Деревенская женщина

Городская

Всё в жизни Валентины шло своим чередом. Образование, замужество, вот и о детях задумались. Забеременела она быстро, так что вскоре счастливую семью ожидало пополнение. Но на этом этапе жизненного пути всё начало рушиться…

Сын Валентины Михайловны родился тяжёлым инвалидом. Отец семейства настаивал на том, чтобы отказаться от ребёнка, но разве может так поступить мать?

Женщина указала супругу на дверь, а он и не сопротивлялся особо. Мужчина будто забыл о том, что у него когда-то была крепкая семья. А Валентина осталась одна с ребёнком-инвалидом на руках. Никто её не поддерживал, собственные родители говорили избавиться от сына, но женщина не сдавалась. Её сын требовал почти ежеминутного присмотра и тщательного ухода. Родители Валентины какое-то время тянули на себе мать-одиночку с сыном-инвалидом, но в конце концов поняли, что им это не по карману. А сама выйти на работу Валентина пока не могла. Женщине пришлось переезжать из города в деревню, в домик, который остался от бабушки. Там она жила, занимаясь разведением скота, вырастила огород, продавала то, что могла собрать, а когда сын стал постарше и перестал требовать такого тщательного контроля, женщина смогла устроиться на работу в библиотеку. Деньги совсем небольшие, но всё же лучше, чем ничего.

Жизнь стала понемногу налаживаться. Вскоре удалось получить для сына инвалидную коляску, и он наконец-то смог самостоятельно передвигаться даже вне дома. Валентине Михайловне стало жить чуточку легче. Конечно, в деревне не особо любили бездельников, а её сына почему-то таким и считали. Соседи перешёптывались о его отце, о том, что сам Саша мог хотя бы скот пасти или сидеть в библиотеке вместо матери, чтоб ей было легче. Валентина Михайловна старалась не обращать внимания на это…

Несколько лет спустя из города пришло письмо, что отец Валентины тяжело заболел и угас буквально за несколько дней. Валентина была в шоке – ведь её папа всегда был здоровым. Мама объяснила ей по телефону, что у отца случился гипертонический криз, а потом инсульт, спасти не успели. Едва Валентина оправилась от потери отца, как та же судьба настигла и мать. За три месяца Валентина побывала на похоронах обоих своих родителей. Конечно, это сильно её подорвало. Саша не мог понять свою маму, интеллект не позволял, но он видел, что ей грустно, поэтому тоже грустил.

— Глянь-ка, опять не вышла, — пробормотала стоящая возле закрытых дверей библиотеки бабушка. – Это ж надо таких сотрудников, с позволенья сказать, держать, да деньги им платить.

— Зоя Семёновна, Вам книга нужна? – подошла к ней её соседка, которая рада была собрать любые сплетни.

— Да, хотела вот взять почитать что-то, да вот, этой опять нету на месте! – посетовала Зоя Семёновна.

— Ой, да, да, да. А что с ней случилось-то вообще? – задумчиво произнесла женщина.

— Да говорят, что в город дважды ездила, да только непонятно зачем. Нелюдимая она.

Популярный дзен рассказ: - Маааама!!! Крик дочери всё стоял в ушах, рвал барабанные перепонки

— Да, это верно. Так давайте начальству-то её пожалуемся! Что же, действительно, мы налоги платим, а ей с наших денег зарплату выдают, а она не работает.

— И то верно, — прошамкала старушка. – Вот пойду в сельсовет и пожалуюсь.

— А я подтвердить могу, что видела, как она работу свою пропускает, — с готовностью поддакнула соседка.

У себя в голове она, конечно, успела сложить целую историю про любовника Валентины из города, к которому она и ездит. Слухи по небольшому поселению разносятся быстро, и вскоре Валентин с удивлением узнала, что, оказывается, у неё есть мужчина из города, к которому она регулярно отправляется в гости, бросив сына-инвалида на попечение соседям, а то и вовсе запирая его в доме и оставляя еду. Такая вопиющая несправедливость окончательно добила Валентину. Она кое-как закончила свой рабочий день и уже вечером отправилась заглянуть в магазин.

