Старушка плачет

— За что сынок? Ведь я тебя вырастила и воспитала, — на глазах старушки заблестели слёзы

Валентина Семёновна сосредоточенно разглядывала витрину в аптеке. Женщина помнила, что ей нужно купить таблетки, понижающие давление, помнила, что врач совсем недавно прописал ей новый препарат, а вот название лекарства забыла. Не смогла Валентина Семёновна дома найти рецепт – просто запамятовала, куда положила эту бумажку.

Проблемы с памятью у женщины начались чуть больше года назад. Валентина Семёновна в свои восемьдесят лет сама ходила в аптеку, прогуливалась в парке, выходила за всякими мелочами в магазин. Крупные закупки на неделю для неё делал сын – Антон. Была у женщины ещё и дочь, Лариса, старше Антона на 5 лет, но она давно вышла замуж и уехала из города, справлялась о делах матери по телефону и приезжала на праздники. Сперва Валентина стала путаться в новых дорогах; если ей нужно было дойти до недавно открывшейся аптеки, то потом она не могла сориентироваться в месте, попросту не понимала, куда нужно идти, чтобы попасть домой. Конечно, после нескольких минут женщина вспоминала обратную дорогу, но уже осознавала, что есть определенные проблемы. Затем Валентина Семёновна начала путаться во времени суток. Например, она могла выпить свои вечерние таблетки рано утром, потому что любила прилечь отдохнуть в течение дня, а проснувшись, видела сумерки за окном. Но эту проблему она решила покупкой электронных часов, где точно можно было узнать вечер сейчас или утро.

Однако эта лёгкая спутанность, как её называла сама Валентина, не укрылась от внимания сына. Антон стал замечать, что его мама может подолгу гулять по незнакомым местам, выделялась и покупка новых электронных часов, хотя Валентина Семёновна была устойчивым консерватором и не принимала новшеств. Антон решил отложить интересующую его тему на потом. Всё-таки в его жизни был ответственный момент: его жена, Таня, ждала второго ребёнка.

В аптеке Валентина всё-таки вспомнила, куда она могла положить рецепт на таблетки. Ну, конечно, без рецепта лекарство не продадут, а значит, женщина сразу убрала бумажку либо в карман пальто, либо в кошелёк. Покопавшись в сумочке, Валентина Семёновна достала свой кошелёк, и, разумеется, рецепт был там. По-честному, женщина совершенно не помнила, как положила назначения врача в кошелёк; она просто догадалась. Справившись с покупкой лекарства, пенсионерка отправилась домой. Едва переступила порог квартиры, как зазвонил стационарный телефон на советском журнальном столике. Проворно – особенно для своих лет – скинув пальто, женщина подошла к телефону и сняла трубку.

— Слушаю?

— Мама, привет, — звонил Антон.

— Привет, сыночек, — улыбнулась Валентина Семеновна.

— Как у тебя дела? Ты что-то трубку не поднимала, я тебе уже пару раз звонил.

— Да? А я в аптеке была, лекарство покупала, — последовала небольшая пауза.

— Мам, я же тебе сказал, что сам съезжу в аптеку за лекарством.

— Да что мне лишний раз не прогуляться, что ли? Тем более погода просто замечательная сегодня, — на самом деле, Валентина Семёновна просто не помнила, что сын обещал съездить за таблетками на этой неделе и привезти их вместе с продуктами.

— Ну, хорошо. Тогда я сразу с продуктами поднимусь минут через пятнадцать.

— Да, да, жду, — женщина повесила трубку.

Разве её сын обещал приехать сегодня?..

Хоть и говорила Валентина Семёновна бойко, но она чувствовала, что с ней что-то не в порядке. Почему так испортилась память? Женщина скрывала эти проблемы от своего сына и его жены, ведь она не хотела перекладывать заботы о себе на чужие плечи. За счёт высокого интеллекта Валентине Семёновне удавалось успешно маскировать свою забывчивость, но она понимала, что рано или поздно придётся поговорить об этом с сыном. Хотя и догадывалась, что Антон уже что-то подозревает.

