Тошка

Тошка

Есть люди, которые приходят в нашу жизнь незаметно, и так же уходят. Есть люди, которые оставляют неприятный осадок, или напротив приятные воспоминания. А есть те, кто приходит в твою жизнь и меняет ее полностью.

2005 год

Мы познакомились, когда мне было 11. Было лето, я с семьей приехала в Белгород, чтобы навестить дальнюю родственницу. Она была старше меня на 4.5 года.. Без церемоний и предисловий, схватив меня за руку, она просто выпалила — «Тошка!». Я, будучи скромным ребенком, была немного ошарашена.

Тошка оказалась Викторией, без двух месяцев 16-летняя, амбициозная и импульсивная девочка-подросток. Маленький курносый нос, огромные выразительные глаза с пушистыми ресницами и безупречные длинные волосы пепельного цвета. Эффектная и красивая она произвела на меня огромное впечатление.

Мы быстро привязались друг к другу. Она стала моим кумиром. Казалось, она не замечала нашей разницы в возрасте. Мы доверяли друг другу самое сокровенное: свои мечты, влюбленности, планы на будущее и тайны. Тошка встречалась с мальчиком по имени Леша. Старше ее на 2 года, он представлял из себя воплощение красоты и серьезности, таким он показался мне после первой встречи.

Наступила зима. Эту зиму я помню особенно отчетливо. В нашей дружбе с Тошей появилась первая трещина. Леша оказался не таким серьезным, каким он был в моих глазах. Его компания подсела на травку. Я не знаю, что именно это было, но вскоре я заметила изменения в Тошином поведении. Она перестала осуждать Лешу за его курение, стала нервной, слегка заторможенной и странной. Мы стали реже общаться, она пропадала вечерами, и я не понимала, что твориться в ее жизни. Моя горячо любимая Тоша изменилась. Она изменила стиль в одежде, примкнув к модному тогда движению Эмо. Я узнала, что у нее проблемы с родителями. Ее круг общения резко изменился. Появилась озлобленность по отношению ко мне, да и вообще к окружающим. Спустя 2 месяца я узнала, что моя Тоша сидит на травке. Я мало понимала как такое возможно и не могла оценить глобальность этой проблемы. Мне очень не хватало моей Тоши. Я была еще совсем ребенком и тяжело переносила такой разлад. Я решила сообщить Тошиным родителям о том, что происходит с их дочерью. Они работали по 2 смены в день. Приходили домой поздно ночью и времени на воспитание ребенка просто напросто не было. Я позвонила ее маме, тете Ане. Рассказав подробно все, что знала я, томилась в ожидании. На следующий день мне позвонила Тоша и я поняла, что моя детская наивность стала решающим моментом в разрушении нашей дружбы. Теперь я понимаю, что сделала все правильно, но тогда я так не считала. Родители Тоши смогли справиться с ее зависимостью. Мы не общались около трех месяцев. 12 мая раздался звонок с неизвестного номера. Звонила Тоша. Я была растеряна, и не понимала о чем мы с ней можем теперь говорить. Тоша поздравила мою сестру с днём рождения и поинтересовалась моими делами. На этом наш разговор был закончен. Она снова пропала. Я мало интересовала ее на тот момент. От знакомых я узнавала, что у нее все наладилось и у них с Лешей идеальные отношения. Шли недели… я жила своей жизнью, взрослела, переживала свой переходный возраст, и иногда вспоминала о нашей странной дружбе. Я до сих пор не понимаю, почему она со мной общалась. В нашем общении не было выгоды, мы любили друг друга сестринской любовью.

2007 год

В октябре она снова позвонила. Поздравив меня с каким-то нелепым праздником, она призналась, что скучает. Она робко просила не отворачиваться от нее и снова начать общаться. Конечно, я согласилась. Мы снова потянулись друг к другу. Снова в моей жизни появились разговоры по телефону по несколько часов, мы делились каждой мыслью, каждой новостью и мелочью. Все снова было идеально. Я чувствовала, что я кому-то необходима.