— Добрый вечер. Пожалуйста, сыр, колбасу, хлеб, — устало произнесла Валентина.

— Ааа, что, опять Сашку одного оставляешь? – ехидно поинтересовалась женщина за прилавком.

— Что? – моргнула Валентина, задумавшись о своем. – Господи, и Вы туда же с этими дурацкими сплетнями! Да никуда я не уезжаю! Я была на похоронах родителей, раз уж вас всех так волнует чужая жизнь вместо собственной! А Саша оставался дома на день, понимаете, на день! С перекрытым газом и спрятанными острыми предметами! Что вы за изверги такие…

Эмоции переполняли Валентину, она махнула рукой на застывшую от удивления продавщицу и ушла из магазина. Её снова заставили вспомнить о том, что она осталась совершенно одна в этом мире, на помощь, даже самую элементарную, рассчитывать больше не приходится…

— Мама, ты плачешь? – тоненьким голоском спросил Саша, увидев, как мать вытирает лицо руками.

— Нет, сынок, я просто устала, — улыбнулась Валентина.

– Как у тебя дела?

— Хорошо, — тоже улыбнулся Саша.

За 25 лет его развития он не ушёл дальше 5-летнего ребёнка. Иногда это умиляло Валентину, но в основном было очень тяжело. В сочетании с парезом нижних конечностей и невозможностью ходить вечный ребёнок не такое уж лёгкое испытание. И тем не менее, он одним только своим существованием приносил Валентине счастье и умиротворение.

— Давай поиграем, — сказала женщина, садясь за стол и раскладывая перед сыном цветные кубики с буквами. – Составь слово «мама»…

На следующий день Валентину поджидал у дверей библиотеки председатель сельсовета. Женщина сразу поняла, что это не к добру.

— Доброе утро, Павел Борисович, — поздоровалась она.

— Утро у нас, Валечка, не в 11 начинается, — покачал он головой. – Рабочий люд с 6 в трудах.

— Я тоже рано встаю, если Вы об этом, — не удержалась женщина. – Чем обязана Вашему визиту?

— Да вот, жалобы на Вас поступают, — растягивал слова Павел Борисович. – Говорят, что библиотеку Вы не открываете, когда люди приходят за книгами. Может, у вас, у городских, считается, что мы, деревенские, необразованные, да только вот не так это. Мы люди попроще, без изяществ и прикрас, но знать многое знаем.

— Я и не сомневаюсь, — это подчеркнутое обращение «городская» плотно закрепилось за Валентиной, хотя она жила уже долгое время в деревне и выполняла всю работу не хуже остальных.

Её это раздражало. В конце концов, жители деревни так и не приняли её с сыном.

— Угу. Знаете, если будет ещё одна жалоба, то придётся нанять кого-нибудь другого на Ваше место, — просто объявил Павел Борисович.

— Я поняла, — кивнула Валентина.

Женщине пришлось взять себя в руки и быстро оправиться от потери родителей. Угроза остаться без работы подействовала, она больше не могла поплакать днём, не открывая библиотеку, хотя туда мало кто приходил. Бывали дни, что вообще никто не являлся. Зачем Павел Борисович раздул такую трагедию из-за того, что Валентина не пришла на работу два раза? Всякое ведь может в жизни случиться. Хотя…

Среди жителей всё ещё шастал слушок, будто Валентина нашла себе ухажёра. А её и без того не любили. Вот и решили сжить со свету. Женщина не понимала, чем она заслужила такое отношение. Сыном? Тем, что он не может выполнять даже самую простую работу? Саша недавно научился завязывать шнурки, это да. И то далось ему это с огромным трудом, но он был очень счастлив. Счастлива была и Валентина. А вот соседи смеялись над ними. Не привыкли они к такому, хотя большинство мужчин не ходили в школу, а сразу учились управлять трактором или копать землю, если трактора не было. Так что проблема неграмотности была распространена широко, и Валентина искренне не понимала, почему люди так ненавидят её сына. Он ведь даже пределы участка покидает крайне редко и только с Валентиной. Наверное, просто из-за того, что её мальчик – другой.