Женщина решила быстренько накрыть скромный стол для сына, чтобы посидеть и пообщаться в спокойной обстановке. Она знала, что дома у него сейчас конфликтная ситуация: Таня беременна, а подрастающий Артём требует к себе слишком много внимания, ведь в этом сентябре он пошёл в первый класс. Антону дали повышение на работе, но вместе с выросшей зарплатой увеличилась и ответственность, соответственно, и время, проведённое вне семьи, тоже возросло. Словом, дома у сына кавардак: он устаёт на работе, Таня устаёт и на работе и с Артёмом ещё больше, а в декрет ей пока выходить рано, начальство не отпускает. Да и квартира-то вдобавок не в собственности Антона, он её просто снимает. Валентина Семёновна с трудом себе представляла, как в таком стрессе живёт большинство нынешнего поколения, ведь знала, что похожая проблема наблюдается у многих людей. С такими мыслями женщина заварила ароматный земляничный чай, разложила печенье в вазочки, достала варенье, которое сделала сама этим летом, нарезала колбасу, сыр и хлеб. Раздался звонок в дверь – Антон приехал.

— Здравствуй, сыночек, проходи скорее! – обняла женщина своего сына прямо на пороге.

Она соскучилась по нему.

— Привет, мам, — Антон тоже обнял маму и поцеловал её в щеку. – Ну, как ты тут? Справляешься?

— А что ж мне не справляться? – удивилась женщина.

— Ну, возраст всё-таки, — усмехнулся Антон и принялся разбирать пакеты с продуктами.

— Да что там возраст, у меня душа молодая, — рассмеялась Валентина Семёновна. – Антон, брось ты эти пакеты, потом все разберу. Садись лучше и поговори с матерью, а то опять на неделю уедешь, а мне скучать да гадать – как вы там, всё ли есть у вас…

— Ох, мама. А ты не забудешь про продукты-то?

— Боже мой, сыночек, да я поваром проработала десять лет. Уж про продукты вряд ли забуду, — деланно обиделась Валентина Семёновна.

— Ну, хорошо. О, это твоё варенье? – обрадовался Антон, увидев на столе угощение.

Мать с сыном немного поговорили об общих делах. Антон узнавал, как мама справляется в квартире одна, не нужна ли ей какая-то помощь, может, за продуктами стоит ездить чаще, Валентина же отшучивалась, что всю жизнь прожила самостоятельно, так что ничего не нужно, все и так прекрасно. Но что-то в тоне Антона наводило её на мысль, что сын в курсе проблемы, уж слишком часто он предлагал какую-то помощь.

— А как там Танечка? – спросила Валентина Семёновна.

— Ну, Таня пока держится, — со вздохом сказал Антон. – Правда, не знаю, долго ли ещё она так сможет.

— А в чём дело? – удивилась женщина.

— Ну, понимаешь, Артёмка пошёл в школу. Там для него всё новое: новая атмосфера, новые занятия, новые люди, новые правила… Он не особо усидчивый, создаются у нас определенные проблемы с поведением. Пока за это его не ругают, но замечания уже слышали. А для Тани это как удар был – у её ребёнка какие-то проблемы. Она это восприняла так, что якобы неправильно воспитала сына.

— Ну, это ж глупости… У всех детей так происходит. Некоторые с проблемами поведения и к концу школы не справляются, нужно ли требовать от первоклассника идеального послушания? Да и потом, разве он один такой в классе?

— Вот в том-то и дело, что нет! – Антон многозначительно поднял ложечку, которой только что намазывал варенье на печенье.

– А замечание только нам сделали. Ты представляешь?

— Ужас какой, — вздохнула Валентина Семёновна. – А с беременностью у неё как?

— Ну, тут всё нормально, тьфу-тьфу-тьфу, — Антон постучал по дереву.

Очень уж он щепетильно подходил к вопросам своей семьи и перестраховывался на каждом шагу, даже если это было обычное суеверие.

— Вы уже знаете, кто будет?

Мужчина быстро взглянул на свою мать, а потом снова принялся намазывать варенье уже на бутерброд с сыром – у него иногда были странные вкусы.

— Девочка. Я же уже рассказывал тебе об этом в прошлый раз, — медленно проговорил он.

