная.

-На улице что ли? – Нахмурилась подруга. – Там холодно. И люди бываю дурные. Надо оно тебе?

-Ну, пока что это единственное, что я действительно хорошо умею. – Пожала плечами Аня, немного воспрянув духом. – И гитара у меня есть, и время свободное.

Аня решила не откладывать свою идею, сразу выбрала себе место в переходе, где было много прохожих.

Так началась её карьера уличного музыканта. Девушка садилась на картонку, раскладывала перед собой чехол от гитары и пела песни, искренне стараясь донести до слушателей каждую ноту. Она пела знаменитые песни и старых и новых репертуаров, отмечая, какие вызывают у прохожих больший отклик. Пела и весёлые, и грустные. А иногда даже свои собственные, хотя испытывала странное смущение в эти моменты.

Света ошибалась, в положении уличного музыканта не было ничего романтичного. В глазах многих прохожих Аня была кем-то вроде попрошайки, которая вместо протянутой руки и скорбного «подайте на пропитание» выводила рулады и бренчала на музыкальном инструменте.

-Ишь, распелась… — Проворчал один из особо недовольных жизнью прохожих, кутаясь в черное пальто. – Лучше бы пошла учиться или работать! Такая кобыла, а побираешься на улице!

Анна даже взглядом не удостоила мужчину. Наверное, на работе его отчитал начальник, и теперь он нашел, на ком сорваться.

Бесцеремонная женщина решила стать голосом совести для Анны. Она схватила девушку за руку, пытаясь вразумить:

-Ты вообще совершеннолетняя? – Начала забрасывать она её вопросами. — И куда твои родители смотрят, интересно?

-Мне двадцать. – Легко соврала Аня, пытаясь отвоевать свою конечность и способность играть на гитаре.

-А если я вызову полицию, что будешь делать? Не выглядишь ты на двадцать, милочка! – Подозрительно щурилась она.

Люди кидали в чехол от гитары не только деньги, но и считали своим долгом использовать его как мусорное ведро. Анна вытряхивала оттуда фантики от конфет, пожеванные жвачки и билеты на автобус.

Но были и забавные эпизоды, которые Анна вспоминала с улыбкой. Например, один дедушка в шерстяной кепке гаврош, оставил Ане ярко-красных осенних яблок:

-Вот, милочка, денег нет, но яблочки с моего сада собрал. Они не падали, прямо с веток срывал. Очень вкусные! Угощайся, милочка. Ты поешь, как птичка! – Сообщил он, щедро отсыпая наливные плоды прямо в чехол.

Аню угощали булочками, дарили шоколадки и разные конфеты. Сладостей было так много, что девушка всерьез стала переживать за свои зубы. Многие останавливалась, чтобы послушать. Комментируя выступления Анны добрыми словами:

-Вот какие голосам нам на эстраде нужны. – Одобрительно кивала женщина. – А не эти, что кривляются и под фонограмму по сцене скачут. Эх, жалко, что в переходе такой талант пропадает.

Та женщина оставила Ане целых пятьсот рублей. А один мужчина в солидном костюме как-то бросил в чехол десять евро. Молодые люди давали Ане советы:

-Тебе аскер нужен, с ним больше заработаешь. – Авторитетно заявлял пронырливый парнишка.

-Кто-кто? – Хлопала глазами девушка.

-Ну, это такой персонаж, который ходит со шляпой между прохожими и просит, так сказать, поддержать музыканта. – Объяснил он, тут же подсуетившись. — Хочешь, я буду так делать? Выручку пополам.

Аня вежливо отказалась от такой помощи. Ей казалось, что с таким, так сказать, представителем своего творчества, она ещё больше будет походить на попрошайку.

В общем, публика попадалась разношерстная.

Но самым страшным был один молодой мужчина, который каждый день наблюдал за Аней. Он был красивый, солидно и опрятно одет, совсем не похож на маньяка. Только вот его поведение заставляло по коже Анны бегать мурашки. Сначала девушка решила, что он просто ждёт здесь кого-то, ведь место людное. Но нет, он останавливался и задумчиво смотрел на девушку. Один раз даже снял её на камеру. И всегда, уходя, он бросал ей в чехол купюру в тысячу рублей.

И вот, однажды Анна вляпалась в неприятности. К ней подошло два служителя закона в форме:

-Не положено тут петь, девушка. – Сообщил один из них. – Собирайтесь, с нами поедете.

