Моя пьющая дочь

Пьяная девушка

Мой ребёнок, моя девочка, мой 19-летний котёнок — пьёт! Семья у нас трезвая. Воспитывала я дочь одна, жили с моим папой (мама умерла рано). Росла она очень болезненной. Пока ходила в садик, я каждый месяц была на больничном, год стояли на учёте в онкодиспансере, но всё обошлось, слава богу. Я прилагала все усилия, чтобы ребёнок рос здоровым, крепким, разносторонним. Каждый выходной у нас была культурная программа: то в парк, то в зоопарк, то на природу…

Я работала, и после школы она всегда находилась под присмотром деда. Папа умер в 2016 году. Как раз у дочери был выпускной класс. Я каждую премию откладывала на её подготовку к ЕГЭ: дочь ходила к репетитору два раза в неделю и по воскресеньям в два вуза на подготовительные курсы. Сдала экзамен в 2017 году хорошо — набрала 170 баллов, но бесплатно никуда не поступила. У неё были такие растерянные глаза, что я решила: будем учиться на платном.
Снова взяла кредит в банке и стала искать вторую работу. Нашла. Уходила утром в семь, приходила в девять вечера без сил. Каждый день оставляла ей деньги на проезд и еду. Когда я вечерами возвращалась домой, она иногда уже спала, а иногда открывала дверь, шатаясь, и на моё недоумение отвечала: «Коктейльчик выпили».

Первая ласточка прилетела в виде письма из вуза с приглашением на собрание. Замдекана сказала, что вызвали родителей тех студентов, которые точно не сдадут сессию, так как у них много хвостов, прогулов и нет допуска к аттестации. Как мне было стыдно! Я отказываю себе во всём, пашу на двух работах, а она не ходит в институт. Пришла домой и устроила ей разнос. Короче, она сдала сессию с хвостами, запретила мне звонить в вуз, чтобы узнать результаты сессии, мол не позорь меня.

Прошли каникулы, я оплатила второй семестр. Никогда не забуду день 8 февраля: она позвонила вечером пьяная вдрабадан и сказала, что не придёт ночевать.

Говорю: — С тобой есть кто-нибудь рядом?

Нашёлся трезвый парень, сказал мне адрес. Хорошо хоть на соседней улице, спасибо, что помог довести ее до дома, на ногах еле стояла, была агрессивная — ужас! На другой день просила прощения, в общем, после каникул опять начались прогулы. Сколько я тогда приложила усилий, чтобы она продолжала учиться! Она обещала. Но староста группы мне обзвонилась — в институте дочь почти не появлялась.

Когда ей исполнилось 18 лет, она словно с цепи сорвалась. Прихожу вечером домой — там хоть топор вешай от курева и перегара, а она накрывши голову одеялом, спит. Первый раз не пришла ночевать на 8 Марта и даже не сообщила, где она и с кем. Такой мне был подарок. Я провела всю ночь в волнении и неизвестности. Потом дочь сказала, что ходила с мальчиком на ночной сеанс в кино — мол, если бы она мне сообщила, я бы ее не отпустила.
Я все дни на работе, а она сама себе хозяйка — видно, подружилась с такими же прогульщиками и делает что хочет. Отчислили в апреле 2018 года. Пару месяцев она не пила сильно притихла, я немного успокоилась. В июне устроила её на работу на пищевое производство. Половину денег, выделенных мною на оформление медицинской книжки, пропила. Устроилась, проработала два месяца и уволилась. Получила расчёт — и опять давай гулять. Я никак не могла понять, в чём дело. Умоляла её рассказать, что случилось. Может, её кто-то обидел?

— Расскажи, — просила я, — мы вместе справимся с этим, я попытаюсь тебя понять. Я люблю тебя и всегда тебе всё прощу.

А она отворачивалась к окну, затыкала уши руками и говорила: — Опять? Я не буду с тобой говорить про это.

Однажды прихожу с работы дверь закрыта на задвижку, а ока не открывает. Я звонила на домашний телефон и на её сотовым, дубасила в железную дверь, в окно стучала палкой (мы на первом этаже живем) — она мне не отперла. Пошла с сумкой к соседке, посидела там часа два. Наконец, дочь мне открыла. Оказывается, напилась перед моим приходом и заснула.

Что я пережила за то лето! Она стала очень закрытой: «про моих друзей ничего не говори», «ты про меня ничего не знаешь». Но я сражалась, говорила, что не дам ей пить.

И она как-то сказала: — Ты ещё хотя бы борешься…

Мне подумалось, что она одобряет это. В августе 2018 года моя начальница предложила устроить дочь к нам в организацию, чтобы та находилась под моим присмотром.

Дочь прошла собеседование, ей у нас понравилось, даже сказала:
— Мам, я тут почувствовала себя человеком!

Нужно было пройти медосмотр и я дала ей денег.

Она звонит после обеда и пьяным голосом говорит:
— У нас тут ураган, я завтра пойду в больницу.

Я поняла, что на работе мне будет стыдно за неё, и подводить руководителя не хотелось — я проработала на этом предприятии 28 лет. Пришлось отказаться от места. Так она потом меня упрекала, что я лишила её работы. И вот тогда я впервые захотела напиться таблеток и умереть.

Спасибо людям, с которыми я говорила об этом. Они считают, что надо потерпеть два года: перебесится. Станет умнее, и всё пройдет. Это меня очень поддержало, а то руки опускались.

Во-первых, я обратилась к церкви. Это очень помогло. Молилась, поклонилась иконе «Неупиваемая чаша», которую к нам привозили. Во-вторых, старалась не падать духом, пила успокоительные.
Не буду всё подробно описывать. Был ещё один институт (всё закончилось так же), ещё несколько работ, которые я ей находила и с которых она сбегала после первого же аванса.

А когда она сдала в ломбард семейное золото и серебро и всё тут же прогуляла с друзьями, я врезала замок в свою комнату: боялась за документы на квартиру — подпишет по пьяни, и мы окажемся на улице.

Так же прошёл 2019 год. Дочь не работает и не учится. Мой папа начал работать в 14 лет, потому что остался сиротой, мама выросла в многодетной семье в деревне — там с детства знают цену труду, я начала работать с 17 лет. А она только в холодильник лазает. Ночами сидит за компьютером, а весь день спит. Я как-то не выдержала — опять наорала на неё насчет работы.

А она мне спокойно говорит: — Я сейчас милицию вызову. — и улыбается.

С другой стороны, я боюсь, что будет работать, а всю получку пропивать, так лучше пусть не работает.

Конечно, я вижу небольшие подвижки по сравнению с 2011 годом. Она стала убирать у себя в комнате, иногда готовит. Пьёт не так бездумно, как раньше, но теперь еженедельно и с ночевкой в другом месте, чтобы я не видела. Однажды у меня в груди словно что-то щёлкнуло, мне стало её так жалко.

Я обняла дочь и тихо сказала: — Ты сама не понимаешь, что с тобой происходит.

Она притихла в моих руках. И к нам как будто вернулась любовь. Мы уже по-другому общаемся, более-менее находим взаимопонимание. Но вот эти её ночевки… Когда она приходит после них с перегарным запахом на всю квартиру, с деньгами в кармане, я имею определённое мнение на этот счёт, а она говорит, что я о ней слишком плохо думаю.
Как много и бестолково я настрочила. Но это моя боль.

Нажимая на кнопку отправить, я принимаю условия пользовательского соглашения , а также ознакомлен и согласен с политикой конфиденциальности и даю согласие на обработку моих персональных данных.