— Ой, прости, пожалуйста, Антоша! – всплеснула руками Валентина Семёновна. – Совсем из головы вылетело, Господи!.. Ну как же я так… — женщина расстроилась, ругала себя за свою невнимательность и забывчивость.

— Мама, всё в порядке, — Антон отложил свой бутерброд с вареньем и сыром на тарелку и взял мать за руку. – Ты только не переживай, но я хотел с тобой об этом поговорить.

— О чём? – на глазах к Валентины всё ещё блестели слезы обиды на себя за то, что забыла о внучке.

— Мамочка, успокойся, пожалуйста, — попросил Антон.

У него на сердце был тяжёлый камень, ему было очень жаль свою мать, ведь она совершенно ни в чем не виновата, а просит у него прощения. Валентина Семёновна через силу улыбнулась и вытерла слёзы.

— Всё, я успокоилась. Прости меня ещё раз, Антоша.

— Всё в порядке, — улыбнулся мужчина. – Мама, я вот о чем хочу поговорить. Я вижу, что у тебя не всё хорошо. Ты странно себя ведёшь, как будто постоянно что-то забываешь, где-то потеряешься, ещё что-то… — по глазам матери Антон понял, что попал в точку, потому что взгляд женщины буквально угас в ту же секунду. – Мама, помни, что у тебя всегда есть я.

— Ну, честно признаться, да. Что-то память подводить стала, — нехотя призналась Валентина Семёновна.

— В таком случае, с этим лучше не затягивать и обратиться к врачам.

— Ой, сынок, да у меня уже возраст такой, что грешно всё помнить, — попыталась отмахнуться Валентна Семёновна, но Антон твёрдо стоял на своём.

— Нет, так не пойдёт. Я запишу тебя к доктору, возьму выходной и сам с тобой съезжу. Мама, действительно, в твоем возрасте нужно тщательно следить за здоровьем. Я ещё хочу, чтобы ты внуков в институт отправила.

Валентина Семёновна рассмеялась. Все пожилые люди думают о смерти, некоторые к ней готовы, некоторые нет. Себя женщина относила к первой группе старичков.

— У меня была хорошая жизнь, Антош, я ни о чем не жалею. Вырастила двоих детей, хоть вы оба и поздние были, но, думаю, я справилась неплохо.

— Так, ты мне вот эти выражения по типу «была хорошая жизнь» брось! – строго потребовал Антон. – У тебя сейчас плохая жизнь, что ли?

— Нет, нет, — улыбнулась Валентина Семёновна. – Очень хорошая.

— Ну вот и всё. Значит, поедем к доктору?

— Ох, ну, если ты так настаиваешь, то поедем.

— Вот и хорошо. Тогда я сегодня Ларисе позвоню, введу её в курс дела…

— Нет, не нужно ей звонить, у неё там своя жизнь, свои проблемы, — отмахнулась женщина.

У них с дочерью были хорошие отношения, но всё же на расстоянии.

– Давай уже потом, после доктора, я сама ей расскажу.

— Ладно. Всё, мам, я очень рад, что мы с тобой встретились, так тепло пообщались, но мне пора домой. Там Артём, наверное, все нервы Тани истрепал, — усмехнулся Антон.

— Поезжай, сынок, поезжай, — Валентина Семёновна ещё раз обняла сына.

Они попрощались, и Антон уехал домой, а Валентина отправилась на кухню разбирать пакеты с продуктами, пока помнила об этом. Ей, конечно, было грустно, что сын догадался о её проблемах, но, конечно, Антон прав. И в её возрасте уже нужно особое внимание уделять проблемам со здоровьем.

На следующий день Антон записал свою маму на приём к отличному неврологу, лучшему в их городе. Однако беспокойство мужа не скрылось от жены.

— Антон, у вас там с Валентиной Семёновной всё нормально? Ты какой-то странный приехал вчера, — заметила Таня.

— Да, слушай, не переживай, мы со всём разберёмся. Просто небольшие проблемы со здоровьем.

— Какие именно?

Антон укоризненно посмотрел на Таню, но девушка не отступала.

— С памятью. Но я уже записал её к врачу, так что в эту среду мы съездим и со всем разберемся.