-Куда? – Испугалась Аня, сжимая инструмент.

-В участок. – Хмыкнул второй. – Будем составлять протокол о самоуправстве и «самовольном занятии земельного участка».

-Но я не знала. Я уйду! – Запричитала Аня растерянно.

-Куда же ты уйдёшь. – Фыркнул один из мужчин. – Слушай, а тебе лет сколько? Документы есть?

Здесь Анна вовсе прикусила язык. Она не знала, можно ли ей петь на улице, пока не исполнилось восемнадцать.

-Чего ты так испугалась? Вообще, мы можем договориться. – Задумчиво произнёс тот, что был постарше, с противными редкими усиками.

-Договоритесь со мной. – Внезапно вмешался ещё один мужчина.

Анна увидела двоих мужчин, один из которых был тем самым незнакомцем, что наблюдал за ней со стороны. Его друг хмуро взирал на полицейских. Те как-то стушевались под его взглядом, но быстро оправились:

-А вы кто будете?

-Благодарный слушатель. – Мягким тоном ответил незнакомец. – А ещё адвокат. И мне интересно, вы чего от девушки хотите? Она вокруг себя толпу не собирает, прохожим не мешает. Не афиширует место своего выступления и не агитирует людей. Не шумит ночью. Деньги получает в виде пожертвований, а за них налоги у нас ещё платить не принято. Так на каком законном основании вы её пытаетесь в участок отвести?

Мужчины переглянулись:

-Не положено здесь петь. – Крякнул один из них раздосадовано.

-Хорошо, тогда мы отсюда уходим. Большое спасибо, что сообщили. Приятно, что полиция о нас заботится. – Вежливо кивнул неожиданный защитник.

Мужчины вновь переглянулись, и, недовольные, пошли прочь. Аня же робко глянула на незнакомцев:

-Спасибо. – Проговорила она неуверенно, все еще чувствуя неловкость.

-Не за что. – Кивнул тот, а затем развернулся к товарищу. — Ну, давай, Валера, удачи.

-Удачно мы, конечно, встретились. – Улыбнулся тот, пожимая руку юристу.

Мужчины распрощались, но Валерий остался стоять рядом с Аней. Девушка стала собирать вещи, торопливо засовывая гитару прямо поверх денег.

-Послушай. – Начал молодой человек, привлекая ее внимание. – У меня есть к тебе предложение.

Анна, тщетно пытаясь справиться с заевшей «молнией», замерла.

-Нет, меня ничего не интересует. – Быстро выпалила она.

-Да ты выслушай сначала. – Спокойно попросил он.

Присев на корточки, он ловко справился с замком.

-Меня зовут Валера Кузьмин. Я ищу девушку, чей голос никому не знаком. – Сообщил он, глядя Ане в лицо. – Для одного проекта. Если ты меня выслушаешь, то заработаешь гораздо больше, чем в переходе.

Аня сомневалась в его словах, но интерес перевесил. Да и надежда появилась в её груди. Вдруг его ей судьба отправила?

Молодые люди прошли в людный парк. Валерий оказался продюсером какой-то жутко богатой, но абсолютно безголосой певицы.

-Её отец – олигарх, выполняет любые прихоти дочери. – Сообщил Валерий, когда они сидели в парке на лавочке. – Она решила, что очень хочет петь. Сейчас с помощью технологий можно сделать что угодно, но публику уже этим не купишь. Поэтому мы решили сделать так, как делали раньше, «озвучить» нашу приму. Только нужен талант, который ещё никто не видел. Тебя же нет в интернете, верно? Я всё прошерстил.

-Нет, я ничего не выкладывала. – Подтвердила его догадки Анна.

-Вот и отлично! Позволь использовать твой голос. Он… Он действительно необычный, ты знаешь? Я такого никогда не слышал! И, если честно, я думаю, что это судьба. Я ведь из Москвы сюда прикатил, к родителям, представляешь? А тут ты!

Аня держала в руках стаканчик со сладким кофе, что купил ей парень. Ситуация выглядела странно, но терять ей было нечего.

-И что от меня надо? – Уточнила Анна.

-Просто исполнять песни и получать за это гонорар. – Объявил Валерий. – Мы оплатим тебе перелёт и проживание в столице, поверь, ты ни в чем не будешь нуждаться.