Однажды зимой Валентине не хватило дров, не успела она заготовить достаточно. Пришлось после работы идти ночью в лес и рубить деревья, а её сыну пришлось остаться дома одному. И хоть она укутала его, это не спасло Сашу от простуды и дальнейшего развития пневмонии. Когда женщина обнаружила, что лекарства из аптеки никак не помогают сыну, она стала звонить в фельдшерско-акушерские пункт, которые находился за несколько десятков километров от деревни.

— Алло, мне нужен врач для сына. Он простудился, много кашляет, с трудом дышит, температура выше 38, — проговорила Валентина в трубку.

— Да, возможно, пневмония. Вы можете привезти его в наш пункт?

— Нет, не могу. Понимаете, он инвалид-колясочник, а у меня нет транспорта… — с сожалением ответила женщина.

В трубке послышались какие-то звуки: кажется, медработники о чем-то переговаривались.

— Знаете, у нас тоже нет транспорта, — неожиданно резко ответили Валентине. – Последняя машина застряла на пути к пациенту. Вы пробовали лечить Вашего сына чем-нибудь?

Валентина перечислила названия препаратов, которые ей удалось купить в аптеке. Антибиотик ей не продавали, для него нужен был рецепт.

— Ну, Вы действуете правильно. Мы бы всё равно ничего другого не назначили, — спокойно сказали женщине. – Продолжайте лечение, и Ваш сын поправится.

— Но… Подождите! Мне нужен хотя бы какой-нибудь антибиотик! – в отчаянии выкрикнула Валентина.

В трубке тяжело вздохнули.

— Мы позвоним в аптеку, предупредим, что Вы без рецепта, но антибиотик надо дать. Вышлем рецепт с кем-нибудь потом.

— Но Вы же сказали, что машин нет… — пробормотала Валентина, но в трубке уже раздавались короткие гудки.

– Чёрт!

— Мамочка… — хрипло позвал Саша.

— Да, сынок, что такое?

— Очень болит… Вот здесь, — Саша закашлял и прижал руки к груди.

У Валентины на глаза навернулись слезы. За что её ребенок должен страдать?

— Знаю, миленький. Нужно немного потерпеть. Я схожу за лекарством, оно тебе поможет. Ты потерпишь ради меня?

— Да, — несмотря на тяжелое состояние, мальчик улыбнулся. Он любил свою маму.

— Хорошо, — женщина поцеловала его в горячий лоб и отправилась в аптеку.

К счастью, туда и правда звонили из пункта, потому что аптекарь отпустила Валентине амоксициллин. Обрадованная женщина вернулась домой, ей удалось помочь своему сыну.

Через какое-то время Саше стало лучше, а потом он и вовсе поправился. Правда вот была одна загвоздка. Валентина звонила Павлу Борисовичу, предупреждала, что не выйдет на работу, объясняла, что у неё заболел сын и ему требуется уход, но всё равно увидела на своём рабочем столе записку о том, что она больше не работает в библиотеке. Валентина была в ужасе. Ей ни за что не дожить до урожая без денег. Конечно, она не могла уже разводить такой большой огород, сидя весь день на работе. Пяти часов посевов, прополки и поливов с утра не хватало, потому что надо было ещё заготовки делать на зиму, отводить на пастбище скот, готовить и убираться, помогать Саше…

И на всё это у неё было время только утром, до работы. И теперь получается, что у неё ни работы, ни еды, ни денег.

— Павел Борисович! Ну я же Вас предупреждала! – в отчаянии Валентина пришла сельсовет. – Я ведь говорила, что пока Саша болеет, не смогу работать.

— Так, дорогая моя, где больничный лист? – развел руками Павел Борисович.

— Я не смогла даже вызвать врача ребёнку, конечно, у меня его нет.

