Дети, изба, окно

Закрыла детей в погребе и убежала к любовнику

Молодая женщина с очень печальным лицом и бледной кожей сидела за небольшим деревянным столом, напоминающим школьную парту, и смотрела в окно.

— Александра, ты меня вообще слышишь? Зову, а ты не реагируешь. Разве ты не понимаешь, что все эти разговоры ради твоего же блага? Помочь тебе хочу, – говорила ей худощавая женщина в строгом длинном платье.

— Я тебя слышу, Вероника. Просто ненадолго отвлеклась, – Саша перестала смотреть в окно и подпёрла подбородок рукой.

— Тогда продолжим. Все проблемы, как я и говорила, идут с самого детства. Давай вспомним, каким было твоё детство, – продолжила Вероника, подойдя ближе к Саше.

А детство у молодой женщины было невесёлым. Её мать – Клавдия Петровна была строгой, своеобразной и эгоистичной особой. После школы она познакомилась со своим будущим мужем Иннокентием Львовичем. Он был сыном председателя совхоза. Ах какой роман у них завязался. Вся деревня видела, как бушуют страсти между молодыми. Время шло, а деревенский Ромео жениться не спешил. И тут Клавдия Петровна ошарашила его новостью, что беременна. Он было хотел пойти на попятную, но отец матери Саши организовал собрание соседей и с несколькими добровольцами решил пристыдить Иннокентия Львовича и его отца. Отец молодого человека был серьёзным, но справедливым. Он дал слово, что его сын женится.

Иннокентий Львович, хотя и не хотел, но женился на Клавдии Петровне. Сначала родилась маленькая Варя, а потом Стас и Игорь. Позднее на свет появились Саша и Настя. Образования у матери не было. Да и не работала она ни одного дня. Зато детей нарожала аж пятеро. После рождения Насти у Клавдии Петровны возникли проблемы по-женски. Пришлось ехать в город и делать операцию по удалению всех детородных органов.

Иннокентий Львович практически никогда не показывал своих эмоций. Трудно было понять, что на тот момент он испытывал.

Клавдия Петровна разыгрывала умирающую. Работать она так и не пошла. Надеялась на мужа и подрастающих детей. А после смерти отца она и вовсе стала строить из себя несчастную. Оплакивала папу, страдала от депрессии и почти всё время лежала.

Через несколько лет Иннокентий Львович, трудившись на ферме, травмировался. Долго восстанавливался. Получил инвалидность. И хотя работать он всё же мог, попросту не захотел. Устал. Взял длительный перерыв, но так и не вернулся на ферму.

Позднее сыновья и старшая дочь Клавдии Петровны покинули отчий дом. Все они удачно устроились и уехали в город. Сначала они присылали деньги родителям и своим сёстрам. Но позже, когда у всех появились свои семьи, прекратили это делать.

— У меня к тебе серьёзный разговор, – начала говорить мать Саше, — Ты единственный взрослый ребёнок в семье, а значит ответственность за добывание денег ложится на тебя.

Этот разговор Саша помнила настолько чётко, будто он произошёл сегодня. Тогда мать много говорила о том, что она угробила свою молодость, не пошла учиться и даже не работала из-за своих детей. Она считала, что те просто обязаны компенсировать все затраты матери. Теперь все вокруг ей были обязаны. Ведь она пожертвовала всем, чтобы воспитать детей.

После этого разговора шестнадцатилетняя Саша впервые пошла работать сиделкой у соседей. Опыт общения с детьми у неё был, так как она часто оставалась со своей младшей сестрой Настей. Правда денег за это она получала мало. В основном ей давали продукты.

— Ничего, деточка, зато голодными не будем. – говорила бабушка Галя, делая очередное картофельное пюре из принесённой картошки.

Мать же ничего не говорила дочери. Не хвалила, а, наоборот, ругала и учила брать деньгами. Рекомендовала идти работать к соседке бабе Агафье. У той сын состоятельный. Деньги бабке присылал, так что наличность у неё имелась. Послушала Саша мать и пошла к бабе Агафье помощницей. Она была неплохой женщиной. Умела шить и научила этому ремеслу и её.