Звучало просто, и Аня, недолго думая, согласилась…

Так закрутился новый виток её жизни. Пусть Анна оставалась в тени шоу-бизнеса, но круговорот его был стремительным. Она пела новые и новые песни, заполняя альбомы другой девушки своим голосом.

Однажды она услышала свой голос по радио, а бойкий диджей прокомментировал:

-Новый хит исполнительницы Веры Солнце звучал из ваших колонок в это чудесное утро… Я считаю, что в это именно то, что необходимо нам для хорошего дня: чашечка кофе, солнце и песня Веры!

Вера Солнце, которая на самом деле была Верой Шиловой, стремительно набирала популярность, благодаря таланту Анны.

А настоящая певица оставалась за кулисами, но не жаловалась. Она зарабатывала много денег, как за работу, так и за молчание.

Так прошло больше года.

Возможно, всё и дальше шло бы своим чередом, если бы Вера не оказалась скандалисткой. Терпеть её выходки было невозможно. И чем популярнее девушка становилась, тем хуже себя вела. Анна слышала, что девушка позволяет себе хамить персоналу и увольняет людей без разбора.

В один весенний день вся команда Веры Солнце, в том числе и Аня, готовились к первому концерту девушки. Гостям обещали живой звук, поэтому Анна должна была петь из-за кулис, вместо фонограммы.

Сейчас обе девушки сидели в гримерке, ожидая начала выступления. Юная визажист колдовала над лицом звезды, делая её взгляд более выразительным. Едва она закончила макияж, как Анна услышала недовольный виз Веры:

-Я что, неясно выразилась?! Я хочу такие же губы, как на фото! Где они?!

-Но у девушки изначально другие губы и тип внешности… Она же афроамериканка. — Попыталась образумить артистку визажист. – Я и так сделала вам более полные, объемными, и цвет такой же… Если вам нужны настолько пухлые губы, то нужны филлеры, а не помада.

Аня удивленно глянула на певицу. Губы у нее были тонкими, но визажисту удалось придать им сочности. Однако результат не устраивал певицу.

-Ты что, споришь со мной?! – Взвизгнула Вера. – Знаешь что? Собирай свое барахло и проваливай! Если не умеешь слушать, то тебе рано работать со звёздами моего уровня!

Девушка пыталась ещё что-то сказать в своё оправдание, но в следующую секунду Вера просто смахнула разложенную на столе косметику на пол:

-Тебе может так понятно будет, что тебя видеть не хотят?! – Закричала она на растерянного мастера по макияжу.

Аня увидела, что на глазах девушки появляются слёзы, которые она безуспешно пытается моргнуть. Девушка бросилась в гущу событий и, встав на колени, стала помогать визажисту собирать разбежавшиеся кисти и тюбики с помадой. Румяна и палетка с корректорами были испорчены.

-Что здесь происходит? – Появился в помещении Валерий.

-Показываю людям, где их место. – Объявила Вера, наклоняясь к зеркалу и поправляя макияж.

К слову, он был идеален. Её парикмахер, смуглый брюнет, застыла рядом, с телефоном в руках. На лице парня были написаны растерянность и явное нежелание заниматься причёской примы. Визажист рядом с Анной тихо всхлипнула, дрожащей рукой убирая помаду. Аня отчего-то вспомнила, как мачеха обвинила её в воровстве косметики. Как тени рассыпались по покрывалу…

Анна не выдержала, и, сжав кулаки, встала напротив Веры. Странно, но девушки не часто пересекались. Аня ездила по студиям звукозаписи, а Вера показывала людям своё лицо в интервью для журналов и телеканалов. Они сотрудничали лишь в последнее время, репетируя концертную программу.

Сегодня был один из немногих дней, когда Анна отчетливо поняла, кому продала свой голос. Она чувствовала себя Русалочкой, отдавшей голос злой ведьме Урсуле, и теперь ей предстояло разбираться с последствиями.

-Вы должны извиниться. – Четко произнесла Казакова. – Девушка выполнила свою работу, а вы её оскорбили. Даже если вам не понравился результат, вы не имели права говорить всё это и портить чужое имущество.

-Её дешевую косметику я оплачу. – Фыркнула Вера.

Девушка вела себя как человек, который привык все и всегда покупать. Только вот не все имело цену.

-Это само собой. – Кивнула Аня, не намереваясь сдаваться. – Но вы всё-таки должны извиниться.