Наше безоблачное общение продолжалось пару месяцев. 1 декабря мы не общались до самого вечера. В 7 часов я, наконец, смогла до нее дозвониться. Не трудно было понять, что она плачет. Мы долго говорили о пустяках, но она не могла назвать причину ее слез. Под конец разговора она выпалила: «Леша… Я… Я… Беременна…». Мой телефон выскользнул из руки и с громким хлопком упал на ковер. Беременна… не может быть! Моя Тоша, моя милая Тоша… она ведь сама еще ребенок! Срок был 2.5 месяца. Беременность протекала бессимптомно и обнаружила свое положение Тоша абсолютно случайно. Она паниковала. Семнадцатилетняя выпускница, амбициозный взрослый ребенок. Она носила в себе маленький живой комочек, который еще не понимал в какое трудное положение он поставил свою маму. Тоша рыдала, она боялась потерять своего драгоценного Лешу, а он в свою очередь поставил условие-либо рожает, либо они расстаются. Я пыталась поговорить с ней, открыть глаза и доказать, что он не останется с ней. Он не тот человек, который мечтает о семье и ребенке. Тоша была глуха к моим словам.

Он ушел от нее, когда она была на 7-ом месяце. Просто исчез, оставив записку с просьбой забыть о нем. Ребенка он советовал отдать в дом малютки. После этого мы сильно поругались с Тошей. Она требовала исчезнуть из ее жизни и больше никогда не появляться. Я пыталась все наладить. Но мой номер был в черном списке. Я опустила руки.

Мне снова пришлось начинать все заново. Жить без человека, который был для меня почти всем. Было непривычно жить и не знать, как провела день моя самая близкая подруга. Постепенно я привыкла к ее отсутствию в моей жизни. Я была горда и обижена, и от обиды заставляла себя забыть обо всем. Со временем я не хотела даже знать, как она там живет. Я даже не поинтересовалась, кого она родила и как назвали малыша. Два с половиной года я упорно забывала о ее существовании.

2010 год

10 октября 2010 года в социальной сети мне пришла заявка на добавление в друзья. Виктория Солнцева. Я с опаской открыла ее фотографии. Она слегка поправилась, но от этого стала еще женственней. Все такие же длинные красивые волосы выразительные глаза. Она улыбалась своей обезоруживающей улыбкой с экрана монитора. Как же я скучала по ней, в глубине своей гордой души! Слезы градом текли по моим щекам. Я наткнулась на фото ребенка. Мальчик… На меня с фотографии смотрела Тошкина копия. Малыш был с Тошиными глазками и очертаниями лица. Как я могла уговаривать ее, избавиться от этого ангелочка. Это одна из причин, моей ненависти к себе. Я никогда себе этого не прощу.

Вечером мне пришло сообщение от Тоши. Мы переписывались всю ночь. Я узнала все о ее теперешней жизни. Малыша назвали Антоном, но все в семье называли его Тоша младший. Он был единственным мужчиной в доме. Викиного отца посадили в тюрьму, его подставили деловые партнеры. Тетя Аня, Вика и маленький Антон жили вместе в 2х комнатной квартире. Дом пришлось продать. Отец Антона исчез и не появлялся. Тоша жила сыном. Каждый миг ее жизни был посвящен ему. На работу Тоша пойти не могла, училась на заочке и воспитывала сына. Жили на зарплату тети Ани и пособия.. От Вики отвернулись все друзья. Она перестала их интересовать, когда отказалась от ночных гулянок и прочих развлечений подобного рода. Читая ее сообщения, моя душа разрывалась на части. Я ведь тоже получается ее предала. Я тоже от нее отказалась. Меня не было рядом, когда ей было тяжело. Я не могу себе простить этого.

Мы с новой силой начали общаться. Через скайп я наблюдала за жизнью семьи Солнцевых. Антон подрастал и радовал нас всех, я очень быстро полюбила этого малыша. Он был копией своей мамы и даже начинали проявляться черты ее характера.