— Да, разобраться надо, всё-таки возраст какой солидный… — покачала головой Таня.

В среду Антон взял выходной и утром отправился к матери. Валентина Семёновна уже ждала сына, ведь он предупредил её накануне. Вместе они поехали в клинику. У врача на приеме Валентине Семёновне сказали пройти несколько тестов, провели осмотр, расспрос, назначили несколько обследований. Все процедуры можно было сделать сегодня, но их расшифровку придётся немного подождать. Пока врач мог дать только предварительное заключение по результатам тестов и внешнего осмотра.

— Ну, могу сказать определенно, что проблема присутствует, — бескомпромиссно заявил невролог. – Однако не стоит этого бояться, это в порядке вещей у людей Вашего возраста. Пока я назначу Вам лёгкий препарат для улучшения памяти, а по результатам обследований, получу более точную картину и подберу постоянную терапию.

— Простите, пожалуйста, а постоянная терапия значит то, что я буду таблетки до конца жизни пить?.. – робко спросила Валентина Семёновна.

— К сожалению, да. Но Вы ведь принимаете и другие препараты на постоянной основе? Вас не должно это пугать, но вместе с тем нужно подойти ответственно к этому вопросу.

— Я понимаю, — кивнула женщина. – Когда мне нужно прийти на приём снова?

— Вам позвонят из нашей клиники, когда будут готовы результаты, а потом подберём удобное время, — ответил врач.

— Хорошо, спасибо большое, доктор.

Валентина Семеновна мужественно перенесла новость о том, что в её лекарственном списке появится новый постоянный препарат. Тяжело, конечно, было на душе, но женщина пыталась не унывать. В конце концов, за плечами долгие годы счастливой жизни, может, временами и тяжёлой, но все равно хорошей. Дети её любили, она любила детей, а ведь в старости семья это самое главное.

Через несколько дней позвонили из клиники и сказали, что результаты обследований готовы, доктор готов принять Валентину Семёновну. Женщина решила, что сама отправится к врачу, чтобы не нагружать и без того запыхавшегося между домом и работой сына. Но Антон в тот же день позвонил и спросил, когда ему подъехать, чтобы вместе с мамой посетить врача. Забота сына растрогала Валентину Семёновну, она испытывала чувство благодарности.

На следующий день вместе с Антоном женщина отправилась в уже знакомую клинику.

— Добрый день, Валентина Семёновна, — поздоровался врач, когда женщина с сыном зашли в кабинет. – Вы хотите обсудить моё заключение вместе с Вашим сыном, верно?

— Здравствуйте, да, если можно, — в присутствии врачей старушка немного робела.

— Конечно, можно. Всё с Вашего согласия. Итак, по результатам обследования мой предварительный диагноз подтвердился. Органическое заболевание головного мозга. Хочу Вас сразу успокоить, такая патология встречается очень часто, лечение известное и действенное. Кроме того, заболевание диагностировано на начальной стадии, это определенно плюс. Однако если не соблюдать предписанные рекомендации, то проблемы могут усугубиться.

— Я всё поняла, — вздохнула Валентина Семёновна.

В глубине души она всё-таки надеялась, что все каким-то образом обойдется, заболевания не будет. Но от судьбы не уйдёшь. Врач выдал распечатку с названием препаратов и схемой приёма, написал рецепты и похвалил женщину за столь мужественное поведение.

Валентине Семёновне пришлось привыкать к новым препаратам. Иногда она забывала их принимать, а иногда не помнила, выпила ли сегодня таблетки или нет. Всё это очень беспокоило Антона. Сразу после врача Валентина Семёновна, как и обещала, позвонила своей дочери и рассказала о сложившейся ситуации. Лариса хотела немедленно приехать, но мать успокоила её, сказав, что с ней всё нормально, просто иногда забывает какие-то мелочи. Но Антон очень хорошо запомнил, как врач рассказывал про лечение. Невролог сказал, что если не соблюдать схему, то проблемы могут усугубиться. А Валентина Семёновна всё никак не могла привыкнуть к новому лекарству. Антон не знал, что делать и решил посоветоваться с сестрой. Денег на сиделку у главы семейства, к сожалению, не было. Был у него в голове один вариант, но он должен был обсудить такое решение с сестрой.