-И не подумаю. – Возразила Вера. – Она должна знать своё место, а не спорить с тем, кто ей платит. Вы тут никто, грязь под моими ногтями! Ты сама чего бы добилась без меня, пела бы на заплёванном полу в метро? Молчи, пока я и за тебя не взялась.

Валера что-то запричитал, пытаясь уладить конфликт, но Анна его уже не слышала. Слишком часто ей говорили, что она в этом мире – «никто».

-Если вам никто не нужен, и вы такая самодостаточная исполнительница, то я тоже ухожу. – Сцедила она резким тоном.

-У нас контракт… — Осторожно напомнил Валерий. – Ты не можешь так просто…

-Тогда не ты уходишь, а я увольняю тебя, ясно? – Перебила его псевдопевица. – Незаменимых нет! Ясно тебе? Катись!

-У вас контракт… — Уже чуть ли не взвыл Валерий. – Концерт через час!

На бедного парня уже никто не обращал внимание. Вера решила пойти дальше и, схватив со стола стакан с остывшим кофе, вылила его в лицо Ане, в качестве доказательства своей власти. Это стало последней каплей для Казаковой, во всех смыслах этого слова.

Когда Аня вышла из гримерки, за ней выскользнула визажист. Она протянула упаковку влажных салфеток:

-Спасибо, конечно, но зря вы так. – Виновато произнесла она. – Что теперь будет?

Следом за ней вышел Валера, буквально хватаясь за голову:

-Ты что натворила, Казакова?! – Запричитал парень, с которым они успели сдружиться. – Она угрожает тебе адвокатом! И, между прочим, имеет на это право. А её папа оплатит любой суд! А мне теперь что делать?!

-Ну, прости… — Пожала плечами Анна.

Страха она почему-то не испытывала, лишь облегчение. Валерик долго пыхтел и качал головой, а потом внезапно махнул рукой:

-Знаешь что, Анька? Вот тебе визитка Филимонова. – Протянул он карточку. – Это адвокат. Может, ты его помнишь? Он тебя от ментов отбил, когда мы встретились. Ему никто не страшен, даже отец Веры. Если сможешь уговорить его взяться за твое дело, считай, что выиграла.

-Спасибо. – Искренне улыбнулась Аня.

Когда она выходила из концертного зала, она не злорадствовала, не думала о том, как Вера станет выкручиваться перед публикой. Она просто почувствовала себя свободнее и счастливее.

***

-Смотри, куда несешься, придурок! – Крикнула Диана вслед автомобилю.

Водитель, проехав мимо на высокой скорости, окатил женщину водой из лужи. Досталось ей не сильно, но грязные капли попали на широкие брюки, портя ее внешний вид. Увидев это, женщина чертыхнулась. Это были последние солидные брюки из её шкафа, брендовые, между прочим! Она надевала их лишь по особым случаям. А тут такая напасть.

В последнее время всё в жизни Дианы шло наперекосяк. Ольга влюбилась в какого-то афериста, иностранца из интернета. Тот оказался альфонсом, развел дурочку на крупную сумму денег и исчез. Теперь дочка тянула с матери деньги, которых у самой Дины не было.

Горе-муж тоже вляпался в неприятности, возомнив себя великим бизнесменом. Вот чего ему в море не сиделось? Плавал бы на корабле, привозил денежки и заграничный подарки, все были бы счастливы. Нет же, решил основать автомастерскую! Мечта у него, видите ли! И где они в итоге? На самом дне!

Раздраженная Дина огляделась по сторонам, пытаясь понять, куда ей идти.

У Алексея была назначена встреча в офисном здании с расхваленным адвокатом. И Диана решила, что муж не справится без её помощи. Хотя на самом деле женщина просто хотела «поторговать лицом». Этот юрист, Игорь Юрьевич, имел репутацию солидного и перспективного жениха. Обитал в столице, попасть к нему было сложно, но раз уж выпал шанс, Дина намерена была им воспользоваться. Если надо, Диана готова была хоть лечь под него, лишь бы он вытянул их из долговой ямы. Самым идеальным вариантом было бы охмурить юриста, на что она в тайне надеялась. Найдя нужное здание, она ринулась к дверям. Только замерла, не дойдя пары шагов. В глаза ей бросился большой, красивый плакат, что висел на стенде с объявлениями. На нём было лицо её падчерицы. Она была красивее, чем раньше. Накрашена, причёску поменяла, но это было точно она, Анька! Подпись на плакате гласила:

«27 сентября, событие, которого вы ждали, АННУШКА! Новый взгляд на народную музыку! Такого вы ещё не слышали! ПРЕЗЕНТАЦИЯ НОВОГО АЛЬБОМА В ДВОРЦЕ ИСКУССТВА!»