Популярный рассказ: - Маааама!!! Крик дочери всё стоял в ушах, рвал барабанные перепонки

Через какое-то время Саша начала шить вещи на заказ. Правда, своей машинки у неё не было. Приходилось это делать у бабы Агафьи. Всё было неплохо, но приехал сын из города. Ему не понравилось, что Саша фактически не выполняет своих обязанностей. Вместо этого она занималась собственными делами – шила по просьбе соседей. Не выдержав упрёков, Саша ушла от бабы Агафьи.

— Вот и хлебное место потеряла. Кто тебя за язык тянул? – ругала её мать.

Отец ничего не говорил. Он молчал и только кивал, мол полностью поддерживаю мать. Хотя бы пожалел или приголубил кто. От такой вопиющей несправедливости девушка разрыдалась.

На следующий день мать сообщила ей о вакансии на швейной фабрике. Правда, находилась она в соседней деревне и ехать туда-обратно было часа. Но это нестрашно. Она ведь на автобусе и ради блага семьи старается. Так и началась работа девушки на фабрике.

Она уходила рано и возвращалась поздно вечером. А поскольку доходов у семьи кроме бабушкиной и отцовской пенсии по инвалидности не было, зарплата девушки стала прекрасным подспорьем. Только самой Саше с этих денег почти ничего не перепадало. Всё шло на покупку продуктов, одежды и оплаты прочих личных нужд. На тот момент бабушке Гале уже было за 70. Она жалела внучку и с радостью пошла бы работать, но когда-то сильная и волевая женщина превратилась в глухую старуху с дрожащими руками. Потому, как и маленькая Настя, она была бесполезным балластом, тянущим семью вниз.

Так и взрослела тихая, скромная и работящая девушка Саша, испытывающая потребность в любви и ласке. Похвалу она получала только на работе. А домой приходить ей не хотелось…

— А не было у меня этого самого детства, — внезапно разоткровенничалась Саша, — Отец никогда не говорил, что любит меня, не баловал игрушками и подарками. А мать… как только родилась я, уже была ей должна.

— Теперь мне всё понятно, – проговорила Вероника, прохаживаясь по комнате и убирая руки за спину.

— Наверное, сложно это признавать, но мне не хватало этой самой любви и ласки. Всю жизнь я чувствовала себя взрослой. Мне говорили, чтобы я не ныла, была серьёзной. Жизнь – сложная штука. Нужно терпеть и не высовываться. Стоит только поднять голову, как получишь по загривку, – рассказывала Саша, а у самой слёзы наворачивались на глазах.

Она продолжала рассказывать Веронике о своей тяжёлой жизни, погружаясь в воспоминания всё глубже. И вот она уже вернулась к тому самому моменту, когда встретила его – Вячеслава Анатольевича. Он был немолодым, но солидным мужчиной, работающим бухгалтером. Его позвали из города специально для обмена опытом. На фабрике работало много женщин, но он обратил внимание почему-то именно на Сашу. Он стал оказывать ей всяческие знаки внимания. Раньше девушка даже и не мечтала о таком. Ей попросту некогда было этим заниматься. Её жизнь напоминала какую-то трудовую повинность, которую она несла перед своей семьёй. Потому и с личным она как-то не спешила. В тайне ненавидела свою мать, работу и саму себя. Она считала себя жалкой и несчастной. Ей так хотелось, чтобы её кто-то пожалел. Подруг у неё не было. С коллегами она не откровенничала. Всегда ходила уставшей, серьёзной и несчастной.

Как-то у них был небольшой банкет. Она немного выпила и разоткровенничалась с Вячеславом Анатольевичем. Он пожалел её и сказал, что она достойна лучшего. Саша сама не знает, что тогда щёлкнуло в её голове, но ей понравились эти слова взрослого сорокалетнего мужчины. Потому она, наверное, и недолго сопротивлялась. Почти сразу она приняла его ухаживания и верила, что все его слова о любви – чистая правда. Тогда ещё бабушка Галя её предупредила, мол держи ухо востро. Смотри, кабы не обидел бы этот зрелый и опытный мужчина. Но Саша не слушала. Она влюбилась…

А когда опомнилась, уже была от него беременна. Вот только отец был не рад. Как оказалось, он женат, у него есть дети. Да и путешествуя из района в район по работе, он часто охмурял молоденьких дурочек. А как только пахло жаренным, сразу же испарялся. Так получилось и с Сашей. Скоро он снова уехал в город, оставив беременную девушку одну.