— Ничем не могу помочь. Законы такие, — с каким-то садистским удовольствием произнёс председатель сельхоза.

— Вы понимаете, что обрекаете меня и моего сына на голодную смерть? – со слезами на глазах спросила Валентина Михайловна.

— Ну, не драматизируйте. До весны то уж точно доживёте, а там, может, место рабочее освободится. Придержу его для Вас.

Женщина покачала головой и вышла из кабинета. Ну как он так может? Почему всё на свете против неё сейчас?

Придя домой, Валентина Михайловна пересчитала запасы. Придётся забивать любимую корову, чтобы хоть как-то дожить.

— О, Господи… Я так больше не могу, не могу!.. – женщина прислонилась к стенке сарая, рыдая в голос.

Она не смогла хладнокровно зарезать это большое и тёплое животное, которое исправно доилось и помогало переживать голодные времена. Валентина чуть ли не каждый день брала в руки огромный нож, шла к коровнику, а потом смотрела в огромные глаза Буренки и по нескольку часов рыдала. Она не могла, просто не могла забрать чужую жизнь.

— Мама, я кушать хочу, — постоянно говорил Саша.

— Я знаю, сынок, — дрожащим голосом отвечала Валентина. – Вот, капуста есть. Грибы. Картошка ещё осталась.

— Всё равно кушать хочу. Хочу сосисок.

Саша, конечно, не мог понять, что сосисок ему ещё долго не видать. А мама не могла ему этого объяснить. Её сердце разрывалось от боли, когда она смотрела, как её сын с трудом глотает надоевшую картошку и то только потому, что очень голоден.

— Будут тебе сосиски, — неожиданно сказала женщина. – Только мне придётся за ними далеко ехать. Наш магазин закрылся. Я тебя дома оставлю одного, ты справишься?

— Да, — Саша всегда со всем соглашался.

Валентина Михайловна приготовила Саше еды, везде оставила картинки, которые могли помочь ему сориентироваться, и вышла из дома. Она всё-таки решила попытать счастья и зашла к соседям. Дверь ей открыла Маша, примерно её ровесница.

— Маш, мне нужна помощь, — чуть не плача, сказала Валентина.

— Что случилось? Денег нет, — сразу перестраховалась соседка.

— Нет, нет, денег мне не надо. Ты можешь хотя бы раз в день заходить к Саше, проверять, всё ли с ним в порядке? – попросила женщина.

Соседка окинула её подозрительным взглядом.

— А сама куда намылилась?

— Поеду в город, попробую денег заработать. Меня же уволили из-за того, чтоя за сыном ухаживала во время болезни.

— О как. И как зарабатывать будешь?

— Пока не знаю, — призналась Валентина.

— Валь, ты же знаешь, я к тебе нормально отношусь, но мне такой груз, как твой Сашка, совсем не нужен, — покачала головой Маша.

— Я поэтому и пришла к тебе, все остальные ведь пошлют меня… Маша, ну, пожалуйста, прошу тебя… Мне не на что кормить ребёнка, пойми… — Валентина не сдержалась и всё-таки расплакалась.

Она никогда ещё не чувствовала себя такой уязвимой, уставшей, опозоренной.

— Так, ну вот реветь не надо! – фыркнула Маша. – Вечно вы, городские, думаете, что у вас одних проблемы! У меня своих дел полно: дом прибрать, свиней накормить…

— Я как приеду, буду у тебя убираться, чтобы отблагодарить! – воскликнула Валентина.

— Ага, ты ещё и обворовать меня решила. Всё, Валь, сходи к кому-нибудь другому, — соседка буквально выпихнула отчаявшуюся женщину на улицу.