— Привет, Ларис, как поживаешь? – спросил Антон, прижимая телефон к уху.

Он сильно волновался и не знал, как бы помягче сказать то, что у него было на уме.

— Привет, ничего, вроде. Всё нормально. Как дела у мамы? – тут же спросила Лариса.

— Пока неплохо. Я тебе как раз по этому поводу звоню.

— Что случилось? – испуганно спросила женщина.

— Мама иногда забывает о своём новом лекарстве, — начал Антон. – Я не могу даже по телефону проконтролировать приём таблеток, она просто не помнит.

— Так, может, ей в календаре стоит отмечать это? – немного раздражённо предложила Лариса.

Она очень переживала за свою мать и при словах Антона «пока неплохо» испугалась за её здоровье.

— Я пробовал внедрить такую практику. Она и к календарю не может привыкнуть.

— И что тогда делать? – спросила Лариса.

Антон не сразу нашёл в себе силы сказать свои мысли вслух.

— Я думаю, что для мамы будет лучше оказаться в специализированном учреждении, где о ней позаботятся, — наконец, сказал Антон.

Пауза в трубке повторилась, Лариса поверить не могла, что услышала такое от своего брата.

— Что? Ты предлагаешь отправить нашу маму в дом престарелых?! – возмущённо воскликнула Лариса.

— Постой, ты не понимаешь всей ситуации…

— Да что тут понимать?

— Ларис, выслушай меня, — настаивал Антон.

— О Господи, да ты просто… — женщина вздохнула и попыталась успокоиться.

В конце концов, мама всегда учила их решать ссоры путём мирного диалога, а не кулаков и оскорблений.

– Хорошо. Слушаю.

— Маме тяжело по дому управляться самой. Ей уже восемьдесят лет. А она сама и в аптеку ходит, и готовит, и убирается… Просто ей тяжело. А я не могу ей помогать так, как хотелось бы, как нужно. Ну, приеду я раз в неделю, привезу продукты. У неё всё чисто, всё убрано, всё приготовлено, чем я могу помочь? Но я же знаю, что она не девочка с метелкой скакать по квартире. Это первый момент. Второй момент я уже озвучил. Врач строго наказал принимать лекарства по схеме, не пропускать. А мама с этим справиться не может. И я её не виню, конечно, нет. Но факт есть факт. Ну и третий момент, как бы самый неприятный для меня. У меня скоро родится дочка, нас станет четверо в семье. Расходы только возрастают, доходов нет никаких. В таких условиях я ещё долго не накоплю на первый ипотечный взнос.

— Ах, вот оно что! – тут же воскликнула Лариса. – Так ты просто местечко себе греешь! Готов выжить родную мать из её квартиры, чтобы там со своей семьей устроиться!

— Лариса, нет! Я ведь тебе всё объяснил! – Антон тоже вскипел.

Он действительно не придумывал первые два своих аргумента, просто так уж сложилось, что реальная ситуация в его семье такова, что жить им негде. Четыре человека уже не поместятся в маленькой съёмной квартирке, которую очень условно можно было назвать двухкомнатной, потому что комната Артёма была, откровенно говоря, крохотной.

— Да услышала я твои объяснения! Не думала, конечно, что человеком ты окажешься поганым, мягко говоря… Мама не так тебя воспитывала. Ты у неё был любимчиком. Вот тебе и любимчик, выставляет мать в дом престарелых!.. С ума сойти можно!..

— Ларис, ты меня вообще слушала?

— Да. И услышала достаточно, — женщина повесила трубку.

Она была шокирована поведением своего брата. Как можно маму отправлять в такое место? Позаботятся там о ней? Да её угробят на десять лет раньше!..

Антон, конечно, был не согласен со своей сестрой. Он видел только такой выход из сложившейся ситуации. Но в любом случае предстоял еще разговор с мамой. И если с Ларисой они не пришли к логическому решению, то, может, мать поймет своего сына?