В семье тогда был большой скандал. Каких только слов Саша не выслушала в свой адрес. Она была неблагодарной, дурой и слабачкой. Тут и без оскорблений матери было нелегко, но Саша всю свою боль держала в себе. Ночами она плакала, а по утрам снова вставала и шла на работу.

Прошло немного времени, и она родила дочь Стасю. А когда ей было уже два месяца, снова вышла на работу. И снова дни потянулись за днями. Саша и думать не могла о простом женском счастье, как неожиданно встретила его – Бориса. Он развёлся с городской женой и вернулся в деревню. Он почти ни с кем не общался, держался на расстоянии. Устроился работать на стройку. Помогал строить коровники, теплицы на ферме, чинил крыши, делал летние кухни и душ. Слава о его золотых руках поползла по деревне.

Однажды семья Саши решила починить сарай. Позвали Бориса. Тот работал у них неделю. Познакомившись с Сашей, стал оказывать ей знаки внимания. Она снова подумала, что может он и есть её счастье. Поверила. Взяла Стасю и через несколько месяцев переехала к нему. Радовалась, что теперь живёт отдельно. Жильё личное. Семья – своя. Узнала, что беременна вторым ребёнком. Борис радовался. На руках носил. Родилась маленькая Даша.

Всё изменилось спустя два года. Ссылаясь на дела в городе, он ненадолго уехал. Вернулся совсем другим человеком.

— Мне очень жаль начинать такой разговор, но я ухожу от тебя. Дело во мне. В городе я встретил свою бывшую жену. У нас подрастает сын. Он болеет часто. Я нужен им, понимаешь?

— А как же мы? У тебя ведь дочь? – спросила, глотая слёзы Саша.

— Дочь не обижу. Оставлю вам дом. Малышке деньги буду присылать. Прости, – с этими словами он собрал вещи и уехал.

Получив порцию негативных эмоций, которые буквально привели женщину в ступор, она так и не успела сообщить Борису о своём интересном положении. Родила третью дочь. Назвала Анютой. Осталась жить в доме Бориса, который каждый месяц присылал деньги.

Однажды он решил приехать и навестить дочь, когда той уже исполнилось два года. Приехал и опешил, узнав о своей второй дочери.

— Чего смотришь с недоверием? Твой это ребёнок, твой. В зеркало глянь и сравни. Но ты не бойся, не претендую ни на что. Иди к своему сыну и жене.

— Зачем ты так? – обиделся Борис.

Он погостил у них немного и уехал, оставив немного денег.

Время шло. Девочки росли. А Саша таяла на глазах. Она сильно похудела. Осунулась. Ей так было больно и обидно, что она ночами рыдала в подушку. Стася слышала это и приходила к ней, чтобы пожалеть. Но та лишь отмахивалась от неё и кричала.

— Видеть больше вас не могу. Чтобы вы провались, – кричала она в гневе.

Потом, конечно, жалела обо всём, шла к дочерям и обнимала их. Но глядя на них, вспоминала мужчин, которые обманули её. Руки дрожали и сами тянулись к бутылке. Она понемногу выпивала и только так могла снять то напряжение, которое копила долгие годы. Вернулась на фабрику после затяжного декрета.

Однажды к ним на работу устроился новый грузчик. Молодой и симпатичный Коля ей сразу понравился. И снова она ощутила те тёплые чувства, которые испытывала ранее. Саша почувствовала себя живой, когда у неё наклюнулся новый роман. Снова всё закрутилось-завертелось. Он жил в соседней деревне. Иногда приводил её к себе домой. Реже – уединялся с ней в подсобке. Она у него ничего не расспрашивала. Он тоже много вопросов не задавал. А когда предложил переехать к нему, она сразу же согласилась. В тот же вечер она пришла домой, собрала своих дочерей и сказала, что вынуждена временно уехать, оставив их одних. А поскольку опасалась за их безопасность, убедила спуститься в погреб и подождать возвращения матери там. Девочки удивлённо смотрели на мать и не понимали, что происходит. Семилетняя Стася взяла сестричек за руки и прижалась к стене.