Валентина ненавидела своих соседей, ненавидела всех жителей этого проклятого места. Никто не согласился присмотреть за Сашей, а возвращаться каждый день домой она не сможет, ей нужно хотя бы на недельку уехать. Такое чувство, что всем этим людям просто хотелось посмотреть на то, как Валентина сойдет с ума от горя, если приедет и обнаружит сына мёртвым. Саша ведь мог сделать что угодно. Он мог запутаться в одеяле и задохнуться, мог упасть с кровати и разбить голову…

Женщина боялась даже представить себе, что могло бы случиться с её сыном. Но она не могла и зарезать корову, тем более, что были ещё овощи в запасе. Немного, но были. Валентине пришлось сделать тяжелый выбор. Она максимально обезопасила дом, оставила много сена Буренке, ещё раз объяснила Саше, как он будет без неё справляться. И потом уехала.

Сначала Валентина попыталась устроиться на разовые работы с ежедневными выплатами, но её отказывались брать. Она не могла терять ни секунды времени, а весь день потратила на то, чтобы бегать по вакансиям из газеты. Конечно, как только узнавали, что она сама живёт в деревне и собирается работать только неделю, ей отказывали в трудоустройстве. Уволиться так быстро она тоже не могла, а оставлять Сашу на всю неделю дома и возвращаться только на выходные женщина боялась. Прокручивая в голове все варианты, Валентина Михайловна не смогла найти выхода. Они либо умрут от голода, не дождавшись урожая, либо убьют корову и всё равно умрут от голода. Надеяться на то, что Павел Борисович даст ей работу, было бы утопией. Валентина прикрыла лицо ладонями и заплакала, сидя на скамейке возле парка.

— Женщина!.. Женщина, что случилось? – Валентина Михайловна подняла взгляд на говорившего.

Им оказался молодой человек. Выглядел он обеспокоенным.

— Даже не знаю, что Вам сказать, — горько усмехнулась Валентина. – Мой сын-инвалид сидит дома и ждёт, когда я куплю ему сосисок. А я сама не ела уже два дня. Меня ненавидят всей деревней из-за того, что мой сын другой. Мне не дают работать. Нас обрекли на голодную смерть из-за того, что я ухаживала за сыном, когда он заболел.

— О… — кажется, юноша был обескуражен тем, что услышал. – Я… Я даже не знаю, что сказать.

— Словами делу не поможешь, — всхлипнула Валентина. – Видимо, придётся просить милостыню и надеяться, что этого хватит, чтобы я могла купить ребёнку эти чертовы сосиски…

— Так, секунду, — молодой человек перевел дыхание. – А давайте поговорим в другом месте? Например, вот, кафе. Вы же сказали, что давно не ели.

— Вы, кажется, не понимаете, — улыбнулась Валентина. – У меня денег нет даже на обратную дорогу, не то, что на кафе.

— Я угощаю. Идём, — пожал плечами юноша. – Давайте, давайте, холодно на улице!

Он взял женщину за руку и отвел её в кафе. Заказал комплексный обед из трёх блюд и попросил подробнее рассказать о ситуации. Валентину прорвало. Она не знала, почему жалуется на жизнь этому молодому парню, ей просто хотелось выговориться. Закончила она рассказ тем, как ей отказала вся деревня присмотреть за сыном, даже не ухаживать, а просто раз в сутки зайти и проверить, как он.

— Да уж… Ужасная история, — поежился парень. – Так Вы говорите, что отец мальчика бросил вас, когда понял, что у ребёнка инвалидность?

— Да. Но я его не осуждаю, не знаю, что сама бы сделала на его месте.

— На его месте, на месте родителя, Вы полностью взяли на себя всю ответственность за сына и дали ему то, что смогли.

— Но этого оказалось недостаточно… — Валентина посмотрела в тарелку с горячим борщом и расплакалась. – Я вот тут, сижу в тепле и уюте, ем борщ с говядиной, а мой сынок и холодном и пустом доме давится картошкой! Да что я за мать такая?!

— Тише, спокойно. Хорошая Вы мать. Знаете, у меня сейчас дел не особо много будет, давайте я с Вами поеду в деревню? Помогу хоть чем-то, — неожиданно предложил парень.