На следующий день Антон повёз продукты для Валентины Семёновны. Ему было тяжело думать о предстоящем разговоре, всё же он понимал, что где-то Лариса права. А не кривит ли он душой? Не хочет ли действительно просто избавиться от забот о матери? Антон тряхнул головой: что за бред? Отца своего он помнит очень смутно, ведь глава семейства погиб, когда Антон был совсем ребенком. И с тех пор о них с Ларисой заботилась только мама. Антон был благодарен ей за это, хотел отплатить тем же, но у него ничего не получалось. Квартиры своей нет, зато второй ребенок на подходе. Иногда Антона очень злила эта его беспомощность; на первый ипотечный взнос накопить всё же удалось, но тут же появились новые траты. Таня ждала ребёнка, работать она скоро перестанет, а уж когда родится дочка, там только и успевай, что кошелек открывать. Да и Артёма каждый год нужно в школу собирать, одежду в конце концов растущему ребенку покупать. Словом, расходы превышали доход. И это очень раздражало Антона, но выбраться из всего этого у него пока не получалось.

В голове всё же появилась подлая мыслишка: если мама съедет, то можно будет свободно разместиться у неё, она же не будет против. Антон поднимался по лестнице к квартире матери и понимал, что его чувства и мысли напоминают сборную солянку. Он чувствовал ответственность и перед мамой и перед Таней. Чувствовал стыд, тревогу. Но поговорить в любом случае придётся и лучше сделать это сразу.

— Привет, Антоша! – женщина приветствовала сына как всегда с ласковой улыбкой.

— Привет, мам, — тоже попытался улыбнуться Антон.

— Что не так, сынок? Ты какой-то на нервах весь.

— И ничего-то от тебя не скроется! – усмехнулся Антон и отнёс пакеты с продуктами на кухню. – Ты пила сегодня лекарство?

— Хм, — Валентина Семёновна нахмурила брови. – Кажется, пила. Да, точно пила, я ещё воду не успела остудить, и пришлось тёплой запивать.

— Ого, прогресс, — удивился Антон.

Может, он поторопился с выводами?

— Да уж, стараюсь не унывать. Так что у тебя там стряслось, сынок? Ты не волнуйся, расскажи мне, а потом мы с тобой придумаем какое-нибудь решение.

— Мам, я даже не знаю, как начать… — Антон тяжело вздохнул. – Лариса мне сказала, что я неправ.

— Ну, это сказала Лариса, может, у меня другое мнение? – хитро подмигнула Валентина Семеновна.

— Не знаю, мама, ох не знаю, — снова вздохнул Антон.

Однако ему пришлось повторить примерно то же самое, что он сказал сестре.

– Мам, я думаю, что ты и сама понимаешь это. Таблетки ты, к сожалению, не можешь принимать регулярно. А врач сказал, что нельзя отступать от схемы лечения. Да и с уборкой и готовкой, наверняка, у тебя уже возникают какие-то трудности. Всё же тяжело в восемьдесят лет бегать по дому. И я подумал, что, возможно, тебе будет лучше, если за тобой будет осуществляться присмотр…

— Что-то я не совсем понимаю, — призналась Валентина Семёновна.

Ей и в голову не могла прийти мысль о том, что сын предлагает ей переселиться в дом престарелых.

— Ну, я подумал, что тебе будет лучше в специальном учреждении, — Антон так и не нашёл в себе сил сказать это страшное название.

Улыбка медленно сползала с лица Валентины Семёновны. Она всё поняла. Ей просто было нечего сказать своему сыну. Затянувшееся молчание прервал звонок в дверь, но женщина как будто и не слышала его. Она думала только о том, что её родная кровь хочет избавиться от неё. Поэтому она и не хотела, чтобы её дети узнавали о проблемах с памятью. Дело могло бы оказаться гораздо более серьёзным, если бы нашли, например, опухоль, но нет!..

Врач сказал, что такому подвергаются очень многие старики!..

И вот, с этой проблемой ей родной сын предлагает переехать в хоспис, чтобы спокойно дожить свои дни там!..

А квартиру, конечно, отдать ему, ведь у него семья. С одной стороны, Валентина Семёновна понимала Антона. Все же он отец уже двоих детей фактически. Он должен заботиться о своей семье. С другой стороны, нельзя заботиться о своей семье таким образом, когда сын за жилплощадь готов выселить мать из квартиры. А как же вся забота, все силы, потраченные на воспитание Антона? Вот этим он решил отплатить ей в старости?