— Не волнуйтесь, я скоро вернусь, – сказала Саша и уехала к своему новому ухажёру.

Она не верила своему счастью. Наконец, она нашла мужчину, который прекрасно к ней относился.

Но только всё это было лишь в голове самой женщины. Николай любил выпить и хорошо провести время. А когда новая пассия ему надоела, он побил её и выгнал из дома. Обиженная и униженная женщина пошла на автобусную остановку. Она дождалась транспорта, села в него и поехала домой. И тут до неё стало доходить, что, находясь в любовной эйфории и погоне за женским счастьем, она оставила своих дочерей на целый месяц. Причём заперла и бросила.

Находясь в своих переживаниях и размышлениях, она даже не заметила, как проехала свою деревню. Выйдя в соседней, она очень долго возвращалась пешком по трассе, идя буквально наощупь. Грязная и лохматая она подошла к дому и увидела свет в окне. На душе стало немного спокойнее. Вошла в дом и увидела девочек, сидящих за столом и жующих картошку. Увидев мать, Стася, крепко прижала к себе обеих сестёр. Они застыли в ожидании.

— Родные мои, простите меня. Я так перед вами виновата, — говорила женщина, стараясь сдавить тошноту, подходящую к горлу.

Похоже, что она опять была беременна.

— Ты бросила нас, – монотонно сказала Стася.

— Знаю. Я так виновата перед вами. Простите, родные. Мне никто кроме вас не нужен. Вы моё счастье и радость, – прошептала она и упала перед девочками на колени.

В этот момент в дверях показался Борис. Он ходил в сарай набрать дров. Увидев бывшую гражданскую жену, он даже дрова уронил.

— Ты? У тебя ещё хватило наглости вернуться? – сказал он и было замахнулся на женщину, но Стася остановила его.

— Не надо. Хватит. Она и так всё осознала.

По щекам девочек катились слёзы. Одна лишь Стася смотрела на мать с каменным лицом. Заглянув в её глаза, Саша увидела себя в её возрасте. Теперь она тоже ненавидела мать.

— Да уж. Осознала до первого нового мужика, — сказал Борис и продолжил, — Благо, что решил проведать дочерей своих. А то так бы и померли с голоду в подвале. Я принял решение. Буду подавать на лишение тебя родительских прав. Девочек заберу к себе.

Саша ощутила себя жалкой и никчёмной. Она кинулась к ногам бывшего мужа с просьбой простить и пожалеть её. Он сжалился…

Прошло немного времени, и Борис забрал девочек и Сашу к себе. Его жена Вероника была хорошим психологом. Посовещавшись с ней, они решили помочь Саше. Тем более, к этому обязывали органы опеки. Саша просто обязана была прийти к норме. В противном случае она лишилась бы своих девочек. Теперь ей предстоял длительный процесс терапии, на который она добровольно согласилась.

— Ну как ты? – спросил у неё Борис, присаживаясь рядом возле спокойно сидящей женщины с лёгкой сединой в волосах.

— Нормально. Не хочу больше быть жертвой. Я сильная личность, которая выдержит всё, ради своих детей.

— Рад, что ты это осознала. Значит всё было не зря…

Оставьте свой голос

61 голос
Upvote Downvote

0 Комментарий

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите

Вы сейчас не в сети

Вход

Забыли пароль?

Нет аккаунта? Регистрация

Забыли пароль?

Введите данные своей учетной записи, и мы вышлем вам ссылку для сброса пароля.

Ссылка на сброс пароля кажется недействительной или просроченной.

Вход

Политика конфиденциальности

Добавить в коллекцию

Нет коллекций

Здесь вы найдете все коллекции, которые создавали раньше.