Женщина огляделась, в ужасе и изумлении. Она словно надеялась, что ей кажется. Но нет. Лицо падчерицы смотрело на неё не только с афиши. Постер висел на столбе, на остановке, на стене здания напротив…

А Анна лукаво усмехалась, глядя на мачеху. Женщина бросилась к ближайшему плакату в каком-то безумном порыве, желая содрать его. Она испугалась, что Алексей увидит лицо своей дочери. Но после страха на Дину накатила волна гнева. Женщина скрипнула зубами.

Значит, Анька певичкой заделалась? А они, между прочим, не могут свести концы с концами! А она вон… Скалится с плаката, вся напомаженная!

После того, как Алексей перестал ходить в море, их жизнь покатилась по наклонной. Сначала мужчина словно потерял желание жить. Он весь ссутулился, посерел, сник. Лёша пытался найти дочь, хотя Диана пыталась донести до него, что падчерица сбежала. Она даже показала ему записки, в которых Анька просила её не искать. Конечно, она написала их сама, пользуясь тетради девушки. Полицию, в которую обращался Леша, ей тоже удалось подмаслить, объяснив ситуацию.

Со временем Дине удалось отвлечь мужа от поисков дочери, убедив его в том, что Аня не хочет быть найденной.

Однажды она даже сообщила, что их общая знакомая видела Анну. Чтобы отвлечься мужчина занялся бизнесом, да только доверился не тем людям и встрял в неприятности. У семьи Казаковых пропали не только вложенные деньги, но и по кредитам висела просрочка.

Однако Алексей не сдавался. Сейчас он должен был встретиться с адвокатом, от которого зависела их судьба.

-Почему так долго? – Поинтересовался Алексей, когда женщина вошла в холл. – Пошли, нас уже ждут.

Дина внимательно посмотрела на него, оценивая, видел ли он свою дочь. Но нет, в последнее время мужчина был рассеянным, так что опасаться было нечего.

Чета замерла на секунду перед дверью адвоката Филимонова. Но не успели постучать, как она распахнулась. Из неё вышел сам юрист и…

-Аня?! – Изумленно воскликнул отец.

Девушка вздрогнула, поворачиваясь к Алексею. Документы, что отец нёс адвокату, выпали из его рук и рассыпались по полу. В следующую секунду он уже прижимал к себе дочь:

-Не может быть, Аня! Ты! Правда, ты! – Бормотал он, все крепче сжимая родную дочь в своих руках.

В следующую секунду Аня поняла, что хватка мужчины стала слабеть, а сам отец стал медленно оседать на пол. Его быстро подхватил Филимонов, усаживая на диван рядом с ресепшеном.

-Катя, дайте воды! – Обратился он к секретарше. – Мужчина, вам плохо? Вызвать врача?

Лицо Казакова было бледным, дыхание поверхностным, но он не мог отвести взгляда от лица дочери.

-Папа, я позвоню в «скорую»! – С тревогой сказала Аня.

Алексей слабо покачал головой.

Мужчина пришёл в себя через полчаса, обошлось без помощи врачей. Шок, что он испытал, постепенно сошёл на «нет». Все расположились в кабинете юриста, чтобы поговорить, и Алексей не выпускал руку дочери из своей. Он словно опасался, что девушка вновь исчезнет.

-Где же ты была, Аня? Я искал тебя! – С укором и любовью смотрел на дочь отец. – Почему ты сбежала? Почему не дождалась меня? Мы бы всё уладили!

Аня непонимающе качнула головой:

-Но ты же сам… — Начала она.

И тут её взгляд наткнулся на лицо мачехи. Бледное, замершее, как маска, но все такое же надменное.

Аня не стала жалеть её. Рассказала отцу всё, как было. Мужчина оторопел, он не мог поверить в услышанное.

Диана вскочила с места и, не сказав и слова, вышла их кабинета, хлопнув дверью. Алексей за ней не пошёл.