Неожиданно в спокойную и размеренную жизнь Солнцевых снова ворвался мужчина. Он подошел к ним во время прогулки в парке. Подойдя к Тоше, он поинтересовался сколько лет ее младшему брату. Тоша гордо ответила, что этот малыш ее сын. Незнакомца это не оттолкнуло. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Он нагло рассматривал Тошу с ног до головы, будто оценивал ее по десяти бальной шкале. После этой встречи он каждый день приезжал в парк, казалось, он изучил режим тошкиного дня. Каждый день я слушала о том, как он ее раздражает. Тоша кипела от злости. Ее раздражала самоуверенность нового знакомого. Она возмущалась, раздражалась, оценивала его поведение. Я знала, что он нравится ей, но ее гордость не хотела этого признавать. Спустя месяц их «случайных» встреч, он пригласил ее на ужин. Тоша согласилась, обосновав это тем, что «может после ужина он отстанет». Она собиралась на свидание, как Наташа Ростова на свой первый бал. Множество раз перебрала свой гардероб, трясла в камеру своими вещами, примеряла и показывалась мне. Наконец она остановила свой выбор на бежевом коктейльном платье и красных туфлях. Тоша отправилась к нему. Спустя пару часов она позвонила. Моя милая Тоша снова плакала. Я не могла разобрать ее слов. Наконец она собралась и рассказала мне о том, что произошло. Оказалось, что Саша (так звали этого парня) решил, что строптивую Тошу можно завлечь роскошью и богатством. Отвез в дорогой ресторан, подарил огромный букет роз, заказал самые дорогие блюда и вино. Пытался говорить о том, чего он достиг, и какие перспективы перед ним открыты. Тоша была задета до глубины души.

«Я не хочу, чтобы меня пытались купить. Я не из тех, кого можно задарить подарками и уложить в постель. Я не такая. Мне такого не нужно. Мне нужны чувства. Мне нужен мужчина, а не кошелек.»

Тоша снова обожглась. На протяжении трех лет, она избегала мужчин. Человек, которому она решилась довериться, сделал вывод, что она продажная и ее легко можно купить.

Вика снова начала замыкаться в себе. Она поменяла сим карту, чтобы он не смог ей звонить, перестала ходить в тот парк. Саша искал ее, пытался начать разговор. Он не отступил, даже когда она прилюдно влепила ему пощечину.

Спустя пару недель он приехал к ней. Саша долго звонил в дверь и пытался, что-то ей сказать. Тоша открыла дверь, чтобы в последний раз высказать ему все, что она о нем думает. Он стоял перед ней с букетом полевых цветов, на коленках его джинс были пятна грязи, сандалии вместе с ногами были заляпаны травой и землей. Он просто хотел доказать ей, что деньги это не единственное, что он может дать ей. Он полюбил ее за безумной красоты глаза, за улыбку и нежность с которой она относилась к своему сыну.

Я не могу описать то, что было между ними. Это было больше чем любовь. Он носил ее на руках, сходил с ума от Антона. Спросив разрешения у мальчика он начал называть его своим сыном. Не каждый родной отец так любил своего ребенка, как Саша полюбил Антона. Тошка носила домашние обеды Саше на работу, изучала новые рецепты ради него. Они нашли в друг друге то, что никто больше не мог им дать. Никто в этом огромном мире не мог заменить им друг друга. Он сделал ей предложение. Конечно, она согласилась.

Началась подготовка к свадьбе. Тоша боялась, как и все невесты перед свадьбой. За пару дней до свадьбы они поскандалили. У них зашел разговор о детях, Саша хотел еще детей, а она нет. Она хотела детей, но боялась, что Саша перестанет уделять должного внимания Антошке. Они серьезно поругались. Наступил день свадьбы. Я не смогла приехать. В ЗАГСе, на церемонии бракосочетания он сказал «нет». Просто сказал нет и ушел. Моя любимая Тоша осталась одна. Такого предательства никто не мог ожидать. Никто не знает где была в этот день Тоша. Она вернулась домой только к вечеру следующего дня. Пыльная, в рваном платье и зареванная. Прийдя домой они ни слова, ни сказав, прошла в свою комнату и заперлась. Она общалась только со мной. Я боялась, что она наделает глупостей. Мы болтали обо всем на свете, я пыталась отвлечь ее. Через пару дней, она разбила битой его машину, входную дверь в квартиру расписала нецензурной бранью. С ее легкой руки его уволили. Она ненавидела его, но хотела увидеть. Она ждала, что он придет, хотя бы разругаться из-за работы и машины. Его не было. Он исчез. Ни друзья, ни родственники, никто не мог его найти.