— Что?.. Да как так, совершенно незнакомый человек бросает всё, чтобы помочь какой-то непонятной женщине с её проблемами и собирается ехать в глушь… — пробормотала обескураженная Валентина.

— Ну, по Вашему рассказу я понял, что терять особо нечего, почему бы не рискнуть? Вдруг и правда моя помощь окажется полезной.

Женщина поджала губы. Этот парень не только выслушал её, но и накормил. Он добр. Непонятно, правда, почему, но, возможно, Валентина Михайловна просто отвыкла от людской доброты? Да и он прав, что терять-то?

— Хорошо. Спасибо Вам огромное. Не знаю, как и благодарить…

— Да бросьте Вы. Я на самом деле из социальной службы, так что не волнуйтесь. Это как моя работа. Извините, что раньше не сказал, просто не додумался, — парень улыбнулся.

— Понятно, — тревога немного отступила.

Действительно, соцработник сильно бы помог, тем более, что он знает, каким образом это сделать.

— Ну, что ж. Мы ещё успеем на 8-часовой поезд. Почему бы не поехать прямо сейчас?

— Сейчас?.. Ой, я даже не знаю… Мы ведь знакомы всего полчаса, да и денег я так и не заработала… — с сомнением ответила Валентина.

— Я понял, что Вы боитесь оставить сына одного, за деньги не переживайте, я оплачу билет. И да, за сосисками мы тоже обязательно зайдём, — улыбнулся парень.

— Спасибо… — дрогнувшим голосом произнесла Валентина.

Незнакомца звали Паша. Он действительно оплатил билеты, а по прибытию в деревню купил продуктов. И не только вожделенных сосисок, запас мяса, колбасы, рыбы, недостающих овощей, круп, макарон. Словом, потратил несколько тысяч рублей и набрал огромные пакеты в единственно работающем магазине. Покряхтывая от непривычной трудности ходьбы по растоптанным тропинкам, Паша тащил пакеты и выслушивал благодарности Валентины, которая никак не могла остановиться. Павел буквально спас их с сыном от голода! Да Валентина была готова на колени перед ним упасть.

С Сашей всё было в порядке. Он мирно спал у себя в кровати, обвернувшись двумя одеялами. Валентина любовно погладила его по голове и поцеловала в лоб. Саша справился. Хоть один день, но он был в одиночестве. А такому человеку, как её сын, нужна помощь во всём. Валентина гордилась собственным ребёнком.

— Ну, как там? – Паша пытался отдышаться после деревенских дорог.

— Всё хорошо, спит, — с улыбкой ответила Валентина. – Я и правда не знаю, как Вас благодарить… Вы так нам помогли.

— Да перестаньте, — улыбнулся Павел. – Ух, холодно у вас как.

— Я сейчас растоплю печку. Правда не знаю, успели ли дрова просохнуть…

— А я Вам помогу, — тут же вызвался Павел.

Вместе они выбрали сухие поленья и растопили печь. Вскоре дом прогрелся, и Саша во сне скинул с себя одно одеяло.

— Так гораздо лучше, — улыбнулся Паша. – Вы знаете, меня всё один вопрос беспокоит. Я так и не разобрался. Не могли бы Вы мне помочь?

— Конечно, если это в моих силах.

— Как точно зовут отца Саши?

Валентина пожала плечами и назвала фамилию, имя и отчество своего бывшего мужа. Павел внимательно выслушал, кивнул.

— Это Вам для каких-то бумаг нужно? – спросила Валентина.