-Но как ты оказалась здесь? – Испугался Алексей. – Тебе нужен юрист? Что-то случилось?

-О, нет… — Покачала она головой, подарив адвокату ласковую улыбку. – Игорь – мой жених. Он занимался восстановлением моего имени и возвращением голоса.

-Громкое было дело. – Усмехнулся юрист. – Странно, что вы не слышали. Во всех СМИ публиковали.

Скандал, что раздули вокруг Веры Солнце, действительно долго не утихал. Тот самый парикмахер выложил видео в сеть, которое показывало, как ведет себя певица за кулисами. Так её фанаты узнали, что чудесный голос, который они полюбили, принадлежит другой девушке. Да и образ искренней девушки, что создавали для Веры, рассыпался. Начался судебный процесс. И Аня чудом выиграла дело. Хотя…

Чудом было то, что Игорь Юрьевич, очарованный девушкой с первой встречи, согласился стать ее адвокатом. А потом она согласилась стать его женой.

«Такая вот взаимовыгодная сделка» — шутил в компании Игорь.

После этого Анна получила целое полчище фанатов. Валерий стал её продюсером, с легкостью раскрутив девушке на волне общего интереса. Девушка была счастлива, но словно чего-то ей не хватало. И вот, когда он увидела отца, осознала, чего именно.

-Я не знаю, что теперь делать… Как искупить вину перед тобой, дочь? Но… Но я так рад, что нашёл тебя. – Сказал отец искренне. – Я рад хотя бы видеть тебя. Даже если ты не захочешь больше иметь ничего общего со мной. Я люблю тебя, Аня. Я так редко говорил это. Я так виноват… Я понял свою вину, лишь когда ты пропала.

Аня ощутила, как горячо у неё в груди от этих слов. Глаза защипало от слез. Она поняла, что даже когда поверила, что отец от нее отказался, всё равно не могла перестать любить его. Ведь во всем мире у неё остался один родной человек – он.

-Пап, я тоже люблю тебя. – Улыбнулась девочка, когда отец вытирал слёзы с её щек.

***

Со встречи Анны и отца прошло пять лет. Алексей и Диана развелись сразу. То ли он не смог простить её поступка, то ли сама женщина нашла кого-то получше. А вот её сводная сестра так и не смогла найти успешного мужчину и устроилась на работу продавщицей в местном супермаркете, чтобы иметь возможность сводить концы с концами.

Алексею удалось разобраться с долгами и даже основать свою мастерскую. С бывшей женой его связывал лишь маленький Александр. Он не повторял старых ошибок и уделял сыну как можно больше внимания. А недавно, посоветовавшись с Аней, он обратился к её мужу с особенной просьбой. Алексей, с помощью юриста, забрал ребёнка себе, поскольку точно знал, что Диана судьбой Саши не интересуется. Женщина лишь тратила алименты на себя. В итоге даже судья это понял.

Сама Анна занималась любимым делом – пела на сцене. Её песни были вдохновлены русским фольклором, но легко вписывались в современные музыкальные чарты. Необычная манера исполнения, чистый голос и искренность девушки быстро смогли пробраться в сердца слушателей и влюбить в свои песни тысячи людей. Выходя на сцену, она, порой, вспоминала бабушку и частушки, которые пела под аккордеон дедушки Игоря. В такие моменты она надеялась, что её голос достигнет стариков, там, наверху. А может и мама её услышит.

В одном из интервью девушка ответила на вопрос журналистки:

-Чувствуете ли вы себя счастливой?

-Да. – Уверенно кивнула Анна. – Я испытываю счастье, когда выхожу на сцену. А ещё, когда возвращаюсь домой, и знаю, что там меня ждут трое мужчин, которые меня любят. Муж, отец и брат.

Улыбнувшись, и коснувшись рукой едва заметного живота, Анна про себя подумала: «А скоро их станет ещё больше. И счастья моего тоже».

Буду очень благодарна, если Вы нажмёте на сердечко и поделитесь постом в соцсетях! Ваша поддержка поможет мне продолжать писать для Вас. Спасибо!

Следующий пост

0 Комментарий

Напишите комментарий

Красивая женщина брюнетка в возрасте милая нежная
Большая разница

После развода с мужем Алёна не могла прийти в себя. Всё это время она страдала и переживала, не находила себе...

После развода с мужем Алёна не могла прийти в себя....

Читать

Вы сейчас не в сети