Казалось, что история окончена. Это возможно так и было бы, если бы Тоша не узнала, что снова беременна. Не задумываясь, она решила-аборт. Теперь я отговаривала ее от аборта. Тоша была непреклонна. Она отказывалась носить в себе ребенка от человека, который ее предал. Я ругалась, просила, приводила аргументы, но казалось все напрасно. В момент полного отчаяния Саша появился. Тоша молча, пустила его в квартиру, но ее взгляд, ее движения и мимика все говорило о том, как она ненавидит его. Он стоял перед ней на коленях. Измученный своей болью и страданиями. Он сожалел о содеянном. Причиной отказа в ЗАГСе оказался страх. Он испугался, что Тоша не видит в нем спутника всей своей жизни. Выслушав его, Тоша попросила его уйти и не возвращаться. Стоя у двери, Саша пытался, что-то сказать. Они оба мучились. Из комнаты выбежал проснувшийся Антошка. Выбежав, он кинулся на шею к Сашке с криком «Папочка пришел!». Саша обнимал сына и плакал, Тоша беззвучно плакала уткнувшись спиной в стену, чтобы сохранить равновесие. Со стола на пол упала папка с документами. Листы рассыпались по полу, и Саша увидел выписку от гинеколога, где было написано о беременности Тошки. Тоша в испуге ринулась в ванную и прикрыла за собой дверь. Саша тарабанил кулаками в дверь, требовал поговорить с ним. Она, молча, просидела в ванной около трех часов. По ту сторону двери Саша и Антон, обнявшись, ждали ее выхода из собственноручного заточения.

Нет смысла описывать всю историю их примирения. Им сложно было снова пустить друг друга в свои жизни. По кусочкам они собирали свою любовь. Они повенчались и переехали в Сашину квартиру. Следующим шагом в их отношениях был переезд в Уссурийск. Они пробыли там пару месяцев, но Тоше климат совершенно не подходил, и в итоге они вернулись в Белгород. Из Белгорода в Москву. На Сашину родину. В Москве 6 августа, Тоша родила тройню. Три крепких здоровых малыша. Два мальчика и девочка. Ваня, Сережа и Кристина. Они решили назвать девочку в честь меня.

Материнство снова начало менять Тошу. В их доме не приживалась ни одна нянька. Тоша была через чур требовательна. Она похудела, осунулась, постоянно не высыпалась, но следила за детьми лучше, чем это могли сделать три няньки сразу. Иногда она ставила вызов на громкую связь, и я пела малышам колыбельные, по Тошкиной просьбе. Антошка был взрослым не по годам. Вон со всей серьезностью и ответственностью отнесся к своей новой роли старшего брата. Саша работал как волк, стараясь обеспечить детей и Тошу всем самым лучшим. Это была самая счастливая семья из всех, что я видела. Любовь и счастье царили в их доме.

В декабре, когда я уже училась на первом курсе медицинского ВУЗа, Тоша неожиданно приехала ко мне. Мою радость было невозможно описать. Это была наша первая встреча после долгих шести лет. Казалось, не было этих лет, когда мы видели друг друга только на экранах мониторов. Я с уверенностью могу сказать, что это была настоящая дружба. Та, о которой пишут книги и поют песни. Тоша уехала на следующий день утром. Мы проговорили всю ночь. Это был самый счастливый день за тот год. Больше мы не виделись.

12 марта мне позвонил Саша. Тоша в больнице. Маточное кровотечение. Ее оперировали лучшие хирурги. Операция подошла к концу. Когда нанесли последние швы, кровотечение снова открылось. Ее не успели спасти. Ее не стало на операционном столе. Я не знаю, кого нужно было винить, врачей, Бога или кого-то еще. Ее больше нет. Я не знаю, как я пережила это. Больше нет самого близкого друга. Я больше не услышу ее голос, ее смех, не поделюсь с ней новостями, не узнаю, как она провела день. Ее нет. Нет человека, который пережил столько горя и теперь заслужил только счастье. Больше нет любящей жены и мамы. Я помню, что окружающие пытались интересоваться, как я. Но по существу всем было все равно. На тот момент я осталась одна. Наедине со своим горем. Я ходила на учебу, улыбалась одногруппникам, не подавала виду, как разрывает все внутри. Я превратилась в робота. Учеба. Сон. Учеба. Сон. Я выплакала все в первый день. Потом я села на антидепрессанты. Никто не видел моей боли, да никому и не нужны были мои страдания. Позже меня упрекали в том, что я такая бесчувственная. Я умирала изнутри. Улыбалась, общалась, и замыкалась в себе.