— Ну… Так. Знаете, мой отец был знатным общественным деятелем. Он много работал и сумел сколотить неплохое состояние, я сейчас продолжаю его дела. Всю жизнь он о чём-то сожалел, ходил в церковь, просил прощения, мы с мамой никак не понимали, что его так тяготит, он не рассказывал. Но потом, когда был уже при смерти, поведал мне очень интересную историю. Не говорил об этом раньше, потому что боялся осуждения, видимо. Так вот, он был женат на моей маме, но до этого у него уже была семья. И его жена родила инвалида. Он тогда был молодо и амбициозен, не хотел тратить всю свою жизнь на помощь ребенку, ведь врачи сказали, что он таким и останется, а то и хуже станет. Он говорил жене отказаться от сына, но так ни в какую. Выгнала его. А он и ушёл, только потом осознав, какую ошибку совершил. Когда он решил искать свою жену, то первым делом обратился к её родителям, то есть, хотел обратиться, они уже умерли. Все ниточки оборвались. Он так и не смог простить себе этого. Мы с мамой наблюдали все его страдания всю нашу жизнь, но рассказал он о причине своих мучений только мне и только в самом конце. Так вот. Догадываетесь, как звали моего отца?

— Не может быть… — прошептала Валентина.

— Да, — улыбнулся Павел. – Саша – мой брат.

— Это… Это невероятно… — женщина все никак не могла поверить в рассказ Павла.

Может ли быть такое, что именно он был именно в том месте, где сидела Валентина, и именно он решил ей помочь и выслушать её историю? Невероятно. Действительно невероятно.

— А я вот всегда верил в карму! – довольно улыбнулся Павел. – Я хотел и сам начать поиски, но у меня было слишком мало информации. Мать-одиночка и ребёнок-инвалид, который чуть старше меня самого. Таких довольно много. Но вот когда Вы рассказали мне историю Вашей жизни, я понял, что Вы и есть та самая. Поэтому мне тут же захотелось посмотреть на Вашего сына, понять, подходит ли он по возрасту. И окончательно всё прояснилось, когда Вы назвали имя моего отца.

— Вот это да… — Валентина не знала, как реагировать.

— Я понимаю, что нужно время, чтобы это всё переварить. Но я всё же приглашу Вас переехать в город. В деревне у Вас всегда будут проблемы с местными жителями, такого уж они склада, не нужно ругать их за это. Хотя то, что никто из них не откликнулся на Вашу просьбу, просто ужасно. Пусть остается на их совести. Отец завещал Саше квартиру, я не собираюсь, разумеется, на неё претендовать, так что предлагаю переезд не голословно. Наша организация поможет Вам с воспитанием и уходом за Сашей, чтобы Вы смогли устроиться на нормальную работу. Ну и конечно, я тоже буду Вам помогать. Клянусь, что без куска хлеба Вы не останетесь.

— Всё это так… Так неожиданно… — Валентина вытерла слёзы. – Спасибо, огромное спасибо…

— Да хватит Вам меня благодарить, — усмехнулся Павел. – Рано или поздно должно было воздаться за Ваши страдания. А знаете, у меня появилась идея. Если Вы хотите остаться здесь, то я просто могу выделить соцработника с проживанием. У нас есть девочка, которая мотается между этой деревней и работой, у неё тут бабушка парализованная. А здесь, как сами понимаете, никто соцработника не попросит. Так что я могу поговорить с ней. А с квартирой можно поступить так. Продать, а на вырученные деньги построить Вам приличный домик, этот-то уже… Ну, понимаете.

Валентина не сдержалась и рассмеялась. Она отвыкла от городской жизни, ей было гораздо приятнее на свежем воздухе, да и Саше легче было здесь. То, что предлагал Павел, было бы просто идеально. Если бы соцработник оставался с Сашей, то Валентина могла бы спокойно уехать в город на будние дни на заработок.

— Это было бы просто чудесно, — призналась женщина. – Спасибо, Павел…

— Называйте меня просто Паша, мы с Вашим сыном все же братья, — улыбнулся он.

Соцработник согласилась присматривать за Сашей, оставленную в наследство квартиру продали быстро. На вырученные деньги удалось построить крепкий и теплый бревенчатый дом с баней. Валентина смогла устроиться на работу в городе, теперь ей завидовали в деревне. Женщина не держала зла на односельчан и вскоре все разногласия стерлись. Наконец-то, они с сыном могли жить счастливо и спокойно, тем более, что Павел постоянно приезжал в гости, а это приносило новую гармонию.

Предыдущий пост

Вы сейчас не в сети