Валентине Семёновне стало обидно до слёз. Она не хотела признавать такой трагедии в своей жизни, ене предал сын.

Звонок в дверь повторился, и Антон встал, чтобы посмотреть, кто пришёл. Его удивленный тон заставил Валентину Семёновну всё же вернуться в реальность. На пороге квартиры стояла Лариса со своим мужем Александром.

— Мама! – женщина тут же прошла на кухню, где старушка лила слёзы от своей горькой судьбы и обиды на сына.

Лариса сразу поняла, что диалог уже произошёл. Дочь обняла свою маму и позволила ей поплакать вдоволь. Когда старушка, наконец, немного успокоилась, Лариса налила ей чаю и уселась напротив. На то самое место, где только что сидел нерадивый сын.

— Прости, Ларисочка, что так встретила тебя, — всхлипнула Валентина Семёновна.

— Мам, всё в порядке, — женщина взяла мать за руку. – Всё будет хорошо.

— Да что ж тут будет хорошо, доченька?.. – грустно усмехнулась старушка и отпила из чашки.

— А всё будет. Потому что я предлагаю тебе переехать к нам, — неожиданно заявила Лариса.

— Как же так? Я не могу, у вас ведь своя семья с Сашей.

— Я же сказала, что всё в порядке, — улыбнулась Лариса. – Дело в том, что мы с Сашей купили добротный домик в деревне в двадцати километрах от города. Купили мы его ещё в прошлом году, а вот буквально на днях закончили ремонт. Там всё есть: отопление, телефон, интернет, мебель, книжные стеллажи, свежий воздух. На участке есть даже баня и гараж. Не знаю, зачем тебе гараж, просто знай, что он там есть. А самое главное, я нашла двух помощников по хозяйству, которые и баньку растопят, и порядок наведут, и поесть приготовят, и с тобой поговорят. И я смогу к тебе приезжать, когда захочу!.. А Антон пусть остается в этой квартире, раз ему так приелась эта идея. Если ты, конечно, не против.

— Лариса, ты что!.. Я не могу принять такой подарок и жить у вас в домике!

— Мам, ты сейчас смеешься надо мной? – серьёзно спросила женщина. – Ты меня выкормила, вырастила, образование дала, воспитание дала, сколько на меня сил и времени потратила… Этот домик – меньшее, что я могу для тебя сделать. И Саша, кстати, сам предложил этот небольшой подарок. Правда, мы думали, что ты там лето будешь проводить, может, на месяц зимой приедешь… Но в любом случае дом теплый и готов к тому, чтобы в нём жили круглый год. Ну же, мам, решайся! – улыбнулась Лариса.

— Дочка… — на глазах Валентины Семёновны снова заблестели слёзы, но на этот раз от счастья. – Да я всю жизнь мечтала переехать в деревню на старости лет!..

— Ура! – дочь обняла маму и расцеловала её в обе щеки.

В стороне стоял только Антон. Ему было ужасно стыдно, на душе скребли кошки.

— Простишь моего глупого брата? Он ведь и правда думал о том, чтобы всем было хорошо. Просто подал это всё в своей ужасной манере.

— Прощу, — вздохнула Валентина Семёновна. – Главное это семья, и мы должны принимать друг друга такими, какие мы есть.

Валентина Семёновна переехала с помощью Ларисы, Саши и Антона, которому всё ещё было горько от собственного поступка, хоть мать его и простила. Деревня очень понравилась старушке, она призналась, что в такой хотела бы жить долго и спокойно. Квартиру она оставила Антону, у которого на момент окончания переезда Валентины Семёновны уже родилась дочь, которую решили назвать Валей в честь бабушки. По праздникам вся большая семья собиралась в деревне, в домике Валентины Семёновны.

Официант в кафе, ресторане

Спасибо за доброту

- Сынок, а что же ты и не позавтракал совсем? А я ведь так старалась, здесь и жаркое твоё любимое...

- Сынок, а что же ты и не позавтракал совсем?...

Читать

Вы сейчас не в сети