Наверное, когда не стало Тоши, не стало и части меня. Я больше не чувствую так, как раньше. Моя жизнь превратилась в рутину. Каждый вечер я говорила с Антоном. Я пыталась ему помочь. Вся моя душа была рядом с ним. Он стал смыслом моей жизни на тот момент. Мальчик держался, как настоящий мужчина. Мы вместе говорили о Тоше, вместе плакали, вместе переживали наше горе. Саша запил. Он ушел в запой, не отвечал на звонки, забросил полностью свою жизнь. За детьми приглядывала Тошина мама. Я не знаю, какой силой обладала эта женщина. Похоронив дочь, она нашла в себе силы взять себя в руки и воспитывать внуков. Она боролась за Сашу, пыталась спасти его от самоуничтожения. Спустя месяц борьбы, я и тетя Аня добились Сашиного отказа от алкоголя. Он с головой ушел в работу и в заботу о детях. Днем это был сильный мужчина, а ночью он плакал мне в трубку.

Те, кто говорят, что настоящие мужчины не плачут, глупы. Мужчины тоже чувствуют. Тоша была Сашиной настоящей любовью. Той самой, что до гроба.

В сентябре Саша с малышами приехал ко мне. Мы встретились. Антошка долго-долго меня обнимал, плакал и называл второй мамой. Малышам было уже больше года. Мне были дороги и дети и Саша. Вечером мы с Сашей поехали поужинать в один из ресторанов города. Мы долго говорили о Тошке, о детях и об их будущем. Саша исключал мысль о другой женщине. Никто не мог сравниться с Тошей. Никто не мог заменить нашу Викторию. После долгого разговора он отвез меня домой. Доехав до моего подъезда, Саша засуетился. Я видела, что он хочет что-то сказать, но не решается.

Он сделал мне предложение. Он понимал, что его дети остались без мамы. Знал, как сильно я люблю его малышей. Он видел, что они значат для меня. Саша просил бросить учебу и уехать с ними в Москву. Обещал обеспечить мне достойную жизнь. Ему не нужна была я, как женщина. Ему нужна была мать для его детей.

Конечно, я отказала. Я любила его и детей. Но мне было всего 18. У меня была своя судьба. Я не хотела бросать учебу, но я хотела помогать ему и малышам. Я не имела права заменять Тошку. Да и она бы не одобрила этого. Я должна была завести свою семью, со своей судьбой. Как можно понятнее я попыталась объяснить все Сашке. Я не знаю, понял ли он меня, но последней его фразой было «Если не ты, значит никто. Я больше никому не смогу доверить своих детей.» он уехал. На следующий день они уехали в Москву. Еще через день мне позвонила знакомая.

За несколько километров от Москвы водитель грузовика не справился с управлением. Во встречном авто был Саша с детьми. Все скончались на месте.

Люди умеют отключать чувства. Я помню только, как рыдала первые несколько часов. Потом все смутно. Были какие-то люди в моей жизни, учеба, семья. Я упорно заставляла себя жить. Таблетки не помогали сдерживать эмоций. Я потеряла часть своей жизни. Еще раз.

Их больше нет со мной. На протяжении двух лет я звонила на Тошин номер в моменты, когда было особенно тяжело. Просто слушала голос автоответчика. Заезженные слова. Абонент недоступен. Я звонила, закрывалась в ванной и говорила в пустоту о том, что накипело. Пару недель назад, я позвонила и трубку снял мужчина. Тошин номер отдали другому абоненту. Еще один удар. Меня лишили даже этой глупой связи.

Мне всегда будет не хватать их. Близких, любимый и незаменимых.

Я смотрю на окружающих. Я вижу, что смысл жизни многих заключен в модных шмотках, в престиже и прочих материальных ценностей. Люди оценивают красоту души количеством лайков и качеством фото в социальных сетях. Многие понятия не имеют, что такое настоящая дружба, строящаяся не на выгоде и не зависящая от социального статуса, а построенная на любви, ошибках, доверии и преданности. Многие не знают, что такое любовь к близкому человеку.

Я не вправе судить людей, но я знаю какими были те, кто оставил в моей жизни глубокий след.

Виктория, Александр, Антон, Сергей, Иван и Кристина.

Безысходность – это когда ты стоишь на 40-ой день у могилы, и понимаешь, что это не страшный сон, не чья-то глупая шутка, что теперь ты будешь жить как раньше, только без этих дорогих тебе людей. Ты ничего не можешь изменить. Выбор сделан свыше.